Мой персональный квест

Думая о событиях минувшей недели Камиель, пожалуй, отметит появление кипящего от злости, словно вулкан, Отта в своем штабе. Его подчинённые разбежались как жуки, не желая попадать под горячую руку омеги. Прямо с порога его ухватили за грудки и впечатали спиной в стену (это был первый таковой опыт в его жизни и маг льда надеялся, что последний) и грозно прорычали в лицо: - Я жду объяснений о «прекрасном и счастливом» детстве вашего сына и вашем бездействие! - ему прорычали эти слова фактически в лицо. Этот разговор едва не перешёл в драку. Аргументы «что это готовит его к будущему» и «научит не прогибаться под волю остальных» не подействовали - Отт со всей силы впечатал кулак рядом с головой главы штаба Соколов. Весь разговор протекал в метании каких-нибудь предметов в хозяина комнаты и порчи стен, кое-где от удара кулака отпала краска. Более спокойным маг крови стал, когда его повалили на кровать и прижали к ней. Взгляд юноши же оставался прежним и обещал все муки ада. Они разговаривали долго, очень долго. - Если я вступлюсь за него, то получится лишь хуже, - он вздохнул, отпуская запястья Отта, - они будут лишь сильнее издеваться над ним, поняв, что он моя слабость. Моя семья была недовольна выбором кольца и всегда пыталась, так или иначе, причинить мне и моим близким вред. Если я влезу в этот конфликт, сделаю положение сына только хуже. Маг крови раздраженно выдыхает: - Если вы не хотите ничего делать - это сделаю я, - его взгляд решительный и дерзкий, - я не позволю ломать детство этому малышу даже его родственникам. Это рвение защищать чужого ребёнка было странным, даже родная мать Африеля - Иллида никогда не спрашивала о нем в своих сухих письмах присланных из монастыря, места ее ссылки за попытку убийства собственного мужа. - Тебя не переубедить? - Камиель смотрел на своего упрямого гостя с хорошо спрятанным любопытством. - Тогда тебе нужен ключ к главному дому. Отт отрицательно качает головой, реагируя на вторую фразу лишь вопросительно приподнятой бровью. Герцог Браедор полностью отпускает своего гостя и садится на край постели, открывая верхний ящик стоящей рядом тумбочки и доставая из ее недр бархатную небольшую коробочку. Он открывает ее осторожно, демонстрируя содержимое юноше. Резной широкий серебряный ободок перстня, увенчанный крупным сапфиром, кокетливо сверкал в свете кристаллических ламп. Рисунок больше похож на изгибающихся в хитроумном плетении змей. И это так подходит для этого рода! - Это брат-близнец кольца главы рода, - голос хозяина комнаты остается спокойным, размеренным, - его носят супруги главы рода. Теперь же я отдаю его тебе, дабы ты не пал жертвой охранных чар семейного гнезда Браедор. Отт не отдёрнул руку, семейная магия не обожгла его холодом, предупреждая и как бы говоря держаться подальше, наоборот приняла как второго главу клана. Кольцо сидело на его пальце, будто для него и созданное. Появление ауры одного из подчинённых заставило блондина отвлечься от разглядывания чужой правой руки. Ведомый непонятным шаловливым чувством маг крови каверзно ухмыльнулся и неожиданно опрокинул хозяина комнаты на кровать, нависая над ним. Тем временем аура другого мага все приближалась. В дверь постучали несколько раз, в это мгновение пара на кровати играла в гляделки. Когда же дверь открылась, Отт наклонился вперед, прикасаясь своими губами к чужим. Сейчас ледяной герцог выглядел очень удивлённым, но его подчинённый не мог этого заметить из-за волос Отта, что скрыли от чужих глаз такую восхитительную картину. Девушка удивленно пискнула, послышались быстрые шаги и вскоре дверь закрылась. Судя по голосу, это была та самая девушка, что приносила еду в первый день «заключения» мага крови в этих стенах. На смену положения Отт никак не отреагировала, продолжая ухмыляться и полностью расслабляясь под телом альфы. - Ты хочешь довести короля до госпитальной палаты? - теперь уже сам Камиель приподнимает вопросительно бровь. - Я ему только недавно сказал, что мы на стадии ухаживания и дальше поцелуев не зашли. Она