Лёд и пламя

— Босс, но почему именно я должен вытаскивать этого идиота из тюрьмы? — задал вопрос властному брюнету, лет сорока на вид, симпатичный рыжеволосый голубоглазый парень в шляпе и чёрном плаще. — Это ведь был его идеальный план. Он придумал, как туда попасть, но не предусмотрел пути к отступлению? — Предусмотрел. Это и был его план, — холодно произнёс Мори. — И он сработал. Ты вытащишь его. Остальное — не твоё дело, Чуя. На выходе тебя будет ожидать Танидзаки Дзюничиро. Отправляетесь с ним вдвоём. Потом доставишь Дазая в порт. — Хорошо, — кивнул Накахара и покинул кабинет босса Портовой Мафии.

***

Дазай сидел в прозрачной камере — больше похожей на большую стеклянную коробку, которая висела высоко в воздухе напротив камеры Достоевского. — Кажется, это за мной, — проговорил Осаму, вставая с тюремной койки и потягиваясь, когда услышал крики и стоны, сопровождаемые громким шумом и грохотом. — Не скучай, Фёдор. Достоевский зло взглянул на Осаму, но ничего не сказал. — Чу-у-уя… — протянул Дазай, когда в его поле зрения попал бывший напарник. — Заставляешь себя ждать. — Была б моя воля, ты ждал бы вечность, — огрызнулся Накахара. — Лучше б в твоём теле было столько роста, сколько злости и яда. — Лучше заткнись, придурок бинтованный, а то оставлю тебя здесь. — Осмелишься ослушаться приказа босса? Чуя ничего не ответил. Взлетев в воздух, он положил руку на камеру, в которой сидел Дазай, и спустил её гравитацией вниз. После этого вывел из строя электронный замок, запиравший дверь, при помощи Смутной Печали. — О-о, сколько трупов ты здесь накидал. И всех их, конечно, повесят на меня, — печально произнёс Осаму, выходя из камеры и окидывая взглядом разрушения и окровавленные тела, валяашиеся повсюду. — Тебе-то какая разница? Пара десятков трупов особой роли не играют, если учесть количество твоих жертв. Пошли. — Привет, Танидзаки, — поздоровался Осаму с эспером, когда они с Чуей покинули место его недавнего заключения. — Здравствуй, Дазай, — кивнул владелец иллюзорной способности. — Пару десятков, говоришь? По-моему, ты преуменьшаешь свои таланты, тебе не кажется, Чу-у-я? — Заткнись и едем, — сказал Накахара. Он вышел за ворота тюрьмы и сел за руль своей Тойоты. Танидзаки с Дазаем последовали за ним.

