ВЕСЬ МИР ПРОТИВ НАС

1. Самолет набирал высоту, с каждой минутой все дальше удаляясь от Токио. Полет обещал быть долгим: Ницца находилась на другой стороне мира. У Усаги было много времени, чтобы подумать обо всем, что с ней произошло, и попытаться привести мысли в порядок. За последние полгода с ней случалось и плохое, и хорошее… и даже такое, от чего она сейчас краснела и украдкой улыбалась. Усаги отвернулась от иллюминатора и закрыла глаза. На нее нахлынули воспоминания…. Начиналось все не очень гладко. Через месяц после отъезда Сейи вместо документов о разводе пришло сообщение о его гибели. Мамору вызвал Усаги к себе и положил перед ней газету, где подробно расписывалось авария на дороге, унесшая жизнь ее мужа. Блондинке тогда показалось, что она проваливается в пропасть, и если бы не Мамору… Вообще, он тогда очень её поддержал. За все время он ни разу не напомнил ей о своих чувствах и вел себя как всегда. А когда увидел, что она тяжело переживает потерю, сделал и вовсе небывалую для себя вещь – вывез всех на две недели к морю. Рей и Минако с восторгом предавались пляжным развлечениям, пока Усаги в тоске целыми днями просиживала в шезлонге. - Ну, хватит киснуть, сестренка! – сказала ей как-то Минако, - Жизнь ведь не кончилась! Вот увидишь, будет и на нашей улице праздник! - Ты не понимаешь, Мина! – нахмурилась Усаги, - На твоей, может, и будет! Но для меня уже все кончено! - Знаешь, когда мой Айно исчез, я тоже так думала! Но, как видишь, сейчас жива и здорова! И даже весела! - Нашла с чем сравнить! Ты его даже не знала, а я… я почти влюбилась! – васильковые глаза наполнились слезами. - Да что ты понимаешь! – вдруг вспылила Минако и убежала. - Что это с ней? – удивилась Усаги. - Ты разбередила ее рану, - ответила Рей, - Ты тогда об этом не догадывалась, но Мина и Акиро Айно были влюблены друг в друга. Мамору не позволил им быть вместе. Он их поженил и выкинул Акиро из города. Так что, Минако сейчас понимает тебя как никто другой. - Бедная моя! Я должна извиниться! – Усаги соскочила с шезлонга. - Нет! Не напоминай ей больше! Лучшее, что ты можешь для нее сделать, это перестать убиваться и вернуться к нормальной жизни! Уса последовала совету Рей и с тех пор, если и грустила, то только наедине с собой. Оставшиеся несколько дней курортного отдыха прошли на удивление беззаботно. Даже Мамору пару раз улыбнулся, глядя, как веселятся его девчонки. Вот только Минако продолжала пугать всех перепадами своего настроения. Усаги винила себя в ее раздражительности и пыталась сглаживать острые углы. Но по возвращении в Токио выяснилось, что она не имеет никакого отношения к странному поведению сестры: Мина оказалась беременна. Причем, от кого – не созналась даже брату, лишь вскользь упомянула, что ребенок будет блондинчиком. Мамору, конечно же, был в ярости: пообещал посадить сестру под замок до конца дней, утроил охрану Усаги и приказал проверить всех блондинов из своего окружения на предмет связи с его сестрой. Но с самой беременностью он ничего сделать не смог и просто смирился. А через пару недель по утрам стало тошнить и Рей – видимо, отдых на море неплохо сказался на ее взаимоотношениях с мужем. Мамору особой радости не выказал, но с подозрением взглянул на Усаги (а вдруг тоже беременна?) и приставил к ней еще пару охранников – за ней теперь присматривали без малого 10 человек! Если не учитывать эту толпу в черных костюмах, которая таскалась за ней повсюду, то Усаги была очень счастлива – за сестру и за подругу. Они все вместе готовились к появлению малышей, и их жизнь была наполнена радостными хлопотами. - Интересно, кто у меня родится – мальчик или девочка? - сказала как-то Минако, допивая пятую чашку горячего шоколада, - А, Рей? Что там говорит насчет этого Дух Огня? - Я тебе еще пять лет назад сказала, что тебе на роду написано воспитать дочку. - Честно признаться, я не очень верю твоему Духу! Один раз он уже тебя подвел! - Когда это? - А кто говорил, что Усаги не будет вдовой? - Мда… - Рей задумалась, - Это странно, но Дух Огня по-прежнему утверждает, что она не вдова! - Твой Дух оптимист, как я посмотрю! Может, он и детей от покойного ей пророчит? - Не смейся! Нельзя смеяться над тем, чего не понимаешь! Можешь мне не верить, но скоро в жизни Усаги появится мужчина – отец ее будущих детей! - Да ладно! Мамору этого не допустит! Он с нее глаз не спустит! - С тебя вот тоже не спускал – и что? Вон какое пузо! – усмехнулась Рей. Минако тоже улыбнулась и погладила свой животик. - Кстати, Мина, ты не собираешься сказать отцу ребенка, что беременна? - А зачем? К тому же, он сейчас отсюда оооооооочень далеко! - Но ты не думаешь, что это не совсем честно по отношению к нему? - А что, честнее сдать его Мамору? Нет уж, у нас с этим блондином был равноценный обмен: он оставил мне ребенка, а сам забрал мои трусики, самые любимые причем! И подруги весело рассмеялись. 