Твоя любовь возвращала в детство

— Арс! — Антон хотел ухватить Попова за футболку, но он её не надел. Рука скользнула по краю серых штанов, и он тут же отдернул её, чем, наконец, привлёк внимание Арсения. — Не читай. Отдай. Синие глаза острым взглядом упёрлись в испуганные зелёные, и Антон застыл на месте. Теперь Арсений был серьёзен. Шастун вытянулся стрункой и сжал зубы. В висках застучал холод. — Это “Обрати на меня внимание”? — вдруг уточнил Арсений. — Я его дальше первых глав не читал, не думал что будет такое. Антон, воспользовавшись моментом, всё таки выхватил смартфон, но успокоиться не мог. Он спалился! Так глупо спалился! Что его коллега о нём теперь подумает?! Боже... Какой стыд! Ему же даже не нравится эта тема! Он просто из любопытства читает их! — Это не... — Антон громко сглотнул. — Случайно включилось. Это не я читал. Он нервно стал доставать из пакета боксы с роллами и раскладывать их на столе. Руки дрожали и холодные колики бегали от висков к пяткам. Какой сюр! Он такой идиот! Мысленно раздавая себе фейспалмы, Шастун достал стаканы и чуть не уронил их. — Осторожно... — оказавшийся рядом Арсений подхватил руки Антону и забрал у него стаканы. — Ты куда так разволновался? — Ты какой сок будешь? — нервно спросил Антон, заглядывая в холодильник. — Персиковый есть, гранатовый и... спрайт. Если хочешь, могу виски открыть. Если не хочешь... эм, воду? С газом или без газа? Антон обернулся на смеющегося Арсения. Попов поставил стаканы на стол и обернулся, улыбаясь. — Успокойся, — приказным тоном, сказал он, чтобы вернуть испуганного Антона в реальность. — Персиковый. — Персиковый, ага... — Антон дольше положенного задержал взгляд на оголенном торсе Арсения, и резко отвернулся. Радовало одно, свет был не яркий и Арсений не видел всего смятения на чужом лице. Как же стыдно! Ещё и тело его рассматривает! Зачем было давать ему футболку, если всё равно не надел? Почему именно сейчас всё это происходит? Когда Антон больше всего слаб и уязвим. Он налил сок в два стакана и сел рядом. Жар от бедра Арсения снова ощущался на его ноге и Антон отодвинулся. — Главное, не читай “парень из квартиры напротив”, — голосом мудрого старика, предупредил Арсений и отправил в рот горячий ролл. — Поздно. Я уже настрадался из-за него, — сразу ответил Антон и тут же застыл. Идиот! — Я имею в виду, что... — Я помню. Ты их случайно открываешь, — перебил Арсений. — Арс... — страдальчески прошептал Антон. — Хватит. Мне неловко. Да, я читаю фанфики, но исключительно из спортивного интересна. Они меня не... возбуждают. Давай не будем? — Давай, — легко согласился Арсений. — У тебя всегда так темно? — На съёмках всё было яркое, пусть глаза отдохнут, — переключая каналы, тихо отозвался Антон. — Оставить мультики или стендап? — Мультики, — Попов с жаждой припал к холодному соку. — Я думаю... — тихо начал Антон и тут же замолчал. — Думаю, фанфики это то, что возвращает меня в детство. Как у Лазарева. Написано не идеально, но... красиво и есть за кого переживать. Типа, за себя переживать, — он нервно улыбнулся. — Да ты эгоист, — подхватил Арсений. — А ты себя не ставил на место своего героя как будто? — Я там обычно говнюк, — справедливо заметил Попов. — Как и в жизни, собственно, — Антон постепенно расслаблялся. Они снова на волне юмора, это спасает. — Да ну брось, я милый, — Арсений придвинулся ближе и положил голову на плечо Антона. — То есть, момент с “папочкой” тебя не возбудил? — Да ну черт бы тебя подрал, Арс! Ты опять? — уже весело возмутился Антон. — Ну, ответь, — глядя снизу вверх в зелёные глаза просил Арсений. В этот момент он выглядел как жалобный кот. — И ты не будешь меня осуждать? — насторожено отозвался Антон, почти неслышным шепотом. — Не буду. — Нет. Не возбуждают! Что за хрень? Я же сказал! — выпалил он и скованно засмеялся. Пока Арсений следил глазами за каждым языком тела собеседника. Приятно отмечая жесты, играющие ему на руку. — Ты волнуешься. Почему? — Что за допрос опять? Мы приехали отдохнуть после съемок, а я в постоянном напряжении! — Антон положил китайские палочки на стол и снова отсел. — Ну так расслабься, — голос Арсения был спокойный и низкий. Он снова придвинулся ближе. — Они меня возбуждают только с точки зрения... — спина Антона встретилась с подлокотником дивана. — С какой точки зрения? — нетерпеливо уточнил Попов. — С точки зрения физической, но..! — Антон поднял вверх указательный палец. — Но не