Last Resort

Для Джайны море было ее спокойствием. Она выросла в нем и провела большую часть своей жизни в приближении воды; когда Джайна только покинула Кул-Тирас, это ее особенно не трогало. Но сейчас это было другое побережье, и другое море. Оно было слишком теплым, слишком сухим, и корабли в гавани были слишком неправильные и непривычные. Джайна стояла на причале снаружи Оргриммара, наблюдая как пехотинцы разгружают ящики из Зандалара. Проходящий мимо таурен кивнул ей, его компаньон тролль с подозрением оглядел ее. Она одарила их обоих фальшивой улыбкой и задумалась о своем положении. Была какая-то ирония в том, что она была точкой опоры, на которой балансировал мир. Она так долго хотела этого, но получила только то, что ей бросали этим в лицо снова и снова, все больше раздражая, пока все, что она могла предложить, не превратилось в грубый, горький гнев. Год назад она была готова уничтожить Орду. Сегодня она была единственным, что стояло между взаимно гарантированным уничтожением обеих сторон. Но на самом деле она была тем взаимно гарантированным уничтожением. Словно реагируя на ее настроение, грозовые тучи потемнели на горизонте, и она увидела вспышку молнии. «Думаешь о том, чтобы спрятаться?» Знакомый голос раздражал ее, и Джайна едва взглянула в сторону Натаноса. «Кажется, мне сказали, что я могу ходить по всему Оргриммару. Разве это не часть Оргриммара?» «Формально», — разрешил Натанос. «А если бы я захотела посетить Громовой утес? Серебряную Луну? Сурамар?» Он посмотрел на нее с непроницаемым лицом, позволив ее вопросу повиснуть в воздухе. Как раз в тот момент, когда она подумывала ударить его своим посохом, он ответил. «Как и было согласовано, все земли Орды открыты для вас, и вы можете, при случае, навестить семью и друзей где угодно». За исключением того, что на последнее было бы ограничение по времени, но это была цена, которую Джайна была вынуждена заплатить за это разрешение Поэтому она кивнула и посмотрела мимо него в сторону городских укреплений. Ее горло сжалось, а во рту пересохло. «Время пришло, не так ли». Натанос наклонил к ней голову, и Джайна не могла сказать, что он чувствовал или думал. Но на самом деле ей было все равно. Она посмотрела на себя, на темно-синее с белым свадебное платье своей матери. Платье, которое она когда-то думала надеть для кого-то другого. Это была еще одна ирония судьбы, хотя она отказывалась об этом задумываться. Подняв руку, она жестом велела Натаносу подойти ближе, когда вокруг нее закружилась магическая энергия. Она собиралась пройти через это. ***Тремя месяцами ранее*** Война ни для кого не закончилась хорошо. От флотов Орды и Альянса почти ничего не осталось; силы Кул Тираса и Зандалара почти уничтожили друг друга. Половина Боралуса превратилась в руины, и Зулдазар был не в лучшем состоянии. И отчеты о жертвах… отчеты о жертвах вызывали у Андуина кошмары. Несмотря на прогресс, достигнутый эльфами в Ясеневом Лесу, основная часть армии Альянса была задержана в Пустошах. Основные силы Орды оставались лагерем в Красногорье. Если их линии снабжения были так же сильно нарушены, как и у Альянса, Андуин был уверен, что у них было столько же проблем. Все свелось к Азериту. У обеих сторон он был, и последствия этого были разрушительными. За каждую потерю, понесенную Ордой, в свою очередь страдал Альянс. В отчетах сообщалось, что растущее число погибших становится неприемлемым. Им нужен был мир, пока еще существовали Орда и Альянс, чтобы договориться друг с другом. Не в первый раз Андуин спрашивал себя, что бы сделал его отец. Почему-то он был уверен, что Вариан мог бы полностью предотвратить войну. Вариан Ринн лучше контролировал Альянс. Другие лидеры уважали его. Даже Сильвана уважала его. И теперь Андуин был уверен, что они на грани уничтожения. Шаги вернули его внимание к происходящему здесь и сейчас, и он поднял голову, чтобы увидеть приближающуюся эльфийку. У нее были фиолетовые волосы, собранные сзади в два хвостика, в челку были вплетены разноцветные лианы, и он узнал