2. А потом события стали развиваться стремительно. В Токио откуда ни возьмись появился виртуозный мошенник. Его мишенью стали все ценные частные коллекции в пределах столицы. Он не гнушался ничем: будь то картины, драгоценности или раритет, но проделывал свои дела с таким воображением и мастерством, что получил кличку Фокусник. Кто он? Откуда? Какую преследует цель? Все это так и осталось загадкой, потому как задать эти вопросы неуловимому Робин Гуду было некому – за два месяца его не то что поймать, даже рассмотреть никто не смог. А ценности все похищались и похищались… затем их неожиданно обнаруживали то там, то здесь. Было очевидно, что Фокусник таким образом ведет какую-то лишь ему понятную игру: подбрасывая украденные вещи, он чего-то пытался добиться. Но чего? Если бы знать! В умах появилось сомнение: а вдруг эти дерзкие ограбления есть не что иное, как демонстрация силы? А не стоит ли за Фокусником кто-то из своих? Недоверие постепенно расползлось повсюду. Подозрения усилились, связи ослабли. Каждый ожидал удара в спину. Мамору Джиба тоже не был спокоен. Он не доверял никому. И, хотя неуловимый мошенник не нанес ему еще ни одного удара, Джиба чувствовал нутром, что этого не избежать, и даже более того – Фокусник наверняка приготовил для него что-то особенное. Но, не зная заранее о планах противника, он не мог предусмотреть всех возможностей. Единственное, что Мамору счел нужным сделать, это добавить к охране сестер еще по одному охраннику. Усаги и Минако только посмеялись над такими мерами: - Неужели наш братец думает, что вор украдет меня вместо бриллиантов! – веселилась Мина. - А я не знаю: то ли смеяться, то ли плакать! Число моих соглядатаев растет как на дрожжах! – вздыхала Усаги, - Может, Фокусник сделает мне одолжение и утащит мою частную коллекцию элитной охраны? Но смеяться пришлось недолго: однажды, выйдя из душа, Усаги обнаружила у себя в комнате незнакомца: он преспокойно восседал в кресле, закинув ногу на ногу, и дымил сигарой. Это был роскошный брюнет в дорогом красном костюме. Его ярко-синие глаза смотрели насмешливо и дерзко. - Ты кто такой? – она была просто ошарашена. - Меня зовут Сай, - лениво ответил незнакомец, - Но ты слышала обо мне как о Фокуснике, - что-то такое было в его голосе… и во всем образе.. но нет, она определенно никогда не видела его раньше! - Не может быть! Как ты смог сюда пробраться? – Усаги отказывалась верить, что перед ней и впрямь сидит тот самый мошенник, из-за которого было столько разговоров. Но больше всего ей казалось невероятным, что он зашел к ней в комнату так спокойно (и это в особняке самого Мамору Джиба!) – и никто из ее охраны до сих пор ни о чем не догадывается! Камер в спальне, конечно же, нет, но стоят датчики движения – они-то и должны сейчас сигналить, что она не одна! - Эти датчики движения – полная чушь! – Фокусник будто читал ее мысли, - Если я захочу, то они будут показывать, что здесь вообще никого нет! А камеру я отключил, так что нас с тобой сейчас никто не видит. - Какую камеру? – переспросила Усаги. - Ха, а ты что, не знала, что твой сводный братец тайком за тобой наблюдает? Эта новость чуть не сбила блондинку с ног. Но она постаралась взять себя в руки и спросила как можно строже: - Что тебе нужно? - Да вот, решил посмотреть, что за сокровище так бережет Джиба, - взгляд брюнета зажегся каким-то особым огнем. Усаги стало страшно. Ей впервые пришло в голову, что она стоит в одном полотенце, да еще и наедине с мужчиной, от которого неизвестно чего ждать. И никто, никто ей сейчас ничем не поможет! Фокусник усмехнулся, медленно поднялся и приблизился к ней вплотную. Усаги не могла пошевелиться, словно находясь под гипнозом. Но страха почему-то не ощущалось: в глазах незнакомца не было зла, а лишь обещание любви и преданности. То ли ей послышалось, то ли правда с его губ слетело легкое «Не бойся?» С замиранием сердца она ждала, что же последует дальше… Но его настроение вдруг поменялось, он снова усмехнулся и заявил: - Я думал, тут и правда что-то ценное, а оказалось – всего лишь смазливая девчонка! – он довольно дерзко ее поцеловал и выпустил из объятий, - Прости, никак не могу в тебя влюбиться! Чао, пупсик! – с этими словами красавец преспокойно вышел за дверь. 