Малиновая жизнь

      Pov Дастин — Что? Опять папенькиному сынку не угодили? — меня вновь подкараулили те парни…       Как оказалось, «главного» зовут Спенсер. Я смог запомнить некоторых. Они ждали меня около училища, снова, сразу после тренировки. — И чего вы пристали ко мне? — Нам не нравятся такие вечно ноющие принцессы, как ты! — ухмыльнулся второй. — А мне не нравятся отбросы, вроде вас, и что теперь?       И после этой фразы мне снова заехали по лицу, потом резко в живот, что искры из глаз пошли. Я согнулся, упал. — Мне вот интересно, — Спенсер присел ко мне, — У тебя ухо проколото почему? Ты гей?       Они посмеялись. Ненавижу, когда дискриминируют по ориентации… — Ага, забыл, как вчера со мной обжимался? — я усмехнулся. — Ты совсем обалдел? — он снова ударил меня, потом схватил за ухо, — Что будет, если лишить тебя этой серёжки? — Иди на хер. — Или что? Твой папочка не спасёт тебя. Уже нет.       Он прав. Как бы я не ненавидел этого ублюдка, но он прав… сейчас никто мне не поможет. Если я сам себе не могу помочь, то никто не сможет. И деньги здесь никому не нужны… это все так странно для меня, но… когда случается подобное, информация быстро усваивается. — Что? Чего притих? — он посмотрел в мои глаза очень близко, — Ну? Ничего не можешь. — Может быть.       Я резким движением откинул его руку, смог ударить в живот, но… моей силы явно недостаточно. Майор тоже оказался прав — я слаб. Они схватили меня, ударили, а Спенсер… я вскрикнул от боли, взвыл… Он вырвал мою серьгу, как и обещал. — Эй! — кажется, это голос Тима, — Вы чего делаете?! Совсем уже?!       Они подбежали ко мне, а эти трое сразу испарились. — Что с тобой?       Я не мог ничего объяснить. Боль настолько сильная, что ни о чем другом думать просто невозможно. Они помогли мне подняться, отвели в медпункт. А ведь я даже не просил о помощи, не говорил, что заплачу за неё…       Медбратья сразу же начали все готовить. — Придётся зашивать, это серьёзно, — пояснил один из них. — Всё будет нормально, Дастин, — переживали ребята. — Парни… спасибо вам… — аж ком в горле встал. — Как мы могли пройти мимо? — слегка улыбнулся Коди.       Мне вкололи обезболивающее и начали зашивать. Это очень неприятно, когда нет ощущений. Но эти парни… они просто бросились ко мне, как увидели, что требуется помощь. — Почему… — Что почему? — недоумевал Тим. — Почему вы помогли мне? Я все равно не понимаю… если вам ничего не нужно, то зачем? — я впервые в растерянности. — Мы же друзья, да? — улыбнулся Лу.       Сейчас я осознал, что… у меня никогда не было друзей. Были лишь люди, которые вечно что-то хотели от меня, как и я от них в общем-то, потому никто не жаловался, но теперь… будто меня озарило. В глубине души я надеялся, что даже без денег со мной будут все общаться. Да, я никогда не думал о том, что лишусь их, лишь всего, но… неужели так бывает? Если бы не они, что бы ещё наделали те парни? Ограничились бы лишь ухом? Аж живот скрутило. Странные ощущения, когда начинаешь что-то понимать…       Когда меня зашили, то нужно было ещё полежать какое-то время. Главное — стараться не двигать ушами, не то будет очень больно. Скажу я… это очень трудно. — Ну как ты? — спросил Тим. — Нормально, — я улыбнулся и пожалел об этом, так как в такие моменты уши двигаются.       Немного полежав, мы вернулись по своим комнатам. Мне разрешили один день не заниматься, но… После такого я не хочу больше быть грушей для битья. — Тим, а можно ли заниматься и после службы или как там? — Да, можно, я узнавал. Мы как раз собирались в ближайшие дни самостоятельно потренироваться, чтобы набрать мышечную массу, — усмехнулся он. — Круто. Я тоже хочу. Сегодня вряд ли смогу, но завтра да. И… я буду заниматься. — Но тебе запретили? — недоумевал он. — А я никогда никого не слушаю, — подмигнул я. — Да-а, в твоём характере, — посмеялся Тим, — Но ты же постоянно упирался, совсем не хотел ничего делать, вечно придирался. Что изменилось? — Когда получаешь по роже, начинаешь задумываться.       Мы оба засмеялись.