же все переврёт в своих сплетнях, - он фыркает, - пусть как маг она и хороша, только вот на выдумки горазда. И будем мы в пылу страсти срывать одежду, с её слов. Отт только хмыкает и сползает с кровати на пол, чтобы тут же вскочить на ноги и отойти к круглому столу. - Через неделю у меня будет неделя выходных, - маг крови смотрит на пейзаж за окном, снег, кружась, оседает на горные склоны, делая слой снега еще более толстым, - я собираюсь провести это время на побережье южного моря Ракелья в Сохии. И собираюсь взять с собой Африеля, ему стоит отдохнуть от своих родственников. Вы можете отправиться с нами, если захотите. А Венефреда сможет насладиться романтическими вечерами с мужем. И это уже обговорено с вашей сестрой и решено. Омега упивается раздосадованным видом альфы: - Вы не можете запретить ей желать проводить время с мужем - она больше не часть вашей семьи и не подчиняется вам. На этом разговор был окончен. И вот неделю спустя этого памятного дня Камиель сидит в своем кабинете полный раздумий. «Африель очень надеется на ваше согласие» - появляется на его зачарованном свитке выведенная витиеватым почерком Отта запись. «Вам стоит иногда проводить с ним время, иначе он забудет, как вы выглядите» - появляется и вторая надпись. Спустя несколько минут появляется и третья «Я свяжу себя узами свами только для того, чтобы официально заботится об этом малыше. И вашего мнения никто не спрашивает на это счёт. Африель согласен стать моим сыном.» Камиель только фыркает, как кот, которого макнули в воду. «Встретимся в Сохии» - отвечает молодой мужчина и, свернув свиток, он убирает его в свой дорожный чемодан и поднимается из кресла. Дверь кабинета тихо щёлкает за его спиной, закрываясь. За делами присмотрит его заместитель, он справится, он никогда не подводил своего главного или товарищей. Тхеар не рухнет, если он немного проведет времени с сыном. *** Быть на задание с Ройсом для Аелии похоже на изощрённую пытку. Но существо убивающее скот и людей в этом городке намного опаснее гигантских сколопендр и араней. Оно умнее и проворнее. Оно никогда не тащит еду в гнездо, отволакивая туши в густые кусты и поедая их там. По останкам можно судить, что ему не нравится кишечник и почки. Он выдает только сердце легкие и печень, предпочитая остальное разбрасывать под кроной куста. Это отвратительное зрелище. Аелия сжимает переносицу и вздыхает: они прочесали все возможные места от леса до пещер и старых заброшенных домов в округе. Обтерли пыль во всех подвалах, но так ничего и не нашли. Что за черт! Жена первой жертвы ничего конкретного сказать не могла и не вспомнила ни каких новых деталей. Все время, поглаживая дымчатую кошку, устроившуюся на ее коленях, она витала в своих мыслях и молчала. - Леди Глора, спасибо, что уделили мне ваше внимание, - говорит блондин, поднимаясь из кресла, - мне нужно вернуться к своему Главному. Санлайт покидает двухэтажный каменный дом, проходит по узкой вымощенной камнем тропе к воротам, где натыкается на странную кошку. Та сидит наверху и смотрит своими неестественно черными глазами на него. На ней ошейник красным камнем либо рубин, либо шпинель. Это видимо еще один любимец или любимица леди Глоры. Только эта кошка будет нехорошие чувства, блондин буквально ощущает над собой нависшую опасность. - Да бред, - говорит он сам себе и выходит за ворота, все ещё ощущая взгляд на себе и это немного пугает. С Ройсом он встречается чуть позже в постоялом дворе, где они остановились, за ужином. - Эта гадость словно в тумане растворилась, - сетует альфа, делая глоток холодного пива из объёмной деревянной кружки, - следов никаких нет, а если и есть, то не те, что надо. Маленький словно кошачий. Кошачий след, жуткая кошка на заборе. Кошка-оборотень? Да бред какой-то получается. Это всего лишь небольшой охотник на мышей в подвале дома и ничего большего. И странное чувство было навеяно усталостью. Ему стоит поспать и подумать о всех этих вещах завтра на свежую голову. Он первым отправляется к душевым смывать пот и грязь. Теплые струи