Ещё одна шутка Селестии

Минуло четыре года с пропажи Альбериха. В городе его официально объявили пропавшим без вести, а после негласно стали считать мёртвым. Лишь Дилюк, слепо веря, искал – тыкался носом, словно слепой котёнок – зацепки, разгадку очередной загадки Кэйи. Он отказывался верить в его смерть, боялся признать, что Альберих ушёл, ушёл навсегда. Неизвестность пугает, заставляет биться в отчаянных попытках не кануть во тьму – поэтому люди боятся смерти. Дилюк тоже боится, отчаянно боится разрушать эту неизвестность – пелену отделяющую его от правды, "а что если Кэйа мёртв?", "а что если Кэйа предал их?" и тысячи "а что если..." не дающих покоя. Гомон на улицах Мондштадта разбавил очередной скучный день жизни – существования – Дилюка. Рангвиндр неспеша покинул таверну, оглядел толпу, пытаясь понять, что происходит. Дурное предчувствие поселилось под рёбрами, пустило корни и проросло через сердце, по артериям пробралось в мозг и впилось корнями, отравляя разум, заставляя – пока-что – беспричинно бояться. Со стороны входа в город послышался цокот копыт – "Лошади? Должно быть купцы, но почему такой переполох?". Сердце пропустило удар – синяя макушка показалась верхом на белоснежной лошади, волосы распущены, струятся по спине и плечам, глаз – некогда закрытый повязкой – сейчас блистал зрачком цвета охры на чёрной склере, белая накидка сменилась пышным синим плащом с белоснежным, на кончиках серебристым – словно иней – меховым воротником. Даже ни разу не видя такого меха, Дилюк без ошибки мог определить немалую стоимость сего предмета одежды. Белоснежная, винтажная рубашка с объемными рукавами и уже без вызывающего выреза, чёрные штаны, украшенные лишь поясом, и – о Архонты – корона. Рангвиндр тупо пялился, задержав дыхание, не в силах отвести взгляд от Альбериха. Выйти из ступора Дилюку удалось лишь тогда, когда лёгкие напомнили о себе болью. Глубоко вздохнув и приведя дыхание в порядок, винодел стал осматривать всех прибывших. На чёрной лошади к Кэйе подъехал мужчина со светлыми волосами и что-то шепнул на ухо Альбериху, синеволосый устремил взгляд на Дилюка и , словно не найдя ничего интересного, вновь уставился перед собой. Рангвиндр сглотнул ком в горле, от ледяного взгляда по коже прошёлся табун мурашек, а где-то внутри, что-то болезненно сжалось. Должно быть тот мужчина – доверенный подчинённый, покопавшись в памяти, Дилюк вспомнил, что однажды видел его в таверне, тот мужчина искал путешественницу. Имя так и не удалось вспомнить, но наряда он не изменил. чуть позади Дилюк нашёл ещё одно знакомое лицо – Альбедо, волосы его лишь слегка отросли, причёска оставалась неизменной, одежда больше по стилю похожая на наряд первого странного мужчины, но взгляд не такой холодный, более узнаваемый. Немой диалог завязался между парнями, когда Альбедо нашёл глазами Рагнвиндра, сожаление и отчаяние плескались в глазах блондина и тот, не выдержав напора яростного алого взгляда, отвернулся. За спиной алхимика виднелась рыжая макушка – предвестник фатуи, имя которого Дилюк даже не пытался вспомнить, относя его к бесполезному отродью лишь за принадлежность к фатуи – опять поспешные выводы, черта винодела, разделившая Рагнвиндра и Альбериха на долгие четыре года после смерти отца и на ещё долгое время в Мондштадте, оставляя им лишь колкие разговоры, но постоянное напоминание "Кэйа рядом" для Дилюка. Чайльд не сильно отличался от Альбедо и Дайнслейфа, лишь наряд был более открытым, не более. У всех была меховая накидка, хотя в Мондштадте сейчас самое тёплое время – лето. Наконец показалась зам-магистр Джинн и магистр Варка. Магистр поклонился, Кэйа Альберих слез с лошади и у них завязался краткий разговор. Расслышать удалось лишь обрывки: "...король Кхаэнри'ах...", "..союз...", "...