Теории и доказательства

Долгий сон безо всяких сновидений, в том числе эротических, был мне необходим. После всех неудач, нервов и даже физической боли требовался хороший отдых - да, будь ты хоть альфой, хоть омегой, хоть даже бетой, отдых нужен всем, невзирая на различия между нами. Проснулся я сам - никто меня не будил, просто мои силы восстановились, и лежать на кровати дальше не было смысла. Я открыл глаза и осмотрелся. Я лежал на кровати у стены. Слева от меня стоял компьютерный стол, плотно прижатый к стене и заканчивавшийся где-то на уровне моей груди - таким образом, моё лицо было скрыто от того, кто сидел за компьютером. В комнате было непривычно темно. Я вобрал полную грудь воздуха и потянулся, затем сел на кровати. Помещение, в котором я оказался, было какого-то полуподвального типа - без окон и каких-либо источников освещения, кроме нескольких ярких мониторов, стоявших на компьютерном столе. За ним, как раз, и сидел Дэн. ― Доброе утро, - с насмешкой произнес омега, не отрываясь от одного из экранов. Я прижал ладонь ко лбу и вдруг осознал, что на мне нет футболки, а мой торс почти полностью перевязан бинтами, как и лодыжка левой ноги - джинсы в этом месте были распороты. ― Ты меня сам "починил"? - спросил я. ― Ага, - просто ответил Дэн, после чего добавил: - Твою футболку пришлось порвать, чтобы перевязать тебе рану, ещё там, у кафе. ― Спасибо... Наверное, мне следовало радоваться - я смог убедить Дэна в непорочности своих намерений, причем так, что он даже довел меня до своего дома и подлатал мои раны. С другой стороны, я смотрел на него сейчас и по-прежнему не видел никакого интереса с его стороны ко мне. Юный, свежий, как едва распустившаяся роза, омега не обращал ровным счетом никакого внимания на полуголого, мускулистого и крепкого альфу в самом расцвете сил, сидевшего всего в полуметре от него. Ни интереса, ни смущения - всё это было настолько странно и непривычно, что мне становилось не по себе. Тем не менее, продолжить разговор я решил, переключившись на другую тему. ― Странное у тебя жилище, - сказал я, оглядываясь по сторонам. Входная дверь находилась в самом дальнем от меня углу. Противоположная кровати стена была уставлена шкафами, наполненными какими-то папками самых разнообразных цветов и неаккуратно сложенными стопками бумаг. Справа от компьютерного стола виднелась маленькая двухконфорочная плита со стоявшим на ней чайником и небольшой столик, предназначенный, по-видимому, для приема пищи. ― Похоже на логово сумасшедшего ученого, - добавил я пару секунд спустя. Дэн усмехнулся. ― Может, и сумасшедшего, - пожал омега плечами. - Но мне больше нравится термин "независимый ученый". Всё же, моя работа никем не финансируется. ― И что же ты изучаешь? - поинтересовался я. Дэн вздохнул, на секунду перестав барабанить пальцами по клавиатуре. Ответа, однако, не последовало. ― Дэн?.. ― Вас. ― Кого - нас? - не понял я. Дэн повернул голову ко мне и устало произнес: ― Вас, альф. У меня пропал дар речи. Дэн опустил глаза, понимая, что закончить свою работу ему вряд ли удастся. ― Как... как же так можно? - проговорил я. - Как можно изучать живых людей? ― Кажется, я с тобой уже делился своей позицией относительно альф... - начал было омега. ― Живых людей, Дэн, живых! - перебил я, неотрывно глядя на него. - Все мы люди, вне зависимости от того, альфы мы, омеги или беты, неужели ты не понимаешь?! ― Понимаю. На этом он и остановился - ограничился лишь одним словом. Я смотрел на него, пытаясь понять, как я вообще мог найти в нём хоть что-то. Шок был настолько силен, что я поднялся с кровати и, не обращая внимания на тут же схватившую раны боль, направился к выходу. ― Если ты думаешь, что я ставлю эксперименты на таких, как ты, то можешь успокоиться. Всё-таки, как никак, это глупо, сам