расслабляют напряжённые мышцы, сбегают вниз по всему телу, смывая усталость и грязь, и даруют блаженство. В воздухе витает аромат мыла с зелёным чаем и шум льющейся воды. Он возвращается в комнату через второй вход, поднимаясь на второй этаж по дополнительной лестнице, когда последние лучи заходящего солнца покидают комнату, ускользая прочь. Он продолжает вытирать полотенцем волосы, когда замечает небольшую фигуру за окном. Черная кошка в ошейнике с драгоценным камнем сидит на откосе и смотрит на него своими пугающими глазами. Вот теперь это действительно повод волноваться и ещё раз обдумать вариант, появившийся в его голове. Скрип входной двери заставляет Аелию подпрыгнуть и обернуться. На пороге стоит Ройс, обнаженный по пояс, на его шее висит полотенце, а на предплечье висит рубашка. Санлайт выдыхает и вновь поворачивается к окну, но никого за окном уже нет. Неприятное чувство тревоги прорастает в груди, оплетая ребра прочными стеблями. Это почти больно. - Ты бледный, будто приведение увидел, - говорит альфа, закрывая за собой дверь и подходя ближе. Аелия отрицательно качает головой и отворачивается от окна. - Я собираюсь завтра порасспрашивать здешних о кошках леди Глоры, - блондин вздыхает и усаживается на свою кровать, - я почувствовал от них тьму. А ещё тут вспомнил, что те, кто были убиты, ненавидели кошек этой женщины. Даже ее муж. Мотредал лишь приподнимает бровь и пожимает плечами. Ложатся спать они молча. Каждый отворачивается к стене и закрывает глаза. Спустя несколько минут в комнате слышится храп и Аелия переворачивается на другой бок и смотрит на соседа по комнате. Он так и не сказал ему, почему носился по всему Тхеару как попрыгунчик. Попытки сбежать от вновь оживших воспоминаний не увенчались особым эффектом. Они всегда были рядом с ним и тянули к нему свои когтистые ледяные загребущие руки. Он никогда не думал о том, что увидит этого альфу у могилы своей матери. Подлец пнул старый уже увядший букет в бок от камня с грубо выцарапанными именем и фамилией упокоенной под ним молодой женщины, Ругрей Санлайт. Яркие лучи солнца прорывали на поляну сквозь кроны яблоневых деревьев, разбрасывая по ней светящиеся пятна и точки. - Ты бы была в бешенстве, - усмехается неожиданный гость, - если бы была жива, узнай, что уготовленной судьбы твоему сыну не избежать. Отец найдет его и вернет или же это сделаю я. Его младший брат, то есть я, буду с разрешения отца и матери овладевать его телом, где мне заблагорассудится. У меня еще есть время найти беглеца. Не волнуйся, скоро вновь навещу тебя, - ублюдок усмехается, - ведь должен же я как-то отблагодарить тебя за старшего брата, пусть ты и дворовая шлюха. Альфа выливает бутылку вина на могильный камень и, махнув на прощание, покидает небольшой сквер с яблоневыми деревьями. Аелия впервые в жизни рад, что умеет скрывать свое присутствие полностью. Увидеть здесь младшего брата странно до дрожи. Лацрет в свои восемнадцать выглядел внушительно и устрашающе, его ауры стремились подчинить все в округе. Даже его запах стал еще более сильным и для Аелии еще более пугающим. Альфа-сын законной супруги и первенец-омега от наложницы - они оба имеют право наследовать власть, но Аелия никогда не считал себя частью этой семьи. Его единственного родного человека забрала земля. Он распрощался со своей мамой в очень нежном возрасте двенадцати лет, когда реакции тела выходят из-под контроля. Страдал, плакал ночами, но все равно пытался держаться и не показывать своей слабости отцу и брату. Он помнил, что его мама любит цветущие яблони, поэтому он выбрал это место для ее упокоения. И спустя восемь долгих и спокойных лет ее могилу эти ублюдки отыскали. Аелия нагибается, подбирая старый букет, и уничтожает его заклинанием, рассеивая мелкие частички по ветру. Резкий порыв ветра нагоняет тучу, из которой тут же проливается дождь, смывая с камня остатки вина. - Даже природа знает, что ты ненавидишь вино, - говорит блондин, возложив на камень венок из белого и нежно-фиолетового клевера, - Лацрет ничуть не изменился, так и