***

      Я в самом деле осознал смысл фразы Спенсера: «Нам не нравятся такие вечно ноющие принцессы, как ты!». Слышал уже не один раз подобное и… пора все же переставать быть таким. Я не хочу вечно полагаться на отца, ведь, как выяснилось, он не всегда будет за меня. И когда это случится, на кого мне рассчитывать? На тех, кого можно купить за деньги? Даже такие, как оказалось, не всегда есть. Не всех можно купить… лучше я буду пытаться дружить с Тимом и остальными, а также всегда можно понадеяться на себя. На собственные силы, поэтому… шли дни, прошла целая неделя, и каждый день, каждый божий день я в поте лица занимался на перекладинах, бегал на время с друзьями. Настоящими друзьями. Они дали мне понять, что такое дружба и до меня дошло, почему её нельзя купить. И каждый день я… от чего-то вспоминал о Даниеле, о его словах, взгляде, нашем последнем разговоре. Он сказал, что тут я стану человеком. Я понял его слова только через время, не сразу.

***

      Спустя месяц…       Ни разу за то время, пока я здесь прибываю, отец не звонил. Совсем наплевать на меня? Сбагрил сюда и можно развлекаться? Я уже не жалуюсь на то, что попал сюда, даже уходить не хочется, но… все равно мне обидно, что мною никто не интересуется, будто все забыли о моем существовании. — Дастин? Алло, — до меня пытался докричаться Лу.       Кажется, я слишком задумался над всем. Мы гуляем по парку, как всегда. — А? Чего? — очнулся я. — Ты в последнее время очень часто находишься где-то не с нами, — усмехнулся Тим. — А… ну да. — О чем ты думаешь? — спросил Коди. — Ну… так, ни о чем. — Давай рассказывай! — воскликнул он.       Мы присели на лавочку. Солнце уже заходит за горизонт. Небо играет яркими тёплыми красками. На деревьях мило поют птицы, людей немного. — В общем, я ведь… ну… изменился, да? — Да, ты был раньше каким-то… эм… — не мог найти слов Тим. — Придурком! — усмехнулся Коди. — Да, спасибо, Коди, — усмехнулся и я, — И примерно лет в семнадцать, что-ли… не помню, когда именно, может, пораньше, я стал замечать, что мне нравятся не только девушки.       Они переглянулись между собой, вылупили на меня глаза, а потом медленно начали отсаживаться. Я рассмеялся, а затем и остальные. — Да мы пошутили-пошутили, — пояснил Тим. — И что дальше? — спросил Лу. — Ну… в общем, у меня такого никогда не было, но… я уже месяц думаю об одном человеке. Но, понимаете, со мной вообще никогда такого не было! Мне могла понравиться девушка, чтобы с ней пообниматься и все такое, по тем же причинам парни, но… чтобы я целый месяц не переставал думать о ком-то. Это дико для меня. — Ты влюбился? Серьёзно? — удивился Коди. — Да почему сразу влюбился-то? — У тебя есть другое объяснение? — приподнял бровь Тим. — Ну… — задумался я, — Я не знаю, что это. — И кто он? — Мой преподаватель… — отвёл взгляд.       