торговые отношения..." – одним словом дипломатия. После Джинн и Варка сопроводили Альбериха в штаб и разогнали зевак. Рагнвиндр, недолго думая, последовал к штабу Ордо Фавониус. Да уж, жизнь на вкус – как корки от апельсинов – Дилюк совершенно не знал, что ему делать. Кэйа явно не узнал его, не узнал никого в этом городе, а может это очередная ложь, игра эмоций, что если Альбериху повезло и его душу не пришлось продавать ради спасения Кхаэнри'ах? За время отсутствия Кэйи в Мондштадте Дилюк неоднократно думал, что из слов Кэйи являлось правдой всё это время? Ответ был очевиден: половина. Он не врал, не обо всём, но о себе врал. О своих чувствах, эмоциях, переживаниях – он врал о себе, боялся подпустить слишком близко. И Рагнвиндр винил в этом себя. Когда осознал это, неделю не выходил из комнаты задыхаясь в рыданиях и моля богов Селестии вернуть ему родного человека, но Селестия безжалостна, сначала свела – сплела – их судьбы вместе, сделав их самыми близкими друг другу людьми, затем Дилюк самолично разорвал их связь, втоптал в грязь все свои и его, Кэйи, чувства, а после, когда винодел только-только стал осознавать свои ошибки, Селестия отняла – вырвала с корнями – Альбериха из жизни Рангвиндра. У штаба Дилюка остановили рыцари, передав, что магистр Варка запретил кому-либо беспокоить их, но на это у Рагнвиндра были свои аргументы, сказав, что его вызывала зам-магистр Джинн и предъявив пропуск в Ордо Фавониус, который ему тайно передала рыцарь одуванчик когда пропал Альберих, винодела всё же пропустили. Первым делом стоило найти Джинн и поговорить с ней, а уже после попытаться выловить Альбедо и разузнать всё у него. Зам-магистра найти труда не составило, девушка направлялась в свой кабинет и, увидя Рагнвиндра по дороге, затащила его с собой. На столе Джинн сидела Лиза, активно что-то ищя в справочниках о Кхаэнри'ах, Дилюк узнал ту книгу – он уже читал её и вспоминать о ней не горит желанием. – Я знаю о чём ты хочешь спросить – сразу затараторила девушка – Лиза как раз ищет информацию о Кхаэнри'ах. Из разговора мы поняли, что он – король Кхаэнри'ах, падшего пятьсот лет назад королевства. Они здесь для заключения торговых отношений. – Джинн, присядь, я всё ему объясню – перебила зам-магистра Лиза и, взяв девушку за плечи, повела к стулу – Он ничего не помнит о Мондштадте, а вот Альбедо помнит, по его глазам видно, как он переживает. Я договорилась о встрече с ним, наши дорогие гости остановятся в отеле, вечером навестим их и зайдём к Альбедо, полагаю ты с нами? – Конечно. – Я тут нашла очень любопытную книжку, но ты, видимо, уже знаешь о чём она и понимаешь, что дела плохи? – добродушная улыбка на лице, но в словах слышится явное беспокойство ситуацией и переживание за друга. – Да, мы можем что-нибудь с этим сделать? – надежда на лучшее – Дилюк всегда был таким. – Не уверена, он продал душу за королевство, не думаю, что сделал это по собственному желанию, но вот вернуть её – дело не самое лёгкое. Тем более Кхаэнри'ах славилась прекрасной развитой алхимией, нам не дано знать, каким способом они проворачивают свои ритуалы и какую магию используют. Именно поэтому мы и идём к Альбедо. Будем надеяться, что он нам поможет. – Будем надеяться – стойкий голос, но в душе бардак из страха и надежды, желания прямо сейчас поговорить с Кэйей, его Кэйей, который живёт в его воспоминаниях и преследует во снах, и понимания реальности происходящего. Теперь больше нет "того" Кэйи, есть бездушная оболочка – кукла – и воспоминания Рагнвиндра. До вечера ещё полно времени, если сейчас не занять себя чем-то, Дилюк точно сойдёт с ума из-за мыслей о Альберихе. Мысль о библиотеке почитала Рангвиндра первой, поэтому он поплёлся по лестнице вниз и, скрывая не самые приятные воспоминания о рыцарях Ордо Фавониус, прошёл мимо рыцаря, охранявшего вход в библиотеку. Если бы не Кэйа, он бы ни за что не пришёл бы в штаб Ордо Фавониус. Зайдя вглубь библиотеки, Дилюк вытащил пару книг своего любимого писателя и попытался отвлечься на него, но выходило не очень, мысли о Альберихе то и дело накатывали ледяной волной. Интересно, почему писатель всегда в своих произведениях использует персонажей похожих на Кэйю, в каких-то характер, в каких-то внешность, это личное проклятие Дилюка любить всё, что тонкой ниточкой связано с Альберихом? Убив с два часа на жалкие попытки понять суть произведения, Рагнвиндр всё же бросил