Мой персональный квест

Келеон возвращается с Вирнаном обратно в штаб усталые как собаки и такие же злые. Нирант распрощался с ними ещё в деревушке возле места их миссии и ушел на новую. Его, Андереве и Зорино отправили разбираться с пожаром и его последствиями на границу с Восхари. Лес вспыхнул, будто спичка и продолжал гореть до сих пор. Зорино прольет дождик, он маг погоды. Андереве поможет восполнить потери, а Нирант там зачем? Келеон падает на кровать, не раздеваясь - он устал охотиться на этих пронырливых гадов. Казалось бы, огромная двухметровая сколопендра, такую сложно потерять из вида, но они настолько шустрые, что только моргнул глазом и она исчезла. Они уничтожили гнездо этих монстров, и жители вздохнули с облегчением. Но они потратили на это целую неделю! Уже прошла целая неделя с тех пор, как один из одиннадцати неженатых генералов стал семейным человеком. Зачарованный свиток вспыхивает фиолетовым светом и Келеон тянется за ним и разворачивает. Сообщение от отца. «С возвращением с миссии. Я отправил тебе письмо, ибо ты должен это знать. После его прочтения тебе будет плохо, но ты обязан это выдержать. Такое происходит в жизни и становится просто одним из воспоминаний.» Молодой альфа нахмурился, ничего хорошего это не предвещало. Упомянутое письмо лежало у него на рабочем столе. Из простого белого конверта из грубой бумаги выпало само письмо, листок с какими-то изображением и кольцо из лунного камня, что он покупал для Алмариана. «Дорогой сын, пусть я и осознаю, что после этого письма твое сердце будет разбито, промолчать для меня было бы ещё хуже. Известный тебе как Алмариан Завей, третьего дня текущего месяца, стал супругом борона Сорсет. Благороднейшая семья этого юноши вернула все подарки когда-либо подаренные тобой в наш дом. Среди них было и кольцо. Зная, насколько ты был серьёзен в отношении этого омеги, я не удивлён сим фактом. То, что ты найдёшь в конверте помимо письма должно полностью развеять твои сомнения. Не опускай голову сын, не поддавайся эмоциям и гордо иди вперёд. На твоём пути появится тот, кто разделит с тобой все тяготы и навсегда останется рядом. Не позволяй одному лжецу сломить себя. Верь в себя, свои силы и свое будущее. Я всегда на твоей стороне. Киртор Хант.» На втором листе было изображение счастливой четы Сорсет. Альфа как минимум был старше Алмариана лет на пятнадцать. Невысокий и полный с рыжими вьющимися волосами до плеч и густой рыжей бородкой. Он выглядел довольным своим новым приобретением. Алмариан в своих одеждах упивался их величием и дороговизной, это было видно по его лицу. Венок из белых роз смотрелся на лжеце красиво, это правда. Но это все, что может хорошего сказать в данный момент об этом омеге Келеон. Его сердце болело, ярость клокотала в нем, разгораясь подобно лесному пожару. Андереве его предупреждал, старался открыть глаза, но он оставался во лжи, все сильнее отдаляясь от своего друга, и ненавидел его. Если бы Хьёр скрутил бы ему голову, то был бы прав. Келеон заслужил это. Изображение молодого барона Сорсет разлетается на мелкие кусочки, украшая собой пол. Алмариан больше не часть жизни Ханта, Келеон обязан вычеркнуть его из своей жизни и никогда больше не вспоминать о нем. Теперь этот человек табу для него и его чувств. Аелия останавливает возле лестницы, поворачиваясь в сторону, где находится комната Келеона. Он чувствует что-то странное в запахе молодого альфы и ему не хочется оставлять его в таком состоянии. Вирнан сегодня вернется домой и все остальные тоже покинули штаб из-за планов или миссий. Келеон останется здесь один. Санлайт вздыхает, его миссия тоже не терпит отлагательств, и он просто может надеяться на благоразумие младшего товарища. - Волнуешься? - спрашивает главный альфа штаба, когда маг света спускается вниз. - Он умный