продолжает все делать на зло. Он оставляет плетеную корзинку для фруктов с несколькими персиками возле безмолвного камня и отходит на шаг: - Я некоторое время не буду тебя посещать и прошу за это прощения. Аелия печально улыбается, его мать Ругрей безмолвна. Даже ветер среди ветвей замолкает и не нарушает эту тишину. Странствующая танцовщица из Восхари, как бы сложилась твоя судьба, не реши остаться ты в Тхеаре и не повстречай мужчину, что и загасил твою яркую жизнь? Он кланяется бездушному камню в последний раз и покидает небольшой зеленый сквер, сопровождаемый тихой мелодией встрепенувшегося в яблоневых кронах ветра, и слышатся в этой мелодии слова «береги себя» нежным голосом из детства. - Ты меня так пристально смотришь, что даже разбудил, - слышится хриплый голос со стороны другой кровати. - Прости, - голос почему-то звучит на гране слез, хотя глаза остаются у Аелии сухими, - не хотел мешать. - По глазам вижу - опять думаешь о той чуши, что заставила тебя сходить с ума и не возвращаться обратно в штаб, - Глава Воронов садится на край кровати, спуская ноги на толстый ковер, - ты всегда можешь мне рассказать, что тебя тревожит. Ты это прекрасно знаешь. Блондин только вымученно улыбается: - Знаю, - говорит он вслух и отводит взгляд от пронзительных темно-зеленых глаз. «Но за этот секрет ты меня возненавидишь» - заканчивает он про себя фразу. Черноволосый альфа только фыркает и поднимается со своей кровати: - Двигайся, - говорит он, обхватывая омегу руками и притягивая в объятия, - так тебе будет спокойнее, а теперь спи. Санлайт только раздраженно вздыхает, но из объятий не выпутывается, позволяя себя обнимать. Так и вправду спокойней. *** Совместная миссия с Келеоном это не то что ожидал Андереве так скоро, однако вот они в кабинете Верховного мага слушают детали дела, что им поручили. Их путь лежит в Норир. На городском кладбище из склепа исчезло тело графской наложницы. И в этот же вечер начались жестокие убийства. - Выбор пал на вас двоих, - говорит мужчина, убирая черную прядь, упавшую на глаза, - Андереве, ты более чувствителен к этому гримуару и сможешь быстрее его отыскать. Келеон же более устойчив к его темной магии. Один из вас почувствует, второй заберёт часть гримуара «Сердца Демона», предотвращая очередные жертвы, всегда есть возможность, что она попадет ещё в одни руки и появятся новые пострадавшие. Норир их встречает мелкой неприятной моросью, больше похожей на туман. Келеон растягивает свой черный плащ над их головами и только сейчас становится заметно, что по росту они полностью сравнялись и что альфа даже стал чуточку выше своего друга. Это даже как-то неожиданно для Андереве. Поместье графа, как скромная девица, выглядывало из тучи мелких брызг боязливо, едва-едва обозначая свои очертания. Грязь под ногами смачно хлюпала, особая на сапогах мелкими и крупными брызгами, больше похожими на кляксы. - Похоже мы на месте, - произносит брюнет, осматривая кованые высокие ворота перед собой, - тут как-то мрачно и слишком уж тихо, для набитого прислугой дома. - Кровью пахнет, - Андереве хмурится и изо всех сил дергает кованые ворота, те не открываются, хоть главный замок и не закрыт, - все это очень плохо, - говорит он, - придется вспомнить как детство и перелезть через ограждение. Келеон забирается первым, подавая руку другу и буквально затягивая его наверх. Мышечный тонус после охоты на монстров у него великолепный. С забора же шатен спускается сам, приземляясь на обе ноги и умудряясь не потерять равновесие на мокром газоне. - Я бы тебя поймал, - насмешливо усмехается Хант, - в весе ты не прибавил, все такой же тощий, кожа да кости. Реве фыркает и направляется в сторону дома. Тишина и усиливающийся запах крови с каждой секундой все больше начинают его нервировать. Омега сглатывает появившийся ниоткуда ком в горле, когда из мороси проглядывают очертания распростёртого тела на траве. У него очень-очень плохое предчувствие. Из пустых глазниц человека перед ним течет кровь, его живот располосован буквально на лоскутки. Одежда, кожа и