3. Следующая встреча Усаги и Фокусника состоялась на приеме в честь дня рождения Мамору. Блондинка пробиралась сквозь толпу к столу со сладостями, когда увидела, что ее недавний визитер стоит рядом с этим самым столиком и нагло ее разглядывает. Она в очередной раз поразилась его смелости и дерзости: пока весь город пытается изловить вора, он беспрепятственно заходит туда, куда захочет, и спокойно попивает шампанское у всех под носом! И, самое интересное, никто не обращает на него внимания, не пытается схватить… Стоп! На ум Усаги пришла неожиданная догадка: «Так ведь никто не представляет, как выглядит Фокусник! Никто сейчас не догадывается, что это он! Об этом знаю только я!» По каким-то причинам Усаги так никому и не рассказала о том визите брюнета. Она и сама не знала, почему решила смолчать. Может, ее разозлила новость о камере, которую Мамору тайком установил в ее комнате; она испытывала скрытое злорадство, что вся ее хваленая охрана, все новейшие устройства ничего не смогли поделать против настоящего ума. А может… да, она восхищалась! Восхищалась этим нахальным пиратом, который сделал то, на что никогда не решилась бы она сама – бросил вызов правилам, а точнее – самому Мамору Джиба. Они смотрели друг на друга несколько мгновений, пока Усаги не сообразила, что не стоит стоять столбом и привлекать к незнакомцу внимание ее охраны, и продолжила свой путь к столу со сладостями. Приятно щекотала мысль, что этот нахал сейчас находится в ее власти – стоит ей только намекнуть, что он и есть Фокусник, и ему отсюда не выбраться! Но блондинка не долго тешилась подобными рассуждениями: когда она взглянула на брюнета еще раз, тот просто пригвоздил ее своим взглядом к месту и еле заметно покачал головой, - так, что она тут же отсоветовала себе принимать против него хоть что-то. Усаги подошла к столу с другого конца и углубилась в изучение десертов. Но кремовые пирожные и шоколадный торт на самом деле сейчас мало ее интересовали. Ни она, ни Фокусник, не смотрели друг на друга (еще не хватало, чтобы Глыба заподозрил неладное!), но они могли друг друга слышать! И скоро до ушей Усы долетел его тихий шепот: - Какой мне попался хороший пупсик! Очень мило с твоей стороны, малыш, не выдать меня своему братцу! Блондинка едва заметно улыбнулась и, смакуя вишневый мусс, прошептала в ответ: - Не обольщайся! Еще не вечер! Я могу сделать это в любой момент! Мне даже не обязательно говорить, кто ты, - достаточно намекнуть Мамору, что ты ко мне пристаешь, и расплата последует незамедлительно! - А я к тебе пристаю? - А ты уже забыл, что было у меня в комнате? - Честно? Забыл! Но ты, похоже, забыть никак не можешь! Неужели это был твой первый поцелуй?! Эти слова немного задели Усаги – мерзавец попал в точку! Она надула губки и уткнулась в свою тарелку. - Признайся, пупсик, тебе понравилось! – продолжал издеваться брюнет, - Ведь на самом деле ты любишь плохих мальчиков! - Может, ты хочешь, чтобы я тебя отшлепала? - Не откажусь! Но только один разок – не больше. Ты не в моем вкусе, пупсик! - Да пошел ты! – Усаги сама не понимала, почему так разозлилась, - Ты, похоже, совсем забыл, где находишься и с кем разговариваешь! - Ого! Малыш решил показать зубки! – Фокусник лишь усмехнулся, - Но и ты, детка, не забывай мою к тебе доброту! Ведь я мог сделать с тобой все что угодно! И еще сделаю, если будешь меня злить – и никакой братец тебе не поможет! По спине блондинки пробежал неприятный холодок. Она ощутила острую потребность почувствовать себя в безопасности. И поскольку на свете существовал лишь один человек, который мог подарить ей это чувство, Усаги отправилась на поиски Мамору. Взяв его под руку, она успокоилась не вполне, но, все же, почувствовала себя увереннее. Фокусника она больше не видела и решила, что он покинул прием. Как же она ошибалась! Сразу после ужина в зале внезапно погас свет и не загорался очень долго. Постепенно всех захлестнула волна легкой паники: гости что-то взволнованно кричали, сталкивались, натыкались на мебель, будто никто не мог просто спокойно постоять на месте. Как крепко ни держал Мамору руку Усаги, в какой-то момент их что-то разъединило, и девушка потерялась в толпе. Ее носило, как щепку, пока не прибило к стене. В тот же момент чьи-то сильные руки обняли ее сзади. - Еще раз здравствуй, пупсик! – услышала блондинка над самым ухом и поняла, к кому ее угораздило попасться. Между тем Фокусник крепче прижал ее к себе и, словно играя, поцеловал в плечо. Усаги захлестнула волна возмущения пополам с восторгом: вокруг полно народу, где-то рядом ходит Мамору, а она стоит, обнявшись с незнакомцем, который нагло целует ее под покровом темноты… И все-таки гнев победил: она дернула