Они одновременно заржали, да так, что весь парк, наверное, слышал. — Да блин! — Ладно-ладно, извини, — успокоился Тим. — Просто… вау, отношения студента и преподавателя, м-м… — игриво произнёс Коди. — Да ну вас, — улыбнулся и я, — Я никогда ему не смогу понравиться.       Почему-то стало грустно. «Правда глаза колит?» — вспомнились его слова. Кажется, я понял их смысл… — А, может, стоит попробовать? — приподнял брови Лу, выглянув из-за плеча Тима. — Я, безусловно, буду пробовать, но… не знаю, захочет ли он. — А как ты будешь действовать? Расскажи. — Ну-у… сначала завлеку его подарками, покажу, что я достаточно состоятельный… — Стоп! — мне не дал договорить Тим, — Ты серьёзно?!       Они смотрели на меня, будто на какого-то идиота. Что не так? — Чего? — Ты ещё спрашиваешь? — удивился Коди, — У тебя нормальных отношений не было никогда? — Эм… не дольше месяца. — Мда-а… ты в полной жопе, чувак. — Так себя вести нельзя, — помотал головой Лу. — А как тогда? У меня никогда не было ничего настолько серьёзного, я же говорил.       Они одновременно вздохнули. Как им это удаётся? Они точно не родственники? — Ты должен добиться его поступками, — объяснил Тим. — Какими? — Хотя бы начни учиться. — Чего? Учиться? Нет, только не это, — усмехнулся. — Тогда не мечтай даже, — пожал он плечами, — Ты рассказывал о том, как вёл себя раньше. Мы видим, что сейчас ты не такой, но кто знает, вдруг, вернёшься ты в универ и снова покатишься по наклонной? — Ну… — Если бы такой парень пытался подкатить ко мне, ну или даже девушка, допустим, с такой ужасной репутацией, да ещё и подарками задаривала, деньгами… я бы никогда не согласился, — покивал Коди. — Да блин… значит, у меня нет шансов, да? — Изменишься — будут все шансы. Только нужно ли тебе это? — Но… я хочу быть с ним, — задумался я.       Даниель постоянно в моих мыслях, от них невозможно избавиться. И только думать о нем, вспоминать наши разговоры — это все, что у меня есть, но этого мало. Не хочу только в мыслях его видеть, да во снах. Он даже снился мне несколько раз. Хочу снова увидеть, услышать… Я думал, что он превратил всю мою жизнь в ад, проклинал его, ненавидел, но… на самом деле что? Он спас меня. Да, не сказать, что я стал таким, как Тим или Лу или Коди, но… все же изменился в лучшую сторону. Вспоминая себя, каким я был раньше, мне становится стыдно. А случай с баллончиками? Со стулом, доской? Детский сад… Даниель был прав, а я… ненавидел его. А теперь…       Говоря об отношениях, кстати, оказывается, из этих троих только у Лу есть девушка. Остальные свободны и зациклены сейчас на учёбе, не хотят отвлекаться. Считают, что заводить отношения лучше после её окончания, но… видимо, они просто не влюблялись.

