уроки французского

в восемь утра меня разбудил звонок в дверь, я решил посмотреть кто же пришёл? я потихоньку прошёл к кухне (оттуда доносились два голоса, моментами три) – Ирина! – крикнул мужской голос, когда кто-то разбил тарелку или что ещё? – что Ира!? – крикнула женщина, разбив ещё тарелку. – мама! – крикнул детский голосок, видно Сашин, – папа же поранится! я никогда не слышал от неё такой интонации в голосе, её голосок такой детский, нежный, мятный, а не как в первую нашу встречу, её голос был грубым, странным и страшным. – мама, пожалуйста не надо! – девочка заплакала, когда её мать орала матом и била посуду в Арсения. – Арсений! – кричала Ирина(я это понял из их интеллектуального диалога) – не вернёшь мне дочь, лишишься жизни! – я посмотрел в щель между дверями, женщина разбила очередную тарелку о стол и в её руке остался небольшой осколок, Саша сидела в углу комнаты, прикрыв руками голову, дабы осколки от посуды не попали ей в голову, Арсений же, стоял на другой стороне стола со злой физиономией. – Ирина! – закричал Попов, – думай что говоришь! дура! – Саша иди в комнату! – обратилась к своей дочери Ира. Александра выбежала из кухни, открывая дверь ударив меня по лбу и кинувшись ко мне в объятия, закрывая за собой дверь. – прости Антош, – девочка жалобно скулила у меня на коленях, потерая мой лоб, – там мама с папой ссорятся из-за меня. – точно не из-за тебя, – я губами коснулся её лба, – у тебя жар! я перенёс её в комнату, уложил на кровать. крики за стеной не прекращались. – я видел, твоя мама била посуду, ты не поранилась? – нет, – Попова-младшая истошно перевела взгляд голубых глаз на меня. – совсем как твой папа, – улыбнулся я. – ага, – она тоже улыбнулась, но улыбка тут же спала с лица, я любовался им, оно прекрасно, чуть мокрые ресницы, дорожки слёз, приоткрытые пухлые губы и лёгкий румянец на щеках, – мама приехала за мной чтобы забрать во Францию, родину папы, она туда хотела только из-за своего любовника, а я не хочу, мне и с папой хорошо, вот она и закатила скандал... из меня... – дорожки слёз снова стали литься. – не плачь, – успокаивал я девочку, – тебе не идут слёзы! будешь плакать, то я тоже буду! – Антон! – Саша приподнялась на локтях и обняла меня, – тебе точно не нужно плакать! – задушишь же! – крикнул я когда та стала сжимать руки на моей тонкой шее сильнее. – прости, – она отлипла от меня, лицо её засияло и залилось краской. – что будем делать? – спросил я. – надо родителей помирить, – с грустью сказала Александра, знаете, я не хочу их мирить, вот они расстануться, у меня будет больше шансов... – ты же большая, и ты должна понимать, что твои родители больше не любят друг друга... – какие мы умные, я взял её руку в свою и переплёт пальцы, ну это чтобы успокоить эту неугомонную душу этой грустной девочки, – они больше не будут вместе, понимаешь? – ты врешь! – вдруг вскрикнула Попова-младшая и отодвинулась от меня, – все так говорят! они лжецы, и ты тоже! – уголки её глаз наполнились влагой, уголки губ дрожат, брови – домиком. в дверь, закрытую на ключ, стали ломиться. – Сашенька, ты тут? – спросила бывшая Попова. – нет, – я заткнул рукой рот Саше, – тут только я – Антон. – Антон? – переспросила женщина, – а ты не знаешь где Саша? ей ехать надо, – раздражённо фыркнула она и ушла в поисках своей дочери. – я думала они помирились, и я остаюсь здесь, – с грустью опустила голову Александра, – она всё-таки заберёт меня во Францию. я ждал, может ещё чего скажет она? – ладно, – выдохнула девочка, – жаль что мы расстаёмся, я ведь больше не приеду, – она попыталась улыбнуться, но получилось так, что можно было шутить «рот до ушей, хоть завязочки пришей» – в смысле ты больше не приедешь!? – я как будто вышел из транса, понимая что происходит. – в прямом... *** провожая Александру глазами, смотря на её чёрное платье, будто кто умер, из под светлого пальто, две тёмные косы с белыми лентами в них чуть ниже груди, очки для зрения почти на кончике носа и полные отчаяния голубые глаза. – ладно, – девочка нарушила тишину и попросила очки указательным пальцем, насаживая их плотно на нос, в прихожей стояли только Арс, я и она, – не люблю долгие проводы, пока, прощайте, я буду помнить вас. – ты так говоришь будто сейчас последняя минута твоей, или нашей жизни, – рассмеялся я и тут же затих. – ага, – сказала Саша, обняла сначала отца, поцеловала его в щеку, потом подошла ко мне, мне пришлось нагнуться, она поцеловала в щеку и меня, мы словил на себе строгий взгляд Арсения, – всё, пока. с этой фразой девочка покинула мою жизнь навсегда. наверное. – я приеду как нибудь навестить тебя, – крикнул любящий отец в дверь, – мы... приедем... – о нет, Сень, только без меня, – рассмеялся я, хотя я так привязался к этой девчонке. – во-первых, не называй меня «Сеней», а во-вторых, ты поедешь со мной. – ну Сеня, – протянул я.