читать, когда строчка, которую он перечитывал уже в двадцатый раз, совершенно потеряла смысл дня него. Одиночество Дилюка скрасила Лиза, девушка зашла в библиотеку и, оглядев всё помещение, выцепила взглядом винодела и подошла к парню. Рагнвиндр вопросительно уставился на неё, на что Лиза лишь обворожительно улыбнулась и протянула записку, затем плавно покинула помещение, оставляя Дилюка в своих мыслях. Парень не сразу понял смысл сие действия, однако сообразив, что рыцари, озадаченные новым гостем и нахождением ярого противника Ордо Фавониус в их штабе, явно будут за ним пристально следить. Впрочем, Альбериха ждёт та же участь. Развернув записку, Рагнвиндр пробежался глазами по аккуратным буквам. В записке было сказано, что ровно в шесть вечера они соберутся в библиотеке в запретной секции, там обсудят план, а в семь вечера наведаются в отель, в котором остановились гости. До назначенного времени ещё час, будь он дома, то предпочёл бы вздремнуть, но нахождение в штабе не самых приятных людей, сбивало сон. Остаток времени Рагнвиндр решил провести в раздумьях и, видимо, всё же свести себя с ума. Впрочем, на ум ему пришёл Альбедо и странные слова из книги о Кхаэнри'ах. Пора бы узнать перевод, а Альбедо явно должен с этим разобраться, если, конечно, он захочет помочь. Лиза аккуратно открывает дверь и пропускает вперёд Джинн, ведьмочка тихо закрывает дверь за собой, не смея нарушать тишину библиотеки и, махнув Рангвиндру рукой, приглашает следовать за ней. Виляя меж стеллажами книг, троица пробирается к запретной секции, Лиза, достав ключ, отпирает дверь и жестом призывает войти друзей в комнату. Она не всегда запирает эту секцию на ключ, но приезд новых гостей заставляет её слишком часто покидать библиотеку, так что следить за комнатой некому. Закрыв за собой дверь, девушка садится на мягкий диванчик и внимательно смотрит на Джинн, Рагнвиндр опирается о стену и тоже обращает свой взор на зам-магистра. Джинн излагает свой план действий, составленный ей не так давно. – Сейчас вы пойдёте к Альбедо, а я с магистром Варкой направлюсь к королю Кхаэнри'ах, нужно решить несколько вопросов, касающихся поставок товара и сотрудничества. Они будут тут ещё три дня, встретиться с местными купцами и договориться с ними о поставке продукции. За это время вам нужно как можно больше выудить информации, так что постарайтесь договориться с Альбедо о последующих встречах. Будем надеяться, что он нам поможет. Да благословит нас Барбатос, во что же мы вляпались. Что-ж на этом всё, есть какие-либо предложения или возражения? – Нет – хором отозвались слушатели. – Тогда, полагаю, мы можем идти? Магистр Варка просил зайти к нему за десять минут. – Конечно, дорогуша. Мы будем ждать вас в холле. – До встречи – Джинн стремительно покинула библиотеку, Дилюк спокойным шагом покинул запретную секцию и, дождавшись, когда Лиза закроет туда дверь, оба вышли из библиотеки. Долго ждать магистра и зам-магистра не пришлось. Джинн и Варка шли впереди, за ними следовали Дилюк и Лиза. Отель находился недалеко от штаба, но покинув Ордо Фавониус, Дилюк словно наконец смог спокойно вздохнуть. Лиза сразу повернула на лево, когда магистр и зам-магистр пошли на второй этаж, Рагнвиндр последовал за ведьмочкой. Дойдя до самого конца коридора, Лиза дважды постучала в номер, дверь открыли почти сразу, Альбедо кивком поздоровался с ведьмой и виноделом и пригласил их внутрь. Закрыв дверь на замок, троица уселась за небольшой круглый столик посередине комнаты. – Я сразу скажу, стопроцентного способа вернуть ему память нет. Но я знаю способ, который возможно сработает. Для начала поставлю вас перед фактом, а уже после решу, рассказывать вам или нет. Душа короля запечатана в его сердце бога, а оно сейчас находится в Кхаэнри'ах, в его скрытой части находящейся под замком. Всю территорию охраняют стражи бездны, к сожалению, даже после возвращения им человеческого облика, они всё ещё под контролем своих тёмных желаний о свержении Селестии и всего Тейвата. Альберих согласился на добровольную продажу души, только если вместо уничтожения