no colors without you

Джисон

Погода за окном дождливая и Джисон кое-как умещает в одной руке зонт, а во второй переноску с котёнком, при этом удерживая щенка под собственной курткой, стараясь никого не уронить. Они оставили новых питомцев у Сынмина, который живёт недалеко от приюта, потому что вечеринка должна была длиться долго, а малышам нужно внимание. Ну а Сынмина вечеринки не привлекают и он с радостью приютил животных на ночь. Сейчас же Хан с широкой улыбкой смотрит на щенка, который то и дело пытается высунуть мордочку из тёплой куртки, затем морщится от попадания капель дождя и прячется обратно. А котёнок спокойно себе спит в переноске, будучи защищённым со всех сторон и абсолютно невозмутимым. Джисон наконец добирается до дома Минхо, закрывая промокший зонт и открывая дверь собственными ключами. В доме необычно тихо, и Хан первым делом направляется на кухню, где обычно в это время его парень уже вовсю готовил всякие экспериментальные блюда. Но кухня пустовала, заставляя сердце Джисона слегка сжаться. Питомцы оказываются на свободе, рассматривая новую для них территорию и сразу же обнюхивая все углы дома, а Хан не уверен, стоит ли проверять спальню Ли, позвонить, или вообще просто подождать. У него много догадок, но волнение всё же присутствует до того момента, пока Минхо сам не выходит из комнаты, по дороге хватая котёнка и потираясь о его носик своим. Когда-то Ли сказал, что так коты здороваются и выражают свою любовь, поэтому Джисон такому жесту нисколько не удивился. —Доброе утро. Выспался? Прости, мы с Чанбином засиделись вчера за новой песней. Джисон ярко улыбается, как и всегда, но обниматься почему-то не лезет, хотя делал это без исключений каждый день. Ну или же у Минхо паранойя. —Прости, что не нашел тебя и ушел так рано. Лицо Ли виноватое и немного грустное, а Хан спешит убедить парня, что всё отлично и он совсем не обижается. Но Минхо это не успокаивает, и его беспокойство и миллиарды внутренних переживаний и мыслей совершенно точно заметны и Джисон их чувствует всеми фибрами своей души. —Ты хочешь поговорить, да? Хан мягко улыбается, усаживаясь за кухонный стол и выжидающе смотря на парня, кажется, уже заранее зная, что так тревожит Ли. —Джисон, я.. Минхо запинается, прикусывая губу и совершенно не зная, как начать. Для него Хан значит слишком много и делать ему больно это делать больно самому себе. —Ты же простил его? Ли замирает, смотря широко раскрытыми глазами и обдумывая смысл сказанного, а Джисон всё так же улыбается, переводя взгляд на руку парня, чтобы тут же взять её в свои и крепко сжать в успокаивающем жесте. И это работает, потому что Минхо немного расслабляется, внимательно всматриваясь в чужие глаза. *flashback* Феликс закрывается с Ханом в самой дальней комнате и на его лице очень явное переживание и волнение. Джисон прекрасно понимает, что разговор будет не из приятных, но спешит успокоить Ликса, похлопывая по месту рядом с собой, чтобы тот сел и перестал наворачивать круги по комнате. —Хёнджин вернулся. Феликс выдыхает так тяжело, будто всю жизнь держал это в себе и наконец сказал, осторожно смотрит на парня, проверяя реакцию, а затем продолжая. —Он любит его, Хани.. Очень любит. Джисон утвердительно кивает, и без того прекрасно зная этот факт, выражение его лица почти не меняется, не считая ускоренного сердцебиения и появившейся тревоги внутри. Феликс не знает, что сказать ещё, поэтому тишина затягивается, после чего Хан сам смотрит на парня и грустно улыбается. —Я бы никогда не сделал его таким счастливым, как сделает это Хёнджин. Я знаю это. Я не знаю, что случилось, но я знаю точно, что он никогда не бросил бы Минхо без веский причины. Я всегда завидовал их любви. Она такая.. взаимная. Ликс смотрит с печалью и ему действительно жаль Джисона. Он хоть и не слишком дружил с ним, прекрасно знал, какой Хан прекрасный человек. Это знал даже Хёнджин, потому что он искренне был рад, что Минхо в руках именно Джисона. —Он ведь больше не бросит его, правда? Феликс отрицательно машет головой, хоть Хван ему по этому поводу ничего не говорил, но он почему-то точно уверен. Его друг больше никогда не допустит такой ошибки, что бы ни случилось. *end of flashback* —Я надеюсь, что простил, потому что я хочу видеть тебя таким же счастливым, как три года назад. Хан улыбается, сжимая руку парня чуть крепче, а Минхо распадается на части в этот момент, смотря куда-то сквозь Джисона. —Прости. Ты заслуживаешь большего, чем безответная любовь. —А ещё я заслуживаю такого лучшего друга, как ты. Хан сияет, впрочем, как всегда, своей улыбкой и на этот раз Ли не видит в его глазах ни капельки боли.