печати Штормграда и Бронзовую Стаю Драконов на ее пальцах. Что еще более болезненно, благодарность, которую, как он помнил, давал Болвар Фордрагон, была помещена под нашивкой ночного меча на ее плече. Он одарил чемпиона улыбкой. «Юкале, в чем дело?» Она переступила с ноги на ногу, затем потерла затылок и протянула запечатанное письмо, прежде чем поняла, что что-то забыла, и склонила голову перед ним. «Ты не поверишь, но Орда хочет говорить о мире». Не совсем веря своим ушам, Андуин взял письмо и уставился на печать, оттиснутую символом Орды. «Ты уверена?» Юкале с надеждой улыбнулась. «На все сто». Он знал, что, вероятно, было что-то еще в истории о том, как разбойнице было передано письмо, но он давным-давно понял, что иногда некоторых вещей лучше не знать. Он сломал печать, развернул послание и прочитал его. А потом он перечитал его заново. Андуин поднял голову, встретившись взглядом с Юкале: «Мне нужно, чтобы ты вызвала лидеров Альянса. И нам нужно будет найти нейтральное место для встречи». «Я сразу же займусь этим. И я думаю, что у меня есть идея относительно места». Улыбка Юкале стала шире, когда она бросила Андуину монету. Осмотрев брошенную монету, он снова взглянул на нее: «Что это?» «Маленький подарок, который я достала из кармана Темной Леди», — ответила она и выбежала из зала, когда за ее спиной раздался смех короля. ****** Старый корабль был не совсем тем местом, которое Сильвана представляла себе для этих переговоров. Она даже не хотела этих разговоров, но она так же, как и Андуин, понимала, что если бы война продолжалась дальше, не было бы Орды, которую можно было бы возглавить. Должность, о которой она никогда не просила, но теперь, когда она стала ее, она сделает почти все, чтобы сохранить свою Орду в целости, независимо от того, как некоторые отреагируют на ее методы. «Ну как это очаровательно». Она прошлась по палубе, обращаясь к ночной эльфийке, прислонившейся к мачте корабля, и болтая с одной из Отрекшихся чемпионов Сильваны. Сильвана не питала иллюзий относительно лояльности разбойницы и того, где они могут находиться, но Юкале была одной из немногих героев Азерота, которая провела больше времени со своим клинком в спинах общих врагов Орды и Альянса, чем в спинах Орды. Ан’Кираж, Нордскол, Смертокрыл, Гаррош, Легион. Сильвана прищурила глаза, задаваясь вопросом, думали ли Калдореи когда-нибудь о том, чтобы направить на нее эти опасные на вид клинки. Юкале умерла бы в одно мгновение, но Сильвана с уважением отнеслась бы к ее попытке. «Свист Ветра» когда-то был пиратским кораблем. Здесь все еще пахло ромом, и полдюжины членов экипажа слонялись вокруг, пока корабль мирно сидел между ордой и большим кораблем Кул-Тираса, который казался смутно знакомым. Любой из военных кораблей мог уничтожить Свист Ветра, не вспотев, так что это было немногим больше, чем символический барьер. Но Сильвана научилась ценить силу символов. Она жестом пригласила другую Отрекшуюся присоединиться к ней, когда одна из предателей Рен’дорей прильнула к Юкале, приподнявшись на цыпочки, чтобы поцеловать ее. Закатив глаза, Сильвана прошлась по палубе, ее Отрекшаяся была рядом с ней. «Ты доверяешь ей, Тайра?» Тайра обратила свой слабо светящийся взгляд на эльфов. «Настолько, насколько вы могли доверять кому-либо из них, миледи. Но для этого? Я думаю, что мы должны больше беспокоиться об Альянсе, чем о ней». Тайра Коул была одной из самых фанатичных защитниц Сильваны, получавшей удовольствие от сбора трофеев с мертвых. Обычно этот воин носил пояс, на котором болтались уши. Но пояс на удивление отсутствовал. Сильвана предположила, что это был знак, что ее приказ не враждовать с Альянсом был выполнен. Она хотела приберечь свой пыл вражды на потом. Теребя вязаный рукав под своей броней, Тайра взглянула на нее, затем через воду на корабль Альянса. Сильвана смогла разглядеть лодку, плывущую к ним. Наконец то. «Могу я спросить у вас кое-что, миледи?» «Конечно», — ответила Сильвана, не сводя глаз с лодки. «Это уловка, не так ли? Заманить