Мой персональный квест

Ненависть к кузену у господина Джосса Мракерса начинается ещё в детстве, с тех времен, когда его родной отец проводил больше времени с племянником и больше старался его баловать и участвовать в его жизни. Каждые выходные были конные прогулки по окрестностям, на которых тот не отходил от племянника, уча как правильно ездить на лошади и общаться с ней. Родного сына он удостаивал лишь минутным взглядом и фразой-замечанием произнесенной ровным бесцветным тоном. С взрослением негативные чувства Джосса только усиливались, он даже соблазнял тех, кто нравился Леаду, чтобы позлить того. Но тот только вздыхал, немного грустил, но не злился. «Они сами выбирают с кем им быть» - говорил он в таких случаях, играя печальную мелодию на флейте и смотря в синее высокое небо, где летали вольные птицы. Со смертью главы семейства Мракерс их отношения не улучшились, а завещание лишь подлило масла в костер ненависти. Последняя воля отца, начертанная на бумаге, гласила, что управление всем капиталом рода и рудником переходило Леаду Мракерс, а не родному сыну. И здесь вступают в игру первые дозы яда отсроченного действия. Жена Леада - Арнета, напуганная шантажом о разоблачение ее связи с ваванским князем со стороны семьи мужа, начинает эту цепочку. Ее мужу не здороваться и он не может приехать в гости к кузену в дату зачтения последний воли дяди. Тан подозревает неладное и начинает следить за госпожой с помощью своей силы хамелеона, сливаясь с обстановкой, и в скором времени он ловит ее с поличным и узнает обо всем. Но тут он и совершает роковую ошибку - он связывается с братом близнецом, взволнованный и не знающий, что же делать, но в итоге получает предательский удар в спину. Его брат знал о происходящем, с весельем наблюдая за метанием госпожи Арнеты, словно за театральной постановкой. Хеймел подстраивает свою смерть, обыгрывая несчастным случаем - повозка слетела под откос на скользком участке дороги, после дождя, и выдает тело Тана за себя, занимает чужое место, полностью копируя брата вначале с помощью своей силы, но после начинает поддерживать только видимость ауры, ведь здоровье Леада ухудшается. Арнета Мракерс не выдержав давления и чувства вины, сбегает в Ваван, оставляя единственного сына мужу. Не проходит и недели с ее побега, как Леад начинает терпеть неудачи в бизнесе, одна за другой встречи срываются из-за ухудшения состояния здоровья и в итоге он оказывается на попечение двоюродного брата. Обманом его заставляют подписать доверенность на управление деньгами семьи Мракерс и рудником. Чтобы поднять свой статус и выглядеть в глазах общества ещё благороднее, Джосс выписывает суммы для поддержки бедного родственника в половину прибыли от рудника. В скором времени Джосс пожалел об этом, но сделать ничего уже было нельзя. Как же на такие новости отреагирует высший свет?! Джосс начинает искать другие способы оставаться в прибыли и один купец вернувшийся из Вавана, сам того не осознавая подкинул ему прекрасную идею. Из разговора с ним пронырливый альфа узнает, что в остальных странах омеги из Тхеарa очень ценятся из-за своего нрава. Для жителей других стран это словно приручить дикого жеребца - вызывает восторг и азарт. Альфа других стран сражаются в кровопролитных боях, чтобы отстоять своего омегу или заполучить понравившегося, победивший в этом состязании забирал желаемое. Плевав хочет ли этого «приз» или нет. У омег просто нет права выбора в подобной ситуации, они должны просто покориться или умереть. Его давний друг Шанес за бокалом вина рассказывает о предстоящем деле, о двух похитителях и об альфе, что пытался продать брата. И в этом Мракерс видит шанс получить ещё больше богатств, чем имеет сейчас. Он подкупает Шанеса и своего второго друга - судью Харнокса, что так удачно будет присутствовать на слушание, речами о богатстве и беззаботной жизни, безнаказанной деятельности и при этом полной чистоте их родовых фамилий. Те, в свою очередь люди не святые, какими привыкли представать перед доверчивой публикой, соглашаются. Шанес должен был подпольному казино, для избранного круга общества, кругленькую сумму, а вот Харнокс задолжал элитному борделю, что имеет только элитную клиентуру и о ней молчит, за веселые ночи снятия стресса после работы. Дело остаётся за малым - найти покупателей, что Мракерс делает под видимостью отдыха на спорном острове, и собрать отбросов в одном месте и, подкупив их, создать шайку преступников. Он запугивает брата-омегу альфы преступника при помощи верного пса Хеймела, заставляя изменить показания. В итоге альфе смягчают наказание и отправляют на исправительные работы на рудник. Двух других ожидает та же участь. Он встречается с одним из похитителей омег лично, подкупая его увесистым бархатным мешочком звенящих голдов и сильверов, обещая больше, если он уговорит двух других принять эту работу. При этой встречи присутствует и Хеймел, что и подсказывает наложить на сего человека печать молчания, которая покарает решившего сболтнуть лишнего посторонним о личности настоящего хозяина. Естественно тот, кто попал под действие заклятия, о ней не знал. Хеймел подбирает первую попавшуюся личность, что увидел на выставке картин, не особо интересуясь этим человеком, и покупает старый обшарпанный бордель под видом свихнувшегося от своей удачи и выиграла мужчины, где в последующем будет храниться товар. Далее на сцене появляется шулер-вор, что в итоге выступает в роли наводчика на товар. «Сбор урожая» проходит гладко, вот только сам «урожай» не хочет вести себя спокойно. Шанас по своим связям выходит на нечистого на руку аптекаря, что в итоге поставляет им списанные по истекшему сроку годности сильно действующие лекарства, естественно они таковыми не являются. Аптекарь доволен звенящей монетой в кармане, а Шанес результатом. Судья же находит провалившегося на экзамене в Шаса парня, что жаждет сильверов и голдов любыми способами и не обременен совестью и честностью. И теперь у них есть тот, кто успокаивает взбрыкивающих, словно лошади, юношей и девушек, при помощи уколов с препаратами. Сами же «снабженцы» и «сборщик» меняли места своих встреч, перемещаясь по всему Тхеару, чтобы не привлекать лишнего внимания к своим новым личностям. «Снабженцы» передавали товар в определенном месте, откуда уже «сборщик» отвозил их в бордель под опеку мальчишки. Перевозили несчастных похищенных в сундуках и винных бочках, как какие-то вещи. Эти мрази начали действовать не сразу, на все приготовления потребовалось много времени. Пять лет Джосс Мракерс улыбаясь, плевал правящей верхушке Тхеара в лицо. Но его планы были подпорчены поимкой вора, связанного с этим делом и ниточкой ведущей прямо к «сборщику». Он, возможно, не ожидал, что этот идиот, сам ее протянет в руки Аелии, заявив ему в лицо о его стоимости. - ...таким образом, проследив за «сборщиком» мы вышли и на «снабженцев», - Ройс закрывая папку с отчетом, - нить с магом с силой копирования оборвалась лишь потому, что он числился мертвым. Келеон в последующем пораскинув мозгами, выдал отличную версию, что всех этих людей специально собрали в одном месте. Все остальное вы и сами прекрасно знаете, мы с Витом вам уже рассказывали. - Мне не даёт покоя одно, - Вит удобнее усаживается в кресле, - это то, как листы гримуара попали в руки одному из «снабженцев». - Он говорит, что нашел их на подоконнике в комнате таверны, что снимал в начале своей новой жизни, - Мотредал откидывается на спинку кресла, - мы проверили его память и это действительно так. - Все