Как Вы с этим справляетесь?

      — Кто был задержан? — громким голосом проговорил Снейп.       Он быстро нёсся по тёмным забытым коридорам Азкабана. Мантия разлеталась в стороны, а взгляд с каждым шагом становился более суровым.       — Я не пущу тебя туда, пока не отдашь свою волшебную палочку, — сказал министр, следуя не менее быстрыми шагами за Северусом.       — Вопрос не в палочке, а в том, кого задержали авроры. Не стройте из себя кретина, мистер Бруствер. Или это уже вошло в привычку?       — Замолчи, Северус!       — Кто нас ждёт?       — Рудольфус Лестрейндж.       — Что ты сказал? — Взгляд зельевара стал более свирепым, чем когда-либо.       — Я говорю о том, что, вероятнее всего, проклятье на мисс Грейнджер… — Он замолчал, но вскоре продолжил: — На миссис Снейп наложил именно он. Палочка скоро пройдёт полную проверку на всевозможные заклинания.       — Прекрасно зная Рудольфуса, всё ещё думаешь о том, что он наносил проклятие своей палочкой? Он бывший пожиратель, Кингсли никогда подобной мелочи не упустит.       Министр магии промолчал, от чего Северус лишь хмыкнул, выдохнул и устремился к самой дальней камере. Она была защищена от любых видов магии и не позволяла ни одному заключённому слышать то, что происходит за её пределами.       Снейп подошёл достаточно близко, в глазах вспыхнул прежний огонь.       — Палочку, мистер Снейп, — попросил его один из охраняющих.       — Для чего?       — Мы не можем доверять Вам.       — Камера защищена от магии.       — Палочку, — снова проговорил страж.       Зельевар зло смотрел на мужчин, но всё же выдохнул и отдал палочку. Прошла ровно минута. Бывшего пожирателя смерти обыскали с ног до головы и только когда убедились в неимении запрещённых предметов, которыми можно нанести вред, открыли металлическую дверь, впустили посетителя и закрыли за ним проход.       — О-о-о, Северус, мой милый друг, как же долго я тебя ждал. Я верил, что ты придёшь за мной.       Сидящий на стуле и прикованный к нему наручниками мужчина поднял хитрые глаза. Губы его были разбиты, а на лице красовались синяки. Покрытые грязью руки дрожали.       — Рудольфус, я никогда не был твоим другом. Помнишь это? Факт того, что я служил Лорду, не означает того, что с тобой мы подружились.       — Я думал, ты меня вытащишь отсюда. Тогда какова цель твоего визита, Северус?       — Тебе стоит рассказать мне о проклятье, которое наложил на мисс Грейнджер.       — На эту… грязнокровку? Я ничего не накладывал. Но, кажется, получилось здорово. Она умирала в таких чудных мучениях, пока к ней не явился сальноволосый болван! Ты всё, как всегда, портишь. Суёшь свой длинный нос, куда не просят.       — Так это всё-таки был ты?! — Он ударил ладонями о стол, резко склоняясь над мужем Беллатрисы Лестрейндж, в прошлом Блэк. — Ты же знаешь, что за эту девчонку ты будешь страдать сильнее, чем когда-либо от рук Лорда? На тебе когда-нибудь испытывали два смертельных непростительных? Но ведь я не дам тебе так легко умереть. Дам кроветворное и вновь накажу непростительным. Ты будешь молить о своей смерти!       Северус подошёл ближе к Рудольфусу, схватил его за лицо и опрокинул на пол. Сумасшедший смех разнёсся по камере.       — Ты трус, Снейп, жалкий, мелочный, гадкий трус. Только и можешь, что угрожать. Но что же будет, если твою любимую грязнокровку убивают? Думаешь, дом обладает невероятной защитой? Она подохнет в муках куда быстрее меня.       И снова разнёсся смех. Северус держался до последнего, но эмоции взяли верх над ним. Он поднял ногу и в секунду пнул Лестрейнджа по лицу. Из носа потекла кровь, он сломался. Второй удар был куда сильнее. Разбитые губы и подбитый глаз. Больше не было слышно смеха, на этот раз мужчина шипел, проклиная зельевара.       Но тот не слышал, он удалился.

