И имя ему Учиха... Мадара

      В одном из бараков одиннадцатого отряда проснулся мальчишка. Первым делом он расчесал свои длинные волосы, придавая им более божеский вид после сна и затем закрутил их в импровизированную прическу типа Мизуру. Делал он так лишь первую неделю, и то из-за наказа своего учителя. По его мнению, Сора ещё не так хорошо подготовлен, чтобы иметь роскошь носить привычные ему распущенные волосы, ибо в его случае каждая мелочь может повлиять на исход боя.       В это время все ещё спали — их тренировки начинались примерно в семь утра, в то время как Сора начинал в шесть. Поэтому, почти бесшумно надев своё кимоно, он, гордо вскинув голову и поставив левую руку на свой дзанпакто, который он получил одолев в бою шинигами, пошёл к полигону, где его уже ждал Изуна Учиха — его нынешний лейтенант, временный учитель и "нянька". — Хм, — весело усмехнулся ему Учиха младший. Сколько бы раз Сора его не видел, он постоянно пребывал в хорошем расположении духа.       Но, как оказалось, это было далеко не так. За разговорами со своими сослуживцами, он знает, что Изуна Учиха, который ещё пару месяцев назад носил странную фамилию Ахичу, был весьма скрытным, мрачным и не очень разговорчивым шинигами, но сильным, потому его и не трогали. Кстати, эта его мрачность, по мнению многих, была именно из-за того, что он родился с такой фамилией. Но сейчас, когда все карты вскрылись, для всех рядовых и офицеров он стал вроде надёжного командира и "братка". Также, именно он занимается тренировками всего отряда, за месяц привив всему отряду военную дисциплину и развив навыки зандзюцу рядовых и офицеров до самой высокой планки, от чего Сора с гордостью мог утверждать, что он является членом элитного подразделения. — Ты уже пятый день подряд приходишь вовремя. Для ребенка ты большой молодец! — на рядовую похвалу Сора ответил небольшим поклоном. — Итак... — немного задумался лейтенант, не обратив внимания на поклон. — С завтрашнего дня начнётся твое обучение у брата, — в его глазах промелькнула капля сочувствия, но мальчик решил не обращать на это внимания. — Поэтому сегодня физической тренировки не будет, пойдем, — он махнул рукой и Сора без промедлений пошёл за ним.       Изуна же, видя, как молчит его подчинённый, от нечего делать вновь предпринял попытку разговорить паренька. — А ты не из тех, кто любит разбрасываться словами, не так ли? — ехидно улыбнулся он. — Предпочитаю не тратить время на излишнюю болтовню, — слегка высокомерно высказался Сора, но сам считал, что это не признак высокомерия, а благоразумия. — Ха! А в твоих словах есть доля истины, — усмехнулся на такое детское поведение Изуна. — Но позволь дать совет, — на этом моменте мальчик встрепенулся, ибо всегда был не против поучиться мудрости у старших, — иногда лучше поддержать разговор или постараться сделать вид, что проникся словами собеседника, так он может рассказать тебе чуть больше, чем стоило бы, — и с полной уверенностью в своей правоте пошёл дальше.       Мальчишка, погрузившись в размышления над словами вышестоящего, толком и не заметил, как оказался вместе с ним около главного здания отряда. — Учиха-фукутайчо, а зачем мы идём в кабинет Мадары-самы? — недоумëнно вскинул брови Сора. Изуна, ухмыльнувшись догадливости паренька, ответил: — Мадара подготовил для тебя свиток с базой ниндзюцу. Разного рода печати, объяснение, что такое шуншин и шунпо, в общем — всë, что нужно для начинающего шиноби. — Прошу прощения, но я не шиноби, я — самурай, — твёрдо сказал Сора, пусть и звучало это весьма забавно. — Неа, ты шинигами, как и все здесь, — легонько щёлкнул ему по лбу Изуна, заставив паренька сильнее нахмуриться. — У тебя ошибочное представление о шиноби, но ничего, Мадара быстро развеет твои сомнения.       После непродолжительного подъёма по лестнице и недолгим походам по коридорам, они наконец набрели ко входу в кабинет капитана.       