Тейвата, они создадут торговые отношения, это будет полезнее для них и бездна пошла на уступки. Собственно поэтому мы тут. Он совершенно ничего не помнит, но интуитивно доверят мне, Аяксу и Дайнслейфу, вы их видели. На основе этого, я сделал вывод, что он не хотел забывать нас, поэтому и доверяет, следовательно, подсознательно помнит. Значит память осталась, но скрыта и если он не захочет вспоминать какие-то болезненные события прошлого, то вернуть нам их не удастся. Собственно, чтобы вернуть ему память кому-то нужно будет отправиться в Кхаэнри'ах и выкрасть сердце бога, что будет сделать крайне сложно. Из претендентов подойти можешь только ты, Дилюк. Ты готов оказаться в смертельной опасности при том, что шанс вернуть ему память не достигает и 30% с вашими-то отношениями? Как думаешь, захочет ли король вспоминать о ваших ссорах? – Я готов – хоть в огонь, хоть в воду, он сам себе усложнил задачу своим отношением, и почему Дилюк такой глупый когда дело касается одного одноглазого парня? – Как мы можем пробраться в Кхаэнри'ах? – Только официально, нужно пройти через портал, а активировать его может лишь кхаэнриец. То есть, тебе нужно официальное приглашение. Хмм... ты ведь занимаешься торговыми делами, я про твои поставки алкоголя по всему Тейвату, если я предложу королю взять тебя, чтобы разобраться с торговыми делами между Мондштадтом и Кхаэнри'ах, то возможно у нас получится взять тебя с собой. Что думаешь? – Я согласен, нужно, чтобы Джинн официально представила меня для начала, полагаю мы сможем с ней договориться. – Не беспокойся об этом, дорогуша, она тоже очень хочет помочь, к тому же ты будешь под опекой Альбедо, если мы умолчим о смертельной опасности, то она согласится. – Тогда обговорим это завтра утром в библиотеке – Дилюк и Лиза спешно покинули Альбедо, ночка сегодня будет долгой. Рагнвиндр решил остаться ночевать в своей таверне, отпустив домой второго бармена, Дилюк доработал остаток вечера и закрыл таверну. Стало как-то одиноко, чувство пустоты накатывало на Рагнвиндра ещё больше именно в таверне, к удушающей пустоте на винокурне он уже успел привыкнуть, пусть порой в свете луны мерещилось, что Кэйа где-то рядом, что не было той ссоры и четырёх лет разлуки, что не было после одностороннего игнорирования со стороны Дилюка, что не было исчезновения Альбериха после. Всё время казалось, что вот-вот и дверь в таверну откроется, а на пороге покажется всеми любимый капитан кавалерии. Как жаль, что это больше не правда. Рагнвиндр поднялся в свою комнату, отпер дверь и свалился на кровать. За сегодня он ужасно устал, тупая боль в голове на протяжении всего дня, которую тот упорно игнорировал, сейчас мешала расслабиться. Дилюк скрутился на кровати и укутался в одеяло словно в кокон, пытаясь спрятаться – исчезнуть во времени – от всего мира. Окно негромко скрипнуло и в комнату ворвался прохладный ветер, скинул листы с отчётами на пол и исчез, Рагнвиндр слегка поморщился так и не проснувшись. Кто-то облегчённо вздохнул, тихо собрал все листы и положил их обратно на стол, затем вынул небольшой конверт и положил рядом с подушкой огненного парня. Вновь поднялся ветер и окно опять скрипнуло, а после с грохотом закрылось, Дилюк лишь поморщился, сетуя на сквозняк и перевернулся на другой бок. Солнечные лучи гуляют по подушке и слепят глаза, Дилюк, морщась, отворачивается от окна и всё же встаёт, понимая, что сон окончательно оставил его. Расчёсывая свои спутавшиеся за ночь волосы, парень чуть-ли не выронил расчёску из рук, когда на столе заметил конверт, а рядом с ним спокойно лежала больно знакомая повязка. Мысленно отругав себя за чрезмерную беспечность, Дилюк аккуратно вскрыл конверт. На белоснежном листе бумаги, аккуратным почерком, похожим на почерк Кэйи, но куда этот куда более резкий, была написана отчаянная просьба, этот человек просил спасти Кэйю. Это не мог быть Альбедо, почерки слишком разные, но тогда кто? И почему просит именно Дилюка? Почему пытается помочь им? Почему всё так сложно? Рагнвиндр аккуратно взял повязку и положил её себе во внутренний карман. Только