***

— Приветствую, босс, — поздоровался Осаму, проходя в кабинет Мори и располагаясь на стуле напротив него. — Как приятно осознавать, что ты до сих пор считаешь меня своим боссом, — усмехнулся Огай. — Здравствуй, Дазай. — План был отличный. Но вы ведь не просто так помогли мне бежать из тюрьмы? — Конечно, Дазай. Я хочу, чтобы ты вернулся в Портовую Мафию на прежнюю должность. Я уже предлагал тебе это раньше, и предложение всё ещё в силе. Тем более теперь ты обязан мне за спасение. — Да, но всё-таки я не просил вас помогать мне. — Но ты принял помощь, зная, чего я потребую взамен. Мог бы остаться в тюрьме. Да и куда тебе теперь идти? Агентство оправдали, но тебя — нет. Тебя будут искать, а если найдут — казнят. Чуя убил человек сто, помогая тебе сбежать. Их всех повесят на тебя. Не думаю, что после такого с тобой будут церемониться. — Вы, конечно, правы, Мори-сан. Я согласен вернуться, но с одним условием. — Каким? — Мне известно, что за спасение сотрудников Агентства вы потребовали вступления в мафию Йосано Акико. Если вы хотите, чтобы я вернулся, оставьте Йосано в покое. — Что ж… думаю, это вполне приемлемое условие. Завтра можешь приступать к работе. — Договорились. Босс, ответите мне честно на один вопрос? — Спрашивай, Осаму. Обычно Мори даже в былые времена не называл Дазая по имени — а теперь назвал. Осаму прищурился, неотрывно глядя в глаза босса Портовой Мафии, будто пытаясь заглянуть ему в самую душу. От этого взгляда Огаю стало не по себе: он неосознанно активировал способность, и перед Дазаем появилась маленькая девочка-блондинка. — О-о-о, блудный сын вернулся! — воскликнула она. — Oh, le fils prodigue est de retour! — Молодец, Элис, — похвалил девочку Мори. — Уроки французского не прошли даром. Я тебя слушаю, Дазай. — Почему вы уже довольно долгое время настаиваете на моём возвращении в мафию, если сами устроили всё так, чтобы я её покинул? — Неужели ты не понимаешь? Я думал, ты знаешь. Если бы я этого не сделал, ты так и остался бы садистом-суицидником, который рано или поздно перерезал бы мне глотку — просто от скуки. Ты стал бы править мафией, утопив Йокогаму в крови, пока искал бы смысл жизни в убийствах и человеческих страданиях. Теперь ты другой. Да, это было жестоко. Но такова жизнь. И я дал тебе возможность увидеть её с другой стороны. Думаю, ты понимаешь, о чём я. — Да. Понимаю. — Тогда до завтра. Твоя бывшая служебная квартира снова в твоём распоряжении. Дазай кивнул и вышел из кабинета босса Портовой Мафии. Стоило ему покинуть помещение, как кто-то схватил его за грудки и прижал к стене. — Подслушивать нехорошо, — выдавил Осаму, хоть говорить было непросто: рука Накахары уже сжимала его горло. — Какого хуя, скумбрия?! — прошипел Чуя, впечатав Дазая спиной и затылком в стену. — Ты возвращаешься в мафию? Не смей, сволочь, или я убью тебя! Дазай усмехнулся: — Чу-у-уя, ты так эмоционально воспринял мой уход… а теперь — возвращение. Может, ты меня просто любишь? — Чего?! Ты совсем ебанулся?! — Чуя ударил его без предупреждения. Осаму отлетел на несколько метров. Вытирая рукавом разбитый нос, он с трудом поднялся на ноги. — Сука, ты ёбнутый урод! Я сделаю так, что ты проклянёшь день, когда решил вернуться в мафию. Оставайся в своём грёбаном Агентстве, если хочешь жить! — Так я не хочу. Ты же знаешь. Убей меня, слизняк. — Чего?! Ты меня сейчас специально провоцируешь?! — Наконец-то дошло. Ты такой тормоз, Чу-уя. — Чего?! — Накахара снова впечатал Дазая в стену, неосознанно применив гравитацию. Дазаю — ничего, а вот стена пошла глубокими трещинами. — Да пошёл ты! — Чу-уя, если ты не научишься быть сдержаннее, тебе пару раз в месяц придётся делать ремонт в офисе мафии, — с широкой улыбкой заметил Осаму. Накахара зло фыркнул и, развернувшись на каблуках, направился прочь. Дазай лишь улыбнулся, провожая взглядом разъярённого напарника.

***

Вечером следующего дня Мори Огай выдал Осаму флешку с информацией о Портовой Мафии, для того, чтобы подчинённый мог ознакомиться с положением дел в организации за последние пять лет. Информации было много. Воткнув флешку в ноутбук, Дазай понял, что работы предстоит не на одну неделю, а чтобы вникнуть во все тонкости и нюансы, и того больше. Не тратя времени даром, Осаму приступил к её изучению. Через несколько часов ему позвонил Огай и сообщил, что на завтра запланирован фуршет по случаю заключения сделки с партнёрами. Его присутствие обязательно. Дазаю не очень хотелось идти на фуршет, но делать нечего: приказ босса — есть приказ босса.