внутренности буквально превращены в кровавое месиво. Рядом с телом пять глубоких борозд от когтей. - Я иду в дом, - говорит Келеон, сосредотачиваясь на поисках аур в доме и его окрестностях, - ты останься здесь и свяжись с королевской стражей и Верховным магом. «Открытая с ноги дверь, очень скрытный способ пробраться в чужой дом» - язвительно про себя думает Реве, доставая из кармана свой связующий кристалл. «Окаменевшая магия» второе название всех найденных и изученных кристаллов. Прозрачные умеют находить куски друг друга на расстоянии и передавать другому голос своего владельца в тот же промежуток времени, их используют для связи. Их легко зарядить собственной магией, и они работают даже в самом малом размере кристалла. Специальные заклинания помогают связываться с нужным номером, когда требуется. Знать номер кристалла обязательно, это работает точно также как заговорённый свиток - нужно обязательно знать номер свитка, чтобы отправить его хозяину сообщение. Светло-желтые, белые и светло-светло-голубые используют как ночное освещение. Они питаются солнечным светом и магией и расходуют при большем количестве рабочих часов заряда меньше, чем их прозрачные собратья. Поэтому их так любят и ценят жители Тхеара. Мутные зеленые кристаллы запоминают моменты как обычный рисунок или картину, поэтому их используют в артефактах под названием «кулон памяти». Остальное, что находят глубоко под землёй это драгоценные камни и металлы, которые так обожают благородные дома и жаждут бедняки. Разговор с главой королевской стари выходит сухим и быстрым. Верховный маг просит быть осторожнее и просит докладывать о любых странных происшествиях и новых деталях. Засунув связующий кристалл обратно в карман брюк, Андереве концентрируется на аурах. Келеон сейчас находится между этажами, скорей всего на лестнице, ведущей на второй этаж. На втором этаже особняка есть едва уловимая магическая уже практически исчезшая аура и что-то очень темное. Еще одна достаточно четкая магическая аура находится на самом верху, на чердаке этого особняка. Шатен сомневается, что сможет нормально влезть на дерево по мокрой коре, но это единственный быстрый вариант попасть на второй этаж без беготни по лестнице, тем более что оно открыто. Подпрыгнуть и удержаться на ветке в перчатках не проблема, проблема это скользящая подошва сапог по влажному стволу дерева. Кое-как он забирается на нужную высоту, проходит, удерживая равновесие, по толстому суку дерева, до окна и уцепившись за выступ над окном, перешагивает на подоконник, после чего спрыгивает на дощатый пол в комнате, оказавшейся кабинетом. На вместительном письменном столе раскинув руки в стороны, лежит мужчина. Его горло и грудь превращены в огромную кровавую кашу с торчащими из нее кусками сломанных рёбер. Кровь стекает вниз, пропитывая некогда дорогой персиковый ковер с длинным ворсом, пропитывая его насквозь. Черная аура смещается дальше по коридору и Реве стремиться за ней, она наверняка направляется за последним выжившим обитателем особняка. С Келеоном они сталкиваются у лестницы на чердак. - Вся прислуга в большинстве случаев обезглавлена, - говорит брюнет, морщась, - у тех, кто смог сохранить голову на плечах разобрано горло и пробит череп. - Мужчина в кабинете скорей всего хозяин поместья, - голос Реве срывается из-за быстрого бега, - его грудная клетка и горло превращены в фарш. Чтобы мы сейчас не преследовали, оно умеет пользоваться своими когтями. Когда они добираются наверх человекоподобное существо с неправильно изогнутыми суставами, серой в гнойных волдырях кожей с длинными пальцами, увенчанными острыми когтями уже замахивается на вжимающуюся в стену под подоконником молодую девушку. Они действуют быстро: магическая лоза Андереве стягивает руки монстра вместе, мешая нанести удар. Келеон стремительно бросается вперед, пробивая монстра своим мечом насквозь, и выталкивает его на улицу, разбивая стекло и спрыгивает вслед за ним сам. Андереве спешит к напуганной девушке, что прячет лицо за руками. - С вами все будет в порядке, - говорит