хорошо потрудились, - нарушает тишину Вэриус, - король хоть и находится в печали из-за предательства, но благодарит за вашу помощь в защите королевства. - Герцог Преон, - подаёт голос глава «Бога моря» Килаес Орваирет, - не поделитесь информацией, как ваш юнец понял о подмене слуг? - Андереве видел почерк Хеймела, но так же он нашел и сохранившееся письмо от настоящего Тана Куре. Хеймел понимал, что новые слуги не знают почерка его брата и не заботился его копированием. Что до старых слуг, то те были настолько сконцентрированы на здоровье господина, что и не заметили этого. - Вит усмехнулся, наблюдая за лицами собравшихся. - Чтобы подтвердить или опровергнуть свои подозрения, он попросил найти всю информацию о братьях Куре, в том числе, если возможно и письма написанные ими. Нам повезло, и письмо с подчерком Хеймела попало к нам в руки, подтверждая догадку. - Я же говорил ваши новички самые страшные, - смеётся Эдано Согес, - разглядеть такое. Их настойчивость, дотошность, смышленость и находчивость поражает и пугает одновременно. - Аелия, Отт, Нирант и Вирнан также отлично постарались и проделали огромную работу, - напоминает и о других участниках операции лорд Преон, - без их подсказок, что и где искать в особняках преступников - мы бы ничего не смогли найти и предоставить как улики. - Только подумайте, они хотели похитить Венефреду Браедор, - Рагфиун Сирросс складывает руки на груди, - и ваших омег и жить после этого припеваючи. - Только почему-то забыли о новом подопечном герцога Преона, - фыркает граф Парсане, - такое упущение с их стороны. Если бы взглядом можно было убить и испепелять, то в зале осталось бы десять генералов и верховный маг, и кучка пепла на месте графа Парсане. - Всем нам следует отдохнуть, - предотвращает очередную перепалку Вэриус, - перед праздником в честь сбора урожая. - Наконец-то я смогу расслабиться, - герцог Мотредал первый поднимается из-за стола, поклонившись Клайнему, он распахивает створки дверей зала собрания и уходит первым. *** Андереве буквально выпал из зеркала в своей комнате в Ересбей. Алват милостиво подкинул его до дома и отправился на свою новую миссию. Баше внимательно огляделся - все осталось точно в таком же порядке, что и было, разве что пыль отсутствовала, и воздух был свежий, не застоявшийся. Он оставляет свой плащ на спинке стула. За окном по-прежнему цвёл куст шиповника, разливая свой аромат в воздухе. Внизу скрипнула входная дверь, и раздались шаги. Младший спускается вниз и подходит, к успевшему сесть в глубокое кресло отцу, закрывая тому руками глаза. - Ты слишком расслабился, - смеётся шатен, убирая свои руки, - а если бы это был вор? Но в место ответа получает крепкие объятия. - Задушишь же, - тихо шепчет младший, пытаясь немного разжать руки старшего, - я тоже по тебе скучал. Далее следует долгая беседа обо всем на свете, Реве рассказывает о своих миссиях, слушает рассказ отца. И на сердце у него легко, отступает боль в сердце от не взаимной любви, и он вновь широко улыбается. Отец всегда так действовал на него, мог успокоить просто своим присутствием, подарить равновесие в эмоциях. - Я надеюсь, что ты здесь больше чем на два дня, - замечает старший Баше, - а не как Келеон. Кстати, где он? Андереве фыркает и начинает смеяться, великие выходные Ханта составили всего два дня в Ересбей. - Нет, - омега качает головой, - у меня есть четыре дня, чтобы вам надоесть. А Кел занимается охотой на распоясавшихся араней, по вечерам таскающих скот из деревеньки Мелли. - Тяжело, наверное, быть в разных отрядах, - делает глоток чая, замечает Вриарид, - вы привыкли всегда быть вместе. - Возможно, это и к лучшему, - вздыхает младший, также делая глоток из своей чашки, - при таких условиях мое глупое сердце может