парень, глупостей делать не в его характере. - Все их делают, - не соглашается омега, отрицательно качая головой, - никто их не может избежать. Ройс закидывает ему руку на плечо и уводит к выходу: - С этим засранцем все будет хорошо, - он сильнее, чем нужно привлекает блондина к себе, обнимая за плечи, - не забивай этим голову. Ты должен сосредоточиться на задании. Аелия бросает последний взгляд на второй этаж и беспокойно вздыхает. Он просто надеется, что главный прав. *** Андереве никогда бы не подумал, что с лесным пожаром можно договориться, но вот перед ним Нирант разговаривает с непокорным огнем и то жмется к его ладоням, подобно большому рыжему коту, не обжигая, а наоборот, в поисках ласки. Зорино присвистывает, когда огонь начинает уменьшаться, а после затухает совсем, оставляя после себя обугленную землю, траву и жженые «трупы» деревьев. Нирант выглядит измученным после удержания огня на одном месте, по его лицу стекает пот, который он тут же вытирает рукавом рубашки. - Тебе лучше отдохнуть, - Баше осторожно хлопает его по плечу, - мы здесь закончим, а ты вернись в деревню и поспи. Выглядишь ужасно измотанным. Когда Нирант покидает их общество, они остаются наедине и кидают друг на друга чуть заинтересованный взгляд. Маг погоды из Воронов начинает распространять ману над сгоревшим участком леса, создавая из неё тёмную ливневую тучу. Другие «небесные жители» тут же немедленно притягиваются к ней, склеиваясь в одну и становясь все больше и больше. Андереве зачаровывает платок, мастеря из него большой шатер, и укрывает их обоих от начинающегося дождя. Попутно накидывая на ткань заклятие водоотталкивания. Они расположились на возвышение, так что вода к ним не просочится понизу. Омега садится прямо на землю, прислушиваясь к шумящему за пределами шатра дождю. - Я ожидал увидеть кого-то более вздорного, - вдруг говорит старший маг, садясь рядом и выдыхает, - раз меня отправляют на задание с тем, кто вечно цапается с моим младшим. Но теперь я в замешательстве, ты не похож на вредную сучку. Младший недовольно фыркает на это сравнение и закатывает глаза. - Причина ссор его недоверие ко мне, - фыркает шатен, - и поклонение тому, кто делает из него дурака. Он потихоньку начинает водить пальцами в воздухе, вплетая свою магию в землю и корни деревьев и растений, стараясь их возродить и вырастить новые. Его магия переплетается с магией Зорино подобно косе. Не соперничая, а мягко распределяясь в ней. - Вот мой совет, - говорит один из Воронов, - отпусти это и не мешай. Рано или поздно тот явит свое истинное лицо и все станет на свои места. Думаю дождя достаточно, чтобы напитать землю. Я возвращаюсь в деревню. Сам справишься в остальном? Реве кивает головой в ответ, думая о словах старшего товарища Келеона. «Я опасаюсь, что он поймёт какова истинная личность Алмариана слишком поздно» - шатен стучит пальцем по земле, наблюдая, как маг погоды покидает шатер. Восстанавливать природу приходится долго. Тело дрожит от напряжения и руки трясутся как будто у него приступ. Но полученный результат стоит этого: на месте полностью выгоревшего пространства теперь вновь ютится сочная трава и молодые сосенки. Несколько оживших старых деревьев шуршат своими кронами высоко над головой, имитируя шум моря. Он возвращается к своему временному пристанищу уже ближе к семи вечера. Его свиток, лежащий на матрасе набитом сеном, светится фиолетовым светом, оповещая о сообщении. Он со вздохом падает на свое место и тянется к свитку, когда в комнате появляются его товарищи по миссии. - Мы с Нирантом решили пойти выпить, - говорит Зорино со стороны коридора, - пойдёшь с нами? Реве отрицательно качает головой: - Я собираюсь вернуться в свой штаб, так что нет. Только вещи соберу. Старший понятливо кивает и исчезает в коридоре. Юный целитель