Так чай с ромашкой или...

— Софа, вставай! — милый парень, который наклонялся ко мне, чтобы поцеловать, исчез. Черт, ну, почему нельзя было подождать, пока я досмотрю сон? Поудобнее устроившись, закрываю глаза в надежде, что опять увижу ту же картину, но получается так, что я просто додумываю сновидение. С горьким охом встаю, так как мама совершенно не хотела успокаиваться, заходя ко мне каждые три минуты. — Я услышала и с первого раза! Не женщина, а тиран! — я со смешком отклонилась в сторону от летящего полотенца. Мама улыбнулась и спустилась на кухню, что-то напевая себе под нос. В ванной я взглянула на себя и офигела. Как еще люди меня не пугаются? Темные круги под глазами, волосы кудрями смотрели в разные стороны, одна прядка вообще ловила связь с космосом. Глубоко вздохнув я начала приводить себя в порядок. Если с лицом я быстро управилась, то с макаронной фабрикой на голове мне предстояло долго воевать. Эти чудо-локоны никак не хотели расчесываться, а после расчесывания они распушались до невероятных размеров. Каждое утро я ругаю папину генетику. Все-таки еле справившись с этим ужасом, я оделась и спустилась вниз. Мама бегала и уже собиралась на работу, а отец читал книгу и пил кофе. Он на несколько секунд отвлекся от чтения, чтобы пожелать мне доброго утра. Как же доброе. По его лицу было понятно, что оно нифига не доброе. — Пап, мир ярче, когда ты улыбаешься, — мужчина перевел хмурый взгляд на меня и оскалился, изображая улыбку. Я от смеха чуть не подавилась тостом. — Соф, мир ярче, когда я не встаю в семь утра, — я согласно кивнула и отпила кофе из своей кружки. — Алиса, ты встаешь в шесть часов утра, чтобы успеть собраться к восьми. Но ты все еще не одета! — Я вообще-то кормлю еще ваших собачек, если ты не забыл, — мама ловко выкрутилась из ситуации и скрылась в комнате. Я встала из-за стола, бросив отцу, что буду во дворе с Каспером и Джином. За дверью меня встретили радостные доберманы. Один альбинос — Каспер, а другой черный — Джин. — Тише, мальчики. Вечером поиграем, сейчас мы уже уезжаем, — я погладила каждого пса и оглянулась на звук открывающейся двери. Отец закрыл дверь и щелкнул ключами от гаража. Он подошел к собакам, которые тут же принялись прыгать вокруг него. Папа улыбнулся, потрепав двух довольных доберманов. — Соф, выедешь из гаража, я пока с парнями поиграю, да домой загоню, — я кивнула, забирая ключи от машины. Папа сам учил меня водить машину, поэтому с легкостью доверяет иногда ездить на ней. Только по проселочным дорогам, так как у меня еще нет прав. Я запрыгнула в машину и завела огромный внедорожник. Нажала тормоз, поставила заднюю передачу, дала немного газу и выехала из гаража, а оттуда уже за ворота нашего двора. Пока мама закрывала дверь на ключ, мы с папой успели поменяться местами. Он как всегда включил рок, тихо подпевая каждой песне. Даже как-то настроение поднялось, но тут же испортилось, как только я увидела школу. — Софа! — меня окрикнул парень, который бежал навстречу. Я тихо выругалась, но улыбнулась шатену. Передо мной стоял Евгений Громов. Почему-то он считал, что мы друзья. Так оно и было, когда мы учились еще в начальной школе, но потом этот ненормальный стал меня унижать при всех. С того момента я решила, что нам с ним не по пути. Только до наглого мальчишки все никак не доходит. Иногда он бывает милым, даже, наверное, в последние два года он достаточно мил, но я категорически не хотела ни с кем общаться. — Привет, Жень, — я махнула рукой и мы пошли в сторону главного входа. Там уже собралась целая куча народа. Мой взгляд зацепился за девушку, одетую, как на панель. Ирина Симова. Как же без нее. С ней мы тоже дружили в начальной школе. Даже считались лучшими подружками. Только потом у нас разделились интересы в жизни. Ей стала интересна брендовая одежда, сериалы с красивыми мальчиками, мальчики в реальной жизни, косметика и тому подобное. А меня интересовали книги, уроки, прогулки с собаками и домашние отношения. Так и разделились. Ира считает, что я ее предала, хотя предательства не было ни с ее стороны, ни с моей. Просто разные интересы. Этого достаточно, чтобы прекратить общение. Только вот сама девушка так не считала и при каждом удобном случае начинала свою уничтожительную речь. — О, Софочка пришла, — она гадко улыбнулась. Равнодушный взгляд был ей ответом. — Может тебе подсказать парикмахера, который убрал бы этот ужас с твоей головы? Хотя, мне кажется, что ничего уже не поможет, — внутренне я дернулась, но не показала, что ее слова хоть как-то меня задели. — Дорогая, тебе не поможет даже мозг, которого в начилии у тебя нет, — я отвернулась и посмотрела на собравшихся учителей. Тут кто-то прошел и зацепил меня плечом. Утро, и так уже подпорченное некоторыми особами было испоганено совсем. — Смотреть надо, куда идешь! — на меня повернулся мужчина. Черные волосы, карие глаза, трехдневная