Хёнджин

Утро встречает ужасной головной болью, болью в мышцах и во всём теле в принципе. Оно и не удивительно, после вчерашних то побоев. Хёнджин хоть и получил знатно, но на враге тоже места живого не оставил, потому что поднимать руку на того, кто ему так дорог, не имеет права никто. События вчерашней ночи проносятся в голове и Хван улыбается. Так широко, что рана на губе снова начинает кровоточить, впрочем парню на это плевать. *flashback* Губы неистово горят, и совсем не от ран, а от жара чужих губ. Точно так же и щёки горят от прикосновений чужих пальцев, а сам Хёнджин дышать боится, лишь бы не спугнуть этот момент, лишь бы не проснуться посреди пустой комнаты. Минхо глаза закрывает, не желая отстраняться ни на секунду, а Хёнджин и не думает их закрывать, потому что смотреть на такое родное лицо так близко сейчас лучшее, что может быть. Неужели он заслужил это? После всей боли, которую ему причинил? Определённо нет. Спустя целую вечность Ли отрывается от горячих и всё ещё кровоточащих губ, потому что дышать становится тяжело и практически невозможно. А Хван чувствует, что самое время что-то сказать, только вот все слова застряли в горле, а тело будто парализовало от чужого взгляда. Нужно сказать что-то прямо сейчас, да. А нужно ли? Впрочем сказать он ничего не успевает, потому что Ли переводит дыхание, просто обнимая его, обжигает кожу шеи таким родным дыханием, отчего всё тело покрывается мурашками. —Если ты бросишь меня снова, я клянусь, я убью тебя и сяду на пятнадцать лет. А я слишком красив, чтобы сидеть с какими-то обмудками. Глаза заволакивает пеленой слёз и Хёнджин правда считает это сном. Просто потому что не верит. Не верит в то, что заслужил это. Не верит в то, что всё оказалось настолько просто. Не верит в то, что такой поступок вообще возможно простить. —Никогда. Руки обнимают чужое тело настолько крепко, насколько возможно, и уже совершенно не чувствуется никакой боли, ни снаружи, ни внутри. *end of flashback* На теле всё ещё чувствуется тепло родных объятий, которое не покидало его всю ночь, а сонливость проходит окончательно, когда слышатся приглушенные голоса. Хёнджин внимательно прислушивается, узнавая Джисона и устремляя взгляд в потолок. Как он мог забыть о нём? Стоит ли выйти сейчас? Было бы неплохо проскочить в ванную и осмотреть собственное тело, но слишком неловко выходить именно сейчас. Всё же нужно дать им возможность поговорить и разобраться во всём окончательно.

Минхо

—Я очень люблю его. Минхо рассматривает собственные пальцы, не в силах поднять взгляд на Джисона, улыбается грустно, потому что стыдно, потому что считай воспользовался другом и его чувствами, чтобы унять свою боль. Но Хан так не считает и подбадривающе обнимает, хлопая по спине и улыбаясь. —Теперь всё будет хорошо. Я буду внимательно следить за этим говнюком и чтобы он не обижал тебя! Раздаётся тихий смех и Ли находит в себе силы улыбнуться. Хану определённо больно, чего он конечно же никогда не покажет. Ему бы такую внутреннюю силу, как у него. —Значит.. мы снова лучшие друзья? —Я могу быть и любовником, но Хван меня грохнет. Минхо смеётся, тепло смотря на парня и на душе впервые за столько лет наступает полное спокойствие и умиротворение. /2 недели спустя/ —Эй, голубки, может, уже уеденитесь? Чанбин яро возмущается, вклиниваясь между целующейся буквально весь вечер парочкой и с гаденькой ухмылкой усаживаясь между ними, чтобы хоть немного нормально посмотреть фильм. —Завидно? —Пошел в жопу. Минхо смотрит на Хёнджина через тёмную ауру Бина и улыбается так лучезарно, дотягиваясь до его руки своей и крепко сжимая, а Хван не выдерживает такой разлуки и тянет Ли на себя, пусть и через ещё большие возмущения друга, но всё же усаживает своего парня на свои коленки, по-хозяйски обнимая и наконец уставившись на экран с фильмом. Теперь определённо всё будет хорошо.