сейчас Дилюк вспомнил о глазе бога, который он благополучно забыл у себя на винокурне, после того как вывез все вещи Кэйи из его прошлого дома. Надо бы взять его с собой, вдруг пригодится. Да и показать его Альбедо стоит, может он узнал что-то новое. Рагнвиндр покинул таверну и направился к штабу Ордо Фавониус, Лиза как обычно была в библиотеке, поздоровавшись с ней, Дилюк предупредил, что подойдёт к полудню, а сейчас ему срочно нужно съездить на винокурню, ведьмочка обещала дождаться его в библиотеке вместе с Джинн в обеденное время. Отдолжив у Ордо Фавониус лошадей, парень галопом двинулся к своему дому и вскоре добрался до винокурни. Залетев в дом словно торнадо, Дилюк обшарил ящик стола и облегчённо выдохнул, когда нашёл глаз бога Альбериха. Захватил на всякий случай с собой и сумку и бросил в неё глаз бога. Перед выходом Рагнвиндр ещё раз взглянул на вазу подаренную Кэйей, он делал так всегда, когда покидал дом, прощался так с Альберихом. На мгновение показалось, что сюда он больше не вернётся, захотелось упасть на колени и рыдать, но Дилюк сдержался. Сжал губы и вышел из дома, запрыгнул на лошадь и умчался обратно в Мондштадт. Лиза и зам-магистр Джинн пили чай на небольшом столике в библиотеке, дверь распахнулась и туда зашёл Дилюк. Кивком поздоровавшись с девушками, Рагнвиндр подошёл к ним. Лиза отставила чашку с чаем и сказала им следовать за ней. Джинн оставила свою чашку на столе и вместе с Дилюком направилась вслед за ведьмочкой. Лиза запустила их в запретную секцию и вкратце передала разговор с Альбедо, упустив моменты в которых Рагнвиндр мог бы умереть. Всё же ей меньше всего хотелось расстраивать свою девушку. Джинн нахмурила брови и, кивнув своим мыслям, сказала, что обсудит это с Варкой. Они определённо помогут. Осталось только договориться с самим Кэйей Альберихом, теперь королём Кхаэнри'аха, до сих пор непривычно осознавать это. Зам-магистр попросила винодела подождать у неё в кабинете, пока она всё обсудит с магистром, Лиза и Дилюк направились в кабинет Джинн, а сама рыцарь одуванчик ушла к магистру Варке. С полчаса Рагнвиндр и Минчи сидели в полнейшей тишине и лишь тиканье часов разбавляло атмосферу. Дверь негромко скрипнула и на пороге появилась Джинн а следом зашёл и Варка. Магистр обещал обговорить всё с его величеством Альберихом и представить Дилюка на вечернем собрании. Обсудив примерный план и поняв, что Альбедо так же будет помогать, Варка настоял на том, чтобы каждую неделю Дилюк отправлял "торговые" отчёты о продвижении дела. Отказать Рагнвиндр не мог, его могли просто не отпустить, а потому согласился, но для себя подметил, что не будет выкладывать всё. Варка ушёл в свой кабинет, Лиза стала ластится к Джинн и Рагнвиндр решил не мешать этой милой парочке, а потому оставил их. Сидеть в библиотеке для него – не вариант, с самого утра он ещё не ел и живот сейчас решил ему напомнить об этом. Недолго думая, Дилюк направился в ближайшую закусочную и купил себе любимые шашлычки Кэйи. За эти года отсутствия самого дорогого человека, Рагнвиндр перепробовал многое, что любимо Альберих, чтобы понять его. Он даже попробовал любимое вино Кэйи – «полуденную смерть». Пусть после этого он отключился и спал целый день, напугав всю прислугу, он совершенно точно не жалеет. Дилюк так же научился готовить любимые шашлычки Альбериха и даже как-то одевал более открытую одежду, но вот выйти в ней за пределы комнаты не рискнул. И как только Кэйа умудрялся носить такие открытые вещи? Доев шашлычки, винодел решил прогуляться около собора, там, у самого обрыва, он однажды увидел незабываемый вид, сидящего на краю Кэйю в свете солнечных лучей. Это воспоминание такое же яркое, как и тогда, словно только вчера любовался этим прекрасным зрелищем. Дилюк лелеет воспоминания о Альберихе в глубинах своего сердца, не позволяя им запылиться и потеряться. Совсем скоро они снова будут вместе. Осталось лишь немного подождать. Время – песочные часы – тянулось медленно, с каждой секундой уводя далеко в будущее, оставляя прошлое пылиться в воспоминаниях. Если бы была возможность вернуть