Сора многое слышал об этом месте. Недели две назад, двое рядовых сильно накосячили и на них пришла жалоба, кажется, из четвëртого отряда, за что в итоге были вызваны к капитану. Как говорит рядовой, что рассказал ему эту историю, минут через десять эти двое вышли из кабинета... полностью седыми. На вопрос, а что, собственно, там произошло, они заикаясь что-то промямлили и быстро ретировались. Как бы то ни было, кабинет их капитана — страшное место, в которое попадать за косяки чревато душевной травмой на всю оставшуюся жизнь, а она ведь бесконечна...       И сейчас, эти зловещие сёдзи открылись, явив ему кабинет. При виде комнаты Сора испытал некое разочарование, ибо пред ним предстало просторное место с балконом и сёдзи с выходом, по-видимому, в спальное помещение. С мебелью тоже было довольно скудно: всего лишь добротный рабочий стол с большой кипой бумаг с одной стороны и кистью с чернильницей с другой, около балкона стоял дорогой по виду столик, вероятно, предназначенный для распития чая (по крайней мере, чайный сервиз говорит как раз об этом). Из картины среднестатистического кабинета выбивалось лишь то, что справа от рабочего стола стоял очередной стол и стул, явно предназначенный для ребенка, при этом мебель была специально расположена так, чтобы сидящий наблюдал площадь отряда, пусть и надо было для этого открыть надлежащие сёдзи (по правде говоря, балкон можно было открыть весь, но хозяин кабинета предпочитал только одну открытую сторону).       И именно на этом столе Сора обнаружил свиток. — Мадары пока нет, видно, по делам ушёл, — Изуна осмотрелся и чему-то кивнув, повернул головой в сторону подопечного. — Ну да ладно, располагайся, читай, в общем, занимайся. А я пока займусь отрядом, — после своих слов, на глазах Соры, он испарился, показав неутешительную разницу в их познаниях и скорости.       Покачав головой, он сел за столик и раскрыл свиток. Никаких украшений, нет имени автора — лишь название и текст. — "Занкенсоки, Дзюцу и основы обращения с рэйрёку, реацу, — про себя прочитал Сора, вновь немного развернув свиток, он продолжил. — Дзюцу и кидо, чтобы использовать обе разновидности техник, надо концентрироваться... — характерный рисунок сконцентрированного силуэта человека, являлся этаким примером того, как надо действовать. — Отличия между Дзюцу и кидо заключаются в исключительной разнице между возможностью применения этих техник. Для первого, нужно складывать ручные печати, для второго — читать заклинание... — за этим словом последовало выделенная приписка. — Исходя из моих наблюдений, чтение заклинаний — это аналог ручных печатей для концентрации духовной силы в определённое хадо/бакудо/кайдо, что также справедливо и для Дзюцу. Есть предположение, что для каждого Дзюцу, как и кидо, можно придумать заклинание/ручные печати в зависимости от используемого вида техники. Последнее не достойно внимания, потому что полезного применения не имеет, — прочитав эти строки, Сора вновь развернул свиток. — Первое, что тебе надо выучить — это печати ниндзюцу. Потому что кидо слишком не пластично, поэтому будешь изучать печати и ниндзюцу", — хмыкнув на резкость изложения мыслей, Сора вновь его развернув, наткнулся на множество изображений рук и надписей к каждой. Он решил, что именно это и есть печати и начал их заучивание.       В таком темпе прошло ещё три часа... ********* — Техника высвобождения огня: Огненный шар... — тихо проговорил Сора, стоя перед настежь открытым балконом и держа в руках развернутый свиток с изображением ручных печатей и их итога. Ещё раз повторив формулу техники, Сора приступил к её выполнению.       Печать змеи. Рэйрёку Соры всколыхнулось и потянулось к рукам, постепенно исчезая где-то в воздухе. Он помнил, что эта печать связана с массовостью техники.       Печать овцы. Этой печатью он обезопасил себя.       Печать обезьяны. С помощью нее Сора почувствовал усиление концентрации его духовной силы.       Печать свиньи. Она необходима для техник стихии земли, но что она делала в технике огня? Загадка.       Печать лошади. Его духовная сила приобрела целостность и некий вид.       И наконец, печать тигра...       