Ничего криминального

      Дождь нещадно тарабанил своими прохладными каплями по всем поверхностям, до которых только распространялись его бразды правления в огромном американском мегаполисе, в коем жизнь не прекращала идти не смотря на времена суток. Яркие рекламные вывески всё также горели неоном, не то привлекая к себе новых посетителей, не то желая выжечь людям сетчатку глаз, потоки машин так и продолжали разъезжать по промокшему асфальту, где уже начали образовываться лужи разных размеров, а по улицам будто и не обращая внимания на невзгоды природы, мелькали редкие прохожие.

      В это же время к одному из домов аккуратно припарковалась красивая, отполированная и блестящая от падающих из грозовых туч капель чёрная иномарка. Как только машина остановила свой ход, с переднего места сначала вышел средних лет мужчина. Он сразу же подошёл к двери, ведущий на задние сидения транспорта, и открыл её, галантно предоставляя руку красивой молодой девушке, уместившейся на мягкой обивке кресла. Она вложила свою небольшую ладошку, обтянутую в чёрную кожаную перчатку, и покинула салон иномарки, цокая каблуками туфель, тут же скрываясь от дождя под заботливо предоставленным тем самым мужчиной чёрным огромным зонтом, который тот всё это время держал раскрытым в руке. — Спасибо, милый. — Томно проворковала девушка с чёрными как смоль прямыми волосами, что находились в распущенном виде, доходя ей так до начала бёдер, принимая из рук водителя зонт. — Всё для моей принцессы~. — В тон черноволосой довольно проговорил он. — Завтра встречаемся как и всегда? — Уточнил мужчина, на что получил утвердительный кивок со стороны своей спутницы. — Тогда до встречи, крошка. — Попрощался он, лукаво подмигивая, забираясь в машину, что тут же набрала скорости и отправилась в путь.              Стерев с лица кокетливое выражение, черноглазая презрительно хмыкнула и направилась по мощённому плитой тротуару, цокая туфлями на высоком каблуке. Всё это время леди считала у себя в голове количество денег, что она заработала за сегодня. Довольно ухмыльнувшись, та слегка прикрыла чёрные глаза, проходя мимо поворота в какой-то закоулок.

Как вдруг из темноты переулка появились две руки и затянули за собой черноволосую, предварительно зажав той рот.

             Девушка, осознав всю сложившуюся ситуацию, начала активно вырываться и брыкаться, за что была оглушена сильным ударом головой о стену, тут же теряя сознание. Поймав больше не трепыхающееся тело, человек выглянул из-за поворота, осмотрел цепким взглядом опустевшую улицу и, удостоверившись в том, что ему никто не помешает, снова скрылся во тьме. Взяв бессознательное тело и перекинув то себе через плечо, неизвестный прошёл вглубь закоулка и небрежно бросил девушку на мокрый и грязный асфальт, брезгливо оттряхнув себя от несуществующей грязи. С минуту так постояв, позволяя дождю обволакивать себя и свою жертву водой, человек зловеще оскалился и достал из многочисленных карманов чёрного пальто хирургический скальпель, угрожающе надвигаясь на начинающую приходить в себя женщину.       Приоткрыв тяжёлые накрашенные веки и почувствовав тупую боль во лбу, что отдавалась по всей голове, леди увидела надвигающийся на неё силуэт с поблёскивающим в руке медицинским скальпелем. Она тут же попыталась, что есть мочи, закричать. Но как только она приоткрыла намалёванный яркой красной помадой рот, то человек тут же с размаху наступил на тонкую шею женщины, что издала под массивной подошвой характерный противный хруст ломающихся позвонков.

      Из глотки жертвы вырвался хрип, смешанный с задушенным воплем, наполненный невыносимой болью, отчаянием и страхом, вместе с потоком алой крови, что ошмётками вылетала из искаженной в немом крике пасти, а из глаз брызнули потоки слёз, из-за которых весь кругозор девушки размылся.       Пребывая в каком-то ненормальном кайфе, что тот ловил от представленной ему картине, человек расплылся в маниакальной улыбке и присел на корточки рядом с бьющимся в судорогах молодым телом. — Не бойся. — Прохрипел до ужаса спокойным и даже удовлетворённым голосом убийца. — Скоро всё закончится и ты очистишь от грязи эту бренную землю, вознесясь на небеса. — С придыханием восторженно пролепетал незнакомец, всё шире растягивая губы в улыбке. — Но для этого нужно преодолеть немыслимые страдания, чтобы Он смог принять тебя. — Покрутив в руках скальпель, проговорил силуэт. — Ну-с, начнём?~. — Хлопнув в ладоши, чуть ли не запищал от предвкушения человек, а бедная девушка лишь сильнее затряслась от боли и страха, шире раскрывая свои чернявые глаза, из которых сильнее полились крупные солёные слёзы.       Маниакально засмеявшись, человек воткнул орудие в голову своей жертвы, где брали своё начало для роста густые, длинные смоляные волосы, вспарывая холодным железом нежную податливую кожу. Из свежей раны сразу же начали появляться маленькие алые капельки и медленно вытекать тонкими струйками по скорченному от невыносимой боли лицу, заливая собой и так смоченные слезами глаза.       Пока маньяк искусно вырезал кожу лица и головы несчастной, юная особа вся билась в конвульсии, хрипя и кашляя ошмётками крови, и неслушающимися хозяйку руками пыталась дотянуться до своего мучителя, намереваясь оттолкнуть его.

