Среди лжи
28 июля 2021 г., 02:14
В ТАРДИС царило гнетущее молчание. Правильнее сказать, что гнетущим оно было только для Яс, Локи не заботил собственный поступок. Проблема решена? Решена. Угроза устранена? Устранена. Так зачем, спрашивается, делать из этого трагедию?
— Не понимаю, зачем устраивать драму на пустом месте, — озвучил он свои мысли.
— Ты его убил, — Ясмин смотрела так, словно хотела отыскать что-то в его взгляде. — У тебя даже рука не дрогнула. Я видела твои глаза, в них не было ничего.
— Не понимаю, зачем устраивать драму, — повторил Локи. — Ну убил и убил. Что бы сделала Доктор? Уговорила его убраться? Не смеши меня.
— Ты правда не понимаешь, — испуганно проговорила она.
Локи закатил глаза и, устало привалившись к стене, сполз на пол. Аллигатор внимательно смотрел на него, словно тоже безуспешно что-то искал.
— Возможно, что там, где ты был раньше, это было оправдано, но мы решаем проблемы не так, — с надеждой произнесла Ясмин.
— Вы хотели решить проблему, я сэкономил всем время, — не глядя в её сторону, ответил он.
— Так ты одолжение сделал? — и снова этот испуг.
— Ничего личного, — Локи задержал на ней взгляд, — меня не волнует судьба людей.
— А что тебя волнует? — спросила Яс. — Кроме себя самого тебя хоть что-то волнует?
— Почему я, — он махнул рукой, — не важно.
Локи совершенно искренне не понимал, почему его вообще должны волновать посторонние существа. Чтобы он мог избежать одиночества? Чтобы чувствовать свою принадлежность к чему-то большему? Это он уже проходил много лет назад в Асгарде. Там, всегда окружённый толпой придворных, Локи чувствовал себя не менее одиноко. Он очень рано ощутил собственную инаковость и, когда подслушав разговор родителей, узнал, что они не его родители, а Тор не его брат, совсем не удивился. Напротив, всё встало на свои места. Отчуждение усилилось, но переносить его стало куда легче.
Локи оглядел ТАРДИС, поднялся на ноги и подошёл к двери. Уже на улице его настигли слова Ясмин:
— Почему ты не видишь иного пути, кроме как бежать?
Нельзя помочь тому, кто не желает помощи. А ведь она даже поверила, что эти двое не такие потерянные, что Локи можно помочь. Наверно, это было бы возможно, будь он на самом деле ребёнком, но от ребёнка только обманчиво безобидная внешность. А сам он жестокое и опасное существо.
Ясмин не решилась его останавливать, позволив уйти, и теперь чувствовала себя виноватой. Нет, вернувшаяся Доктор не высказывала претензий, даже сказала, что Яс не в чем себя винить, но это мало что меняло.
— Это моя ответственность, — говорила Доктор. — Всё могло закончиться куда хуже, а всё из-за того, что я была невнимательна, — и повторила. — Ты не виновата.
— Ты хочешь сказать, что Локи не убил его? — спросила Яс.
— Как ни странно, нет, но потрепал хорошо.