успокоиться, и я перестану питать пустые надежды на взаимность. Ответить старшему не даёт бесцеремонно открывшаяся дверь и старший Хант на пороге дома с довольной улыбкой и связкой рыбы в руке. - Смотри, какой уло... - он не договаривает фразу, останавливаясь взглядом на улыбающимся Андереве, - Реве! - раздается радостный возглас на весь дом. И уже второй раз за этот день омегу пытаются удушить в медвежьих объятиях. Он едва успел поставить чашку на столик. - Стал ещё краше, - заявляет отлипнувший старший Хант, садясь рядом на диван, - альфы увидев тебя сейчас с ума сойдут. Омега фыркает и вновь берет чашку в руки, делая очередной глоток теплого напитка. - Ты наверно хотел бы пройтись по любимым местам, - говорит хозяин дома, - так иди сейчас, пока солнце не село. А мы с Киртором что-нибудь приготовим, раз уж он беспардонно вваливается в чужие дома. Здесь за время его отсутствия ничего не изменилось. Все также шумел лес, горные реки бежали в своем ритме, унося в своих водах листья, да веточки с лепестками цветов. Сидя на камне возле самого широкого водопада, как в детстве, Андереве смотрит в чистые воды бурлящей реки. Сколько раз он сюда не приходил в детстве призрака так никогда и не видел. Спустившись с валуна, шатен подходит ближе к воде, зачерпывая целую горсть. Она медленно вытекает из его руки моча землю рядом с носками сапог. В следующий момент его взгляд привлекает нечто сверкнувшее серебром в толще воды. Он тянет руку к нему, но от резкого рывка вперёд теряет равновесие и падает в холодный ревущий поток. Вода обжигает холодом, а на руке отчётливей ощущается чужая хватка. Она утягивает его на дно, мешая всплыть на поверхность и глотнуть воздуха, ещё и магией мешает использовать. Дно из россыпи крупных и не очень камней все ближе и вода становится все холоднее. То, что тянет омегу на дно - прозрачное и скользкое, едва различимое в воде, удерживающее его на месте не давая течению снести его. Но то, что он видел сверкающее серебром в воде и то, что должно было находиться возле берега сейчас совсем рядом с ним, торчит из прорехи между двумя близко лежащими камнями. Лёгкие жжет от нехватки воздуха, а дотянуться до желанного предмета получается лишь с третьего более удачного рывка в его сторону. Предметом оказывается кинжал без рукояти, но только он и может помочь сейчас. Перед глазами начинает темнеть и Реве наугад наносит удар, рассекая не только прозрачное щупальце, но и свою руку. Чудище визжит и размахивает оставшимися щупальцами, попадая по шатену и прикладывая его спиной о достаточно острые камни. Он теряет сознание от боли, но почему-то крепче сжимает оружие в руке. Почти на гране с темнотой, он ощущает чужие пальцы на своих плечах и его рывком привлекают к чему-то большому и крепкому, а вода наполняется чем-то горячим, а истошный вопль чудища обрывается. Последнее что запоминает юноша это порыв теплого ветра и слегка хриплый голос «ты должен быть осторожней». Это тот самый «он», о котором говорил серокожее нечто? Его неизвестный защитник? Глаза открыть так и не получается, чтобы взглянуть на таинственного спасителя, а темнота все же настигает сознание юного мага. Приходит в себя он, лёжа на траве, склонившаяся над его лицом травинка щекотала нос, и от этого хотелось чихнуть. Одежда была абсолютно сухой и нигде не порванной, хотя должна быть. Он зацепился за острый камень рукавом рубашки, когда доставал кинжал. На руке, что сжимало чудище, уже почти прошел синяк, оставшийся от хватки. Сев Реве осмотрелся по сторонам, он все возле того же водопада, что и ранее. А вот кинжала нигде было не видать, видимо всё-таки выронил. Он поднимается и отряхивается, сейчас лучше вернуться домой с него на сегодня хватит. - Бойся своих желаний, Реве, - говорит он сам