Как Вы с этим справляетесь?

      «Я лежу на кровати с бутылкой огневиски в руках и уже который день не понимаю, что происходит с моим разумом. Куда исчезло холодное сердце, и почему на замену ему пришло волнительное? В тысячный раз задаю себе этот вопрос и всё не нахожу ответ. Что творит эта девчонка со мной?!»       Северус сел одним резким движением и бросил стеклянную ёмкость в стену. Янтарный напиток брызгами покрыл пол. Он руками закрыл лицо, плотно стискивая зубы и играя желваками.       Северус слез с постели, в чёрных глазах горел огонь. Мужчина метнулся к окну, по пути срывая со стула пижамную рубашку и накидывая ту на тело, упёрся руками в белый подоконник, безмолвно смотря на ночную вьюгу. Сердце щемило непонятно от чего. Во рту пересохло, словно зельевара бросили в Сахару.       Не давая себе отчёта, мужчина дёрнулся в сторону двери и уже через секунду оказался у двери своей ученицы. Гробовую тишину прервал душераздирающий крик. Но девичий голос был охрипшим.       Он магией открыл комнату, зашёл внутрь и обомлел: вся кровать была в крови, на полу лежала Гермиона в луже собственной крови, лицо было бледным, тело тряслось, а руки сжимали ворс ковра.       — Помогите… — совсем тихо, еле дыша, сказала Грейнджер. Слёзы ручьями текли по её щекам.       Северус мгновенно оказался перед ней на коленях. Руками сорвал ночное платье с юного тела, разорвав ткань по шву. Глубокие кровоточащие раны покрывали мягкую нежную кожу. Гермиона выгнулась, оторвав голову от пола, вновь закричала, но на этот раз она замолчала резко. В глазах застыл страх и ужас, она упала на пол и ударилась головой о поверхность. По комнате разнёсся глухой звук. Изо рта Гермионы потекла тонкая струйка ярко-алой крови. Больше она не вздохнула ни разу, а глаза так и не закрылись.       — Нет-нет-нет! Чёрт возьми, Грейнджер!       Зельевар не терял ни минуты: он взмахнул палочкой, вызывая врача из Святого Мунго с помощью своего Патронуса. Он призвал зелья, вливая всё больше и больше жидкости в бездыханное тело. Потёр тонкое горло, прочёл заклинания и передал энергию. Ничего не получалось — девушка так и не задышала.       «Думай же, наконец! Думай, думай! Включай мозги, Северус Снейп! Девчонка не должна вот так просто взять и умереть после всего того, что ты пытался сделать для неё. Она должна жить!       Я найду того, кто это сделал и уничтожу. Мучения будут хуже тех, что я испытывал у Лорда. Эта дрянь подохнет в мольбе о пощаде. Кроветворное, восстанавливающее, антипроклятие, — двойная доза…       Дыши же!       Магический брак. Точно! Вы, мисс Грейнджер, сказали о нём не так давно как нельзя кстати. Всё получится. Прости, нет времени, поживёшь со мной».       Северус прикрыл глаза, крепче сжал в руке волшебную палочку, взмахнул ей над девушкой и принялся громко читать заклинание. Спустя десять минут он поцеловал Гермиону в окровавленные губы, на безымянных пальцах молодожёнов появились красивые магические обручальные кольца с гравировкой инициалов друг друга. На кольце мужчины было лишь две буквы «H.G», а на кольце девушки — «S.S».       Резкий рваный вдох раздался из уст ученицы. Она начала быстро дышать и плакать. Глаза зажмурились, а тело снова затряслось. Мужчине ничего не оставалось, кроме как прижать к себе измученную Гермиону.       Гриффиндорка пролежала головой на его тёплой руке более тридцати минут. Постепенно она успокоилась и уткнулась носом в оголённую грудь Северуса.       — Зачем Вы это сделали, профессор? — еле вымолвила девушка.       — Вы слишком молоды, чтобы умирать.       — Но Вы обрекли себя на жизнь со мной.       — Это не страшно. Я с Вами живу уже достаточно долго и привык к такому обществу.       — Узы, связанные магическим браком?       — Всё верно, миссис Снейп.       Гермиону перекорёжило от того, как зельевар назвал её. Рукой упёрлась о пол, попыталась встать, но ничего не вышло — она рухнула обратно в мужские руки. Слабость всё ещё была во всём теле.       Северус покрепче взял девушку и поднялся с пола вместе с ней. На этот раз он отнёс её в свою спальню, уложил в постель и устало хмыкнул.       Он сел на кровать, дотянулся рукой до тумбочки и достал заживляющие мази. Но прежде чем начать обрабатывать тело, вытащил кроветворное и дал выпить девушке. Снейп применил к жене очищающее, дабы избавить её от следов крови.       Мужчина открыл небольшую баночку, набрал на пальцы мазь и принялся втирать круговыми движениями в раны. Он был осторожен — боялся причинить боль.       Холод ощущался на ранах, они переставали ныть. Гермиона тихо выдохнула, откидывая голову назад и расслабляясь. Прошло точно более двадцати минут. Северус накрыл обнажённое тело одеялом и так же выдохнул, применяя на себя очищающее.       — Всё готово.       — Сэр… спасибо Вам. Спасибо за то, что помогли мне… Я была, как в стеклянном шаре: меня пронзала боль, я стучала по стенкам, но ответа не было… А потом… потом этот шар лопнул под напором энергии, и я смогла дышать. — Слёзы потекли по щекам с новой силой.       В комнате появился врач. Это был мужчина средних лет с ярко-жёлтыми глазами и лисьим взглядом.       — Мистер Снейп, трудно было не узнать Ваш Патронус.       — Здравствуйте, мистер Шейлз. Вы опоздали, и Ваша помощь уже не нужна.       — Помощь нужна была этой юной особе? — он обошёл кровать, внимательно разглядывая девушку. — Мисс Грейнджер, героиня второй магической войны. Что с Вами приключилось?       — Ничего, сэр, всё в порядке. Уже всё в порядке.       — Вы лжёте, и я это вижу.       — Нет. Всё точно в порядке. Мистер Снейп помог мне.       Шейлз громко выдохнул, разворачиваясь к выходу.       — Прежде чем дёргать колдомедиков с работы, убедитесь, что не справитесь самостоятельно!       В комнате раздался звук аппарации.       Девушка провела руками по одеялу и подняла взгляд на уставшего зельевара.       — Профессор, может быть, я могу пойти к себе?       — Кровать изувечена Вашей кровью. Останетесь сегодня здесь, а я на диване.       — Может быть, наоборот?       — Не хочу тащить Вас вниз. Нет сил. Всю энергию передал Вам.       — Может быть… ляжете здесь? Я отодвинусь и мешать не буду.       — Чёрт с Вами, миссис Снейп.       Он сбросил с себя пижамную рубашку прямо на пол, обошёл кровать и лёг рядом с девушкой, накрывшись одеялом. Щёки Гермионы раскраснелись.       — Не пяльтесь на меня, как на картину.       — Я…       — И не оправдывайтесь тоже.       — Не пялилась на Вас, — прошипела она, переворачиваясь на другой бок и закрывая глаза, затем тихо буркнула: — Доброй ночи, профессор. Спасибо…