плечами и сердито произнесла: - Я же не в твоем вкусе, забыл? - Нет, не забыл, - усмехнулся он, - Хочешь, я покажу тебе, как целую тех, кто в моем? - Не хочу! – получилось испуганно. - Ну, как хочешь! Смотри потом не пожалей! – нахальный брюнет прикусил мочку ее ушка и добавил уже серьезно: - Побудь здесь, пупсик! Я приготовил для твоего сводного братца потрясающий подарок! Передай-ка ему вот это! – он вложил в руку Усаги какой-то конверт, - Смотри не потеряй! – и Усаги осталась в темноте одна. Через пару минут свет все же зажегся. И тут по залу стали разноситься истерические женские крики и плач: во время «затмения» кто-то умудрился снять со всех дам бриллианты. Гости были возмущены и ошарашены, многочисленная охрана бестолково бегала туда-сюда. Во всеобщей суматохе Мамору не сразу сумел найти Усаги. Она стояла у дальней стены, вцепившись в стул – испуганная и бледная. Но, подойдя к ней ближе, чтобы обнять и успокоить, он замер: с ног до головы Усаги была обвешана бриллиантами и блестела как новогодняя елка. Гости тоже уставились на нее с недоумением, а многие дамы начали узнавать свои украшения. Дрожащей рукой блондинка протянула взбешенному Мамору белый конверт, в котором оказалась дешевая открытка с надписью: «С Днем Рождения, Джиба!» 4. - Почему ты не рассказала мне об этом раньше?! – бушевал Мамору. Усаги впервые видела его в такой ярости. Он метался по своему кабинету, и казалось, от его гнева расплавятся стены. Наконец, он опустился на стул и посмотрел Усе прямо в глаза: - Я думал, что могу доверять тебе! - Но ты можешь мне доверять! – запротестовала блондинка, чуть не плача. Мамору вздохнул и заговорил как-то отстраненно: - В нашем городе появляется некий наглец, который открыто плюет на законы и правила и даже считает возможным бросать мне вызов. Я изо всех сил пытаюсь его найти и как-то обезопасить свою семью – между прочим, твоих беременных подруг! И вот сейчас я узнаю, что моя собственная сестра имела тайные встречи с этим типом у себя в спальне и даже не сочла нужным мне об этом сообщить! Усако, что я должен думать о тебе? - П-прости меня! – из васильковых глаз ручьем покатились предательские слезы. - Расскажи ты мне все раньше, и этот мерзавец был бы давно пойман! Господи, Усако, как ты не понимаешь! Да он же мог причинить тебе вред или ещё хуже… Как ты могла смолчать о его визите?! Бедная Усаги уже вовсю рыдала, всем существом ощущая свою вину и раскаяние. Этого Мамору вынести не мог, и его гнев немедленно сменился на милость: - Ну-ну, родная, успокойся! Я прощаю тебя. И обещаю дальше защищать свою глупую маленькую сестренку, - он погладил ее по голове, - Но только обещай мне, что если ты снова где-нибудь увидишь этого типа, то сразу же мне сообщишь! - Обещаю! – всхлипнула Усаги и в тот момент действительно была готова сделать все, чтобы больше никогда не расстраивать сводного брата. 5. Если бы только Усаги знала, как быстро ей представится возможность доказать свою преданность Мамору и какая расплата за это последует, то она не торопилась бы давать такого обещания. Буквально через пару дней, войдя вслед за Рей и Минако в «Серебряный кристалл», Усаги увидела там Фокусника, который лениво потягивал шампанское и попутно пытался развлечь какую-то расфуфыренную мадам. Он выглядел просто роскошно. Усаги вдруг вспомнила, как он целовал ее плечо, и закусила губу. «Это безумие какое-то! – рассердилась она на себя, - Я должна немедленно сказать о нем Мамору!» Но ноги будто приросли к полу. Она так и стояла, словно греческая статуя, впившись взглядом в чужого, но такого привлекательного мужчину. Из ступора блондинку вывел сам Фокусник: наклонившись к своей собеседнице, он поцеловал ее руку, от чего мадам разразилась кокетливым смехом. Усаги будто окатило холодной водой. «Боже, да я ревную! – с ужасом поняла она, - Но я сумею с этим покончить, пока не стало слишком поздно!» - и она уверенным шагом направилась к кабинету Мамору. Он отреагировал на ее заявление молниеносно: на поимку дерзкого нахала в зал казино немедленно был отправлен отряд охраны. Сердце Усаги громко стучало: она знала, что поступает правильно, но все-таки… Через десять минут в кабинет вернулся Глыба и с кислой миной доложил, что Фокуснику удалось уйти – вместе с редким сапфиром, украшавшим грудь той самой дамы, возле которой мошенник весь вечер крутился. Усаги тайком улыбнулась, а Мамору раздраженно ударил рукой по столу. - Но мы поймаем его очень быстро! – пытался оправдаться Глыба, - Ведь теперь мы знаем, как он выглядит! - Очень на это надеюсь! – холодно ответил Джиба, - И больше никаких провалов! - Да, босс! – Глыба попятился и поспешил скрыться с глаз. Между тем Мамору хмуро посмотрел на Усаги и изрек: - Собирайся! Ты едешь в Европу! 