разворачивает свой свиток и смотрит на пару предложений, под которыми разместилась огромная клякса. «Ты был прав насчёт Алмариана. Мне так жаль.» И в лучшие времена его друг писал как курица лапой, а тут сильно глаза напрягать приходится, дабы разобрать буквы. Либо у Кела слишком дрожали руки от эмоций в этот момент, либо он пьян. Он быстро закидывает вещи в сумку и прощается с хозяйкой дома, где они остановились, а потом почти бегом направляется к арке с порталом, чтобы появится в Квакше. В воздухе пахнет болотной водой и теплой сосновой сосной. Солнце из последних сил золотит крыши домов, деревья и равнины с их разнотравьем. Достаточно широкая песчаная дорога является хорошим проводником и приводит его к зданию штаба Воронов. Когда Реве приближается к крыльцу базы «Венценосных воронов» Келеон там один, больше не ощущается ни одной ауры, и совершенно пьян. Рядом с сидящим на лестнице парнем лежит пустая бутылка какого-то пойла, видимо, из разорённых запасов лорда Ройса. Андереве думает, что тот не будет этому посягательству рад. Почувствовав знакомую магическую ауру, Хант делает ещё один глоток из второй бутылки, что зажата в его руке у самого горлышка: - Алмариан, - альфа фактически давится этим именем и шипит не хуже потревоженной гадюки, - вышел замуж. Шатен так и знал, что этим все закончится, а его друг будет страдать из-за этой блондинистой зеленоглазой заразы, когда его мечты и иллюзии разбились о реальность и легли осколками под его ногами. Омега садится рядом с другом, прижимаясь плечом к плечу и вздыхает, ища слова поддержки, но почему-то их не находит. - Ты столько пытался открыть мне глаза, - тем временем продолжает брюнет, - показать действительное положение дел, а я не видел и не хотел ничего слушать. Причиняя тебе боль своим поведением, - он ненадолго замолкает. - Перед отъездом на экзамен я оставил письмо и перстень из лунного камня у него на подоконнике. Надеялся передать лично и увидеть его перед дорогой и поговорить, но не получилось. Я такой идиот. В знак обещания жениться на ком-то альфы дарят кольца из драгоценных и полудрагоценных камней. Высшая клятва любви. Эта традиция уходит глубоко своими корнями в историю Тхеара и соблюдается до сих пор. И клятву Келеона безжалостно отвергли, растоптав все намеренья и искренние чувства. Это жестоко. Разве нельзя было решить все словами или не водить его за нос вовсе? Андереве ненавидит Алмариана за страдания друга детства, и это чувство продолжает крепнуть с каждой секундой. - Они даже прислали обратно все подарки, - альфы утыкается лбом в плечо шатена, его голос звучит глухо, а иногда пропадает вовсе, - они сейчас у отца. Баше протягивает руку и зарывается пальцами в черные как смоль пряди, начиная их перебирать, успокаивая и слушая рассказ дальше - Ханту нужно выговориться. - Он вышел замуж за рыжего барона Сорсет старше себя на пятнадцать лет, - вздыхает один из Воронов, - даже перед моим отцом своими новыми украшениями покрасовался, издеваясь. Я шел сюда, чтобы стать достойным для него альфой, ведь служение у одного из одиннадцати генералов, составляющих опору, стирают все рамки, титулы становятся неважны. А теперь даже не знаю, что мне делать. Я будто бы потерялся в глухом лесу. - Кел, - начинает говорить молчавший до этого Реве, забирая бутылку со спиртным у альфы и отставляя ее на землю у своих ног, - за время службы ты спас много жизней и помог множеству людей. Разве сделать жизнь спокойней для жителей нашей страны, не являлось также твоей целью? Юный целитель заставляет друга посмотреть себе в глаза: - Делай то, что делал до этого - защищай то, что дорого тебе. Алмариан просто станет пролистанной историей в твоей книге, которая вскоре забудется, а если и будет напоминать о себе, так просто знакомым именем, не вызывая особых