***

На следующий день банкетный зал главной высотки Портовой Мафии был полон народа. Люди смеялись, бокалы звенели, официанты лавировали между столами с подносами, полными закусок. В воздухе висел тонкий запах вина и жареного мяса, смешиваясь с ароматом дорогих костюмов и духов. Дазай шагнул в зал, спокойно оглядывая помещение. Его взгляд скользнул по гостям. Он знал, что одни сразу узнали его, другие только краем уха что-то о нём слышали. Для новых партнёров компании «Mori Corporation» он был загадкой — фигурой, которая существовала между легендой и реальностью, опасной и непредсказуемой. Мори Огай прошёл в центр зала и представил присутствующим Дазая как своего заместителя и ближайшего помощника. Гости расселись, и разговоры на мгновение стихли — будто люди чувствовали, что пришёл человек, способный изменить расстановку сил. Дазай уселся, не делая резких движений, но от него буквально на осязаемом уровне исходила сила, которую ощутили многие. Новички хлопали глазами: он не подавлял словами и жестами, но его холодная уверенность давила и управляла атмосферой зала. Внимание Дазая привлек Накахара. Бывший напарник кипел от раздражения, едва сдерживая эмоции. Даже издалека было видно, как в нём копится напряжение, будто любая мелочь могла спровоцировать взрыв. Свет люстры отражался в стеклах бокалов, играла музыка, но Дазай слышал каждый шёпот и каждый шаг. Он позволил себе едва заметную улыбку. Гости снова заговорили, подносы с едой медленно обходили столы. Дазай поднял бокал и подннёс к губам, но не сделал ни глотка. Он наблюдал, анализировал. И в тот момент каждый из присутствующих ощущал ледяное, давящее спокойствие, исходящее от него. Смех и звон бокалов заполняли зал, но внимание Дазая было приковано к Чуе. Бывший напарник стоял в стороне, напряжённый и готовый к взрыву эмоций. На его лице явно читались недовольство и неприкрытая ненависть. Дазай знал, с кем они связаны, но лишь снова слегка улыбнулся. Чуя опрокидывал в себя один бокал за другим. Его движения были резкими, но сдержанными — ярость кипела под тонкой оболочкой самоконтроля, словно магма в жерле вулкана, готовая прорваться наружу в любой момент. Дазай наблюдал спокойно, без лишних эмоций, с холодным интересом. Он слегка сместился, чтобы попасть в поле зрения напарника. Даже среди разговоров и смеха гостей напряжение между ними ощущалось почти осязаемо, как холодный воздух из открытого окна, пронизывающий комнату. Фуршет продолжался своим чередом, но Двойному Чёрному казалось, что время замедлило ход. Каждое движение, каждый взгляд имели особое значение. — Чу-уя… — подойдя к Накахаре, шепнул ему на ухо Дазай. — Нервничаешь? — С чего бы? — ответил тот. — Тебе лучше знать. — Осаму скривил губы в презрительной ухмылке. Отошёл от исполнителя, а тот одарил его таким взглядом, словно хотел испепелить своего врага. Осаму не сомневался, что сейчас на его месте осталась бы только горстка пепла. Спустя пару часов гости начали расходиться, а Мори обратился к Чуе и Дазаю: — Вы двое, останьтесь, для вас есть задание. Когда трое мафиози остались в помещении одни, Огай перешёл к сути: — Завтра вам предстоит уничтожить базу «крыс», и захватить живым одного из их эсперов — Огури Муситаро. — Это же тот стиратель… — вспомнил Осаму. Четыре года назад шеф Танеда заставил Муситаро стереть преступное прошлое Дазая для того, чтобы он мог жить нормальной жизнью, не опасаясь преследования со стороны закона. — Да, Дазай. Это именно он, и я хочу, чтобы он снова скрыл все твои преступления. Наша организация теперь легальная коммерческая структура. Ты официально назначен моим заместителем, поэтому твоё прошлое должно быть кристально чистым. Накахара, слушавший босса до этого молча, сейчас лишь недовольно фыркнул. Огай с подозрением взглянул на подчинённого и спросил: — Чуя, ты сомневаешься в моих решениях? — Нет, босс, простите. Огай кивнул и продолжил: — На базе несколько эсперов и вооружённая охрана, человек пятьдесят, ничего сложного. Управитесь быстро. — Какие способности