Beastmaster

      Хосок тихо шуршит ключом в замке двери в зал. Обычно при посторонних они с Чонгуком стараются держать эту комнату запертой, но ведь Тэхён уже вроде как и не посторонний совсем. За прошедшую неделю Хо успел к нему привыкнуть и даже прикипеть порядком, будто бы Ким так всегда с ними и жил.       Только вот сам Тэ, сейчас с затаённым дыханием стоящий у Чона за спиной, к ним привыкнуть никак не может. Да и не удивительно, для него это ведь абсолютно новый мир. Как будто в другую страну переехал и пытаешься там освоиться: заводишь новые привычки, изучаешь окружение, учишься понимать странный для тебя язык и говорящих на нём людей. На это нужно времени явно больше, чем неделя. Но Тэхён по чуть-чуть вливается, закрывая глаза на некоторые странности и засыпая Гука миллиардами ежедневных вопросов, вживается в новую реальность.       Спустя долгую минуту борьбы с тугим замком Хосок наконец приоткрывает дверь, проскальзывая в комнату. Ким следом не торопится, сначала подозрительно заглядывает в щель и только потом, подталкиваемый Чонгуковым «Не бойся ты, нет там ничего, входи» вступает в новое место.       Хо трёт глаза и промаргивается, быстро шурша по спортивному мату к столу в дальнем конце комнаты. Закрывшаяся за спиной дверь погружает зал в почти непроглядную тьму, но беспокоит это только ойкнувшего от неожиданности Тэ. Перемещающиеся по комнате шорохи и скрипы оповещают о том, что Чонгук уже ищет, куда в прошлый раз они поставили единственный светильник, и Хосок послушно ждёт, разглядывая темноту перед собственным лицом.       Ожидание всегда затягивает ход времени, а уж в темноте тем более, поэтому, когда о стол рядом стукается банка, кажется, что прошёл уже час. Хо на ощупь открывает замочек на крышке и ссыпает в горлышко принесённый с собой сахар, с облегчением смотря на вспыхивающие в темноте жёлтые искры. Постепенно их слабое свечение усиливается, стайкой крошечных шариков поднимаясь над опустевшей банкой.       - Это что? – заинтересованный голос Тэхёна разрывает тишину, заставляя Хосока вздрогнуть от неожиданности       - Болотные огоньки, - Чон привычно разбивает облачко ладонью на маленькие группки, послушно разлетающиеся по всей комнате, - Что-то типа магических светлячков. Только с характером.       - А почему нельзя просто лампочку включить? – Хосок закатывает глаза, потому что, ну сколько ещё раз ему зададут этот глупый вопрос? Неужели настолько непонятно, что если любая техника ломается при воздействии магии, то лампочка просто лопнет или перегорит в первые две минуты       - А Хосоки-хён у нас электричество экономит, - смеётся Гук, засовывая палец в ближайшую стайку огоньков       Чон-старший только беззлобно выдыхает тихое «придурок» и открывает на последней странице толстую помотанную жизнью тетрадь, пробегаясь глазами по собственному корявому почерку. Да, надо бы начать писать аккуратнее, а то непонятна половина. Чонгук смотрит на старшего подозрительным взглядом и как-бы нехотя встаёт по другую сторону стола. Его ладони привычно накрывают объёмную надпись «Beast», вокруг которой паутиной расползаются другие узоры, покрывающие весь стол.       - Так зачем мы сюда пришли? – снова подаёт голос Тэ, вставая под боком у Чонгука       - Затем, что тебе пора начинать учиться работать со своей сутью, - Хо не отрывает взгляда от тетради, но даже так легко представляет отражающее полное непонимание лицо Кима. Оно в последнее время у него часто такое.       - Значит, мы сегодня снова будем тыкать спящего медведя палочкой и надеяться, что нам не откусят руки? – подозрительно довольный Гук язвит и вальяжнее опирается на стол, вверх тормашками пытаясь прочитать корявые записи       - Да, - Хосок кивает, а затем вдруг усмехается, - Только начнём мы с твоего медведя.       