Девятый класс

Люди празднуют новый год по-разному. Но чаще всего получаются тихие семейные посиделки в окружении салатов и тучи блюд, которые редко кто доедает. Но когда тебе 14 и мозгов по нулям, хочется оторваться по полной, ведь сидеть в кругу семьи – тоска полная. Разговоры о политике, экономике и отсутствие алкоголя это не то, как Виктор хочет провести свой новый год. Сейчас на первом месте любимый парень и, конечно, перемывание чьих-то костей. Но Романенко и подумать не мог, что тем, кого будут обсуждать, будет он сам… - Попрошу минуточку внимания! – похлопал Никита Кривоногов в ладоши, привлекая внимание к своему выступлению. – Очень хочу кое-что вам рассказать. Так сказать, подарок на новый год. Все же мы любим обсуждать грешки других? Так вот. На нашем ежегодном собрании очень хочу подвести итоги прошедшего 2020 года. Толпа оживилась. Доселе скучающие в своих телефонах дамы, уже подвыпившие пацаны заострили своё внимание на владельце «Подслушано» их гимназии. Кудрявый парень чувствовал себя как никогда прекрасно, купаясь в лучах славы. Он перевёл взгляд на главного героя сегодняшнего представления, мягко и добродушно ему улыбаясь. Сидящего рядом с Виктором Сергея будто бы начало мутить от такой фальши. Никита продолжил: - И так, - переключил он с титульного на первый слайд. – Начнём с чего-то скучного… Жаждущие сплетен подростки активно участвовали в беседе. Те, кто активно в ней не принимали участие, так или иначе, очень увлечённо слушали и обсуждали всё со своими друзьями. Виктор, конечно, тоже любитель обсудить, что у кого произошло за последние дни, но он никогда не придавал новостям негативный, уничижительный и, тем более, оскорбительный характер, как это делали практически все присутствующие здесь. Друзья переглянулись. Видимо Сергей правильно почувствовал, что тут что-то не так. Но пути назад не было. Придётся дослушать все эти сплетни до конца… Вика, которому уже передали бокальчик с шампанским, скромно сидел на диване, облокотившись о Сергея. Во время наблюдения за взбудораженными подростками, внутри парня начала созревать паника. Через некоторое время, после третьей новости о беременной школьнице, парень решил отойти. Только он поднялся и сказал своему другу о желании отойти умыться, как Никита заявил: - Ой, Викусь, ты давай, потерпи немного. Как раз следующая новость про тебя. Что..? Недоумённый Романенко переспросил: - Прости..? - Говорю ж, присядь. Перейдём к звезде сегодняшнего вечера. Это Виктор Романенко из 8в и он, как и некоторые здесь, гей. А ещё, - Кривоногов переключил слайд от которого все находящиеся в доме либо ахнули, либо задержали дыхание. Проектор высветил на стену те самые фото, которые у Виктора агрессивно выпрашивал его молодой человек. Многие находящиеся в гостиной повернулись в сторону ошарашенного парня. Он, как и его спутник, не могли поверить своим глазам. Это точно Вика! Широкие худые плечи с родинками на шее, хрустальная, казалось, кожа, плотно обтягивающая рёбра и руки, показывая зрителям кости парня - всё это гости на вечеринке Юрия с жадностью рассматривали, а некоторые уже думали, что бы такого сморозить. Но Никита, явно не закончив своё выступление, продолжил. - Многие зададутся вопросом: «Где ж ты, Никит, достал такой алмаз, как задница милого мальчика?» Ответ прост. Я некоторое время встречаюсь с Виктором. Наверное, это не секрет. И чтобы вы не подумали, что я реально тварь конченая и обманул мальчика, то выслушайте вот что. Вика мне правда очень нравился. Наверное год. Он очень забавный и милый. Но, как только я его добился, мне стало скучно, поэтому я решил просто пользоваться моментом и, конечно же, создать инфо-повод. – Кудрявый мило улыбнулся, обращаясь к жертве своего слива. – Викусь, ты должен был знать, с кем встречаешься и кому отправляешь такую мерзость. Виктор чуть не задохнулся от возмущения. - М-мерзость? То есть, то, как ты писал, как дрочишь на меня, какой я красивый, какая у меня клёвая задница и как же сильно ты хочешь меня завались – это не мерзко?! - М… нет? Не я ж фотки скидывал, а ты. Не я же корячился, отклячивая свой зад перед камерой. Не я же сейчас нарядился как последняя шлюха, - Кривоногов подло улыбнулся, наслаждаясь перешёптываниями и смешками толпы. Ему до чёртиков нравилось стыдить людей и смотреть, как кривится и краснеет их лицо из-за прилюдного позора. В уголках глаз брюнета начала скапливаться влага. Ну вот почему он никогда не слушает людей? Почему он считает, что только его мнение правильное? Не устояв на ногах из-за нахлынувшей паники, Виктор присел обратно на диван, хватаясь за голову. Он снова ошибся в человеке, его снова обманули, его снова бросили… Неужели всем так нравится над ним смеяться? Почему именно он? Потому что другой ориентации? Потому что родился в другой стране? Потому что ведёт себя манерно? Потому что