6. Весь следующий день ушел на сборы и выслушивание бесконечных наставлений Минако о том, как лучше флиртовать с парнями заграницей. Но Усаги слушала ее в пол уха и не особо тщательно укладывала свой чемодан: ее не оставляло ощущение, что она все-таки никуда не поедет. Что-то непременно должно случится… Не может быть, чтобы Фокусник оставил ее без наказания – он же предупреждал… Она с трепетом ждала его следующего шага, тайно желая увидеть его еще раз… И расплата последовала тем же вечером. Готовясь ко сну, Усаги расчесывала перед зеркалом свои золотые локоны и не сразу заметила, что в комнате она не одна. Какой-то холодок пробежал по спине и заставил ее замереть. Медленно оглянувшись, блондинка почти без удивления увидела своего самого желанного врага. Он сидел в том же кресле и в той же позе, что и в свой первый визит, вот только взгляд был серьезным и темным… - Ты?.. – Усаги хотела бы сказать что-нибудь еще, но все мысли из головы словно испарились. - Малыш, я ведь предупреждал тебя со мной не связываться, - тихо заговорил Фокусник, - Ты ведь не думала, что я позволю тебе уехать просто так? – он усмехнулся и скинул с себя пиджак. - Что ты делаешь?! - едва смогла выдавить Усаги, словно в каком-то тумане наблюдая за его действиями. - Ты задаешь глупые вопросы, пупсик! – отчеканил брюнет, - Глупые, потому что ответ очевиден, и ты его прекрасно знаешь, хоть и пытаешься отрицать. От этих беспощадных, но правдивых слов Усаги вздрогнула и выронила расческу, которую судорожно сжимала все это время. Ее чувства в тот момент едва ли поддавались описанию, и было не понятно, чего в них больше: страха или... Фокусник смотрел на нее с усмешкой, словно видел насквозь и понимал все ее переживания. - А знаешь, пупсик, мне почему-то кажется, что ты меня ждала, - его синие глаза нагло сверкнули, - Я почти уверен, что ты хочешь моего наказания! Это заявление вдруг вывело Усаги из себя. Отскочив к дверям, она схватилась за ручку и яростно зашептала: - Пошел вон отсюда! Если ты сейчас же не уберешься, я позову охрану! Вот увидишь, через минуту здесь будет весь дом, и тогда тебе вряд ли удастся спастись! - Ну-ну-ну! – поморщился Фокусник, - Сегодня нам с тобой не нужны свидетели. Брось, пупсик, не усугубляй свою вину! Иначе твое наказание может стать строже! - его голос стал серьезным, - Я ведь все равно тебя накажу – рано или поздно. Но тогда твоему брату всё станет известно – в подробностях. Подобная перспектива Усаги совсем не обрадовала. Она замялась у дверей, не зная, на что решиться. Ей безумно нравился этот нахал – как никто и никогда - и скрывать это от себя она уже не могла. Но с другой стороны… это же враг Мамору! И еще… «Давно ли ты оплакивала Сейю?» - пронеслось в голове. - Ты же говорил, я не в твоем вкусе! – Усаги хваталась за соломинку, но ей было уже понятно, что она безнадежно проиграла. - Ничего, один раз потерплю! – последовал дерзкий ответ, - Малыш, хватит тянуть время! Иди сюда! - Можно я хоть выключу свет? – смущенно пробормотала блондинка. - Выключай что хочешь и иди ко мне! И она пошла. 7. В эту ночь Мамору долго не мог уснуть, разные мысли не давали покоя. Правильно ли он поступает, отправляя Усаги на другой конец света? Сможет ли он выдержать эту разлуку, и поможет ли это защитить её от Фокусника? Мамору сел на кровати и обхватил голову руками. Сейчас он ничем не напоминал того властного и хладнокровного человека, каким представал перед остальными. Все тщательно скрываемые чувства по ночам вырывались наружу: сомнения, усталость, неразделенная любовь… - Почему ты не спишь? – заворочалась рядом Рей, - Что с тобой сегодня? - Ничего. Спи! – получилось слишком резко, но Мамору было не до этого. Он поднялся и отправился в свой кабинет. В верхнем ящике письменного стола, который всегда запирался на ключ, Мамору хранил старую фотографию: последний совместный снимок семьи Цукино. Усаги на нем была еще угловатым подростком – ей тогда едва исполнилось четырнадцать. Она весело смеялась и держала за руку своего хмурого сводного брата, который стоял отдельно ото всех, как неродной. «А я никогда и не был им родным! – в очередной раз подумал Мамору, - Мы всегда были чужими!» Сейчас он мог сделать сотню и даже тысячу разных фотографий Усаги, но Мамору нравилось смотреть именно на этот старый снимок, на котором она доверчиво глядит на него, а на её лице - счастье и любовь. И пусть это не та любовь, какую бы он хотел, а всего лишь дружеское расположение, но здесь изображена