game over or not

Юнги устроился работать в эту школу пару лет назад вместе с учителем Ким Сокджином. Он – психопат, но по документам психолог с двумя дипломами и с множеством рекомендаций. Его не проверяли так сильно как Джина, просто попросили сходить в больницу и принести документ, подтверждающий его принадлежность. Почему к нему не отнеслись серьёзно? Всё достаточно просто. Он психолог, который два раза в месяц проводит беседы с учениками, у него обворожительная улыбка и прекрасная способность врать. Так что сейчас он может только закрыть дверь на замок и кинуть Чонгука на длинный, деревянный стол в углу кабинета. – У тебя был шанс уйти, – за чем-то говорит Юнги Чонгуку, срывая с него школьные брюки, и полностью слетает с катушек. Он одной рукой прижимает Чона к столу, а другой отстегивает ремень на своих брюках. – П-помогите мне, сонбе! – стонет Гук, чувствуя сразу два пальца в себе. Юнги не отвечает, он рвёт рубашку на младшем и входит. Грубо, резко, без предварительных ласк, прокусывает ему левое плечо и не разжимает челюсти, заполняя свою ротовую полость чужой кровью. – Б-больно! – в порыве между резкими толчками кричит и стонет одновременно Чонгук, – От-отпустите! Мин не слушает его. Он подхватывает Чона за талию, оставляя полумесяцы от ногтей на светлой коже. Вдалбливается в парня, не заботясь о его состоянии. Теперь Чонгук понял, что такое гон. Он думал, что это как течка у омег, но нет, это намного опаснее, и Чон чувствует, как сдерживается Юнги. Старший рычит, пытается сбавить темп и справится с самим собой, чтобы младший сбежал, но, увы, это бесполезно. Мин переворачивает Гука к себе, подхватывает за ноги и впечатывает его в холодную стену, трахая на весу и кусая ошейник. Он хочет поставить метку, хочет провести гон со своей омегой, но лишь ломает клык об металлический ободок. Животное внутри него злится и с большей яркостью сжимает талию, насаживая почти обессиленного ученика на себя. Старший слышит крики, всхлипы, чувствует горячую кровь из укуса, которая струйками спускается к паху младшего. Он наклоняется и слизывает её, пугая Чонгука ледяным взглядом. Юнги кусает соски Чона, оставляя на них следы, снова опрокидывает его на стол и входит ещё грубее. А Чонгуку страшно. Из-за течки он кончил уже несколько раз, его глаза наполнены слезами, которые рвутся наружу. Чон, несмотря на течку, закрывает бедра руками, тем самым не давая поставить метку на них. Его руки искусаны, а глаза ничего не видят. Ещё немного и он не сможет сопративляться своей природе. И она не даёт долго ждать. Чонгук чувствует прилив возбуждения по-новому. Он хватает Юнги за шею и расцеловывает его лицо. Не чувствует боли, с каждым разом прося ещё и ещё. Сам пытается снять небольшой, но крепкий замок на ошейнике без ключа. Тянет Юнги ближе к бёдрам, умоляя сделать его своим... Чонгук приходит в себя, когда в окне уже видна луна. Он лежит на столе со спящим на его груди психологом. Младший знает, что это не надолго, как им говорили на биологии, около получаса, несколько раз во время своего гона альфа приходит в свое обычное состояние. Чонгук понимает, что появился шанс сбежать и поэтому аккуратно пытается выбраться из под старшего. Он опирается на локти и немного тянет туловище назад, но чувствует резкую боль внизу живота, не сдерживаясь, вскрикивает. – Лежи смирно. У нас произошла сцепка, – говорит Юнги и вновь тянет Чонгука на себя, – Ещё буквально минуты три и боль уйдёт. Тебе нужно принять таблетку, – он указывает рукой на выдвижные ящики, – Попробуй дотянуться. Вытягивай все до чего дотягиваешься, таким образом мы их найдём. – Какие таблетки? – сорванным голосом спрашивает Чонгук. – Таблетки, чтобы ты не забеременел... – только и успевает сказать Юнги, как его зрачки расширяются и он вновь нападает на младшего. ××× – Чонгук не берёт трубку! Что с ним? – Чимин ходит по палате Намджуна. – Он, наверное, решил прогуляться, – держась за живот, Ким садится на кушетку, – Скорее всего он винит себя и поэтому не берёт трубку. – Ты как чувствуешь себя? – Живот всё ещё дико болит. – Тебе же дали обезболивающее? – Чимин не хотел думать о том, что это могла быть боль не Намджуна... – Таблетки могут не действовать. Думаю, это не... Ким неожиданно падает на пол, хватаясь за живот и сгибаясь по полам, опять не в силах встать. – Я-я позову врача! – Это-это не моя боль, – шепчет Ким. Он не может говорить нормально. Нам чувствует тёплые объятия Пака. – Сильно больно? Попытайся встать – я помогу. – Нет... Уже нет... – парень поднимает взгляд на Чимина, – Я больше не чувствую его, – Ким тяжело дышит, его руки трясутся и из глаз вырываются слёзы. – Как ты понял это? – спрашивает Пак. – Чего-то не хватает, – он хватается за сердце, а его паника усиливается, – Как будто здесь пусто. – И что это может значить? – Либо ему поставили метку, либо он сейчас уже мёртв...