Лёд и пламя

— Чуя, помнишь, что сказал босс? — задал вопрос Накахаре Дазай. — Ты о чём, скумбрия? — спросил Чуя. — Огури нужно взять живым. — Бери, я тебе вроде не мешаю. — Умерь свой пыл, шляпка. Мы минуту назад проникли на базу, а ты уже разнёс тут почти всё. Ещё ненароком пришибёшь Муситаро. Накахара недовольно фыркнул, но всё же выдавил: — Ладно. Повсюду слышались стоны и крики. Туннели, в которых располагалась база крыс, выглядели плачевно: полы были изрыты огромными ямами, стены — испещрены глубокими трещинами; кое-где они и вовсе обрушились, и об их существовании напоминали лишь груды камней. Повсюду валялись тела убитых и раненых охранников, а также эсперов. С первого взгляда было ясно — здесь поработал «Двойной Чёрный», даже несмотря на то, что Чуя не применял Порчу. Однако не все крысы были мертвы. Некоторые ещё пытались отстреливаться, посылая очереди из автоматов по напарникам. Но Чуя тут же разворачивал пули обратно. Раздавались новые крики, предсмертные хрипы — и снова наступала тишина. Осаму пристрелил лишь нескольких человек; остальных уничтожил Накахара своей способностью. — Вижу Огури, — сказал Дазай напарнику. — Я за ним. — Угу, — безразлично кивнул тот и продолжил расправляться с выжившими. Преследуя Муситаро, Осаму произвёл несколько выстрелов — он не целился в Огури, стреляя так, чтобы пули лишь просвистели рядом с ним. — Стоять! — крикнул он. Эспер замер лишь на долю секунды. Сдаваться он не собирался: резко развернувшись, Муситаро вскинул пистолет и выстрелил. Осаму ушёл в сторону, пуля пролетела мимо, и Огури снова сорвался с места, отстреливаясь на бегу. Выстрелы звучали глухо, беспорядочно — стрелять прицельно на такой скорости было невозможно. Осаму остановился. Мгновение — и он выстрелил. Пуля попала Огури в ногу. Тот вскрикнул и рухнул на пол, ударившись о бетон. И именно тогда Осаму понял: что-то не так. Движение сзади. Не звук — скорее ощущение: короткое колебание воздуха, холод, внезапно коснувшийся горла почти ласково. Боль полоснула шею огнём. Белая вспышка. Чужая способность рассыпалась, словно её никогда и не было. Выстрел. Ещё один. В тот же миг мир будто взорвался изнутри — горячая волна прокатилась по телу, концентрируясь в правом плече. Удар головой обо что-то твёрное. Белые пятна перед глазами. Пустота на короткий миг. Сознание возвращалось обрывками. Уже позже Дазай собрал всё в единое целое. Пока он стрелял в Огури, за его спину телепортировался другой эспер — с ножом в руке. Он не успел. Лишь поранил кожу. В тот же миг Муситаро нажал на спуск. Чуя. Он появился в ощущениях раньше, чем в поле зрения. Удар «Смутной Печали» разорвал пространство, швырнув нелепого клоуна в шляпе прочь. Гравитация подхватила и пулю, выпущенную Огури, отбросив её в сторону. Но выстрелы всё же прозвучали вновь. Один из них достиг цели — плечо Осаму вспыхнуло болью, и его откинуло к стене. Клоун исчез. Чуя уже был рядом с Муситаро. Одним движением выбил пистолет, схватил того за шкирку, поднял, будто тряпичную куклу, и только после этого обернулся к Осаму. — Живой? Осаму не сразу смог ответить. Он лишь кивнул, всё ещё чувствуя боль в районе груди справа. Чуе смотрел в его глаза — слишком близко, слишком пристально. От этого взгляда по телу Дазая волной пробежала странная дрожь. Что за..? — мелькнуло в его голове. Дазай быстро вернул себе самообладание и произнёс: — Спасибо. Он и сам не ожидал, что скажет это вслух. Не сейчас. Не Чуе. Они и раньше вытаскивали друг друга из-под огня, но в этот раз в этом было нечто другое. Что-то слишком личное. Ещё вчера Чуя смотрел на него так, словно всерьёз собирался перерезать ему горло — а сегодня спас его от смерти. — Тц, — цыкнул Накахара, отводя взгляд. — Телепорт сбежал. — Да и хрен с ним, — тихо ответил Осаму. — Уходим.