он, присаживаясь возле нее, - сейчас мне нужно осмотреть вас на наличие травм, но для этого мне нужно, чтобы вы разрешили к себе прикоснуться. Вы позволите? Но вместо ответа девушка бросается вперёд, врезается в него всем телом, обхватывая руками за талию, и вжимается лицом ему в грудь. Ее трясет, словно в припадке, из-за рыданий не разобрать ни слова. Баше успокаивающе кладет ей ладонь на спину. С улицы слышны звуки битвы и Реве выглядывает из окна, чтобы понять, как обстоят дела у его напарника. С Келом все в порядке, что не может не радовать. Он сражается с помощью меча и кинжала, блокируя опасные когти первым и нанося удары вторым. Они отходят все даль от дома в роскошный розовый сад. Андереве концентрируется и оплетающая арку входа в сад плетистая роза связывает и заламывает руки чудовищу за спину, раздается хруст, ноги тоже обмотаны и прижаты друг к другу. А после оно воет так, что стекла в окнах особняка начинают дребезжать. Келеон кинжалом наносит удар в область сердца, а мечем, сносит голову с плеч чудища. Все резко затихает, не слышно даже карканья ворон, сидящих на ветках под густой листвой. Шатен выдыхает, если бы Кел быстро не отреагировал - было бы очень плохо. Удержать эту тварь даже со сломанными костями было сложно. Он чувствует, как стекает пот у него с виска и как дрожат руки. Королевская охрана прибывает спустя несколько минут с парой целителей и Верховным магом. Тела забирают в королевский госпиталь для более полного осмотра. Девушка, ныне графская вдова, так и не стремится покидать Андереве, вцепившись в него, словно он последняя надежда в ее жизни. С целителями она ведет себя настороженно. Реве беспомощно смотрит на Келеона и тот только пожимает плечами, продолжая рассказ о битве с чудовищем Верховному магу. - У вас есть место, где вы можете остановиться? - шатен осторожно пытается высвободить свою руку из чужой хватки. - Этот дом будет опечатан для дальнейшего разбирательства. Графиня Эиф только кивает головой: - У нас есть загородный дом, - тихо говорит она, - там есть все необходимое и мыс мужем как раз собирались его посетить, - ее плечи вновь сотрясаются от слез, - я так боюсь оставаться одна. Она вновь оплетает свои руки вокруг Баше, утыкаясь лицом в его плащ. Келеон, это видно по лицу, не вдохновлен липучестью этой девушки к своему другу, его челюсть напряжена, а в глазах читается неприязнь. «Все нормально» - читает он по губам шатена. Все остальные остаются возле особняка, когда Андереве и единственная выдавшая покидают место кровавой расправы. Загородный дом встречает их облачной погодой без дождя и пением птиц в густых кронах деревьев. В самом доме наведен порядок: полы вымыты до зеркального блеска, пыль протёрта, помещения проверены, постельное бельё на кроватях сменено. - Я так и не назвала вам своего имени, - графиня осторожно садится в кресло, - Лоя урождённая Эндвиш в замужестве Эиф. Была, - она вновь начинает утирать слезы руками натирая и без того натёртую нежную кожу. - Леди Лоя, мой вопрос может показаться бестактным, но я обязан спросить: как долго ваш муж был в отношениях со своей наложницей? - Андереве усаживается во второе кресло, что стояло напротив первого, теперь с графиней они смотрят в глаза друг другу. - Почти с самого начала нашей семейной жизни, - она всхлипывает, - мы только поженились, не прошло и двух недель, когда он привел Клер в наш дом. Наш союз был по расчету, и я всегда знала, что не красавица и его не притягиваю никак омега никак девушка. Но это случилось слишком быстро. Мы продолжали жить втроём в одном доме, все было не так плохо, пока я не забеременела. Клер была расстроена этим, и они с Эстиралем уехали к морю, оставив меня на попечение семейного целителя. - Но у вас в доме нет семейного портрета с ребёнком, ни детских вещей, - Реве внимательно смотрит на девушку, она старше него лет на семь, но выглядит хрупко и болезненно, - что-то произошло? Лоя делает судорожный вдох и сжимает пальцы на подлокотниках кресла: - У меня случился выкидыш, - ее голос пропитан непередаваемой