Неожиданно, Сора почувствовал дуновение ветра, а его собранная и готовая выпуститься рэйрёку разошлась, порождая ещё один поток сильного ветра. И лишь только тогда он понял, что его левая рука, готовая сложить финальную печать была остановлена другой, большей по размерам. С удивлением он взглянул в левую сторону и обнаружил своего учителя. Хмурого, но не злого, скорее просто недовольного. — Ты решил спалить мой кабинет? — беспристрастно спросил Мадара. — Н-нет, я... — нервно начал отрицать Сора. — Перебрал с насыщением рэйрёку, — вздохнул Мадара, а около сёдзи кто-то весело усмехнулся. — Но у него бы получилось! — в кабинет вошёл странный шинигами в цветастом кимоно, соломенной шляпой и задорной улыбкой.       Сора узнал его — это капитан 8-го отряда — Сюнсуй Кьёраку. На его взгляд, это самый странный шинигами в Готэе, потому что всё, что думал о капитанах до своего появления в этой организации (во многом подтвержденное Мадарой) ломалось лишь при его появлении. Развязный, совершенно безответственный капитан, что при первом же своем появлении вызвал у Соры непроизвольную панику (потому что он вообще впервые встретил столь разговорчивого незнакомого человека, который вдобавок не пытался его убить). И вот сейчас он снова его удивляет, спокойно подойдя к нему и потрепав за волосы. — Доброе утро, Кьёраку-тайчо, — слегка заторможено ответил Сора, поправляя пучок волос. — Ой, да зови меня просто Сюнсуй-сан, — махнул рукой, при этом всë так же держа на своем лице улыбку. — Сора-кун, ты, между прочим, молодец, не каждый в твоём возрасте может использовать техники C ранга... я же правильно помню, Мадара? — заговорщически прикрыл рот рукой Сюнсуй. Вероятно, чтобы была иллюзия того, что Сора его не слышит (по крайней мере он так надеялся). — Действительно так, — важно покивал Мадара, — хотя Учихи к его годам уже могут контролировать силу пламени, но да ладно, это дело поправимое, — отмахнулся он в конце. — Ну, Сора-кун парень талантливый, верно? — насмешливо посмотрел Сюнсуй на него. Сора же не находил, что на это ответить, из-за чего уголок его рта нервно дёрнулся, а голова заболела от возможных вариантов ответа на его вопрос. — Ха-ха-ха! Видел бы ты своё лицо! — вновь забавлялся капитан, показав на него пальцем. У Соры же покраснело лицо и тут точно не скажешь от чего, то ли смущения, то ли от злости. — Да расслабься, я же шучу! — ещё раз немного посмеявшись, он обратил свой взгляд в сторону Мадары и уж теперь стал немного серьёзней (Сора очень на это надеялся). — Поговорил я с новым главой Шиба, — как-то нехотя начал он. — Если говорить по делу, то он согласен, — на его слова Мадара усмехнулся. — Он молодой, но сообразительный, не то что его старший родич. Как нибудь принесу на его могилу маску Хёттоко, — не то чтобы старший Учиха был злопамятным, но глумиться над тем, кто попытался его унизить и при этом выжил, приносило ему некое удовольствие. А Кьёраку же лишь глубоко вздохнул, давно смирившись с характером товарища. Но вдруг он перевёл взгляд на его ученика. — Хмм, Мадара, а Соре-куну стоит?.. — Будет полезным, чем больше он будет знать, тем лучше. В будущем он станет капитаном... если он сможет извлечь из моих уроков пользу, — последние слова сбили похвалу, но другого от Мадары никто и не ожидал. — Кхм, тогда я продолжу, — на мгновение задумавшись, Кьёраку продолжил. — Также к нам присоединился новый глава клана Кучики — Гинрэй* Кучики, — на лице у Мадары возник немой вопрос. — Прошлый глава, как и глава клана Шиба, погиб в ходе атаки на Сейрейтей. — Хмм, ну и какой он? Новый Кучики, — сложил руки вместе Мадара. — Тихий, спокойный и не по годам умный. Скажем так, своим поведением, как и статусом, он отображает мнение всех не великих кланов в Обществе Душ, — Мадара кивнул, принимая информацию к сведению. — Следующий на очереди Иошихиро. С ним ты разговаривал сам, так что он дал согласие заранее. Последний на очереди клан Цунаяширо, с ним сейчас переговаривает Джуширо, — Сюнсуй взялся за подбородок и слегка улыбнулся. — Но уверен, в этом нет смысла. — С чего вдруг? — прищурился Мадара. — Тэкэхиро-сан... он очень мудрый человек и один из последних первых капитанов Готея, и он раньше тебя выказывал недовольство Советом сорока шести, а значит, он поддержит твоё предложение, — но вдруг Сюнсуй стал серьёзным и посмотрел в глаза Мадары. — Но я должен тебя