его мечта – самая заветная и несбывшаяся. «ПОКА несбывшаяся, - поправил он себя, - Потому что я уверен: однажды она посмотрит на меня другими глазами и тогда…» Сколько он уже ждет? Года четыре, не меньше. И неизвестно, сколько еще придется ждать. Но это всё неважно – Усаги стоит того, чтобы ее добиваться. Мамору усмехнулся своим мыслям. Интересно, кто догадался вложить ему в грудь такие чувства – сильные и безответные, словно в насмешку над всем его могуществом и властью?! И как неприятно создавать, что на всю его жизнь повлияла глупая случайность: не женись Кенджи Цукино на его матери, и Усаги сейчас не считала бы его братом. Мамору встретил бы её где-нибудь на выставке (она так их любит!), стал ухаживать – так красиво, как только мог, - и к настоящему моменту они, наверняка, уже были бы женаты – безо всяких «но» и «если»! Мамору вдруг захотелось ее увидеть, просто посмотреть как она спит. В конце концов, завтра Усаги улетает – и пройдет немало времени, прежде чем они увидятся вновь. Он вылетел из кабинета, громко хлопнув дверью, и стремительно зашагал в западное крыло дома – на половину сестер. Какая-то странная тревога гнала его вперед. Мамору подошел к комнате Усаги и уже взялся за дверную ручку, когда что-то его остановило. Этим «что-то» оказалась фигура Минако, выглядывающая из комнаты напротив. - Что это ты здесь делаешь? – шепотом поинтересовалась она. - А ты почему блуждаешь среди ночи? – ответил он вопросом на вопрос. - Мне не спится. Все думаю, думаю… Говорят, у беременных такое бывает! – затараторила Минако, - Да еще и Уса никак не дает уснуть – шумит, что-то роняет, смеется… то ли чемоданы до сих пор собирает, то ли разговаривает во сне… Мамору нахмурился, прислушиваясь. Но все было тихо. Он постоял еще минуту, затем посоветовал Минако идти спать и отправился восвояси, так и не узнав, что в эту ночь он чуть не застал самый страшный кошмар в своей жизни – Усаги в объятиях другого. 8. Часы показывали половину четвертого утра – самое время для того, чтобы побыстрее отсюда убраться. Но Сейя продолжал сидеть на краю кровати в комнате Усаги и никак не мог заставить себя сдвинуться с места. Он думал. Последние несколько недель были самыми сложными в его жизни. И не потому, что подготовка авантюр Фокусника требовала напряжения всех сил. Нет, с этим как раз было все на удивление просто. Вернее, это казалось пустяком по сравнению с другой мукой – три месяца находиться рядом со своей любимой и из всех сил сдерживаться, чтобы к ней не подойти, не открыться… Честное слово, сейчас Сейя как никто понимал чувства Мамору и даже уважал его за многолетнюю выдержку. Отец предупреждал его: пока идет игра против Джиба, не в коем случае не подходить к Усаги. И поначалу Сейя честно исполнял этот наказ. Но потом… что случилось потом? Случайно увидев ее на каком-то приеме, он вдруг начал искать с ней встреч, решился на разговор, залез к ней в комнату… Он обманывал себя. Он считал, что короткие беседы ничем не могут ему грозить… И вот, вчера он сорвался… не сдержал чувств… повел себя как глупый мальчишка! А ведь шел сюда просто «поговорить»… «Кретин! Придурок! Идиот!» - Сейя просто не знал как еще себя назвать. Он осознавал, как нехорошо поступил с Усаги: являясь к ней в образе Фокусника, он ввел ее в заблуждение, смутил ее чувства… да попросту обманул! И как после этого смотреть ей в глаза? Простит ли она его, когда обо всем узнает? Сможет ли забыть нахального вора и снова принять в свое сердце уличного музыканта? Но хуже всего для Сейи было осознание того, что ради исправления своей ошибки он теперь должен поступить еще более мерзко. - Прости, Куколка! – прошептал он, поднимаясь, - Мне придется нанести тебе еще одну рану. Но обещаю, потом я ее залечу! 9. Утром Усаги разбудил назойливый треск будильника на мобильном. «Откуда он здесь взялся? – сонно подумала она, - Я ведь его не заводила!» Блондинка начала водить рукой, пытаясь ударить по источнику шума, но его не оказалось в досягаемой близости. Пришлось открыть глаза и оглядеться. То, что Усаги увидела, мгновенно заставило ее проснуться: рядом с ней, на подушке, лежала цепочка с огромным сапфиром – тем самым, что Фокусник похитил накануне у дамы из казино, а воспоминания о произошедшем накануне заставили блондинку под этой самой подушкой спрятать голову. Между тем настырный будильник продолжал надрываться и грозился перебудить весь дом. Усаги соскочила с кровати и лихорадочно начала его искать. Это оказалось не так просто: по комнате будто прошел тайфун, ни одна вещь не лежала на своем месте. Наконец, мобильник был обнаружен - на подоконнике, в