Видеть обломавшегося Чонгука наверное самое большое удовольствие в Чоновой жизни. Особенно после того, как младший уже успел поверить в свою свободу на сегодня и построить план по пользованию ей. Вот как сейчас например, когда парень матюгается сквозь зубы и наклоняется так низко над столом, что чуть не стукается об деревяшку лбом.       Хо хмыкает, захлопывая тетрадь, и неспешным шагом подходит к ближайшему шкафу. Тёмные металлические ручки тускло отблёскивают перед тем, как открыть Чонову взгляду спрятанные в полутьме моток толстой цепи, длинный жезл с железной набойкой на конце и кучу всякой другой ненужной мелочи.       Пока Хосок привычно раскладывает на полу круг из цепи, Гук недовольно ворчит и возмущается, усаживаясь в центре комнаты и наблюдая, как старший звено за звеном закрепляет цепь на полу. Вся эта подготовка, больше подошедшая бы для какого-нибудь сериала про призраков, уже стала до странного привычной для обоих, как и в принципе всё происходящее.       - Как думаешь, замкнуть круг после того, как ты начнёшь, глупая или сумасшедшая идея? – негромко спрашивает Хо, многозначительным взглядом указывая Чонгуку в сторону так и стоящего у стола Тэ       - Ты сдурел? – мгновенно вспыхивает Гук, понимая план старшего без слов, - Ты не сможешь проконтролировать нас обоих одновременно.       - Я по крайней мере попробую, - безоблачно улыбается Хосок и оборачивается к Киму, - Тэ, специально для тебя – короткий инструктаж: не переступай круг и, если почувствуешь что-то странное, говори. Всё. Гук~а, как обычно, на счёт три начинаешь.       Чонгук кивнул, прикрывая глаза и вслушиваясь в знакомый отсчёт. Они не первый раз делают это, и наверное Хосок вполне сможет проконтролировать, чтобы всё закончилось хорошо. В любом случае, это не должно отвлекать сейчас. Гук медленно выпустил из лёгких воздух и попытался сосредоточиться на ощущении собственного тела. На ощущении, которого почему-то не было. Было только чувство странной вязкой, не дающей пошевелиться прохлады, окутывающей абсолютно всё.       Причину этого ощущения Чонгук понял слишком поздно, тогда, когда под веками заплясали яркие оранжево-янтарные искры, утягивая за собой в чёрную пустоту.       Хосок внимательно всматривается в сидящего в центре круга младшего, стараясь уловить причину собственного, неожиданно нахлынувшего беспокойства. И вроде бы всё в порядке, Гук даже с места не двинулся, а такое чувство, что что-то не так.       И это что-то даёт о себе знать в следующую же секунду уставившимися на Хо яркими глазами со зрачками-полосками, под взглядом которых Чон застывает на секунду. Рука сама неосознанно тянется к оставленному в стороне жезлу, и внимательный взгляд скользит за ней. Затем дальше – по узорчатой древесине стола. И ещё дальше – к стоящему за столом Тэхёну.       И тут в глазах пришедшего на смену Чонгуку существа мелькает сначала удивление, а затем расцветает насмешка, заставляя его губы изогнуться в кривой ухмылке. Тёмный смотрит на Кима так, как смотрел бы дикий зверь на собственную уже загнанную добычу, отчего даже у Хосока по спине бегут мурашки.       - Неужели ты всё ещё здесь, Пресветлый? – наполненный ехидством голос существа в тишине комнаты звучит странно, чужеродно, но от этого только больше заставляет в себя вслушиваться, - Как мило с твоей стороны.       Хо медленно встаёт на ноги, удобнее перехватывая в руке жезл, но тёмному он интересен настолько же, насколько интересна и одинокая пылинка на подоконнике. Правильно, ни насколько. И поэтому Чон не успевает ничего сделать, прежде чем существо начинает говорить уже абсолютно по-другому.       - Ну раз уж ты решил остаться, - от звуков чужого голоса все мысли в один момент становятся медленными и вязкими, и это даже несмотря на то, что звучащий морок направлен не на Хосока совершенно, - Тогда иди ко мне, Пресветлый.       