***

      — Ты этого хотела, может быть, мечтала о таком? Бедняжка Снейп не удовлетворил мечты? О-о-о, какая жалость, а вот я удовлетворю.       — Ч-что ты творишь? Развяжи меня немедленно. Отпусти! Тебе это не сойдёт с рук… — крик… душераздирающий крик.       Но его не слышал никто, кроме той, кто сейчас без жалости нанёс первый жестокий удар по обнажённому телу Гермионы кнутом. Тонкое чёрное плетение оставило кровавый отпечаток на нежном чувствительном теле.       Гриффиндорка облизала пересохшие губы, сжимая в кулаки связанные под животом руки. Слёзы потекли из глаз, скатываясь на тёмный ковёр.       — За что? Почему ты это делаешь? Почему?! — голос срывался на крик.       — Заткнись, Грейнджер! Заткнись и умоляй меня бросить тебя сдыхать!       Рыжеволосая девушка обошла бывшую подругу. Её губы, накрашенные красной помадой, расплылись в улыбке. Она снова подняла руку и хлестнула Гермиону по спине в два раза сильнее. Крик резал уши. Домовиха была обездвижена и не могла помочь.       — Отпусти! Отпусти меня! — Слёзы покрыли глаза пеленой.       Джинерва присела на корточки, склонилась к уху подруги и хихикнула. Шёпот сорвался с губ.       — Милая, моя милая Гермиона, этот удар я посвящаю тому, когда ты бросила нас всех, сбегая на помощь этому черноволосому ублюдку.       Девушка встала.       Удар! Агрессивный и жёсткий. Кнут нарисовал новую полосу на спине.       — А это за моего брата. За то, как нещадно ты его бросила.       Джинни Уизли вновь поднялась и нанесла удар. А за ним последовало их куда больше. Она била и изувечивала юное тело раскалённым металлом. Как только Гермиона замолчала, Джинни поступила как и сумасшедшая Беллатриса Лестрейндж: вырезала на второй руке несколько слов: «Грязнокровка» и «Подстилка пожирателя».       Закончив свою грязную работу, нашла подвал и без капли жалости сбросила туда Гермиону по крутым ступенькам, предварительно завязав ей рот.       — Жизнь не будет больше на твоей стороне. Ты сдохнешь тут в одиночестве и только по запаху найдут твоё тело.       Рыжеволосая захлопнула дверь, хмыкнула и исчезла из дома. Она точно была довольна проделанной работой.       Ровно через двадцать минут в свой дом аппарировал Северус. Он ходил по каждой комнате в поисках жены, но её нигде не было.       «Как под землю провалилась! Точно… провалилась под землю».       Северус мчал к подвалу. Стоило его открыть, как он тут же увидел обнажённую Гермиону. Он включил свет и спустился вниз. На ступеньках были капли крови, сама же девушка лежала в небольшой лужице ярко-алой жидкости.       Снейп подхватил её на руки и, не помня себя от ужаса, очутился вместе с девушкой в спальне. Уложил её на кровать, очень осторожно, стараясь меньше принести боли, развязал магией и призвал заживляющие мази.       Он применил очищающее заклинание для тела юной жены, обработал раны и синяки, влил восстанавливающее и кроветворное.       Через час Гермиона начала приходить в себя. Девушка дрожала. Несмотря на влитое обезболивающее, боль убивала внутри.       — П-профессор… вы… я жива? — Слёзы навернулись на глаза.       — Миссис Снейп, кто это сделал с тобой? — распереживавшийся мужчина коснулся нежной кожи щеки. — Кто?       — Джинни, Джинни Уизли проникла в дом, пока я готовилась к Вашему возвращению. Била кнутом для самых непослушных лошадей, я не выдержала и…потеряла сознание.       Северус взял искалеченную руку жены в свою.       «Подстилка пожирателя», — шепнул, сжимая челюсти и прикрывая глаза.       Он устал терпеть весь этот ужас. Встал со своего места, магией избавился от одежды и лёг к Гермионе. Именно этой ведьме нужна сейчас поддержка. Именно её избивала подруга. Именно ей сейчас тяжелее всего.       Нежно и очень осторожно зельевар притянул жену к себе, обнял её обнажённое тело и ласково поцеловал в висок.       — В этом нет твоей вины.       — А чья же тогда, профессор? — Миссис Снейп всхлипнула. Солёные капли скатывались на горячую грудь.       — Не знаю, Гермиона. Но юная ведьма не может быть в чём-то виновата. За что она тебя избила кнутом?       — За то, что я спасла тебя и сбежала от Рона, бросив всю семейку этих чокнутых.       — Я буду стараться тебя оберегать.       — Прошу, не бросайте меня. Я боюсь. Не хочу оставаться одна. Побудьте со мной. Прошу…       — Не брошу, буду с тобой.       Он снова коснулся губами виска, ненадолго задержался в таком положении. Прикрыл глаза и уснул.