психологической. — То есть? — Черт, Арс... — Называй меня папочкой, — на лице Арсения проскользнула еле заметная ехидная улыбка. Он был доволен происходящим. — Буду называть тебя графом, — зачем-то ляпнул Антон. — А я смотрю, ты много фанфиков успел прочитать. — Чего ты хочешь от меня..? — на выдохе прошипел Антон, прикрывая глаза руками. Казалось, всё происходящее было сном или бредом. Он никогда не представлял своё общение с коллегой таким. Ему было сложно сосредоточиться. В полумраке взгляд выцеплял только синие глаза, хищно смотрящие на него и губы, задающие такие раздражающие вопросы. Попов эмоционально давил на него. Сексуально давил! Он не контролировал это, но ткань на домашних штанах заметно оттянулась вверх. Антон нервно облизнул губы и серьёзно посмотрел на Арсения. Он никогда не видел его таким... вовлеченным? — Чего я хочу? — хрипло спросил Попов и Антон замер, когда чужая рука легла на его шею. Шастун хотел было что-то сказать, но Арсений цепко схватил его за горло и мягко уложил на диван. Антон только и успел быстро моргнуть. Он почувствовал жар чужого тела на себе и подсознание взвыло от протеста и... желания. Арсений наклонил голову в бок, заглядывая в зелёные и глаза, как будто ища в них разрешения, и вовлёк Антона в ненавязчивый поцелуй. Так невесомо, как будто боялся напугать. Мягкие губы аккуратно обволакивали, а длинные пальцы всё крепче сжимали шею. — Арс... — прохрипел Антон от неожиданности контрастов. Арсений слегка отстранился, но только чтобы встретиться глазами с затуманенным взглядом снизу, и убедиться в своих предположениях. — Щщщ, — рука Попова скользнула по разгоряченным груди и торсу. Вниз. Невесомо касаясь пальцами горячей кожи. Отмечая, как сжались мышцы живота Антона. — Арс, — выдохнул Шастун. Чужие пальцы на мгновение зацепились за резинку штанов и умело обхватили напряженный член сквозь тонкую ткань. — Арс..! — почти простонал Антон, заметно выгибаясь в спине. Как же невыносимо! Невыносимо приятно. Даже больно! Антон с надеждой смотрел в синие глаза, чувствуя только пальцы на возбуждённой плоти и жаркое дыхание на шее. Они ведь даже не пьяные! Черт! Что он творит? Все вокруг закружилось, и Антон зажмурился, издавая ещё один тихий стон. Он перестал вообще что-либо понимать. — Так ты уже стонешь? — Арсений тяжело дышал и впитывал каждое движение Антона с жадностью маньяка. — Что ты делаешь? — свой голос Антон услышал, как за толстой стеной. Чужой и хриплый. Все его ощущения были состредоточены на пальцах Арсения, а его воздушный пузырь уверенно устремился к поверхности, рассекая толщу болезненных моментов. — То, что хочу, — и измученные ожиданием губы снова забрали уже более жаркий поцелуй. Требовательный. И даже грубый. Вместе с этим широкая ладонь повела вниз. И вверх. Сквозь штаны. Антон хотел приглушить новый стон, но вместо этого он укусил Арсения. А тот только углубил поцелуй. От волнения во рту Антона пересохло. Он обхватил руками голову Попова, и проникнул ответным поцелуем, отбирая желанную влагу, совершенно не контролируя, что он делает. Попов воспользовался моментной слабостью и полностью оказался сверху. Он опустился между широко разведёнными ногами Антона и тут он опомнился. — Арс... — в новом протесте прошептал Антон. — Не надо. Мы... Но как только болезненно возбужденная плоть осталась без прикосновений, удивлённо распахнул глаза. Попов навис над ним и серьёзно заглянул в зелёные глаза. — Какой фанфик тебе нравится больше всего? Этот вопрос поставил Антона в ступор и он раскрыл рот в немом вопросе. — Парень из квартиры напротив, — ничего не понимая, ответил он первое, что вспомнил. — Хорошо, — Арсений быстро кивнул. —Только поменяем концепцию. — Чт..? — Попов резко стянул с Антона штаны и холодный воздух окутал горячее тело. — Ах! Остальные звуки удивления были потеряны от нехватки воздуха. Требовательные губы Арсения перешли на шею, и Антон невольно подставил её для поцелуев. Руки потянулась к чужому телу, он даже не заметил, как оказался и без футболки. Тянущее кожу ощущение сообщило о засосах, а губы Попова уже спустились на грудь. Антон ещё пару раз пытался подняться на локтях. Но сдался. Он запустил пальцы в волосы Арсения, давая тому зелёный свет. Покусывающие поцелуи, медленные и крепкие, спускались всё ниже, а руки сжимали бедра. Антон дрожал всем телом. Второй рукой он закрыл себе рот, чтобы не стонать. Арсений специально оставлял его член без внимая, чтобы