Гарридрачное нечто

— Ты не понимаешь, Поттер, — Драко Малфой был настолько разгорячен спором, что позволил галстуку сбиться набок, жилетке — встопорщиться, а левой манжете — вылезти из рукава на неприлично большое расстояние. Все в его облике свидетельствовало: предмет диспута настолько взбудоражил молодого Малфоя, что заставил забыть о требованиях этикета. — Ты не понимаешь — у нас в клубе это тра-ди-ция! А традиции — это как… как Хогвартс! Это то, что было всегда и не может подвергаться сомнению! — Драко взмахнул рукой, светлая прядь выпала из тщательно уложенной прически и закачалась надо лбом. Гарри увлекся наблюдением за ней и чуть не пропустил свою реплику. — Это плохая традиция! — очнувшись от гипноза пряди, заявил он с непреложной уверенностью. — Как появление василиска из Тайной комнаты. С плохими традициями надо бороться! Уэльс — замечательная страна с замечательной историей, и я не позволю… — Я его выиграл! — хлопнул ладонью по столу Драко. — И я его порву! — Не позволю! Рвать флаги — это кощунство! — не менее эмоционально возразил Поттер. Оба бывших ловца одновременно метнулись к предмету спора — флагу Уэльса, мирно висевшему на спинке чиппендейловского кресла. В отличие от снитча, флаг был большим, поэтому каждому из спорщиков досталось по два угла качественной шелковой ткани — белый и зеленый. Оба дернули добычу на себя; флаг пискнул; спорщики замерли. — Не надо его рвать, Драко, — попросил Гарри, придавая взгляду то выражение, с которым, бывало, просил у Гермионы списать домашнее задание по зельям. — Отдай мне. — Не дам, — упрямо сказал Малфой. — Я его честно выиграл, я его честно и порву. Согласно традициям. Не столько слова, сколько тон Драко не оставляли сомнений в том, что уговаривать его дальше бесполезно. Точно таким же тоном Хагрид рассказывал о том, как милы соплохвосты в период полового созревания; точно таким же тоном профессор МакГонагалл назначала взыскания слизеринцам. Но Гарри, естественно, попробовал. — Драко, — сказал он, сверкая улыбкой фальшивой, как лепреконское золото. — Отдай мне флаг… Нет-нет, — заторопился он, заметив, как губы Малфоя складываются в Петрификус. — Только до вечера. Я хочу предложить тебе другой вариант его использования. Если тебе не понравится — обещаю, ты сможешь разорвать этот флаг на тысячу мелких клочков… клочочков… клочечечков... Дракон на флаге вздрогнул и сжался в комочек. Драко дрогнул и согласился. *** Домой в этот вечер он спешил с тщательно скрываемыми энтузиазмом и предвкушением. Поттер был способен на все — и отнюдь не только в борьбе с Темными силами. Впрочем, дом был как дом, а Гарри — как Гарри. Драко вопросительно вскинул бровь, но ничего не сказал — еще не вечер, в конце концов. Однако зимний вечер вступил в свои права так же быстро, как юный наследник трона после смерти любимого батюшки, а ни Гарри, ни флаг не выказывали готовности к преподнесению сюрприза. Первый сидел в кресле, а второй висел на спинке оного, в полной гармонии друг с другом. Наконец Драко это надоело. — Я, пожалуй, пойду спать… — начал он, но Поттер перебил его на полуслове. — Я тоже, — сообщил он, поднимаясь и подхватывая флаг. И взлетел на второй этаж так, будто за ним хвостороги гнались. Драко пожал плечами и с достоинством поднялся следом. Облачившись в стеганый халат китайского стиля — серебряные драконы на зеленом шелке — он полуприлег на покрывале, ожидая, когда Поттер наплещется и можно будет пройти в ванную. Нет, пожалуй, надо найти возможность и сделать еще одну туалетную комнату рядом со спальней. Поттера вечно не дожде… И в этот момент Поттер появился. Мокрый, без очков… собственно, вообще безо всего — зато в пресловутом флаге, обернувшем бедра на критически низком уровне. Красный дракон раскрыл пасть и выдохнул клок желтого пламени, игриво подмигнув единственному зрителю. — Сговорились, — констатировал Драко, не двигаясь, однако с места. Поттер повернулся спиной и двинул бедрами на манер Лаванды Браун. Флаг сполз пониже. «Ого!» — сказал дракончик беззвучно. Драко мысленно с ним согласился. Поттер повернулся лицом, развернул флаг перед собой и неумело помахал им, показывая то левое, то правое бедро. Дракон делал вид, что пытается укусить нечто, скрытое за легкой тканью. Драко закусил губу, стараясь выдать смех за поощрительное мычание. Поттер покраснел в тон дракону, но не сдался. Он кокетливо завел флаг за плечо и потянул, медленно и загадочно. Дракон сполз в нижний угол и соорудил из хвоста стрелку, указывающую на стратегически важное место. — Поттер, тебе бы больше пошел флаг королей Дехейбартa, — полузадушенно сказал Малфой, кусая угол подвернувшейся под руку вышитой думки. Гарри кивнул, не выходя из образа, послюнил палец и через белый шелк потер затвердевший сосок. Драко замер с подушечкой в зубах. Смеяться внезапно расхотелось. Захотелось совсем другого… …— Понравилось? — спросил Гарри, откидываясь на подушки. Флаг красно-бело-зеленой кучкой лежал на ковре, временно забытый. — Тебе правду или как? — поинтересовался в ответ Драко, остававшийся слизеринцем и Малфоем даже в постели. — Ты же не будешь его рвать? — уточнил Поттер почти уверенно. — Но ты же не будешь его носить? — парировал Драко. — И что с ним делать? — Над кроватью повесим, — радостно сказал Гарри. — Прямо вот сюда! И иногда будем снимать… когда заскучаем… — Ты, Поттер, и василиска убедишь носить очки, — буркнул Драко. Дракончик на флаге понял, что его нарисованная жизнь спасена, и тихонько пискнул в знак благодарности. Но этого никто не услышал — двое на кровати уже спали крепким безмятежным сном.