Но всё четно.

      Вскоре человек закончил орудовать скальпелем и отложил тот в строну. Его руки, облачённые в чёрные плотные кожаные перчатки, взялись за рубцы, оставленные холодным оружием и потянули их на себя, снимая с жертвы скальп с противным хлюпающим звуком, заставляя жертву громче взвыть и захрипеть от невыносимых страданий.       И вот, держа в руках «маску» лица и кожи головы вместе с длинными смоляными, но уже намокшими и испачканными волосами, этот человек уставился на проделанную им работу безумно блестящими во тьме переулка глазами, блаженно скалясь.       Побыв в секундной эйфории, он вытащил из внутреннего кармана своего пальто пластиковый пакет и аккуратно сложил в него скальп бедной девушки, что уже испустила дух от болевого шока. После этого человек убрал свой «трофей» обратно запазуху и вновь взялся за мокрый от крови, воды и грязи скальпель, продолжая вырезать кожу уже на внутренних сторонах миниатюрных ладошек барышни. Проделав всё то же самое, что и с кожей головы и лица, ненормальный встал с колен и оглядел свои труды. Перед ним распростёрлась на мокром и грязном асфальте в луже собственной крови девушка с переломанной шеей, выкатившимся от ужаса глазными яблоками, раскрытым в немом душераздирающем крике ртом, из которого до сих пор медленно вытекали струйки алой жидкости, и с отсутствием кожного покрова как и на голове, лице, так и на обеих кистях рук. Критично осмотрев искорёженный труп, человек недовольно хмыкнул, понимая, что то, что он видит, не удовлетворяет его. Тогда он снова посмотрел на скальпель и задумчиво покрутил тот у себя в руке. И в момент, когда испачканное в крови и грязи блеснуло в свете фонаря, голову сумасшедшего пробила гениальная мысль, от которой всё его естество затряслось в приятных судорогах.       Поудобнее перехватив своё орудие убийства в руке, он снова сел на корточки перед заливающим дождём телом и вонзил остриё железа в мягкую и податливую плоть живота и резко дёрнул вниз, лёгким движением вспарывая брюхо девушки вместе с одеждой. Проделав это незамысловатое действо, человек убрал скальпель в один из карманов своего пальто и обеими руками взялся за края раны, раскрывая «внутренний мир» жертвы. От открывшейся ему картины у человека закружилась от накатившей на него волны эйфории голова, а глаза активно заметались по кровавым органам. Не теряя ни минуты, он погрузил обтянутые чёрной кожей перчаток руки в брюшную полость и выявил на свет внутренности барышни, раскидывая их по всему переулку, словно ребёнок, дорвавшийся до конфетти, тихо маниакально посмеиваясь.       Отдышавшись, он кинул взгляд на перепачканные в крови руки, а затем перевёл его на каменную стену дома. Его лицо исказилось в широкой дьявольской улыбке, а сам он остановился на против своего «холста» и начал активно выводить кровавые буквы. Закончив творить, силуэт отошёл на несколько шагов назад, осматривая получившийся результат. На стене дома было размашисто написано кровью:

«Омойтесь в крови своих грехопадений».

      Оглядев всё, что тот проделал, ненормальный весь затрясся от накатившей на него волны удовольствия и удовлетворения и согнулся пополам, еле сдерживаясь, чтобы в припадке не захохотать на всю улицу. Чуть придя в себя, силуэт принял вертикальное положение и задрал голову наверх, подставляя своё лицо холодным каплям дождя.       Вдруг он столкнулся с парой больших зелёных глаз, наполненных трепещущим страхом. Мужчина ещё больше раскрыл веки и шире растянул губы в улыбке, заставляя кожу натягиваться и рваться. Убийца пристально вглядывался в напуганное бледное девичье лицо. Он будто хотел влезть, вгрызться в душу невольной свидетельницы и сожрать все внутренности, оставив лишь жалкую оболочку. Силуэт помахал окровавленной рукой, скаля белоснежные зубы.       Девушка, точно от разряда тока, дёрнулась, оттолкнулась от перил и скрылась из поля зрения незнакомца. Человек хмыкнул, засунул руки в карманы пальто и направился прочь из злосчастного закоулка, сохраняя на лице дикую ломанную улыбку вместе с широко раскрытыми светящимися маниакальным блеском глазами.       Его не волновало то, что внезапный наблюдатель мог вызвать полицию и настучать на него. О нет. Его ничего не волновало. Ничего, кроме его миссии. Миссии Божьей по очищению Его земли от грязи и пороков. И он уже на пути к её полному выполнению.