***

      Неделя спустя… — Дастин Форд, — ко мне подошёл майор Зейн с грозным выражением лица, что у меня уже все сжалось внутри, — Отлично справляетесь, — слегка улыбнулся, — Вы тоже, Тим Станли, Коди Тафт, Луис Янг. Успех налицо.       Я с облегчением вздохнул и улыбнулся. Он похвалил меня! Почему мне хочется чуть не прыгать от радости? Да, он сделал это, потому что я смог подняться. Теперь, когда я стал каждый день заниматься с друзьями, сумел хорошо подтянуться, быстрее бегать. Мы стали лучшими среди остальных. И теперь, даже если Спенсер и его подопечные захотят со мной подраться, я им не уступлю. Больше нет. Я понял, что не хочу никому уступать и за себя могу постоять только я сам и никто другой. Не думал, что услышать похвалу за дело — это так приятно.       Честно говоря, мне не хочется уезжать отсюда. Только вспомню, как приехал сюда… весь злой, не хотел ничего делать, ко всему придирался, со всеми переговаривался, думал, что выгляжу так круто, что многие согласятся со мной, но… Это так нелепо, что теперь я хочу только стереть это из памяти. Я благодарен майору за то, что он терпел меня и все-таки заставлял заниматься, очень благодарен этим трём парням, которые показали мне, что такое настоящая дружба, и… Даниелю. Его слова, пусть и не сразу, но смогли проникнуть в меня, вразумить. Даже хотел бы сказать спасибо Спенсеру и его рабам, которые меня побили. Видимо, чтобы до меня что-то дошло, нужно было хорошенько врезать. По-другому никак.       Под вечер мы снова отправились гулять. Разговаривали обо всем на свете, но главной темой было, конечно, то, как майор нас похвалил. Всем было приятно. Я думал, это странно, что мне хотелось улыбаться и чуть не прыгать, но они чувствовали тоже самое. Похоже, это нормально. Мы отлично сдружились, что уже нет желания расставаться. — Эй, — возле училища, по возвращению, нас ожидали… да, те самые, — У нас есть разговор, — нахмурился Спенсер. — Чего вам? — спросил Тим. — Слушайте, зачем вы дружите с этим вот подобием парня? — он кивнул на меня. — Вообще-то, будь соревнования, он бы победил, я уверен, — ухмыльнулся он, смотря на меня.       Я улыбнулся. Приятно слышать подобное замечание. — Отличная идея. Пошли? Один на один? — предложил мне Спенсер. — Нас осматривают каждую неделю. Не хочу опять проблем. Ты хочешь? — Дал заднюю, понятно, — посмеялся он, а затем и его дружки. — Хорошо, — ухмыльнулся я. — Что? Нет, Дастин, не надо, — заволновались парни. — Всё нормально. На площадку через полчаса, устроит? — А то! — Отлично.       Мы вернулись в комнату. Лу и Коди к нам вошли. Они пытались отговорить меня, но… я все же должен уже показать себя. Я не «принцесска». Нет. Слишком много усилий вложил в то, чтобы не быть ею. Мы даже тренировались с друзьями вместе, чтобы улучшить навыки драк, а я и вовсе учился, ведь никогда прежде не дрался. И вот пришло время показать на деле свои возможности. Полтора месяца не могли пройти зря. — Дастин, может, не надо? — все не унимался Коди. — Нет, ребят, я должен. Правда должен.       Они вздохнули. Им пришлось согласиться со мной. Мы спустились на площадку, как и договаривались. Эти трое уже ждали нас там. Мы отошли от всех, встали друг напротив друга. Я смотрел в глаза Спенсеру, не отводя взгляда. — Брось, не строй из себя крутого, ты не такой, — усмехнулся он. — Вот и посмотрим.       Дружба с Тимом и остальными — это лучшее, что случалось со мной когда-либо. Они многому научили меня, а желание не быть грушей для битья научило меня не сдаваться. Я напал первым, как учил Тим. Начал с малого, попытался ударить по лицу, как показывал Лу, Спенсер защищался, тоже замахивался ответно, но я блокировал, пока не пошли удары ногами. Я ждал удобный момент для коронного приёма, которому меня научил Коди. И вот он… я взял его руку, провернул так, что он встал ко мне спиной, повалил его на землю. — Все-все! Отпусти!       Я вспомнил, как однажды был на его месте. Я отпустил Спенсера, поднялся, следом и он. — Я победил, — ухмыльнулся. — Ладно, да, ты набрался сил, но все равно… — Что? Может, просто признаешь поражение? — Никогда! — воскликнул он, посмотрел убийственным взглядом в мои глаза, после чего они ушли.       Я смог. Я победил. — Ты молодец, — улыбнулся Тим.       Ребята подошли ко мне. — Но… это благодаря вам, спасибо, — уголки моих губ приподнялись. — А помнишь, как ты поначалу тренировался? Таким тоном говорил, мол чему мы можем тебя научить? — усмехнулся Лу. — Да-да. Давайте не будем, — посмеялся и я.       Не помню, когда смеялся по-настоящему, и смеялся ли вообще?

