Целитель

И вот, прошла неделя. Мама практически постоянно навещает меня, что не может не радовать. Она наконец образумилась! Я, как ни странно, пошел на поправку. Голоса начали исчезать один за одним, я стал более открыт и добр. Врачи только удивлялись, говоря, что я чудо природы. Ведь шизу нельзя полностью вылечить, только взять признаки под контроль. А я лечусь. Потихоньку, но становлюсь нормальным. Через несколько лет я, возможно, выпишусь отсюда! Но, у каждой медали есть другая сторона, так ведь? Так вот. Вару с того дня не появлялся. Ни разу. Мне сказали, что он уволился. Сколько же влаги я выпустил за ту ночь! Вся подушка, даже часть постельного белья была солёной и мокрой. А глаза покраснели и опухли настолько, что было трудно их открывать. Дня три я сидел в палате. Мама приходила тогда каждый день, с подачками, и всячески меня успокаивала. Как же я ей благодарен! И все же... Я не оставляю надежды, что он просто в отпуске. Ну не мог он, не мог! Из-за чего он ушел? Это я виноват, да? Или ему не понравился тон моей матери? Не думаю. Он покладистый и спокойный. Так, во всяком случае, Вару показывался именно мне. Сердце болит. А я его отпускаю. Навсегда.... - Итак, Зонт Сноу? - Да?, - я привстал с кровати. - Можете собираться. Вот выписка, - с улыбкой произнесла врач, протягивая листок со штампом. Я вскрикнул и кинулся к женщине. Она этого явно не ожидала. А если и ожидала, то только то, что я сухо отвечу ,,спасибо". Думаю, если бы она не попыталась вырваться, я б ее задушил в объятиях. Ну конечно, я же наконец свалю с этой дыры! - Ну, ну, спокойней, - смущённо сказала врач, - давайте побыстрее, Куромаку просил не медлить. У него для вас сюрприз. Я вопросительно взглянул на нее. - Какой такой сюрприз? - Не знаю, - подала плечами женщина, - мне никто ничего не разъяснил. Ну ладно, прощай, Зонтик. Она похлопал меня по спине и вышла. Минут двадцать я просто бегал и прыгал по палате, с выпиской в руках. Потом, с улыбкой, начал собирать вещи. Их не так много, так что все вместилось в один большой пакет. В последний раз оглядев палату, я заметил его. Рисунок. Опять внутри что-то сжалось. Я взял его в руки и оглядел. Чудесно... Почему все так шикарно? К горлу подкатил ком. Еле сдержавшись от рыданий, я положил рисунок в пакет, сложив вдвое, и вышел. В последний раз огляделся. Эта палата стала мне родной... Но я к ней не привязался. К счастью. Вздохнув, я наконец вышел. Теперь точно сюда не вернусь.Никогда На входе в больницу стояла мама и Куромаку. Мама кинулась на меня с объятиями, а врач стоял рядом, просто смотря на нас. Он что-то хотел сказать, но ждал, пока мы отлепимся друг от друга. Наконец, мама отпустила меня, беря в руки мой пакет. Я же повернулся к Куромаку, держащего лист в руках. - Вот, бери, - с улыбкой протянул он мне записку. Я посмотрел на него, явно недоумевая. Он кивнул и положил лист мне в руки. - Ты не волнуйся. Паспорт (или что то там, куда записывают выписку из психушки) потом поменяешь. Это же возможно? Я кивнул, раскрывая записку. Сердце замерло, а потом забилось так, будто я пробежал несколько десятков километров. Знакомые буквы складывались в более знакомый текст. ,, Здравствуй, Зонтик! Извини, что так тебя называю, но это того стоит. Прости меня, что я просто взял и исчез. Но это все было необходимо. Я очень рад, что вы встретились с мамой. И нет, я, как ты возможно думал, не обиделся на нее. Я понимаю, что вы хотели провести время вместе. Так вот, зачем я заходил? Хотел попрощаться. Но, как видишь, не получилось. Я заранее знал, что тебя выпишут через две недели после появления твоей матери. Поэтому попросил меня уволить, ведь больше мне там делать нечего. Без тебя нечего Я свалил лишь для того, чтобы подготовиться. Зачем и к чему? Узнаешь. Приходи в день выписки в местный парк. Ты по любому знаешь ландшафт нашего городка. Так вот, в 18:00, когда немного спадет жара, приходи туда и жди. До встречи:)" Я улыбался, читая записку. В конце прижал ее к груди и поднял голову к Куромаку. Он стоял, скрестив руки на груди, и внимательно следил за моим выражением лица. - Ну что, понял? - Д-да... Мама с интересом смотрела на листок, тоже читая незамысловатый текст. Она приобняла меня за плечи, и, смеясь, произнесла - Я же говорила, что все наладится! А ты грустил! Потом мы ещё долго стояли, разговаривая. В конце концов, мы распрощались, а мама взяла с Куромаку обещание, что он обязательно будет приходить в гости. Так я и стал нормальным и жизнь вместе со мной.