чувств. То, что ты сделал, попав в штаб Воронов и ещё сделаешь, находясь здесь, вот что важно. Я уверен, что тот, кто будет любить тебя искренне несмотря ни на что совсем рядом и до встречи с ним всего один миг. Синие чуть мутные от алкоголя глаза внимательно всматриваются в зелёные глаза напротив. Воцарившаяся тишина между ними нарушается шумом ветра в кронах елей и скрипом их стволов. - Как было бы хорошо, если бы я любил тебя, - неожиданно отвечает Хант, придвигаясь ближе и протягивая руку к лицу друга, мягко дотрагиваясь до его щеки, чуть поглаживая. Альфа наклоняется вперёд и останавливается возле самого лица омеги, рассматривая выражение лица друга совсем близко и пьяно улыбаясь. Мозг Реве не может нормально реагировать, когда к его губам прижимаются чужие теплые обветренные и сухие с привкусом алкоголя на них. Мир словно замирает на мгновение, чтобы потом безжалостно о себе напомнить. Догорающий закат из последних сил освещает парочку, сидящую совсем близко, на лестнице штаба Воронов. Келеон опять утыкается лбом в плечо друга детства и закрывает глаза, фактически засыпая в таком положении. В присутствие друга детства он чувствует себя намного лучше и ему хочется уснуть, оставшись возле него, ощущая его тепло. - Тебе нужно отоспаться, - немного нервно произносит Реве, - пойдем, я помогу тебе дойти до комнаты и уложу тебя в кровать. Альфа почти не стоит на ногах, большей частью веса наваливаясь на друга. Подняться по лестнице самая сложная часть, пьяный альфа так и норовит сползти вниз и разбить свою дурную голову о каменные ступени. В комнате омега скидывает свою ношу на кровать. Снимает с друга ботинки и стягивает куртку, осторожно ставя их возле постели, а ее складывает и вешает на спинку стула, а после накрывает, лежавшим на стуле, пледом. Через минуту мини торнадо пролетает по лестнице вниз, почти выкатывается за дверь штаба, натыкаясь на прибирающую бутылки Вилметту. - Спасибо, что позаботился о нем, - говорит она, улыбнувшись, и заходит внутрь здания с бутылками в руках, закрывая за собой двери с тихим скрипом. Шатен только кивает и, не говоря больше ничего, направляется по дороге в сторону более оживленной Квакши, к арке с порталом. Ему нужно вернуться в штаб и разобраться со своими мыслями, скрывшись от посторонних глаз в своей комнате. В штабе «Призрачного леса» юный целитель умудряется в кого-то врезаться. Он поднимает голову и сталкивается взглядом с серо-зелеными глазами главного альфы. - Простите, лорд Вит, - бормочет Андереве фактически себе под нос, ещё сильнее алея щеками, чем было до этого, - я вас не заметил задумавшись. Платиновый блондин лишь приподнимает бровь, наблюдая, как подчинённый проносится вверх по лестнице на огромной скорости. Он впервые видит Андереве настолько смущенным и это достаточно забавное зрелище. И милое? Вит трясёт головой, отгоняя подобные мысли, сейчас ему нужно заняться документами, а об этом он подумает чуть погодя. Сам же юноша, влетая в свою комнату, плюхается лицом вниз на кровать, хватая руками подушку так, что та трещит под натиском пальцев. «Келеон, что за черт! Кто тебе просил так послать?! Я только решил отвлечься на другого альфу, как ты вновь оживляешь мои чувства к себе! А ведь лорд Вит был таким неплохим вариантом!» Шатен бьет кулаком по матрасу и переворачивается на спину, теперь уже рассматривая белоснежный потолок. Решение отвлечься было принято две недели назад, когда в штаб «Призрачного леса» доставили подарки из Вавана. Три большие шкатулки оказались увесистыми на вид. Лорд Вит сам вызвался проверить их на наличие каких-либо заклинаний или эликсиров, кто знает, чем их могли обработать. Он не исключал и приворотного зелья. Ваванцы хитрые люди, все на континенте это знали. В этот раз обошлось без подлых штучек - это действительно были