их сюда, а потом разбить навсегда, да?» Она перевела взгляд на Тайру: «Нет. Я боюсь, что это не уловка. Путей к победе больше нет. Если мы хотим, чтобы Орда выжила, процветала, это единственный путь». Пока что. Тайра нахмурилась, затем кивнула и отсалютовала Сильване. Она присоединилась к остальной части почетного караула Сильваны, стоя рядом с орком и его подругой Син’дорей. Она не могла точно вспомнить их имена, но чувствовала, что Син’дорей беременна. Снова. Эти двое размножались, как кролики, и она фыркнула. Они, вероятно, еще не знали. Возле рулевой рубки она заметила темнокожую человеческую женщину. Как и Юкале, она носила нашивку с ночным мечом на наплечной броне. Интересно. У нее было непринужденное поведение, но Сильване было очевидно, что она так же пристально следит за ней, как и она за ними. Пока она смотрела, грозовая ворона приземлилась на перила рядом с ней. Женщина протянула руку, знакомым жестом провела пальцами по шее птицы и заставила ее прихорашиваться. Несмотря на милую сцену, у Сильваны создалось отчетливое впечатление, что на нее пристально смотрит друид. Ее подчиненный орк пошевелился, его пальцы сжались на рукояти топора, когда он прислонился к перилам. Сильвана лениво гадала, нападет ли он на друида или на нее саму. Темная Леди была более чем осведомлена о недовольстве в ее рядах. Это было для них такой же проверкой на лояльность, как и попыткой заключить какой-то мир. Лодка добралась до веревочной лестницы. Сильвана сцепила руки за спиной, когда все остальные на борту напряглись. Краем глаза она увидела, как Юкале нервно поигрывает чем-то на поясе, в то время как ее пара смотрела на Син’дорея, которая приблизилась к Сильване. Наклонившись, она прислушалась, слушая женщину: «Кроме двух негодяев, друида и паладина, в вороньем гнезде еще есть охотник. Они называют себя Авангардом Ночных Мечей.» Это не учитывая никого под палубой или команду, но Сильвана не считала команду угрозой. Пятеро в этом Авангарде и Андуин. Она сама, ее воины и священник. И Натан, конечно, в укрытии. Шансы есть, если все это пойдет наперекосяк. Она в последний раз прокрутила в голове свои непредвиденные обстоятельства, когда король Андуин Ринн поднялся на борт, а Джайна Праудмур не отставала от него. Черт, это объясняло, почему корабль был знакомым. Шансы больше не были в ее пользу. Она должна была привести чернокнижников. Сильвана одарила их улыбкой. «Я вижу, вы оставили свою собаку дома. Мудрое решение. Нам не нужно, чтобы он тут везде мочился». Они могли бы обсудить дальнейшие детали с другими лидерами своих фракций позже, но на этой первой встрече это будут только они. Если бы они вообще хотели, чтобы в следующем десятилетии наступил мир, собрать всех лидеров фракций на конференцию так рано было бы чертовски сложно и, скорее всего, закончилось бы тем, что кто-то потерял бы глаз. Праудмур оказалась неприятным сюрпризом. У мальчика определенно была привычка преподносить ей неприятные сюрпризы. В центре палубы был накрыт стол с двумя стульями. Сильвана подошла к нему, отодвинула стул и села, не дожидаясь никого другого. Она оперлась на задние ножки, положив ноги на стол и пристально посмотрела на Андуина, когда он сел напротив нее. «Ну и?» Андуин поднял руку, как будто собирался ущипнуть себя за переносицу, но остановил себя. Вместо этого он наклонился вперед над столом и спокойно сказал: «Ты та, кто предложил оливковую ветвь, вождь.» «Тогда давайте перейдем к делу, верховный король. Лорд адмирал.» — Сильвана махнула рукой, украдкой следя за Джайной, когда говорила. «Мои шпионы сообщили мне, что у Альянса есть три месяца, пока у вас не кончатся ресурсы. Ваши подданные голодают, ваши города и сельскохозяйственные угодья лежат в руинах. Вы не можете ловить рыбу, так как рыбу невозможно найти». Она убрала ноги со стола и выпрямилась. «Я уверена, что ваши шпионы рассказывали подобную историю и об Орде. И это правда». Джайна смотрела на нее, но Сильвана отказывалась ее замечать. Она была здесь, чтобы поговорить с Андуином, и