себе смотря на шумящую об камни воду, - они исполняются не так, как ты того желаешь. Как ни странно ужаса после недавно произошедшего перед бурлящей стихией он не испытывал. По-прежнему любящий эти прохладные бурлящие потоки, что многое скрывают в своих глубинах. Второй и третий день пребывания в родном городе абсолютно нормальные и тихие. Он сходил с отцом на рынок, закупая все необходимое, а потом они готовили ужин и разговаривали за чашкой травяного чая. На третий день его вытаскивает рыбачить отец Келеона, обещая научить этому фактически ювелирному делу. Но в итоге они поймали только одну, в остальное время они шутливо дрались палками и брызгали друг в друга прохладной водой и катались на плоту по тихой части реки. Утром четвертого дня лёжа в своей постели Андереве рассматривал кольцо из горного хрусталя, что сейчас висело на шнурке. Лорд Вит не захотел забирать его обратно, он просто закрыл его руку, заставляя сжать почти кулак, и улыбнувшись, ушел, ничего не говоря. - Его на палец надел мне не альфа, - рассуждал младший Баше, - так что оно ничего не значит. Он поднимается с кровати, убирая кольцо в свою набедренную сумку. Этот день он проводит, просто гуляя по улицам и поедая сладости, наслаждаясь весельем царящим вокруг. И столкновение с Алмарианом в его сегодняшний список дел не входил. Однако вот он, ухмыляется как сам дьявол, рассматривая одежду Андереве. - Ты вроде получаешь неплохие деньги за свою службу, - начинает блондин, прикрывая веером нижнюю часть лица веером, чтобы скрыть свою насмешливую улыбку, - а одежду так и не удосужился пошить себе нормальную. Даже эта дворняжка Келеон этим озаботился и стал выглядеть приличнее. - А ты вроде привилегированный, - отвечает ему тем же тоном Реве, - а учителя по этикету тебе так и не наняли. Похоже, твои родители понимают, что это бесполезно и не выпускают в свет. Поправив воротник своей серой футболки чуть большей по размеру, чем нужно и отряхнув черные свободные бриджи от крошек, шатен решает отправиться дальше. Но ему мешает схватившая его чуть выше локтя рука, он поворачивается в тот момент, когда Алмариан заносит руку для удара. Но Баше ее перехватывает и сжимает и дёргает блондина на себя: - Осторожно, вы можете и пораниться о свои слова, - шепчет он на ухо другому омеге, - а ещё раз не уследишь за языком, и он может исчезнуть. Молчаливые красавчики сейчас, говорят, в моде, - Реве поправляет чужой воротник, и мило улыбнувшись, и зацепив плечом возлюбленного Келеона, проходит мимо. Узнай об этой угрозе своему возлюбленному Кел, они точно сцепились бы и шипели как коты, катаясь по земле. И было бы последнему все равно, что перед ним его друг детства. Ведь задета честь его возлюбленного. Весь мир к ногам богатого невоспитанного мага. Шатен качает головой, отгоняя эти мысли, сердце вновь начинает болеть. Забудь, просто забудь. Сейчас ты должен хорошо проводить время - завтра утром тебе уже возвращаться обратно в штаб. *** В Дреотоне праздник сбора урожая справляют с огромным размахом. Улицы озаряются светом от пламени костров. На главной площади расположился самый огромный из них. Вокруг которого танцуют парочки, радуясь полученному огромному урожаю. Молодым вином наполняет чаши всех пришедших на праздник, столы, расставленные повсюду, ломятся от блюд, расставленных на них, но это меньшая часть того, что удалось собрать в этом году. Пятеро омег, усевшись за небольшой стол, рассматривали танцующих, поднимая бокал за бокалом. Раскрасневшийся Сиг поставил свой пустой бокал, на лакированную деревянную поверхность, разглядывая своего начальника за другим столом, подперев голову рукой: - Что за мода пошла у генералов жениться на родственниках или детях правящей династии? - вздыхает он. Отт фыркает, делая