дары за сохранения жизни княжеского сына. В основном это были украшения, жемчуг и ткани. Как разбор даров пришел к обсуждению одежды, что обязательно нужно пошить из этой ткани - Реве до сих пор не знал. Старшие спорили, что это должно быть: рубашки, брюки или жилеты. Лорд Вит только усмехнулся сидя на диване своем кабинете и посматривая в сторону подчинённых. Неожиданностью стало то, что первый кто вытащил Баше к портному и был он. Это произошло утром, когда все собрались на застеклённой террасе на завтрак. Настроение их главного было приподнятым, а взгляд хитрым. За чашкой кофе он буднично произнес, что Реве ожидает портной вместе с полученной в дар тканью для разговора о новой одежде и что у него самого дела в Дреотоне, и он составит ему компанию. Сам юный целитель замер от таких новостей с чашкой чая в руках, при попытке сделать глоток. Остальные только переглядывались и пытались скрыть лукавые улыбки либо за чашками чая, либо за сэндвичами, что получилось у них плохо. Пожелав им, двоим хорошего дня все остальные разошлись по делам, продолжая улыбаться. Портной занял много времени со всем этим снятием мерок и обсуждением, из какой ткани он хочет верх и низ одежды, какой фасон и сколько рюшек и вышивок и карманов. Все это было слишком утомительно, Андереве не понимал тягу модников проводить у портных столько времени. Во время всего это безобразия Вит отлучался один раз минут на двадцать. Вернулся он с папкой документов, все остальное время этого дня он посветил своему подчинённому, ни разу не обмолвившись о деле и документах. После мастерской портного они гуляли по садам Дреотона, наслаждаясь витающими в них ароматами цветов. Их настиг дождь, после посиделок за столиком, на террасе достаточно дорогой таверны, в компанией вкусного кофе и грушевого пирога. В меру сладкое тесто не мешало наслаждаться вкусом груш, не перекрывая его. Лорд Вит не дал ему за себя заплатить, и не позволил вернуть ему деньги. Все его поведение больше и больше напоминало попытку ухаживания, и это было неожиданной для Реве новостью, будто громом среди ясного неба. Плащ, превращённый в зонт, когда на них упали первые капли дождя, только подтверждали это. Герцог Преон держал зонт так, чтобы полностью скрыть под ним Баше, не обращая внимания на промокающий рукав собственной рубашки. Андереве не может не признать, что его инстинкты были рады такому обращению. Они неспешно шли в направлении арки с порталом, разговаривая обо всем ни разу не замолкая в неловком молчание. Неловкий момент наступил, когда они едва не врезались в юношу, покинувшего богато украшенный экипаж. Этот человек смотрел на Вита, как побитый щенок, но сам альфа просто переместил ручку зонта в другую руку, притянул Андереве ближе к себе уже свободной рукой и двинулся прочь. - Вит, давай поговорим! - долетел умоляющий голос в их спины. Блондин даже не обернулся в сторону говорившего: - Нам не о чём говорить, - голос был ровным и в нем сквозил холод, - ты сам поставил точку в наших отношениях, сбежав со свадьбы и выставив меня идиотом, перед множеством дорогих мне людей. Больше нас ничего не связывает. Прощай, Ансиель. Никакие эмоции не отразились на красивом лице герцога, будто ничего и не произошло вовсе. Будто перед ним стоял не его бывший жених, а обычный неизвестный прохожий. Это было похоже на момент с рассказом - ты его читал и тебе нравилось, но больше он не вызывает в тебе былой трепет и ты просто перелистываешь страницы на новый, ранее не открытый и этим более интересный. В тот вечер, собравшись в главной гостиной штаба, всем составом они пили вино и много разговаривали. Кенан играла на скрипке, а за окном на землю лениво оседала морось. Хмурые тучи добрались и до Корекора. Шатен снова чертыхнулся, поднимаясь и садясь на кровати - его инстинкты омеги сейчас