больше ни с кем. Разозлить Джайну было всего лишь бонусом. Маг сделала шаг вперед. Мгновенно за спиной Сильваны лязгнули доспехи, зашуршала ткань. Она подняла руку, и движение прекратилось; после напряженного мгновения она услышала почти незаметный звук натянутой тетивы над ней. «Ты права, по всем пунктам», — сказал Андуин, и Сильвана почувствовала что-то, что какая-то часть ее помнила, было облегчением. «Разделившись, мы оба умрем. Вместе у нас, возможно, будет шанс выжить». Она встретилась взглядом с молодым королем, Андуин был слишком неопытен, чтобы скрыть свое потрясение. «Я провела все расчеты, какие только могла придумать. Так что позвольте мне заверить вас, что это, в буквальном смысле, последнее средство, если моя Орда хочет выжить». Были альтернативы, и они висели над столом, пока она смотрела, как Андуин рассматривает их, как и всего несколько недель назад. Союз распался, Орды больше нет. Каждая раса и каждый народ идут своими разными путями или с ограниченными связями. Половина рас по обе стороны войны висела на волоске. Андуин не мог позволить Калдореям или Дренеям действовать в одиночку в их нынешнем состоянии так же, как она не могла позволить Черному Копью или Син’дорею. «Ты предлагаешь заключить союз?» Отвращение было ясно слышно в голосе Джайны, ее лицо исказилось от омерзения. Впервые Сильвана встретилась с ней взглядом. Она не могла винить ее. Они были слишком похожи в некоторых отношениях, и Орда сделала немыслимые вещи с Альянсом в целом и Джайной в частности. В некотором смысле, Джайна была идеальным примером человека того типа в Альянсе, которого было бы труднее всего - и абсолютно необходимо - убедить. Но Альянс не остался с чистыми руками. Война показала, что они способны на тот же уровень жестокости, в котором они обвиняли Орду. Взгляд Сильваны скользнул с красивого, хотя и усталого лица Джайны обратно на Андуина. «Нечто большее, чем союз, но меньшее, чем аннексия или поглощение. Открытые границы, свободная торговля, отступление войск». «Не все в Альянсе согласятся с этим», — указал Андуин, поднимая руку, чтобы остановить Джайну от разговора. «Как и все в Орде. Наши соответствующие руководители будут… настроены скептически.» Но Андуин был заинтересован, в его глазах читалось отчаяние, которое Сильвана прятала глубоко внутри себя. Она могла бы использовать это. «Это вещь, которую нам нужно будет обсудить. Что будет нужно, чтобы убедить остальных подписаться. А так же что делать с нашим азеритовым оружием». «А как же Запустение?» Костяшки пальцев Джайны побелели, когда она сжала их. Сильвана не смотрела на Джайну. Вместо этого она посмотрела сквозь нее, туда, где стояли чемпионы Альянса. Запустение было мощным козырем, от которого она так легко не откажется. Но дать им считать, что возможно она над этим подумает, можно. «И что делать с Запустением». В самом начале, как только она осознала масштаб опасности, с которой столкнулась Орда, она взвесила риски, связанные с тем, чтобы просто напустить Запустение на всех и убить, а затем воскресить всех, обратив в нежить. Это могло бы все упростить. Это также могло бы сделать ее слишком многими врагами, хотя она всегда хотела превратить Штормград в новую Отрекшуюся столицу. Но даже мечты должны умереть. «Есть определенные… ” «Законы, да, я знаю», — перебила Сильвана. «И у меня есть решение этой проблемы. Такой, который гарантировал бы, что ни одна из сторон не сможет действовать против другой без последствий». Андуин прищурил глаза. «Что ты предлагаешь?» Улыбнувшись, Сильвана показала им свои клыки. «Будет свадьба, маленький лев». Похоже, он не совсем поверил в то, что услышал, Андуин спросил: «Свадьба? С кем?» Был затянувшийся момент тишины, прежде чем Сильвана ответила. «Со мной». Медленно нарастающий ужас отразился на лице Андуина, когда он, естественно, предположил, что это будет он. Сильвана на мгновение перевела взгляд на Джайну. Достаточно долго, чтобы заметила только Джайна, и никто другой. «И я уверена, что мы найдем подходящего добровольца».