время вспять, Дилюк бы непременно ею воспользовался. Вернулся бы в детство, проводил бы больше времени с Кэйей и говорил бы чаще слова любви отцу, попытался бы спасти Крепуса и ни за что бы не поднял клеймор на Альбериха, никогда бы не прогнал его с винокурни, а после не посмел бы выставить его за дверь таверны. Как много он бы хотел изменить, но никакой чудесной машины времени не существует и вернуться в прошлое невозможно. А потому, нужно исправлять свои ошибки сейчас, пусть останутся шрамы от колких слов и необдуманных действий, но если он будет рядом с дорогими людьми, пусть, сейчас из всех остался только Кэйа, он готов простить им все ошибки. Наконец наступил вечер, Рагнвиндр вернулся в штаб и зашёл в кабинет магистра, тот судорожно перебирал какие-то документы и переодически хмурился. Наконец обратив внимание на Дилюка, Варка сказал: – Я составил несколько документов, по которым ты теперь официально являешься главным за торговые дела, я лично представлю тебя, а потому вопросов у них возникнуть не должно. Если что-то пойдёт не по плану, ты спокойно можешь вернуться, наши рыцари всегда готовы встретить тебя. Есть вопросы? – Нет. – Как будто я не знаю, как на самом деле работают ваши рыцари – в мыслях ворчал Дилюк. Верка тяжело вздохнул: – Нам жаль за тот случай с мастером Крепусом, пожалуйста, не держи обиду на орден, мы не всегда можем оказаться в нужное время в нужном месте, как бы не старались. Нам нужно идти. – магистр встал из-за рабочего стола и вышел в коридор, Рагнвиндр последовал за ним. По дороге к ним присоединились Джинн и Лиза. Девушки периодически бросали обеспокоенные взгляды на обладателя рыжих волос, но тот упорно их игнорировал. В полной тишине они дошли до зала, в котором проводилось собрание. Огромное помещение в светлых оттенках, огромные окна, через которые пробивался свет уличных фонарей, были завешаны светлыми полупрозрачными шторами, огромный стол из берёзы посреди комнаты, за которым уже сидели недавно прибывшие гости. Магистр Варка громко поприветствовал всех присутствующих и зашёл в зал первым, следом зашли Джинн и Лиза, поздоровавшись девушки заняли свои места. Варка представил гостям Дилюка и указал на свободное место, Рагнвиндр послушно занял его. Магистр и король стали обсуждать торговые дела и в итоге очень скоро пришли к согласию. Со стороны короля было два требования: доставка должна быть обязательно до врат Кхаэнри'аха, всё должно быть среднего и/или высшего качества. Со стороны Мондштадта три требования: дорога должна быть безопасной, отчёты о полученных и проданных товарах должны быть каждый год, с ними обязательно отправится посол отвечающий за торговые дела. Этим послом и являлся Дилюк. Согласились они на это очень легко и планируют выдвинуться завтра, не ожидали, что так легко найдут общий язык, а потому задерживаться более не планируют. Собрание закончилось, его Величество король Кэйа Альберих и Дилюк поприветствовали друг друга и разошлись. Альберих в свои покои в отеле, а Рагнвиндр оседлал лошадь и помчался на винокурню. Нужно было собирать вещи. Предупредив Аделинду о своём долгом отсутствии и попросив её позаботиться о доме, он понёсся за чемоданом. Отобрав туда много разных вещей и аккуратно сложив, Дилюк выбрал себе белоснежную рубашку с свободными рукавами и открытой спиной, слегка смущающая, но Кэйи такие нравились, не зря тот постоянно носил рубашку с неприлично открытым вырезом на груди. Рагнвиндр достал себе чёрные облегающие штаны с высокой талией и чёрные кожаные ботинки. Он и сам не мог понять, почему так хочет понравиться Альбериху, но в любом случае, эта одежда всё ещё подходит под официальный стиль, но слишком открыта для Дилюка. Хотя только Рагнвиндр видел в ней что-то слишком открытое, парень привыкший к закрытой одежде, прячущий всё, кроме лица в тканях, просто смущался одевать что-то настолько открытое, поэтому всё же достал себе чёрные перчатки, без которых он точно сгорит со стыда. Отложив вещи, которые он выбрал для поездки, Дилюк завалился в кровать. Этот день его ужасно вымотал. Он и не заметил как провалился