***
Все благие начинания обречены на провал. Локи хорошо и усвоил, и закрепил эту простую истину, посему старался избегать как речей о благородстве, так и того, к чему они ведут — бессмысленной гибели. Обычно. Да кого он обманывает? Всегда. Меняться никогда не поздно. Великая цель. Высокопарные слова и не более того. Локи не может изменить свою суть, а если пытается, то это неминуемо ведёт его к гибели. Снова. Неверно, всё, что делает Локи так или иначе ведёт его в этом направлении. Единственными его друзьями за всё время стали варианты его самого. Объектами для бесплотной и бессмысленной ненависти, впрочем, тоже стали варианты его самого. Явившиеся в его мир, перевернувшие всё с ног на голову. Но разве не это делает Локи — Локи? Значит ли это, что он ненавидит сам себя? И за что? За собственную суть? Локи поступает так, как поступает, потому что не может иначе, попросту не представляет как. И о чём он вообще думает? Царь без царства в чужом мире. Меняться никогда не поздно. Чудовищный самообман. Только вот они уже изменились, заразились этим пресловутым величием нравственности, будь она неладна. — У меня нет на это времени, — огрызнулся Локи и тут же спохватился. — Прости, я не должен так говорить с тобой. С утра пошёл снег и ему пришлось наколдовать шерстяное одеяло, потому что его заколдованный друг мёрз, но на все предложения найти укрытие отвечал возмущённым рычанием. Так к полудню они покинули город и бесцельно брели вдоль оживлённой автомобильной трассы. — Ты считаешь? — Локи остановился и внимательно посмотрел в жёлтые глаза аллигатора. — Конечно я не хочу застрять в этом теле ещё на годы. Думаешь, что Доктор могла бы привести меня к решению? Она, конечно, умна и её машина — это нечто непостижимое, но… Надо было поиграть по их правилам? Но я был прав, — он задумался. — Нет, разумеется между силой и правотой я выберу силу, ещё спрашиваешь. Но это не меняет того, что я был прав. Из проезжающего автомобиля что-то крикнули. Крик потонул в нарастающем свисте. Локи нервно обернулся и ничуть не удивился, увидев синюю полицейскую будку. Двери ТАРДИС распахнулись и показалась Доктор. — Далеко собрались? — сдержанно уточнила она. — Я подумал, ты не захочешь меня видеть, — соврал Локи. — Чушь, — безапелляционно ответила ему Доктор. — Я разозлилась, но это не значит, что я собираюсь тебя выгнать. Придав себе как можно более виноватый вид, он послушно переступил порог ТАРДИС. — Мне казалось, что я решаю проблему, — Локи скользнул взглядом от Доктора к Ясмин. — Он жив, я всё уладила, — Доктор прошла к панели управления. — Яс, ты не принесёшь из мастерской коробку со старыми микросхемами, на ней красный логотип в виде паруса, кажется, я оставила её под столом, — когда девушка вышла, она продолжила. — Я должна была дать вам вернуться в ТАРДИС, тебе не стоило в этом участвовать. Тебе непросто, я знаю, вокруг всё чужое, тебе страшно, ты действуешь так, как умеешь. Годы, проведённые во враждебном мире, накладывают свой отпечаток. Но кидаясь энергетическими зарядами, ты можешь кого-нибудь убить, прежде чем ты скажешь, что тебе всё равно, послушай меня. Ты не имеешь права отнимать чужую жизнь. Ты понимаешь? — Понимаю, — согласился Локи. — Лучше защищайся, — продолжала Доктор. — Нападение — это всегда крайний случай. Сила — это ответственность. Ты можешь не рассчитать силу и кого-нибудь убить, кого-нибудь, кому ты не желаешь смерти, Локи. Он отшатнулся от неё, одеяло упало на пол, в плечо больно впились когти аллигатора. Боль позволила взять себя в руки, но Доктор всё равно успела заметить как предательски изменилось его лицо. Её брови скользнули вверх, печальные глаза расширились. Она ничего не говорила, но Локи, повинуясь странному порыву, всё равно сказал ей: — Я убил Тора. Убил своего брата. — Почему? — тихо спросила Доктор. — Так получилось, — он опустил голову. — Просто так получилось. — Ты ведь не хотел этого? — она подошла к нему. — Я