щетина, одет с иголочки. Я быстро засунула свой язык себе же в жопу. — Не нужно стоять в проходе, юная леди, — он нахмурился и пошел дальше, где встал рядом с другими учителями. Я охренела от его тона, но не стала дальше развивать диалог. Учителя начали свою унылую речь, говоря, чтобы мы все были умничками и зайчиками. После чего весь народ разбегается по классам. Я неизменно сажусь за третью парту одна. В классе стоял гомон, от котого уши закладывало. Со звонком в класс зашел молодой мужчина, на котором мой взгляд задержался. Это был тот самый, который сегодня на линейке задел меня плечом. Что у он тут забыл? — Доброе утро, — он обвел класс своими карими глазами, — я ваш учитель по математике и по совместительству классный руководитель, Соколов Константин Юрьевич, — и наконец настала тишина. Все разом замолчали, пытаясь понять, что вообще происходит. — Изабелла Павловна уволилась по личным причинам, поэтому меня вежливо попросили поработать один год в данном заведении. Начнем с переклички, — он сел за учительский стол и открыл журнал. Девушки не сводили с него глаз, а я проклинала себя. Только я могла поцапаться с новым учителем в первый же день. Супер, Софа, так держать. Учитель даже не обратил внимания и начал называть одноклассников по списку. — Антонов Антон… кхм… да, у Ваших родителей фантазия… — в этот момент встал мой одноклассник и тихонечко фыркнул. — Вы еще мое отчество не знаете, — он нагло ухмыльнулся и сел на свое место. — Предполагаю, что Антонович, Антон, — мужчина не стал дого акцентировать внимание на данном субъекте и пошел дальше. Он перечислял всех, пока не дошла очередь до меня. — Соколовская Софья, — Константин Юрьевич поднял на класс глаза, ожидая, кто встанет со своего места. Я со вселенской грустью встаю и киваю. — Ага, вот и ты, Софья, — он поставил какую пометку в блокноте. — Что-то сейчас ты не особо разговорчивая. — Весь запал на линейке ушел, — я тихо фыркнула и села на место. Мужчина усмехнулся. — Чувствую, что не весь, — не успел он закончить свою фразу, как с места встала Ира. — Вы не обращайте внимания, она просто не от мира сего, — вставила она свои пять копеек и снова плюхнулась своей задницей на стул, под смешки своих последователей. — Симова, а я разве разрешал Вам что-то говорить? — Константин Юрьевич строго посмотрел на Иру. Она тут же замотала головой и уткнулась в парту. Константин Юрьевич закончил перекличку и сурово проговорил: — Ну, что ж, 11 «А», со знакомством мы закончили, а теперь приступим к уроку, — учитель отвернулся к доске, выводя какие-то формулы. — Константин Юрьевич, а может мы сегодня не будем учиться? — раздался голос Киры Родиной. Учитель даже не повернулся. — Если у Вас нет желания, то можете покинуть кабинет. Никого насильно держать не собираюсь. Ваше дело, — он даже не отвлекся ни на секунду, чтобы отчитать одноклассницу. Это меня поразило. Кира отличница, за ней бегают все учителя, лишь бы попку полизать такой хорошей девочке. Я повернула голову в сторону Родиной и заметила замешательство на ее лице. Она явно не ожидала, что ей так ответят. — Константин Юрьевич, да что Вы… — на этот раз учитель повернулся и выгнул бровь, насмешливо смотря на Киру. — Родина, если ты сейчас же не закроешь рот, то я поставлю тебе двойку за то, что срываешь урок, — на этом все притихли, но тут вскочила Ира, пытаясь отстоять права своей подружки. Однако тут уже не выдержала я. — Симова, закрой свой рот и сядь на место, — я устало протянула и уставилась на формулы. — Ты прекрасно понимаешь, что этот спор ни к чему хорошему не приведет, да тем более, вы не правы. На удивление Ира послушно села за парту и опустила голову. Учитель благодарно повернулся ко мне и улыбнулся. Я, проигнорировав данное действие, стала записывать все, что было написано. Все остальные последовали моему примеру. Константин Юрьевич весьма доступно объяснял тему, что мне вполне нравилось. Поэтому даже не заметила, как прозвенел звонок. Он быстро задал нам домашку и сел на стул, открывая журнал. Мимо меня прошла Ира, которая споткнулась о свою же ногу и повалилась на пол. Тут же раздался дикий крик от нее. — Зачем ты поставила мне подножку?! — она грозно смотрела мне в лицо. Я же нихрена не понимала. Как я могла поставить ей подножку, если мои ноги в другой стороне от прохода? — Константин Юрьевич, она поставила мне подножку! Учитель даже не взглянул на нее: — Во-первых, я не собираюсь разбираться в таких мелочах. Во-вторых, Софья не могла поставить Вам подножку, так как она сидит совершенно в другую сторону. Попрошу больше не вмешивать меня в свои интриги против одноклассников. И да, можете забыть даже об этом, не потерплю в своем классе крыс, — он резко встал и вышел и кабинета, оставляя меня с этой чокнутой. — Ир, хорош, я не хочу выяснять отношения, — и пока она не отошла от шока, я быстро смылась на следующий урок.