большой глоток рубиновой жидкости. Хьер тоже не выглядит особо счастливым в этот праздничный вечер, потроша мясо с помощью ножа и вилки в своей тарелке. - Лорд Эдано Согес, как и мой начальник, великий и ужасный маркиз Лер Кеаснай, станут родственниками великого солнца Тхеара, в ближайшем будущем, - фыркает Сиг, втыкая вилку в кусок мяса на своей тарелке. - Уйду в гарем к его магичеству. Аелия бросает взгляд на своего начальника вновь окружённого омегами, юношами и девушками и только вздыхает. Вот и собрались за одним столом маги с разбитыми сердцами, вон Андереве тоже не особо весел. Перед праздником они с Келеоном повздорили, из-за возлюбленного Ханта, тот умудрился пожаловаться на шатена. Катались они по саду штаба лорда Вита долго и упорно, снося все на своем пути, как сцепившиеся коты. В итоге Келеон получил от тихого и уравновешенного Базгефа и был выкинут в свой штаб Алватом, едва ли не пинком, пока Веодан удерживал разъярённого младшего товарища. И теперь Баше и Хант не разговаривали. - К черту их, - фыркает юный целитель, - приносят одни проблемы. - Кое-кому уже хватит пить, - замечает тихо Отт, отодвигая бокал самого младшего. - В чем-то он прав, - отвечает Сиг, - поэтому предлагаю не проблемного - Вэриуса Клайнема, побыть его гаремом будет забавно. Я хочу посмотреть на реакцию окружающих. - Я уже сказал королю, что влюблен в кое-кого, - негромко произносит Хьер, - и хотел попросить подыграть мне Ниранта, но и твой вариант мне тоже нравится. Аелия вопросительно приподнимает бровь, Хьер только вздыхает. - Он неплохой вариант из всех возможных, - отвечает пепельный блондин, нервно теребя свою косу, - и он возможно бы согласился помочь. Ты же знаешь, что наш король не потерпит свободных омег возле мужей своей родни или семьи, особенно после ходивших слухов. Да и позлить Сегроса старшего многого стоит. Он точно будет полыхать после таких новостей. Санлайт понимающе кивает, король может насильно заставить принять чье-нибудь предложение на ухаживание, надавив на самое больное место. - Кольца для леди Венефреды Браедор и лорда Исозаки Суено уже готовы, - Сиг делает еще глоток вина, - я их сам не видел, но отец говорит, что эта его самая лучшая работа. Воцарившуюся тишину никто не собирается нарушать, продолжая поливать свою печаль молодым вином и думать о том, что будет дальше. Первым прощается со всеми Отт, ссылаясь на то, что он пьян и утром нужно сдавать отчет. Он самым первым покидает праздник, не замечая, как за ним вслед отправляется Камиель Браедор, преследуя словно тень. Засыпающего Хьера забирает Нирант, подняв того на руки, он уходит с гордо поднятой головой под дружное улюлюканье пьяных гостей праздника. Вместе они смотрятся идеально гармонично. Высокий широкоплечий Сегрос с хорошей фигурой и хорошо подкаченными мышцами и стройный, но сильный Кассегрен. Сила, сжигающая все и сила анимагии. Следующим исчезает Сиг, высмотрев среди людей свою жертву на возможное заключение контракта о фиктивном ухаживание. Бедному верховному магу на голову свалилась очередная неприятность. Хантше не отстанет, пока не добьется своего. Аелия и Андереве остаются за столом вдвоем. Младший отставляет тарелку в сторону и внимательно смотрит на старшего: - Это же праздник, - говорит он, поднимаясь со скамейки и протягивая руку Аелии, - нужно веселиться, а иначе и заплесневеет от тоски недолго. Пойдем танцевать, - и, схватив старшего чуть выше кисти, тащит его к танцующим возле главного костра людям. Держится на ногах он на удивление хорошо после выпитого, и они вдвоем вливаются в хоровод, кружащийся вокруг огромного пламени. Здесь жарко, но это терпимо, легкий ветерок, что их обдувает, приносит с собой прохладу и мелкие брызги с фонтана. Музыка отгоняет все дурные