Тэхён мелко вздрагивает, не смея оторвать взгляд от чужих ярких глаз, которые стали единственным различимым пятном в комнате. Кроме их зачаровывающего сияния и звучащего мягкого, зовущего голоса сейчас будто бы ничего не существовало. Только чужой призыв, который тянет ближе, заставляя сделать несмелый шаг вперёд.       Голова тут же взрывается болью, а сияющие в полумраке глаза становятся нестерпимо яркими. Что-то внутри будто бы сопротивляется этому зову, заставляя голову кружиться и пульсировать болью в висках. Ким жмурится и хватается рукой за край стола, чуть ли не падая на пол от внезапно нахлынувшей слабости.       - Ну же, Пресветлый, - мурчит голос уже практически на ухо, - Иди ко мне       Хосок вдруг приходит в себя, глядя на еле держащегося на ногах Тэ. Как он вообще мог позволить себе потерять контроль, особенно сейчас? Вот тебе и опытный бистмастер, косяк на косяке.       - Уходи, - Чон делает шаг к кругу, замирая около самой цепи, и выкидывает руку с жезлом вперёд, поднося железные набойки к самой шее тёмного, - По-хорошему.       Существо только недоумённо хмурится, будто бы впервые Хо вообще замечая, а затем нагло усмехается. Это значит «нет», Хосок прекрасно знает. А ведь так не хотелось доводить всё до этого, ну вот зачем это тупое упрямство? Чон резко выдыхает и касается концом палки шеи тёмного. Проходит ещё с полминуты, пока существо шипит и злобно ругается, безуспешно пытаясь отстраниться от жгущего кожу металла, прежде чем наконец уйти и дать Чонгуку возможность прийти в себя.       Тэхён не понимает, сколько прошло времени, только слышит какую-то невнятную возню на периферии собственного сознания, когда тянущий его вперёд зов вдруг исчезает. От внезапной потери невидимой опоры приходится грохнутся на колени, но даже от такого небольшого падения перед глазами вдруг вспыхивают цветные разводы, а сознание будто бы засыпает на секунду. Не секунду же?       Хосок оборачивается на стук, по-прежнему сжимая в руке жезл, но находит в паре метров от себя только всё-таки упавшего на колени Кима. Тот тихо мычит и трёт виски, будто бы стараясь избавиться от головной боли, но в остальном вроде выглядит вполне нормальным. Как в принципе и уже промаргивающийся Чонгук, как и всегда быстро приходящий в себя.       Прежде чем Хо успевает подойти к Тэхёну и помочь прийти в себя после морока, парень уже сам поднимается на ноги. Медленно, по-прежнему опираясь на стол, но вроде бы вполне сознательно. Гук рядом следит за Кимом не менее внимательно, но, кажется, замечает что-то раньше Хосока, выдыхая тихое испуганное:       - Господи.       Чонгук распахивает глаза, шокировано вглядываясь в чужое лицо. Чон теперь прекрасно понимает, как чувствовал себя старший в ту ночь чуть больше недели назад, потому что Тэхёновы глаза сейчас – как раз то, что способно напугать действительно до ночных кошмаров. Ким смотрит прямо на него, но в его взгляде ни малейшего проблеска хоть каких-то эмоций. Абсолютно холодный взгляд практически бесцветных, лишь с лёгким налётом перламутра, глаз заставляет Гука инстинктивно податься назад в попытке оказаться как можно дальше от явной опасности.        - Отчего ты испугался? – голос существа звучит практически ласково, но от этого становится только жутче, - Разве не ты звал меня?       Светлый внимательно вглядывается своими по-прежнему пустыми глазами в Чонгука, а затем вдруг делает несколько вполне уверенных шагов вперёд, замирая у самой границы круга. Хосок только удивлённо раскрывает рот, когда Ким, поколебавшись с секунду, переступает через цепь и вступает внутрь барьера, даже ничуть не изменившись в лице. Он будто бы даже не замечает преграды, которая должна быть для него, как и для любого другого существа, непреодолимой.       