дать потомиться. И это приносило невыносимое страдание Антону, который пытался податься вперед, соприкоснуться с телом напротив. Но просить большего — означало бы его поражение. А Арсений всё медлил. Наслаждался. Медленные укусы внизу живота. Вокруг набухли все вены. Антон уже хотел надавить рукой на чужую голову, когда Арсений отстранился. — Ты всё еще хочешь, чтобы я остановился? — тяжело дыша выдохнул он. Поиздеваться хочет. — Нет, пожалуйста... — со стоном выдохнул Антон, с надеждой глядя в глаза напротив. — Пожалуйста, Арс... Попов только улыбнулся. И в следующее мгновение Антон выгнулся, снова выкрикивая имя. Язык Арсения с нажимом прошелся по основанию члена. Губы обхватили головку, которая уже сочилась в невыносимом ожидании прикосновений. Ладонь сжала основание, чем вызвала приятные колики в ногах и в животе. Для Попова это было лучшим вознаграждением. Пальцы Антона крепче вплелись в волосы Арсения. Он больше не сдерживал стоны. Он больше не останавливал себя. Его воздушный пузырь уверенно двигался наверх, словно его выталкивала какая-то неведомая сила. Внутри этого пузыря он, Антон, словно в эйфории парил и терялся в реальности. Попов действовал со страхом не меньшим. Он прекрасно понимал, что обратного пути не будем. Что им предстоит много совместной работы впереди и неловких моментов будет не избежать. Но он так давно думал об этом. О теле Антона, о его голосе, смехе, о волосах, черт возьми! Каким сюром ему казалось вся эта фанатская хрень про шипперство! Все эти арты, рисунки, фотошоп и фанфики. И почему “Артон”? Они просто изменили одну букву в имени “Антон”. Арсений даже думать об этом не хотел. И рядом был Матвиенко, который активно поддерживал такую его отрицательную позицию. Потом всё переросло в шутки. Потом он сам начал шутить, а потом... Чёрт. А потом появился интерес. За ним желание. И, наконец, фантазии. Попов не хотел это никак проявлять. Это было непрофессионально, да и глупо, в принципе. В любом случае, они с Антоном виделись редко и, в основном, только на съёмках. А, значит, это не было проблемой. Но на съемках “громкого вопроса” что-то изменилось во взгляде Антона. И Арсений не мог этого не заметить. А вылазка на разведку в чужую квартиру его, такого аккуратного, привела к такому импульсивному поступку. Но остановиться было уже невозможно. И отдача Антона, его доверие, прибавляли уверенности в правильности происходящего. Холодный ветер из окна наводил множество мурашек на теле Антона. Требовательные руки Попова, гуляющие по телу, заставляли его дрожать. Арсений наращивал ритм. Нежно посасывал мокрую головку. Вбирал набухший член полностью. Позволял своим губам всё. Сжимал основание члена. Наслаждался волнующими его стонами, пальцами в волосах. У Арсения никогда не было орального секса с мужчинами. Это было чем-то постыдным и неправильным. Он не видел в этом выгоды для себя. Только в последнее время задумывался о правильности своих взглядом. И сейчас... сейчас он понял. Понял, что выгода дня него — это отдача тела, изгибающегося под ним, сгорающего от желания. Реакция человека, который так же хотел этого, и скрывал. Такие неуверенные, ласковые, смазанные прикосновения к его спине горячих пальцев и холодных колец на них — вот то, чем Попов наслаждался. Антон никогда не кричал во время секса. До сегодняшнего дня. Он всегда был сосредоточен, всегда знал, что ему нужно сделать приятное девушке. А сейчас заботились о нём, сейчас он был тем важным и недостающим пазлом. Это заставляло расслабиться и отдать своё тело на растерзание в желанные руки. Шастун бурно кончил и жадно вдыхал прохладный воздух. Их с Арсением пальцы крепко переплелись на поверхности дивана. Антон всё не решался открыть глаза и посмотреть в синие напротив. Как если бы это означало окончание прекрасного сна. Арсений подхватил футболку, которая валялась где-то сзади и бережно вытер живот Антона. Он, как всегда, педантичен и чистоплотен. Шастун, наконец, открыл глаза и с осторожностью посмотрел на Попова. — Как твоё психологическое возбуждение? — только и успел спросить Арсений, прежде чем его втянули в глубокий поцелуй. Антон обвил Попова дрожащими ногами и молча прижал к себе. Ему казалось, что это всё приснилось и сейчас исчезнет. Арсений только довольно улыбнулся и позволил обнять себя. А воздушный пузырь резко вылетел из воды с последним долгим стоном Антона. Вот, чего он хотел, вот чего так ждал, от чего убегал в страхе.