***

      За день до… — Парни, мне отец вчера звонил, — начал я, когда мы присели отдохнуть на перекладинах. — О, вспомнил о твоём существовании, — усмехнулся Тим. — Да, не то слово. Он… сказал, что заберёт меня завтра. — Ты серьёзно?! — удивились ребята. — Я сам не хочу уезжать, но… вы правы. У меня остались долги там, в городе. Я должен взяться за учёбу. Конечно, не так сразу, но… нужно заставить себя. Да и… — Преподаватель? — игриво произнёс Лу. — Точно, — улыбнулся я, выдыхая воздух, — Слушайте… не хочу с вами расставаться. Совсем. Давайте будем как-то видеться? Я буду приезжать к вам? Мне не сложно. — Правда? — спросил Коди. — Да. Пусть мы дружим всего два месяца, но… — Думаю, мы привязались друг к другу, — договорил за меня Тим. — Да, — улыбнулся. — Приезжай в любое время. У нас ведь тоже учёба, ещё месяц-два и мы тоже отсюда уедем, — пояснил Коди. — Точно, — опомнился я. — Так и… что будешь делать, как приедешь? С нами-то все ясно, мы будем учиться, а Лу продолжит гулять со своей девушкой, — покосился на него Тим. — А я… попробую учиться и… я планирую признаться ему. — Да ладно?! — удивились парни. — Да, потому что… я каждый день о нем думаю. Не было ни дня, чтобы я не вспоминал его, пока находился тут. Сказать честно… я соскучился. — Ого, какой Ромео, — усмехнулся Коди.       Мы все посмеялись, но если бы они его увидели, то сказали бы, что я, скорее, Джульетта. Даниель такой высокий… наверное, на голову выше меня, спортивный, подкачанный, в татуировках, грозный… Хоть я тут и подкачался, все равно никогда не смогу стать таким же.       Сегодня мы провели больше времени вместе, ведь уже завтра я уеду отсюда. А ведь я мечтал об этом когда-то. Теперь же готов тут жить. Хоть ребята правы, они тоже уедут отсюда через месяц. У них своя жизнь, у меня своя. Пусть на время мы расстанемся, но я уверен, что еще встретимся. Обязательно приеду как-нибудь. Пусть теперь, если я решу уйти из дома, буду знать, куда могу пойти. Если троица из моего универа была готова кинуть меня в любой ситуации, то эти парни… они точно примут меня всегда. И я отвечу им тем же. Хорошо, что я познакомился с такими отличными людьми. Они хоть научили меня, как нужно вести себя с тем же Даниелем. Если бы не они, по приезду, я бы точно начал предлагать ему деньги и подарки. Но теперь до меня дошло спустя пару месяцев, что это не вариант. Всего два месяца, а я так поменялся. Все же спасибо Спенсеру за толчок. Он был мне необходим. Даже ухо не жалко, пусть теперь у меня и шрам. Правда серьгу больше не смогу надеть…

***

      На следующий день…       Друзья и майор вышли, чтобы проводить меня. Отец уже ждал у машины. Когда я вышел из здания, то даже не стал обращать на него внимания. — Ну ладно, до свидания, Дастин. В начале ты вёл себя, конечно, безобразно, просто отвратительно, но теперь… Я горжусь тобой и буду ждать в следующем году, — слегка улыбнулся майор Зейн. — Ого… спасибо огромное, майор, — обрадовался я.       Мы пожали друг другу руку, ещё раз попрощались и мужчина ушёл на ступеньки, чтобы дать нам с парнями попрощаться. — Ну что? Приедешь в следующем году? — ухмыльнулся Лу. — Постараюсь. В любом случае очень хочу, — улыбнулся я. — Ладно, пока. Удачи тебе там. Номерами мы обменялись. Звони, если будет скучно, да и вообще, — улыбнулся и Тим. — Конечно, Тим. И вам удачи с учёбой. Лу, тебе с девушкой, — подмигнул. — Ну ещё бы, — возгордился он.       Мы посмеялись. И все же пришлось прощаться, потому что время уже 4:45 — это значит, что им пора собираться на тренировку. Мы обнялись, потом я сел в машину и махал им, пока совсем не скрылся за деревьями. Здесь было просто великолепно. — Ну как? — вдруг спросил отец, — Тебе тут понравилось? — С чего это ты решил поинтересоваться мною? Не все ли равно: понравилось или нет. Какая тебе разница? Ты меня сюда насильно «засунул». — Мне сказали, ты изменился, а со мной разговаривать так и не научился. — Я тоже думал, что ты будешь хоть иногда звонить, но тебе плевать на меня. — У меня работа, ты же знаешь. — У тебя всю жизнь работа. После этого ты ещё удивляешься тому, как я себя веду? Серьёзно? — Сын… — Не надо. Всё. Мы приедем домой и все будет, как прежде. Я учусь, прихожу с универа, мы вместе молча ужинаем и расходимся. Видимся раз в день, почти не общаемся. — Дастин. — Я все сказал.       Неужели он думал, что отношение к нему у меня изменится? С чего это? Да, я начну учиться; да, я больше не такой трус и не разбрасываюсь деньгами. Я изменился для себя, а не для него. Не потому, что он так захотел, а потому, что я так захотел. Чего старик ждал? Такой наивный? Двадцать два года он игнорировал меня, моё существование, надеялся на то, что я так просто забью на это? Ни пару месяцев, ни год, ни два года, ни пять лет и не десять — ничто не исправит этого факта. Он был для меня лишь кормушкой, больше ничем, и останется ею, пока я не смогу работать.