признай, - произнес, не поднимая головы, Дэн, тем самым остановив меня перед самой дверью. Я развернулся к нему и сжал зубы. ― Но почему, Дэн, почему?! Парень молчал. Я подошел к столику рядом с плитой и сел на стул лицом к нему. ― Почему? - повторил я свой вопрос. Омега прижал ладонь к глазам и откинулся на стул. ― Ты правда хочешь знать? Зачем? - спросил он, явно нервничая. ― Я тебе уже без счету раз говорил, что ты мне небезразличен, - терпеливо ответил я. Дэн нервно сглотнул и скрестил руки на груди. ― Я знаю, ты скажешь, что всё это глупо, - начал он. - Что глупо ронять слёзы по тому, что прошло уже давным-давно. - Он сделал паузу. - Когда мне было шестнадцать, я впервые полюбил одного человека. Альфу. И мне казалось, что моя жизнь стала идеальной - ведь у меня была любовь, которая застилала мне глаза, и я не мог видеть, что влюбился в чудовище. Когда у нас был первый секс, я увидел его истинное лицо, и сразу же после этого он ушёл. Ушёл и разбил мне сердце... ― То есть, всё это из-за какого-то парня, да? - вздохнул я. ― Нет, не из-за кого-то! - вскрикнул он, повернув голову ко мне. На глазах его блестели слёзы. - Что бы ты сделал, если бы все твои мечты, все представления о том, какой должна быть жизнь, внезапно превратились бы в пепел? Ясное дело, тебе не понять - ты же не омега, твоё сознание более устойчивое и стабильное! Дэн отвернулся. Я видел, как дрожали его губы и внезапно что-то почувствовал. ― То, что один альфа оказался сволочью, не значит, что все остальные такие же, - пытаясь разобраться в своих ощущениях, сказал я. - В мире огромное количество как альф, так и омег, и несмотря на множество факторов, которые объединяют и тех, и других, все мы разные. Ты не можешь просто взять и причесать всех под одну гребенку, понимаешь? Это неправильно. Я думаю, ты, обладающий такими большими знаниями, должен это знать. А уж впадать в такие крайности, как это... Что-то заставило меня остановиться. Дэн внезапно резко повернул ко мне голову, глаза его были расширены от ужаса. Я не мог понять, что произошло, пока в нос мне не ударил внезапно усилившийся во много раз сладкий омежий запах. Парень соскочил со стула и побежал к противоположному входной двери дверному проему. Не теряя ни секунды, я бросился за ним, предчувствуя, что может произойти что-то ужасное. Я ворвался в помещение, которое отделялось от главной комнаты темной, незаметной в полумраке шторой. В глаза брызнул яркий свет - он исходил от прожектора, походившего на те, что используются в больницах при операциях. В этом свету тонкая фигура Дэна трясущимися руками открывала какой-то ящик, и мгновение спустя я увидел шприц. Один рывок - и я перехватил руку омеги, собиравшегося сделать себе инъекцию. ― Пусти!! - проорал парень, пытаясь вырваться. ― Это и есть та причина, по которой твой запах почти не чувствуется, да? - в негодовании прошипел я. - И как давно ты этим себя травишь? ― Отдай! Мне нужно принять его, немедленно! Отдай... Я выбил шприц, наполненный какой-то полупрозрачной синеватой дрянью, из его руки и, развернув, прижал к стене. ― Ты что, совсем больной?! - сорвался я на крик. - Зачем ты этим себя колешь, ты хоть о детях своих будущих подумал?! Дэн опустил голову и всхлипнул. ― Нет... - Он поднял на меня свои полные слёз глаза. - Нет, я ни о чем не думал. Я просто хотел, чтобы никогда больше ничего подобного со мной не произошло... Я боюсь этого всего... Эта течка... Она заставляет всех альф сходить с ума от одного-единственного омеги... Боже, нет... Я тоже... схожу с ума... Слёзы катились из его больших голубых глаз, а я стоял и смотрел в них, отчаянно перебарывая себя, пытаясь не дать сладчайшему запаху, что только может почувствовать альфа в своей жизни, завладеть мной. ― Дэн... Я обещал, что никогда не