мысли подальше. После второго круга хоровод рассыпается вновь на танцующие парочки. Этот танец состоит из поочерёдных оборотов, первым совершает оборот вокруг своей оси Реве, следующий поворот за Аелией. После они вприпрыжку переходят на места друг друга, и снова каждый из них делает поворот, их руки не расцепляются ни разу за это время, вновь смена мест и все опять сначала. Простой и замысловатый танец, но от того не менее веселый. Во время этого баловства Аелия заметно веселеет, по окончанию танца они шутливо кланяются друг другу, посмеиваясь. Начинается новая мелодия и уже Санлайт утаскивает Баше в новый танец, громко смеясь и ослепительно улыбаясь. Пьяная Вилметта только фыркает, замечая Кенан в светло-зеленом платье среди празднующих шумных горожан. Та за кем-то внимательно следит, даже не моргая, но с места Вил этого кого-то не рассмотреть. Поэтому ведомая интересом, подобно кошке, она подбирается к своей бывшей сопернице. И тут она осознает, за кем та наблюдает. Их школьная любовь со своей уже женой и двумя детьми сидят за столом. Несчастная молодая мать разрывается между сыновьями, когда ее растолстевший и обленившийся муж набивает брюхо, забыв о салфетках и чуть ли не вытирая рот рукавом. Он даже не пытается помочь их успокоить, прекрасно осознавая, что с таким животом его беременной, в третий раз, супруге неудобно. Она выглядит несуразно с этим огромным животом, слишком светлой, почти прозрачной кожей и тонкими руками в своем пёстром платье. Видимо надела первое попавшееся, вот дети и их отец выглядят отлично, видно, что о них позаботились. - Похоже, мы избежали страшной участи, - говорит Кенан, поворачиваясь к бывшей сопернице. - Звучит как тост, - хмыкает Вилметта, - мы должны за это выпить, прошу, - она жестом указывает на свой столик. - Я принимаю предложение, - усмехается Кенан, - нам действительно стоит выпить за это. Сидя за одним столом они нормально общаются и смеются над шуточками друг друга, их проклятый камень преткновения превратился в песок после стольких лет вражды и больше им не мешал. Теперь у них есть шанс на нормальные приятельские отношения, они отпустили свое прошлое и это замечательно. Лавр не вовремя попавшийся им на глаза теперь спасается бегством от двух пьяных девушек, что пытаются его выловить и заставить им что-нибудь купить на ещё работающем рынке с всякими безделушками. Ройс наблюдает за веселящимися подчинёнными и сам не может усмехнуться - эти идиоты уже спились и младших споили, пока Аелия занимался этим же в шайке воинственных омег и не видел этого бедлама. - Кажется, омег пора забирать по штабам, - произносит Мотредал, обращаясь к неспешно потягивающему вино Виту, - Аелию уж точно. - Не мешай им веселиться, - отвечает герцог Преон, - или ты ревнуешь Аелию уже и к другим омегам? - Друг мой, - восклицает брюнет, - да вы пьяны! Вот и мерещится всякое. Платиновый блондин лишь усмехается, качая головой. Его собеседник только фыркает, привлекая к себе не слишком трезвую хихикающую девицу, и начинает с ней заигрывать. Санлайт же продолжает веселиться в вихре хоровода, наплевав на все и это правильно. Праздник все же. За шумными праздниками, долгими миссиями, отдыхом в кругу новых друзей из штаба, Андереве и Келеон не замечают, как проходит фактически целый год. Они мирятся и ссорятся, и так по кругу, но причина всегда остаётся прежней и злость к ней у Реве только крепнет. Алмариан умудряется портить им дружбу только одним своим существованием, у шатена так и чешутся руки, чтобы треснуть разок по этой холеной маслами коже, оставив на ней алый след от своей ладони. А тем временем совсем скоро объявят результаты состязания отрядов, и начнется новое экзаменационное соревнование, и в этот раз на арене будут стоять уже не они.