Гук торопливо отползает назад, утыкаясь спиной в невидимую стену, и гулко сглатывает. Приближающееся первозданно светлое существо внушает буквально суеверный ужас. Потому что ну не может существовать что-то живое с настолько холодным, всепоглощающе-пустым взглядом. Оно просто не должно такое существовать.       - Не нужно так бояться меня, - тот, кто пришёл на смену Тэхёну, присаживается на корточки перед уже буквально трясущимся Чонгуком, мягко накрывая его щёку ледяной ладонью, - Ты ведь знаешь, я пришёл не за тобой.       - Что ты такое? – Гук не находит ничего умнее, что мог бы спросить, но светлый в ответ только мягко усмехается       - Разве это так важно?       - Пресветлый! – вдруг долетает со стороны всеми забытого Хосока, который вообще-то должен был руководить ситуацией       Существо оборачивается на звук, внимательно разглядывая всё ещё стоящего за пределами круга Чона. Светлый будто бы пытается понять что-то, решить для себя, раз за разом проходясь взглядом по чужому лицу и жезлу в чужой руке.       - Мастер, - в конце концов почтительно выдыхает Ким и наклоняет голову в учтивом кивке       - Сейчас же отойди от него, - Хо не приказывает, просто очень серьёзно просит и, к его удивлению, светлый послушно поднимается на ноги       - Неужели не доверяете, мастер? – без особого удивления спрашивает существо, снова отходя к самой цепи       Хосок снова заворожённо смотрит, как светлый переступает через барьер, оказываясь по внешнюю сторону круга. На этот раз очень даже хорошо видно, сколько сил этот шаг забирает у существа – Ким хватается за край стола, с явным трудом удерживаясь от падения.       - Всё ещё не восстановился полностью. Какая досада, - невнятно бормочет светлый, всё-таки второй раз за вечер падая на колени       Хосок настороженно смотрит за Тэхёном, но тот совершенно не шевелится, кажется, действительно отключившись. Чонгук где-то вне поля зрения шебуршится, видимо пытаясь прийти в себя после пережитого, и тихо матерится, растирая оставшийся ещё от жезла ожог под подбородком.       - Я, блять, кажется, резко в бога поверил, - всё ещё подрагивающим голосом произносит Гук, неторопливо вставая на ноги, - Хосок~а, знаешь куда ты можешь себе подобные эксперименты засунуть? Я нахуй не соглашусь больше на такое.       - Кто б тебя ещё спрашивал, - тоже чуть нервно усмехается Чон-старший, размыкая круг и давая Чонгуку наконец выйти, - Как ты себя чувствуешь, кстати?       Гук игнорирует вопрос старшего, опускаясь на пол рядом с Тэхёном и осторожно притрагиваясь к его плечу. Ким мгновенно дёргается, приходя в сознание, и оглядывается вокруг своими живыми, совсем не пустыми глазами. Чонгук облегчённо выдыхает и улыбается, наблюдая, как на лице старшего со скоростью света меняются эмоции.       - Что произошло? – Ким непонимающе хмурится и потирает ладонью лоб, пытаясь прогнать лёгкое головокружение       - Много чего, - усмехается Гук, участливо заглядывая в лицо старшему, - Как ты?       Хосок со стороны наблюдает за рассевшимися на полу парнями, пытаясь как-то в голове уложить всё произошедшее. В Тэхёне пробудилась его суть. Возможно его триггернуло на Чонгука? Или скорее даже на наложенный им морок. Дальше: светлая суть Кима очень сильная. Настолько сильная, что способна перейти через барьер. Дважды. И последнее: суть Тэ вполне идёт на контакт. Ну, по крайней мере в сравнении с Чонгуковой.       Хо устало выдыхает, подходя к столу. Сначала нужно записать это всё, а потом… Потом было бы неплохо прилечь. На ближайшую жизнь прилечь и не вставать, потому что нет, прав Гук, нахер такие эксперименты. Много информации это, конечно, хорошо, но сохранные нервы, пожалуй, всё-таки лучше.