сделаю тебе больно... - проговорил я, пытаясь собрать мысли воедино. - Я клянусь: я люблю тебя, и буду любить всегда, и никогда не дам кому-либо причинить тебе боль... Пальцы омеги коснулись моего обнаженного торса. Я внимательно посмотрел на него - парень глядел на меня как-то иначе. Запах усилился настолько, что от него кружилась голова. Ещё мгновение - и Дэн прильнул ко мне и с неконтролируемой страстью впился в мои губы, за секунду превратившись из ненавистника альф в настоящего течного омегу. Дрожащими руками водя по моей груди и возбужденно дыша, Дэн целовал меня - у него абсолютно снесло крышу. Секунду-другую я пытался остановиться, памятуя о данном обещании, но долго не протянул... В мгновение ока мы оказались на кровати, на которой ещё несколько минут назад я лежал один. Срывая с себя джинсы, сквозь которые уже был виден мой возбужденный член, я оставлял засос за засосом на горячей шее Дэна. Легкая ткань лопнула, мои джинсы полетели в сторону, и я принялся освобождать любимого от одежды. Стащив с омеги футболку, я почувствовал, как его руки начинают ласкать мой член сквозь трусы, а затем и вовсе достают его оттуда и принимаются дрочить. Пытаюсь сдержать рык - не получается; штаны Дэна летят на пол, срываю с источающего крышесносный запах тела последний элемент одежды - маленькие трусишки - и приникаю ртом к крохотной дырочке, вовсю истекающей смазкой. Дэн стонет от удовольствия, глядя, как мой язык исчезает внутри него. Меня эти стоны сводят с ума - хватаю ноги омеги и развожу их в стороны, приставляю разбухший до невозможности член к "входу" в Дэна и вдруг замираю. "Я никогда не причиню тебе боли..." ― Прошу, не останавливайся... - шепчет парень, дрожа всем телом. Я готов был разорвать его хрупкое тело прямо здесь и сейчас, но противился этому, как мог. Аккуратно располагаясь над Дэном, я прижимаю его тело к своему, смотрю в глаза, совсем не отвлекаясь на боль от ран, целую... ...И медленно вхожу. Омега содрогается. Одна лишь только головка члена была уже большим испытанием для него. Сжимаю его тело сильней, смотрю в испуганные глаза - и проталкиваю член дальше, глубже внутрь, в горячее нутро, пытаясь сдержать полный страсти крик, запрокидывая голову... И вдруг слышу возбужденный стон. Опускаю глаза и вижу, что лицо любимого преисполнено удовольствия. ― Да... - шепчет он. - Да... С облегчением целую его в шею, спускаюсь так низко, как только могу - начинаю двигаться внутри него вновь. Выхожу по полной, смотрю на свой блестящий от смазки член, который, кажется, стал ещё больше в размерах, и снова ввожу его, кайфуя от того, как узкое кольцо ануса сжимает ствол моего органа, пропуская его дальше. Дэну ничуть не плохо - он стонет, извивается и пытается как можно глубже насадиться на меня. Я целую омегу в губы вновь, начиная с ещё большей скоростью проталкивать член внутрь, чувствуя себя диким зверем, рыча и оставляя следы зубов на бледной коже. Член движется в горячем нутре всё быстрее и быстрее; яйца, уже почти месяц копившие сперму, бьются о мокрые от пота и смазки ягодицы Дэна. Чувствуя, что достигаю предела, сжимаю тело омеги с такой силой, что становится слышен хруст костей, и, не противясь страстному реву, поднимающемуся у меня внутри, кончаю - член сокращается с сумасшедшей скоростью, невыносимо горячая сперма вырывается из возбужденного органа и проникает вглубь Дэна, струя за струей. Несколько секунд я нахожусь на вершине блаженства, и вот всё заканчивается - напряжение спадает, и я валюсь на кровать рядом с Дэном, аккуратно вынимаю из него член - слегка касаюсь живота любимого омеги и понимаю, что он тоже кончил - и нежно целую его в макушку. Его рука тянется ко мне и приобнимает за шею - вижу, что он улыбается. Плотно прижавшись друг к дружке, мы без лишних слов засыпаем.