предупредить, Мадара. Держи в голове, что он тебе не доверяет и вряд ли будет в будущем. Твой план подать прошение на смену Совета сорока шести на Совет четырёх благородных кланов к Королю Душ и Нулевому отряду не несёт тебе никакой выгоды и это его сильно напрягает... — на его слова Мадара усмехнулся, заставляя Кьёраку расширить глаза в удивлении. — Ошибаешься... — слегка оскалился он. — Есть несколько причин, почему я решил внести свою задумку на рассмотрение. И если Тэкэхиро пока не догадался... оно и к лучшему, — на несколько секунд Сюнсуй прикрыл глаза, покивал, и медленно открыл их, а на его лице вновь заиграла лёгкая улыбка. — Я догадался! Воз... хм! — громко хмыкнул он. — Хотя нет, — он схватился за свою шляпу и прикрыл ею лицо. — Лучше в слух не озвучивать, даже у тебя в кабинете есть уши.       На глазах внимательно слушавшего весь разговор Соры, капитан восьмого отряда испарился. Буквально. И только обернувшись, он увидел его уже стоящим на балконе. — Мне пора, Мадара! — усмехнулся капитан Кьёраку, придерживая шляпу. — Ещё увидимся, а тебе, Сора-кун... удачи! — и широко улыбнувшись, закончил. — Обучаясь у Мадары она тебе понадобится! — громко рассмеялся он, мгновенно исчезая в воздухе.       Соре оставалось лишь глупо смотреть куда-то вдаль, и только его учитель смог вывезти его из прострации. — Видел, как он ушёл в шунпо? — выгнул бровь Мадара. Сора лишь неосознанно кивнул. — Это то, к чему стоит стремиться, — продолжил он, вставая со стула. — Его шунпо на великолепном уровне и без Шарингана мне его не разглядеть, — когда он встал вровень с Сорой, усмехнулся, прикрыв глаза. — Но не думай, что это предел, например, твой будущий главнокомандующий — Генрюсай Ямамото Шигекуни — владеет им на гораздо более лучшем уровне, чем Кьёраку... Но сегодня мы будем изучать тайдзюцу, поэтому... — Мадара тотчас заметил нахмуренный взгляд своего ученика и решил разъяснить ему его неправоту. — Ты ведь согласился стать моим учеником, не так ли? А значит, сам решил, чему будешь обучаться, но так уж и быть, — неожиданно Сора подвис над землёй. — Я покажу тебе, на что способно тайдзюцу.       Вжух!       И Сора очумелым взглядом смотрел на тренировочное поле одиннадцатого отряда, на котором его лейтенант обучал молодых рядовых и некоторых офицеров. Пара секунд на понимание и все, кроме лейтенанта, дружно поклонились с криком: — Доброе утро, Учиха-тайчо!!! — в этот же момент Сора был опущен на землю. — Мадара, — простенько кивнул уже другой Учиха, подходя к ним. — С чем пришёл?... Помимо детского сада, — о да, это прозвище закрепилось за ним, как только он попал в отряд, хотя, казалось бы, на ребёнка, по крайней мере характером, он давно не смахивает. — Хм, — усмехнулся учитель. — Хочу показать, как правильно надо танцевать, — как только он сказал эти слова, все шинигами, что там были, взволнованно зашептали. Почему так? Сора не знал, но слышал от сослуживцев, что его учитель, на данный момент, лучший танцор в Сейрейтее. Это было странно, но, видимо, сейчас он всё узнает. — Танцевать, да? — понимающе улыбнулся Изуна Учиха. — Ну тогда давай покажем, как танцуют мастера. Эй! Расчистите площадку! Капитан и я покажем вам, что значит настоящий танец!       Под радостные крики окружающих, капитан и лейтенант вышли на импровизированное поле боя. — Итак... — начал разминаться Изуна, — с техниками или без? — Без, — обыденно сказал его учитель и на какой-то сумасшедшей скорости прыгнул на лейтенанта.       Бум!       От силы удара по округе разошлась волна воздуха, из-за чего Соре пришлось закрыть глаза от пыли. И как только он вновь взглянул на них, то увидел на их лицах воистину звериные оскалы, которым добавляли краски их сияющие красные глаза.       Дальше началась феерия боя. Они прыгали, уклонялись, били, отбивали и потом снова прыгали. Каждое их движение было столь выверенным, столь безошибочным, что Соре казалось, что он видит бой двух механизмов, но самое главное... Это было красиво. Воистину красиво. Будто действительно, они не бились, а просто танцевали, не взирая на то, что от их ударов шли волны воздуха и слышались хлопки.       