горшке с комнатным цветком. Как только блондинка нажала кнопку отбоя, в ее телефоне что-то щелкнуло, и он начал воспроизводить оставленное сообщение. Насмешливый голос Фокусника вещал: «Привет, пупсик! Спасибо тебе большое – все было классно! (Смешок) Как тебе мой подарок? По-моему, очень идет твоим глазам. Предупреждаю, не вздумай отдать сапфир своему братцу или выбросить! Узнаю – накажу! Думаю, теперь ты поняла, что связываться со мной не стоит? Цени мою доброту и впредь будь осторожна – я не всегда бываю милостив! Надеюсь, дорогуша, что тебе удалось выспаться (снова смешок), потому что сейчас тебе лучше одеться и привести себя в порядок. Через полчаса камера в твоей комнате вновь заработает – ты же не хочешь, чтобы любимый братец увидел следы твоего грехопадения? Чао, малыш! Постарайся забыть меня как можно скорее, хотя после вчерашнего тебе и трудно будет это сделать. Но ты по-прежнему не в моем вкусе, и теперь мне от тебя вряд ли что-нибудь еще понадобится!» Усаги не верила своим ушам. Она прослушала это сообщение несколько раз, прежде чем до нее окончательно дошел весь его циничный смысл. Ее душу захлестнула волна обиды и разочарования, к горлу подступил ком. «Дурочка, на что ты надеялась? Неужели на вечную любовь? - ругала она себя, - Он всего хотел лишь тебя наказать – и вот оно, наказание!» Блондинка пустым взглядом обвела свою перевернутую сверх на голову комнату (теперь она понимала, что Фокусник специально старался оставить как можно больше следов своего пребывания) и поняла, что не в состоянии сейчас ничего прибирать – даже под угрозой объяснения с Мамору. То, что ей действительно было нужно, так это с кем-то поговорить о происшедшем – выпустить пар. И сделать это немедленно! На ватных ногах Усаги направилась к двери и в чем была, в том и вышла из комнаты. 10. - Господи, Уса, что случилось?!!! – вряд ли можно описать удивление и тревогу Минако, когда ни свет ни заря на пороге ее спальни появилась младшая сестра – бледная, несчастная, в одной простыне и с огромным сапфиром на шее. - М-мина,… у тебя выпить что-нибудь есть? – только и смогла пролепетать Усаги. - А я здесь что, по твоему, главный алкоголик? – возмутилась Мина, - Или ты думаешь, что я всегда храню под кроватью «Хеннеси» - ну так, на всякий случай?! Я, между прочим, беременна – ты ведь не забыла, нет? - Ой! Прости! – смутилась Усаги, - Я сама не знаю, что несу… Мне просто срочно нужно с кем-нибудь поговорить… - Ну, так зачем стоять в дверях? – Минако решительно схватила сестру за руку и затащила в комнату, - А теперь садись и выкладывай, что там у тебя стряслось? Усаги опустилась в кресло, сделала глубокий вдох и поведала сестре всю свою историю знакомства с Фокусником, затем, отчаянно краснея, рассказала о сегодняшнем ночном «приключении», а также об утреннем «сюрпризе». - Да, дела…. – Мина была в шоке, - Это называется вляпалась так вляпалась! И куда только смотрит Мамору! - Ой, не напоминай! – по щекам Усаги побежали предательские слезы, - Я теперь вообще не знаю, как смогу посмотреть ему в глаза! - Очень даже сможешь! Ведь настоящая цель Фокусника – насолить через тебя нашему братцу! Значит, твоей вины тут нет! Это Мамору навлек на тебя беду и не уберег! - Ты думаешь, дело в этом? - Ну, разумеется! Все ясно, как божий день! Судя по слухам, этот Робин Гуд всегда ударяет по самому больному месту, и такое место у Мамору – наша семья. Но я беременна, Рей тоже - вот Фокусник на тебе и отрывается. Вспомни, как он грозил тебе, что поставит в известность Мамору! Ничуть не удивлюсь, если он так и сделает! - Нет, он же обещал! - Ха! Нашла кому верить! - Минако нахмурилась, - Для Мамору это будет удар под дых, и Фокусник насладится победой сполна! Этот мерзавец всё продумал! Да еще и ворованный сапфир тебе на шею повесил! Усаги побелела и начала сползать на пол. Минако не ожидала, что ее слова подействуют подобным образом и не на шутку испугалась за сестру: - Эй, Уса! Ну-ка перестань разводить тут панику! Все будет нормально, вот увидишь! И вообще, посмотри на случившееся с другой стороны: Фокусник, конечно, на Ромео не тянет, зато ты теперь – ну вылитая Джульетта! Усаги слабо улыбнулась. К ней начал возвращаться прежний цвет лица. Она протянула Минако свой мобильник: - Вот, он оставил мне сообщение. Не желаешь ознакомиться? - Давай! – Мина прослушала послание Фокусника и усмехнулась: - Хм, а знаешь что? Хоть он и отрицает, но мне почему-то кажется, что он к тебе не так уж и равнодушен! - С чего ты взяла? – глаза Усаги загорелись. Она и сама поражалась своей радости. Ведь радоваться, собственно говоря, было нечему. - Ну