спорили с сердцем. Глупый орган был взволнован поцелуем с Келом, но инстинкты кричали, что рядом присутствует более подходящий альфа и это вызывало ничего, кроме головной боли. Встав с кровати, юноша подошёл к своему рабочему столу - стоит написать отчет и сходить на миссию, дабы отвлечься от всего. На подоконнике радуя взор хозяина комнаты, цвел пышным цветом небольшой кустик Радужной розы. Пять раскрытых цветков привлекали взор своим необычным окрасом. Рядом же с ним стояло его растение-ночник, небольшое деревце в горшке, подпитываясь солнечным светом. Сев за стол Реве включил настольный кристаллический фонарь и хлопнул в ладоши, чтобы отключить большую кристаллическую люстру. Зачарованную на включение и выключение именно на этот звук. Настольный фонарь освещал только небольшое рабочее пространство, мягко разгоняя тьму вокруг. - Я чувствую твое внутреннее смятение, - послышался голос из темноты, тот самый, что он услышал неделю, назад прибывая в белокаменном дворце, - что тебя тревожит? Повернувшись на стуле в сторону голоса, хозяин комнаты уперся взглядом во тьму - она не шевелилась и не имела человеческих очертаний только горящие золотом глаза с горизонтальными зрачками. - Почему ты никогда не показываешься полностью? - спрашивает вместо ответа омега, упрямо смотря во мрак. - Так будет лучше, - отвечает темнота, - и всё же ты не хочешь отвечать на мой вопрос. Шатен пожимает плечами, и этот жест означает «ты тоже не отвечаешь на мои вопросы, почему я должен?». Тьма вздыхает и немного смещается в сторону кровати. - Я сказал, все что мог, - объясняет неизвестный охранник, будто перед ним маленький ребёнок, - я защищаю тебя, потому что мы связаны и это мой долг. - Кто такой Эрей? - отвернувшись обратно к чистому листу бумаги и чернильнице, задает очередной вопрос Баше. Наступившая тишина ему не нравится. Со стороны кровати слышится вздох, но ответа не следует. Через какое-то время тишину нарушает достаточно печальный голос: - Мой провал, - говорит тьма, шелестя своими крыльями, - мой единственный провал. Андереве недовольно вздыхает и обмакивает перо в чернила, начиная писать отчёт. - Очень содержательно, - бормочет он, выводя буквы на бумаге, - а можно более содержательный ответ? Юноша немного дёргается, когда ему на колени приземляется «Безумец, влюблённый в портрет». - Сейчас ты поймёшь, кто он такой, - шелестит голос и ощущение постороннего присутствия потихоньку исчезает, - но автор, написавший это, даже не знает, что на самом деле происходило с упомянутым в его произведение «безумцем». Хозяин комнаты остается один с книгой на коленях. Он с ужасом смотрит на книгу и внутри него все обрывается. Безымянный безумец обретает имя и почему-то от этого становится ужасно тоскливо за его судьбу. Заканчивая свой отчет, юноша оставляет его рядом с книгой на столе и, погасив фонарь, падает лицом вниз на кровать. В душе поселяется невыносимая тоска и печаль, и он просто хочет поскорее заснуть, чтобы не ощущать ее. *** Злость - вот что чувствовал Отт заставший неприятную сцену в коридоре Белокаменного дворца. Участники сцены семья Браедор. Фираезель схватил за руку Венефреду, а когда Африель попытался ее защитить оттолкнул ребёнка так, что тот ударился спиной о стену. - Вышла замуж за низшего по титулу и думала, что тебе сойдёт это с рук? - шипел он злобной гадюкой. - Спряталась в его родовом гнезде думаешь мы тебя не достанем после того как ты опозорила нашу семью?! - он злобно сверкнул глазами в сторону ребёнка. - А ты вообще не лезь, щенок. Главный позор нашей семьи! Отт приближается к ним как хищник, готовый разорвать горло Фираезеля из-за слез ребенка и бледности девушки. - Мне кажется, вы ошиблись, - говорит маг крови спокойно, проходя так чтобы толкнуть альфу плечом, - позором вашей семьи являются