в сон. Звенящая тишина, ничего не видно, кромешная тьма окутала Дилюка. Он бежит, но не слышит своих же шагов, он кричит, но крика не слышно, он плачет, но не чувствует своих же слёз. Громкий треск и глаза слепит яркий свет. К нему подбегает мальчик и тянет за руку за собой. Дилюк не сопротивляется, идёт следом, тихо всхлипывая, и замечает, что он ни капли не выше того мальчика, даже ниже. Рагнвиндр хмурится, но всё равно идёт за мальчиком, его рука тёплая, создавала иллюзию защиты и успокаивала, а потому Дилюк и не отпускал её. Внезапно мальчик останавливается и Рагнвиндр врезается в него, он хочет возмутиться, но мальчик внезапно исчезает, растворяясь в воздухе – сахар в чае. Дилюк пугается, пытается отыскать глазами, зацепиться хоть за что-нибудь, но всё напрасно, кругом никого. Он слышит знакомый голос и слёзы вновь появляются на его рубиновых глазах. Это определённо голос Крепуса. Дилюк сначала медленно идёт на голос, а после срывается на бег, пытаясь догнать стремительно удаляющийся голос. Вскоре голос опять исчез, но из-за спины раздался детский смех. Рагнвиндр резко обернулся и вновь увидел того мальчика. Но теперь ему удалось разглядеть его лицо. Синие волосы спадали с плеч, смуглая кожа и один сапфировый глаз, внимательно изучающий Дилюка. Рагнвиндр бросился к Кэйе и заключил его в свои объятия, но тот вновь растаял, распался на мириады кристаллов. Вспышка света пробудила Дилюка. Это был всего лишь очередной сон. Кошмар, в котором Кэйа опять оставляет его одного. Пора бы привыкнуть к таким снам – подумал Дилюк и сердце предательски сжалось. Привыкать не хотелось. Только не к этому. Не к постоянным исчезновениям Кэйи из его рук. Хотелось наконец обнять парня и больше никогда не отпускать. Но желания не всегда должны исполняться и Дилюк знал это как никто другой. Он понял это когда потерял отца и осознал ещё раз, когда лишился второго дорогого человека – Кэйю. Рагнвиндр поднялся с кровати и поплёлся в ванную. Включив холодную воду и ополоснув ею лицо, Дилюк услышал шаги горничной. Аделинда постучала в ванную и, дождавшись краткого "войдите", открыла дверь. – Мастер Дилюк, завтрак готов, я принесла вам полотенце. – девушка протянула белое полотенце Рагнвиндру. – Спасибо, Аделинда, я сейчас спущусь. – девушка покинула помещение, оставив Рагнвиндра одного. Дилюк ещё раз плеснул в лицо холодной водой и закрыл кран. Глубоко вздохнув – собравшись с мыслями – парень вышел из ванной и спустился по лестнице в холл, а оттуда проследовал на кухню. Горничная уже расставила завтрак на стол и тихо стояла в сторонке, ожидая мастера. Рагнвиндр сел за стол и, поблагодарив Аделинду, принялся за еду. Оладья горничной как всегда получились на славу, а с вареньем из закатников их можно сравнить с пищей архонтов. Запив всё это своим любимым виноградным соком, Дилюк встал из-за стола и хотел было направиться в свою спальню, чтобы собрать вещи, как в дверь постучали. Рагнвиндр от неожиданности застыл, но, собравшись с мыслями, подошёл к двери. Отперев её, парень увидел Кэйю, за спиной которого стоял Альбедо, а за этими двумя расположилась большая карета. – Мастер Рагнвиндр, вы готовы? – спросил Альберих. Дилюк потупил взгляд, а после ответил: – Да, почти, мне нужно ещё двадцать минут. Проходите пожалуйста, Ваше Величество. – Приглашая, отступил на пару шагов парень. – Благодарю. – Кэйа и Альбедо вошли в дом, Аделинда провела их в зал и усадила на диван. Дилюк вернулся в свою комнату и переоделся в подготовленную заранее одежду. Всё же в его любимом чёрном сюртуке ехать будет некомфортно, да и он помялся за время сна. Вчера Дилюк слишком устал, чтобы переодеться в пижаму, а потому, даже если бы захотел, ни за что бы не вышел в этой одежде на улицу. Это переходит его границы разумного. Взяв свой чемодан и спустив его на первый этаж, Рагнвиндр захватил свою сумку, в которой сейчас валялся глаз бога Кэйи. Дилюк почему-то подумал, что он может пригодиться, но сразу списал эти мысли, на желание вернуть всё как было раньше. Скинув в неё бутерброды и много разной долгохранящейся еды, которую