Бой шёл молча, никто ничего не говорил, только их глаза говорили и они говорили лишь одно: "Больше!" — казалось бы, как можно любить бой? Когда ты бьёшься за жизнь? Но было видно, что им нравится. Нравится бить, уклоняться и контратаковать... Для них это как... Как смысл жизни! Слишком уж сильно видно, как они наслаждаются этим боем.       А что же рядовые? Они лишь молча восхищались... Смотреть на эту красоту, чувствовать, пусть и эфемерно, силу этих ударов. Их кровь будоражило. Одна это демонстрация поднимала их дух и верность капитану до не бывалых высот! Когда-то они оплевали бы такой бой — бой без катан, но сейчас... Сейчас они видят, как своё тело можно превратить в катану. Им это сначала объяснили, потом показали и лишь после демонстрации они поняли — в бою стоит применять и рукопашную, ибо это тоже было весело!       Но вот, они в последний раз отпрыгнули друг от друга и вышли из стоек. — На этом урок окончен, — скрестив руки на груди, сказал Мадара. — Надеюсь, я наглядно показал, что такое тайдзюцу? — и только после этого вопроса Сора пришёл в себя. — А?.. Да! Благодарю за урок, Мадара-сама! — поспешно поклонился он под не злобные смешки окружающих. — Давай за мной, — махнул он рукой, развернувшись к нему спиной. — Сегодня для тебя будет день тайдзюцу, — Сора, недолго думая, подбежал к нему и встал по его правую руку. — Мы начнём с основ? — заинтересованно спросил он. — Глупый вопрос, — только и сказал Мадара, на что Соре оставалось лишь вздохнуть... *********       Мадара был доволен. Его первый ученик не только показывает хорошие результаты в тайдзюцу, но и в ниндзюцу и зандзюцу. За месяц он достиг многого и скоро он разрешит называть себя учителем, ведь он и впрямь стал достойным. Быть может, так бы он и оставался в хорошем настроении, но, похоже, посыльный из первого отряда решил его подпортить. — Входи, — не отвлекаясь от чтения документов, скомандовал Мадара. — Добрый день, Учиха-тайчо, — поклонился ему рядовой. — Мне приказано проинформировать вас о скором начале собрания капитанов. — Занятно, — с негромким смешком он встал и накинул на себя хаори. — Какой повод? — Один из городов квинси не отвечает на требования, а посыльный так и не вернулся, — на его слова Мадара кивнул и через мгновение исчез в шуншине.       Зал собрания к тому моменту уже был полон. Бывшая Кенпачи — Ячиру Унохана, ныне же капитан четвёртого отряда медиков Рецу Унохана. Капитаны восьмого и тринадцатого также присутствовали. Недавно получивший шикай и звание капитана пятого отряда — Хаширама Сенджу и его брат, капитан двенадцатого отряда — Тобирама Сенджу, что также обрёл шикай и стал пятым** человеком в Готэе, у которого кидотипный дзанпакто. Капитан второго отряда и отряда тайных операций Иошихиро Шихоин, что был смурнее всех. Капитан шестого отряда, что недавно прошёл экзамен на одноименное звание — молодой Гинрей Кучики. Капитаны десятого и девятого отсутствовали по причине сильной занятости делами своих кланов. И, наконец, главнокомандующий и капитан первого отряда — Генрюсай Ямамото Шигекуни — сильнейший шинигами — сидел посередине.       Наконец, когда Мадара занял своё место около Кучики, старик стукнул посохом об пол. — Собрание капитанов объявляю открытым. По новым данным нашей разведки один из городов квинси принял решение биться до конца, — на этом моменте все услышали сокрушённый вздох Хаширамы. — Ты хочешь что-то сказать, Хаширама? — Нет, Ямамото-доно, я лишь... опечален таким решением. — Не стоит огорчаться, Хаширама-сан, — с печальной улыбкой прохлопал ему по плечу Сюнсуй. — В конце концов, благодаря тебе получилось уломать квинси на перемирие, а это... Лишь неизбежная жертва. — Я согласен с Кьёраку-саном, — задумчиво проговорил Иошихиро. — Вы проделали большую работу, но квинси слишком много, нам всё равно бы пришлось уничтожить как минимум половину из общего числа квинси, а так... Их и в общем трогать не придётся. — Значит, ты располагаешь некой информацией, Иошихиро-сан, — повернул голову в его сторону Мадара, недвусмысленно намекая на то, что хотел бы услышать больше. — За этим я и подал прошение на собрание, — кивнул он ему в ответ. — Стало