не думал, — Локи качнул головой. — Всё произошло очень быстро. — Ты этого не хотел, — Доктор больше не спрашивала. Её слова не принесли утешения. Говорить это здесь, а не в Пустоте, говорить не вариантам самого себя, а другому живому существу оказалось больно и странно. Доктор ошибалась, но у Локи не хватило духу сказать ей об этом. Он поднял на неё затуманенный взгляд. — Ты не хотел, — повторила она, стирая с его лица слёзы. — Ты плачешь, Локи. — Но это ничего не меняет, — глядя на неё, произнёс он. Это не вернёт ему жизнь. — Может быть, сейчас ты не поймёшь, — Доктор заговорила ещё тише, — но это хорошо, что тебе больно. — Потому что я заслуживаю боли? — спросил Локи. — Нет, Локи, если бы ты не чувствовал эту боль, то кем бы ты стал? Она разорвала зрительный контакт и отошла, а ещё спустя минуту вернулась Ясмин с вышеупомянутой коробкой. Доктор засуетилась. Неестественно, немного картинно. Словно хотела казаться ближе, может приземлённей. Пыталась казаться не той, кто она есть на самом деле. И Локи начинал понимать, почему. То, с какой лёгкостью Доктор вызывала его на откровенность почти пугало. Пугало и притягивало. Как зажжённая свеча привлекала ночных бабочек. Сколько из них, оказавшись в опасной близости от открытого огня, не могли остановиться и сгорали. Бледные крылья вспыхивали и опадали пеплом. Локи подумал, что путь Доктора, должно быть, усыпан пеплом.***
— Доктор, а ты уверена, что мы в Мадриде? — Яс застыла на пороге ТАРДИС, во все глаза глядя на высоченные деревья. Исполины тянули ветви в, отливающее тёмным изумрудом, небо. — Мило, — прокомментировал Локи, протискиваясь вперёд. — На дальние рубежи Асгарда похоже, — он запрокинул голову. — Нет, не похоже, небо совсем другое. Аллигатор с довольным ворчанием сполз в траву. — Здесь нет звёзд, — догадалась Ясмин. — Пейзаж какой-то искусственный, — Локи обернулся, — и ветра нет. Вероятно, мы… — На космическом корабле, — закончила за него Доктор. — Чувствуете вибрацию? — Уберёмся или пойдём поищем проблем? — с невинным видом осведомился он. — Поищем про… Пойдём осмотримся. Искусственный лес закончился внезапно. Мягкая синтетическая трава сменилась серым металлом. Тёмно-зелёные стены и потолок скрадывали пространство. — Переход к следующему отсеку? — Ясмин посмотрела на Доктора. — Странно, что здесь нет никаких табличек, стрелок. На больших кораблях они должны быть. — Да, — согласилась Повелительница времени. — Должны быть. — Похоже на ковчег, — Локи прошёл вперёд и толкнул металлическую дверь. Ко всеобщему удивлению, она поддалась. — Системы жизнеобеспечения, — он коснулся рукой запутанных проводов. — Так старомодно. Провода змеями тянулись от пола к потолку, покрывая собой стены. — Технология тридцать второго века, — в руках Доктора зажужжала отвёртка. — Ты прав, это похоже на ковчег и он находится в полёте не менее двух сотен лет. — Тут так тихо, — невесело заметила Яс. — Они бежали в никуда? Что же гнало их с родной планеты? — Её разрушение, — предположила Доктор. — Локи, не хочешь взять своего друга на руки? — спросила она, когда под ногами проскользнул аллигатор. — Локи не будет грызть провода, он же не собака, — возмутился Локи. — Почему его тоже зовут Локи? — спросила Ясмин. — Потому что он… — Тихо, — скомандовала Доктор за секунду до того, как всё вокруг погрузилось во мрак.***
Новый день безжалостно вступал в свои права. Верити с презрением оглядела наряженную ёлку и, поправив рукава пижамы, протопала на кухню, где тут же столкнулась с ещё одним напоминанием о вчерашнем празднике — горой немытой посуды. Верити не любила праздники. Праздники — это всегда много людей. Много людей — много разговоров. Много разговоров — много лжи, от которой ей становилось почти физически плохо. Так что, когда все остальные мучились от избытка выпитого, Верити мучилась похмельем совершенно другого рода. Сгрузив грязную посуду в посудомойку, она включила кофемашину и выглянула в окно. Тихая