люди, забывающие об уважение и этикете, находясь на территории им не подвластной. Отт больно перехватывает руку удерживающую девушку и надавливает. Альфа шипит от боли и отпускает. Венефреда тут же стремится к племяннику и притягивает его в свои объятия и отступает за спину другого омеги. - Посмотри, до чего ты опустилась, - говорит Фираезель, недовольство так и витает в воздухе, - прячешься за спиной какого-то бродяги, который задурил голову твоему брату и нацелился на наше богатство. Отт только выдыхает и старается удержать свою злость под контролем иначе он может вскипятить кровь всем присутствующим. - Покажешь и мне свои умения в постели? - наглец подходит ближе и пытается положить руку на плечо Отта. За что получает по ногам и падает на колени на зелёную ковровую дорожку. Маг крови отвлекается, когда его обхватываю за талию маленькие ладони, он поворачивается к Африелю. Манжеты рубашки мальчика соскальзывает, вниз открывая Отту ужасные синяки в виде больших ладоней. Раз и воздух в коридоре становится холоднее на несколько градусов. Два и стекла в окнах насчитают звенеть, а темная аура, исходящая от Отта становится еще более черной. Три и фиолетовые глаза омеги в буквальном смысле светятся, зрачок становится вертикальным, выдавая степень озверения своего хозяина. Клыки чешутся от желания вцепиться кому-нибудь в горло. Он знает, что Венефреда не боится его, поэтому не отступает назад и не утягивает за собой племянника. Мальчик тоже интуитивно чувствует себя в безопасности и не отходит дальше, но вот взрослый альфа буквально отползает назад, утыкаясь спиной в стену под подоконником. Он чувствует опасность и знает, что причина этой жажды убийства он сам. - Если еще раз я увижу неподобающее поведение или узнаю, что твоя прогнившая семья причинила боль моему ребёнку и Венефреде, - маг крови угрожающе делает шаг вперед, стекла начинают дребезжать сильнее, - я покажу вам всем настоящий ад. Все прекращается в мгновение: воздух становится прежним, стекла успокаиваются на своих местах. Венефреда несмело кладёт руку на плечо Отта, а маленькие пальчики Африеля обхватывают его запястье. Мага крови утаскивают в сад, оставляя Фираезеля одного с его чувством страха в пустом коридоре. В саду возле небольшого пруда девушка обнимает его в знак благодарности и отстраняется, ее глаза говорят «спасибо». - Они меня не любят, потому что моя магическая сила не лед, - едва слышно шепчет ребенок, утыкаясь лбом в бедро своего спасителя, - всего лишь жалкий снег. Как и у моей мамы - Иллиды. Маг крови почти давится воздухом от этого тона, настолько печального. Омега садится на корточки и приподнимает голову Африеля: - Я знаю мага с подобной магией, - спокойной говорит он, приглаживая непослушные светлые волосы мальчика, - и его нельзя назвать жалким. Увидев его и поговорив с ним, ты поймёшь, что это не плохо, иметь подобную силу. Думаю, он согласится встретиться с тобой и обучить чему-нибудь интересному. - Я буду рад увидеть его, - Африель прижимается сильнее к старшему, пряча лицо в складках его одежды. Маленький альфа успокаивается под его прикосновениями, засыпая у него на руках уткнувшись носом в шею. Отт и Венефреда не разговаривают во время дороги до штаба (он потому что ему нечего сказать, она потому что боится разбудить племянника), а там и поднимаясь в комнаты, выделенные для гостей. Каждый думает о своем, но они едины в одном - никто из них не хочет разбудить этого очаровательного ребёнка. Отт укладывает его на кровать, укрывая пледом, и выходит из комнаты, прикрыв за собой дверь. Венефреда остается со своим племянником, тихо напевая незнакомую песню. Отт же покидает штаб «Зыбучих песков» направляясь к Камилю Браедору. У мага крови есть много вопросов относительно семейной любви и уважения к будущему главе семьи Браедор.