у эсперов? — поинтересовался Осаму. — Ничего особенного. Среди них есть телепорт, поджигатель, человек с даром заморозки и эспер, способный летать. Также имеется эспер с отравляющим даром, схожим со способностью Пушкина: эффект проявляется не сразу, смерть наступает через несколько часов после заражения. Это всё. Вопросы есть? — Нет, — ответил Дазай. — Координаты базы я скину тебе вечером на мобильный, Дазай. Да, кстати, за порчу стены, Чуя, я вычту у тебя половину зарплаты. И предупреждая твой следующий вопрос, сразу отвечу: ремонт столько не стоит, но это тебе урок на будущее, в следующий раз останешься совсем без зарплаты. Можете идти. Эсперы кивнули Огаю и вышли. Однако, не сделав еще и десятка шагов, Осаму вновь оказался прижат к стенке. — Нравится зажимать меня, а слизняк? — иронично спросил Дазай. — Смотри, а то в привычку войдёт. В воздухе сверкнуло лезвие ножа. Его остриё упёрлось в горло Осаму. — Заткнись, придурок, — прошипел Накахара в лицо Дазаю. — Хочешь убить, так убей, Чуя, хорош пугать. — И осуществить твою мечту, уёбок суицидальный? — Возможно. Я не пойму почему ты так бесишься? У тебя всегда был скверный характер, шляпка, но сейчас ты уже переходишь все границы. А может, злишься, что не ты стал правой рукой босса и что я снова занял свою прежнюю должность, а тебя бортанули? — Осаму, прищурившись, взглянул на Чую — от злости тот покраснел, как помидор. — Так это правда, вот в чём причина, — холодно проговорил Дазай. — Почти пять лет у тебя было. Не смог — значит, не достоин или просто не шибко умён. — Наплевать мне на должность! Я и не стремился к ней! Ты меня просто бесишь… Ты предал организацию, а вместо того чтобы казнить — босс возвращает тебя на прежнее место и на прежнюю должность! Я не помню таких поворотов за всю историю мафии… Скажи, Дазай… что в тебе такого особенного? В честь каких таких заслуг у босса к тебе особое отношение?! — Наверное, босс понял, что я незаменимый сотрудник. Вот и всё. — Незаменимых людей не бывает. — Но ведь босс так никого и не назначил на моё место за пять лет, так ведь? — Как же ты меня бесишь, сволочь! Ты мне ещё за машину ответишь… и за Акутагаву! — Чуя вдавил остриё ножа в горло Дазая сильнее, от чего по его шее тоненькой струйкой потекла алая жидкость. — Неожиданный поворот. А при чём тут Акутагава? И ты к нему каким боком? — не обращая внимания на боль, спросил Осаму. — В отличие от тебя, мне не наплевать на жизни моих подчинённых. Это ведь ты отправил Рюноске с тигром против Камуи? — С чего это ты взял? Я вообще-то в тюрьме сидел в это время. — Значит, ты сделал это заранее, зная, что скоро сядешь. Кроме тебя провернуть такое дело было некому: босс не давал Акутагаве подобного задания. Они с тигром ненавидят друг друга — вряд ли Рюноске пошёл бы с оборотнем по старой дружбе. Ты вынудил его пойти туда, манипулятор хренов. И его смерть — на твоей совести, если она у тебя есть. — Конечно, у меня её нет. Ты меня знаешь, Чу-уя. Как ты можешь в этом сомневаться? — произнёс Дазай ровным, холодным голосом. — Акутагава был смертельно болен: через несколько месяцев он бы всё равно умер. И, несмотря на то что они с тигром проиграли, мы узнали кое-что важное о враге и его мече, который он может отправлять в прошлое. Ты должен быть мне благодарен. — Интересно за что? — Босс отправил бы против Камуи тебя. Я был в тюрьме. Значит, «Порчи» у тебя не было. Без неё ты не смог бы защититься от Амэгодзена. Я послал туда Акутагаву с тигром. Поэтому ты жив. — Что? — Чуя не верил своим ушам. — Ты не мог знать этого. Ты сам сказал, что узнал о мече уже после того, как тигр с Акутагавой проиграли. — Я не знал. Я предполагал. Камуи был слишком опасен, чтобы всё оказалось так просто. Да, это цинично. Нет, я не жалею. Акутагава стал вампиром. Значит, шанс есть. — Какой шанс? Ты о чём? — спокойно спросил Накахара, ослабляя давление клинка. — Скоро узнаешь. А сейчас я пойду, если ты не против, — сказал Дазай. Он коснулся кончика ножа, отодвинул Чую и спокойно зашагал прочь.