улица, чуть припорошенные снегом газоны, редкие прохожие, так непохожие на суетливых горожан. — После того как ты вдрызг разругалась с дядюшкой Тео, я думала ты уедешь с утра, не попрощавшись. — И тебе доброе утро, мам, — Верити улыбнулась. — Доброе, дорогая. Как мило, что ты сварила кофе, — разливая напиток по чашкам, ответила мать. — Тебе когда на работу? — Через неделю. Тебе так не терпится от меня избавиться? — Нет, я просто беспокоюсь, что ты совсем не отдыхаешь, — укоризненно говорила миссис Уиллис. — Сколько мы с тобой не виделись? — С твоего дня рождения в начале августа, — Верити уже понимала к чему всё идёт. — Мам, ну не начинай, ну пожалуйста. Но на мать не действовали никакие мольбы и увещевания. — Ты живёшь в этом своём офисе. Звонишь раз в неделю. Ни друзей, ни личной жизни. Ведёшь затворнический образ жизни. — И ты прекрасно знаешь почему. — Знаю, — мать устало вздохнула. — Все вокруг лжецы и притворщики. Но нельзя же всю жизнь провести в одиночестве. — Но лучше быть одной, чем в окружении лицемеров вроде дядюшки Тео, — настаивала на своём Верити. — Ты не представляешь каково мне, когда я всё это слышу, вижу. Это, — она схватилась за голову, — забудь… Просто, забудь и не начинай, пожалуйста. — Я переживаю о твоём будущем. — Знаю, мама, но так мне лучше.***
В безразмерных карманах Доктора быстро нашёлся фонарик. Локи щёлкнул пальцами и вверх взмыла золотистая сфера. К мерному гудению двигателя добавилось постукивание и тихие голоса. — Локи, возьми на руки, — она выдержала короткую паузу, — Локи, и я вас очень прошу, не делайте ничего. — Да, мамочка, — съязвил Локи. Он ожидал встречи с вынужденными обитателями этого ковчега, и каким стало его разочарование, когда он увидел всего лишь двух людей. Самые обычные мужчина и женщина в потрепанных синих комбинезонах. Люди замерли в паре метров от них. Свет их фонариков дрогнул. — Люди, Алекс, это люди, — заговорила со своим спутником женщина. — Не надо обобщать, — начал было Локи, — не важно. — Меня зовут Алекс, это Анна, — мужчина задержал взгляд на Докторе, видимо решив говорить с ней. — У вас потрясающий корабль, мы видели только малую часть, но уже впечатлены, — ответила Повелительница времени. — Тот, кто спроектировал его, был гением. Тут Локи тоже хотел попросить обойтись без обобщений. Впечатлён он не был, а с гениальностью создателя готов был поспорить. — Его спроектировала мать моего прадеда, — уточнила Анна. — Это гениально, — повторила свою мысль Доктор. — Простите, — спохватилась она. — Я Доктор, а это Яс, Локи и, — она немного замешкалась, — Локи. Я немного ошиблась при вводе координат, поэтому мы тут оказались. А что у вас случилось? — Перебои с энергией, — мрачно отозвался Алекс. — Скоро всё восстановится. Нам лучше пройти в пассажирский отсек. Куда вы направлялись? — В Мадрид, — ответила Доктор. — Мадрид? — он задумался. — Где же это? Квадра? — Нет, дальше. — Должно быть, вы сильно перемудрили с координатами, — Алекс усмехнулся, как показалось Локи, немного нервно. Люди вообще вели себя странно. Суетливо переглядывались, во взглядах сквозило что-то тревожное, даже болезненное. Идти по пустым коридорам пришлось долго, но они не встретили больше никого. Локи не заметил даже намёка на других обитателей, а ведь корабль рассчитан на несколько тысяч человек. Анна и Алекс вполне могут оказаться единственными пассажирами. — Здесь что-то случилось, — сказал он Яс так, чтобы ни Доктор, ни их новые знакомые не могли услышать. — Может быть эпидемия? — предположила девушка. — Или они просто поубивали друг друга, а мы идём в логово к убийцам, — беззаботно добавил Локи. — Да ты оптимист, — теперь занервничала Ясмин. — Реалист, — поправил он. — На самом деле, твой вариант гораздо страшнее. Нам с Локи не очень хочется умереть от инопланетной заразы. А если эти двое окажутся враждебны, то мы легко справимся. — Я уверена, всё не так страшно, — не очень уверенно ответила Яс.