смотри: с чего бы ему заводить будильник и предупреждать тебя о камере? Ясное дело, он не хотел скомпрометировать тебя перед Мамору! - Мина, десять минут назад ты утверждала обратное! Что в его планы как раз входит во все Мамору посвятить! - Да, но тогда я еще не слышала этого послания! И теперь мне все видится в другом свете! Если бы Фокусник захотел, то просто отправил бы запись Мамору – и дело с концом! Но вместо этого он будит тебя и дает возможность замести следы. Как мило! - Но это ни о чем не говорит! Может, он ведет какую-то свою игру, нам не понятную! – Усаги спорила для виду, но в душе мечтала, чтобы у сестры нашлись и другие аргументы в пользу Фокусника. И они нашлись. - Ну а этот сапфир, - Минако кивнула на шею Усы, - По идее, Фокусник не должен был противиться твоему желанию отдать драгоценность Мамору, чтобы его скомпрометировать. Но вместо этого Фокусник запрещает тебе отдавать сапфир кому бы то ни было. Что-то не сходится. Такое ощущение, что он стащил его специально для тебя, и это и впрямь подарок. - Странный какой-то подарок! – Усаги надула губы, - У этого сапфира другая хозяйка! И я его ей верну! - Вот именно! – вдруг подскочила Минако, - Точно! Слушай, в своем сообщении он вроде бы советует тебе поскорее себя забыть, но при этом намекает, что у тебя это не получится, и даже дает тебе скрытые инструкции, как ускорить вашу встречу! - И как же? - Он же говорит: «…не вздумай отдать сапфир своему братцу или выбросить! Узнаю – накажу!» Ты поняла? Стоит тебе избавиться от его «подарка», и он придет тебя «наказывать»! Все сходится! - А у меня вот не сходится! – закапризничала Усаги, - То ты говоришь, что Фокусник украл сапфир для меня и не хочет, чтобы я с ним расставалась, а теперь утверждаешь, что на самом деле он уговаривает меня от подарка избавиться! Как-то это очень сложно и запутано! - Зато правдоподобно! Говорю тебе, все его послание – смесь самовосхваления и призыва нарушить его указания. Что-то мне подсказывает, то он не прочь наказывать тебя почаще! - Ты правда так думаешь? – в глазах Усаги было столько радостной надежды, что в голову Мине пришла очередная гениальная догадка: - Дорогуша, да ты влюбилась в этого типа! Усаги покраснела и опустила взгляд, но возражать против очевидного у нее не хватило духу. - Ещё не легче! – Минако всплеснула руками, - Уса, ты решила меня сегодня доканать? А я, между прочим, беременна – мне совсем нельзя нервничать! - Не сердись, Мина! Лучше посоветуй: рассказывать Мамору о том, что произошло, или нет? - Ну, это зависит от того, хочешь ли ты жить долго и счастливо, - попробовала пошутить Минако, - А если серьезно, сестренка, то я просто не знаю, что тебе посоветовать! Так и так будет плохо! С одной стороны, конечно надо рассказать! Ведь это акция против Мамору, а значит, он должен быть в курсе, чтобы защитить тебя и защититься самому! Но тогда тебе придется вернуть сапфир хозяйке: этим ты нарушишь указания Фокусника и спровоцируешь его на новые действия. С другой стороны, ты можешь и промолчать – негоже посвящать брата, тем более сводного, в подробности твоей личной жизни – это разобьет ему сердце. К тому же, ты улетаешь сегодня в Европу – может, отложить разговор до твоего возвращения? Но при этом тебе придется оставить сапфир себе, и если его вдруг обнаружат, то это скомпрометирует и тебя, и Мамору. - Умеешь ты успокоить! – Усаги снова была готова расплакаться. - А ну-ка не кисни! – запротестовала Минако, - Давай пойдем сейчас к Рей – пусть спросит совета у своего Духа Огня. Должна же от него быть хоть какая-то польза! - Перестань, Мина! Зачем ты все время ее этим задеваешь? Я верю, что она нас не обманывает. - Наивная! А вот я не поверю, пока не увижу собственными глазами! - Ну так что, идем? – Усаги решительно поднялась. Ее переполняла жажда действий. - Придержи коней! Думаю, для начала, тебе следует одеться поприличнее – нельзя же ходить по дому в таком виде! – Минако усмехнулась, - И давай, все-таки, приведем твою спальню в божеский вид – уберем следы пребывания… э… Мамая! Сестры рассмеялись и отправились в комнату младшей. 11. …Самолет немного затрясло, и Усаги очнулась от воспоминаний. Осталась ровно половина пути. Где-то далеко впереди ее ждала неведомая Ницца. А все тревоги и переживания остались в Токио – вместе с Фокусником и Мамору. Усаги вздохнула. На последнем собрании Рей и Минако отговорили ее рассказывать брату о своем «приключении», и она улетела, так и не объяснившись с ним, и еще больше уверенная в том, что Фокусник к ней неравнодушен. «Посмотрим, что будет дальше, - улыбаясь, думала Усаги, - Посмотрим…»