выглядит женственно? Да почему это вообще кого-то должно волновать, кроме самого Виктора?! Не выдержав навалившейся ситуации, когда на тебя смотрят практически два десятка человек, перешёптываясь, обсуждая твою фигуру и то, как ты выглядишь, смеются над тобой, Виктор утнулся лицом в плечо не менее ошарашенного Сергея. Воскресенский сидел в полном шоке. Он знал, на сколько отвратителен Никита и всё равно не смог уберечь друга от этой ситуации. Но в следующее мгновение всё стало ещё хуже. - Вик, раз ты так убиваешься и раскаиваешься, то, я думаю, мне стоит тебя наказать, - промурчал Никита, подходя ближе к дрожащему Романенко. Сидящий рядом Сергей, более менее отошедший от шока, вскочил со своего место, преграждая злорадствующему старшему путь. – Серёг, уйди. Мне нужно показать твоему дружку – а может и парню, кто вас знает - , что я отправил его фоточки Аркадию Александровичу. Глаза Сергея налились кровью. Восьмиклассник, легко возвышавшийся над старшим, взял владельца «Подслушано» за ворот, притягивая к себе. Свободной рукой он тяжело ударил Кривоногого по лицу, да так, что тот по инерции откинул голову назад. Но более сильный блондин быстро вернул оппонента в прежнее положение и даже подтянул его ещё ближе, чтобы тот слышал всё, что у него спрашивали. - Ты сделал что?! - Отправил всё отцу Вики. А что? Не мне же его наказывать. Пусть это делает его отец, - Никита ехидно улыбнулся, дёргая разбитой губой. – Я бы не советовал тебе продолжать бить меня. Всё записывается! - Знал бы ты, как мне похуй, - Воскресенский ударил ещё раз. И ещё… – Сука, ты не представляешь, как давно я грезил о том, чтобы набить твоё ехидное ебало. Как ты меня вымораживаешь, противный! – Сергей со всей силы, замахнувшись, ударил коленом в живот Кривоногого. Тот согнулся в три погибели, опускаясь на колени. В этот момент даже плачущему Виктору показалось всё слишком жестоким, ведь Сергей прописал явно пожалевшему о том, что начал провоцировать, голенью по голове. Шея Никиты, как многим показалось, выгнулась под очень странным углом, прохрустев. Затем Никита упал, потеряв сознание. Воскресенский тяжело дышал. Ему было абсолютно похуй на то, что Юра всё записал, что на него могут повесить дело, что даже Вика мямлил себе под нос, прося остановиться. Всё что сделал после избиения владельца «Подслушано» Сергей, это плюнул на пострадавшего и, грубо взяв друга за запястье, вывел его из этого поганого дома. Больше они никогда сюда не придут. Парни вышли на улицу. Оба понимали, что говорить не нужно, да и невозможно. Оба стояли в тишине под снегопадом, которую прерывал лишь плачь Романенко и трезвонящий телефон. Голые колени дико дрожали от холода, а немного грубая кожа покраснела. Виктор смотрел себе под ноги, на снег, на который капали его слёзы. Он унижен. Не просто перед сверстниками, общественностью… Он опозорен перед собственным отцом, который ему доверяет и любит. Аркадий Александрович и так недоволен ориентацией своего младшего сына, так что представить его реакцию на столько откровенные фото было даже страшно. На Виктора, у которого, по-видимому, закончился адреналин, напало осознание всей ситуации. Ноги сами по себе стали подкашиваться. - Осторожней! – Сергей, заметив эту резкую слабость товарища, подхватил того под руки, облокачивая на свою грудь. – Вика... Но Романенко оборвал друга на полуслове, срываясь на отчаянный вой. По спине блондина пробежал табун неприятных мурашек. Он никогда не видел, чтобы его друг кричал так сильно. Виктор задыхался от холодного воздуха, поступающего в полость его рта, но продолжал надрывисто орать. Парень старался выплеснуть всё, что копилось годами, всё, что томилось глубоко внутри беззаботного, как всем казалось, паренька, всё, о чём знал только Сергей и больше никто, всё….. Хотелось выплюнуть все внутренности, на столько хотелось исчезнуть из этого мира. Воскресенский среагировал довольно быстро. Перевернув тело Виктора, он прижал к себе рыдающего друга, стискивая в объятиях. Всё, чего желал сейчас восьмиклассник, так это не слышать завывания лучшего друга, Которые причиняли и ему огромную боль. Хоть он и не понимал до конца всего ужаса ситуации - ведь в будущем жить с Аркадием Александровичем не придётся -, но, даже несмотря на это, сильно хотелось плакать. - Шшш… Скоро приедет машина, поедем ко мне домой. У меня все уехали, так что не волнуйся. Отцу твоему пока ничего не скажем. Игнорируй его, - голос Сергея слегка подрагивал. Он всегда плохо подбадривал людей. Просто не умел это делать. Но хоть ему тоже было сложно, сейчас никто другой помочь Виктору не сможет. Никому, кроме Воскресенского, не будет дела до проблем Романенко. Они остались одни... Но, пока что, в Викторе продолжала теплиться надежда, что его отец отрегировал не так плохо, как он думает. Но, как известно: "Надежда - вся в говне одежда".