известно, что мои шиноби были убиты у подступов к городу, такое происшествие я считаю актом неповиновения и наплевательством на договор, подписанный прошлым месяцем. — Возможно, они хотят лучше умереть, ежели жить милостью их врага... Такой доблести можно лишь восхититься, — уважительно сказал Тобирама, а остальные покивали. — Слепые гордецы и глупцы, — фыркнул Мадара, выступив из строя. — Если они так хотят сдохнуть, Ямамото-доно, то я с удовольствием готов стереть их с лица земли! — его слова были сдобрены неплохим количеством реацу, но это скорее лишь следствие характера самого Учихи. Это понимали все здесь присутствующие и, среди них, кто-то уже давно привык, а кто-то лишь привыкает, так что уже не удивляются такому вызывающему поведению капитана одиннадцатого отряда. — Неужели столь радикальные решения имеют место быть? — подал голос до этого молчавший Гинрей. — Разве... — Я не против, — коротко огласил главнокомандующий свой приговор, на что глава Кучики лишь молча опустил голову, перечить самому опытному шинигами в Готэе было не в его планах. — Тобирама предполагал такой исход, поэтому изложил свой вариант решения проблемы мне, — и переведя взгляд на Сенджу, сказал. — Можешь рассказывать. — Кхм, — Тобирама кашлянул в кулак, переводя всё внимание на себя. — Когда начался процесс переговоров, я, по разрешению главнокомандующего, отправил теневых клонов в каждый город квинси тайно следить за ситуацией и вышло так, что этот город оставался единственным преданным их императору... — И они решили умереть вместе с ним, — раздражённо перебил его Мадара. — Меня не интересуют их мотивы или желания. Они угрожают мирозданию и это вполне весомая причина уничтожить вообще всех квинси, так что давайте уже закончим эту войну, не сворачивая в сторону "дипломатии". — Готей всё это время и пытался решить вопрос дипломатией, но... — Гинрея, как и Тобираму, постигла участь быть перебитым. — Но желание сократить их расу, как "неожиданно", оказалось, не располагает к мирному решению, поэтому вы вынужденно увязли в этой войне лет эдак на десять. Надеюсь, я доходчиво объяснил свою позицию, Гинрей-сан? — прищурился Учиха. — Мне нечем парировать, — а Кучики всё также был краток. — Тогда я продолжу, — не менее раздражённо, чем Мадара, говорил младший Сенджу. — И Мадара, попрошу тебя впредь поумерить своё эго, хотя бы на пару мгновений. Но не буду дальше тянуть, поэтому буду краток — чтобы не было волнений среди квинси нам нужен тот, кого квинси будут считать врагом номер один, таким, что даже Готей для них станет менее приоритетной целью, чем он. — Тобирама, а ты не меняешься, — оскалился Учиха. — Как и ты, — леденящим тоном сказал Тобирама. — О тебе ходят много слухов в стане квинси, в основном отрицательных, поэтому только ты должен уничтожить этот город вместе со всеми его жителями. Пол и возраст... не важен, — крайне тяжело он проговорил последние слова. — Бред!.. — громко возмутился Укитаке, но был быстро остановлен положенной на плечо рукой. — У нас нет выбора, Джуширо, — полностью прикрыл лицо шляпой Сюнсуй. — Я не маньяк, — неожиданно спокойно начал Мадара, — и уж тем более не палач на служении, но я выполню приказ, — он повернулся к капитанам спиной. — Но если когда-то вновь прозвучит такой приказ, то я в тот же момент сожгу своё хаори, — когда голова Мадары повернулась, его взгляд был направлен строго в глаза главнокомандующего, а в глазах был виден рисунок Мангекьё Шарингана. — Такого приказа больше не поступит, — Ямамото был спокоен и твёрд. — После завтрашнего дня Готей-13 перестанет быть армией убийц, а станет на стражу мира и спокойствия общества душ! — громкий стук посоха оповестил всех о принятом решении. — Собрание капитанов окончено! За этим я приказываю сейчас же открыть капитану одиннадцатого отряда Сенкаймон!       Его речь была окончена громкими, для гробовой тишины, шагами Учихи Мадары, чьё лицо было до жути спокойно и лишь его активированный шаринган оповещал о большой крови. *********       В этот же день Мадара показался перед вратами города, явившись перед ничего не подозревающими жителями на фоне багрового заката...