горечью, - и я больше не могла иметь детей, хотя пила все прописанные лекарства. Через несколько месяцев после этого Клер оказалась беременной, но спускаясь по лестнице, она поскользнулась и упала. Ее ребёнок как же не увидел этот мир. Целителя нигде не было, чтобы помочь ей сохранить дитя. После я услышала, как шептались горничные о том, что в это время он распивал спиртное в элитном борделе. Спустя четыре года, ей удалось забеременеть во второй раз. Это было ужасной трагедией, когда нам сообщили, что она попала под колеса повозки. Эсти впал в депрессию и запил, не выходил днями из кабинета. А потом он исчез на несколько дней, после этого из семейного склепа пропало и тело Клер, и вот сегодня он вернулся, а вслед за ним появилось и это чудовище, - молодая женщина вновь закрывает лицо руками, - оно убило всех, я видела, как оно рвало когтями тело садовника. - Думаю, нам стоит отложить разговор на завтра, - Андереве поднимается с кресла, - вам нужно лечь отдохнуть. Я сделаю успокаивающий чай и принесу вам. Вам лучше прилечь. На кухонных полках юный целитель находит все, что ему необходимо для чая из мяты, с корнем валерианы с добавлением меда и анисовых зерен. В данной ситуации этот вариант травяного чая ему кажется самым оптимальным. Оставленный на спинке кресла тёмно-зелёный плащ выглядит непримечательной кляксой в этой обители красивой мебели, сделанной руками талантливых мастеров. Обе сумки лежат на сиденье ранее выбранного кресла, ему стоит написать Келу и Верховному магу, что он останется здесь, но сначала он отнесёт чай леди Лое. К тому времени как он поднимается и стучит в дверь, хозяйка дома уже переоделась в шелковый пеньюар и заняла середину огромной кровати, подложив под спину подушки. Она с благодарностью принимает чай, тут же делая маленький глоток для пробы. Похоже, напиток ее устраивает, и она продолжает его пить маленькими глотками. - Вы на ночь можете остановиться в соседней комнате, - говорит она в перерыве между глотками, - эту комнату тоже прибрали и мне будет спокойнее, если я буду чувствовать кого-то рядом. Шатен лишь кивает в знак признательности и, забрав чашку из прохладных пальцев, выходит из комнаты. К своим вещам он возвращается только после того как вымыл чашку и хорошо ее втер полотенцем. «Нашли в доме что-нибудь странное?» - пишет он на своем зачарованном свитке. Келеон молчит несколько минут, его почерк неровный и прыгающий. «Монстр действительно создан гримуаром, Верховный маг в этом уверен, он почувствовал остаток черной магии, однако страниц этой чёртовой книжки мы нигде не нашли, хотя перерыли весь особняк! Ни в кабинете покойного графа, ни в огромной библиотеке ничего нет. Но большая странность в том, что семейный графский целитель убит по-другому, нежели все остальные, более жестоко. Его резали на куски заживо. На его руках обнаружены синяки, словно его удерживали на месте ремнями или толстой верёвкой.» «Это была месть за смерть не родившегося ребенка, и кто мстил подобным образом неизвестно. Это мог быть и сам граф, узнав о прошлых ошибках семейного целителя. А у него их достаточно» - написал он в ответ. Через минуту на свитке появилась новая надпись «Похоже этот график не смог сдержать то, что призвал в этот мир с помощью ритуала. За что и поплатился. Только куда могли исчезнуть бумаги?». Интуиция Андереве звонко била в колокол, потихоньку собирая клочки мозаики. Ему стоит поговорить с леди Лоей завтра и узнать больше подробностей ее семейной жизни. Возможно, с помощью этого он составит полную картину происшествия без домыслов. Но ему стоит быть осторожнее при выборе вопросов. «Мне нужно чтобы вы нашли больничную карту графини Эиф и показали ее главному целителю королевского госпиталя. Не спрашивай зачем. Просто сделай, что я прошу. Напиши мне, если он что-то обнаружит.» Что ж стоит осмотреть комнату, где ему предстоит провести ночь. Взяв обе сумки и плащ со спинки кресла, Андереве поднимается на второй этаж. Может он найдёт что-то интересное в этом доме, что поможет узнать правду о бойне в особняке Эиф.