заранее приготовила Аделинда, Дилюк зашёл в зал и сообщил, что готов ехать. Кэйа поднялся с кресла и покинул дом, Альбедо же не спешил покидать здание и подошёл к Рагнвиндру, положив руку ему на плечо, парень сказал, что у них ещё будет время поговорить о короле позже. А после, дождавшись кивка визави, как ни в чём не бывало, вышел из дома. Дилюк попрощался с Аделиндой и проследовал в карету. Он ехал в одной карете с Альбедо, по желанию самого алхимика. Король извинился за неудобства и ушёл в свою карету, ехать им долго, а потому нет смысла сидеть на лошади сейчас, не стоит нагружать животное. Дорога была долгой, винодел вместе с Альбедо сыграли несколько партий в шахматы, пообсуждали разные философские темы и Рагнвиндр для себя отметил, что алхимик очень интересный собеседник. Первая остановка была на постоялом дворе Ван шу, где Альберих выкупил несколько комнат для себя и своих сопровождающих, в том числе и Дилюка, что удивило парня. Ужин так же прошёл за счёт короля и Рагнвиндр пытался отговорить того, от заботы о нём, но король ясно дал понять, что никакие возражения принимать не станет. Поужинав со всеми, Дилюк ушёл в свою комнату. Парень хотел немного проветриться, а потому вышел на балкон, но стоило ему только ступить на балкон, как в него врезалось что-то небольшое, но увесистое. Рагнвиндр сразу подхватил это "что-то" на руки и стал рассматривать. Какого было его удивление, когда на руках он заметил своего орла. Зайдя обратно в свои покои, винодел положил друга на кровать и подождав, пока тот придёт в себя, спросил: – Ну и что ты тут делаешь, дружок? Неужели ты пролетел всё это расстояние от Мондштадта? Аделинда же должна была присмотреть за тобой. – На свой монолог, он лишь получил громкое "Киааа", выражающее явную усталость и недовольство. Орёл ненадолго взлетел, взмахнув крыльями, оказался возле руки Дилюка и, клюнув руку Рагнвиндра, сразу вернулся обратно на кровать, внимательно наблюдая за действиями парня. Винодел нахмурился, но вздохнув, потрепал птицу по перьям. Сняв с себя рубашку и штаны, парень переоделся в свою пижаму и завалился на кровать рядом с птицей. Сон нагрянул незаметно и быстро, мягкая, белая пелена окутала его и он, словно находясь в объятиях матери, чувствовал себя в безопасности. Так и прошла ночь, тихо и мирно. За окном сияли мириады звёзд, коими любовался одинокий король, пусть его и окружали многие люди, но сердце не отзывалось ни на одного из них. Альберих молча наблюдал за падающей звездой и, на мгновение забывшись, загадал желание, одними губами желая встретить то, что люди звали «Любовью». За время путешествия он слышал это слово много раз. Им приходилось останавливаться на ночь в разных гостиницах и посёлках, и это слово неприметно находило его каждый раз. Король спрашивал о нём у Дайнслейфа, но тот лишь неуверенно поджал губы и отвёл взгляд, сказав, что не знает, как передать это чувство. Альбедо на вопрос лишь мягко посмеялся и сказал: – Это чувство люди считают лучшим, оно окрыляет, дарит бесконечное счастье, но порой люди ошибаются, любят тех, кто не может полюбить их в ответ и тогда это чувство убивает, отрезает крылья, душит и сжимает сердце в тисках. Кэйа не верил в чудеса, не верил, что какой-то падающий, светящийся камешек сможет исполнить его желание, ведь у него на родине – место, где полно несбывшихся желаний и неоправдавшихся надежд – звёзд нет. Сколько Альберих себя помнит, судьба никогда не была к нему благосклонна. Парня манили звёзды с тех пор, как он впервые их увидел. До коронации он ничего не помнит, но когда впервые увидел эти маленькие, сияющие точки, был уверен, что скучал по ним безмерно. Ступив на земли Тейвата, он почувствовал небывалую свободу – крылья за спиной –, которую не чувствовал в своём королевстве и корил себя за эти чувства. Но врать себе – слова в пустоту – бессмысленно, а потому он просто молча принял это. Порой брошенные вскользь слова могут стать пророчеством. Интересно, станет ли пророчеством желание, загаданное королём павшей пятьсот лет назад страны – маленьким мальчиком – Кэйей Альберихом?