***

Хочешь не хочешь, а Огури пришлось, применив свой дар, снова скрывать преступления Осаму — да и не только его. Заодно он замёл следы деяний нескольких мафиози, объявленных в розыск, а также следы Чуи, оставленные тем, когда он вытаскивал Дазая из тюрьмы. Осаму сейчас лежал в лазарете — на этом настоял Мори. И хотя ранение было не слишком серьёзным, по мнению самого мафиози да и по мнению босса Портовой Мафии, глава организации решил перестраховаться, оставив Осаму под наблюдением врачей на несколько дней. Вечером к Дазаю заглянул Чуя. Это обстоятельство заметно удивило больного. Он с подозрением посмотрел на посетителя, когда тот поинтересовался его самочувствием. — Бывало и хуже, — ответил Осаму на вопрос Накахары, криво усмехнувшись. — Чу-уя… с чего такой живой интерес к моей персоне? Никогда не поверю, что ты действительно переживаешь за меня. — А я и не переживаю, — огрызнулся Чуя, присаживаясь на стул и пододвигая его ближе к постели больного. — Мне известна твоя распроклятая живучесть. Ты даже сам себя не в состоянии убить — не говоря уж о том, чтобы это вдруг стало под силу кому-то другому. — Тогда зачем ты здесь? — Босс просил зайти и передать тебе кое-что, а также ввести тебя в курс дела, если ты ещё не в курсе. — Я тебя внимательно слушаю. — Несколько часов назад с боссом связался Рампо и сообщил, что через три дня Камуи будет передан в аэропорту «Великий Приказ» членами ООН — как главе недавно созданной антитеррористической организации, обладающей неограниченными правами по всему миру. Тебе, кстати, известно, о чём я говорю? — Я слышал и об организации, и о «Великом Приказе». Дазай говорил ровно, почти без интонаций. Слишком спокойно для человека, который лежал на больничной койке и которому сообщили о грядущей беде. На самом деле он уже собирал картину. Три дня. Аэропорт. Передача — публичная, значит, под охраной. «Великий Приказ» не станут отдавать без гарантий. Камуи нужен символический жест — легитимность. Идеальный момент, чтобы сделать его недосягаемым. Он посмотрел на Чую — тот стоял напряжённый, словно готовый в любой момент ринуттся в бой, даже здесь, в стерильных стенах лазарета. — Это передатчик, — продолжал Дазай, —способный управлять сознанием других людей. Получив его, Камуи обретёт неограниченную власть и захватит весь мир. Всё, что он затеял, было сделано лишь с одной целью — заполучить этот передатчик. Дазай на мгновение прикрыл глаза, словно от усталости. — Даже полчища вампиров, которых с каждым днём становится всё больше, — ничто по сравнению с этим. Потому что с ними можно бороться. С «Великим приказом» — нет. Он снова посмотрел на Чую и позволил себе едва заметную улыбку. — Верно, босс так и сказал, — проговорил Накахара, задумчиво глядя на напарника. — А ещё он подчеркнул, что Камуи не должен его получить. ООН решили передать ему «Великий приказ» из-за вампиров. Если бы нам удалось найти и убить Брэма Стокера, который начал распространение вампиризма по планете, передатчик ему никто бы не отдал. Но Камуи прячет где-то вампира — а возможно, держит его рядом с собой. Нам не удастся осуществить этот план, потому что, чтобы добраться до вампира, сначала нужно убить Камуи. А это совсем не просто, не мне тебе говорить. Осаму молча кивнул. Значит, всё именно так. Он держит ключ при себе. Логично. И предсказуемо. Чуя продолжил: — Ты ведь знаешь об Ищейках? — Да, — спокойно ответил Дазай. — Я знаю, кто они такие. Он говорил уверенно, почти отстранённо — будто пересказывал давно прочитанный отчёт, а не свежий доклад о надвигающейся катастрофе. — Элитный отряд военной полиции из пяти человек, ни разу не потерпевший поражения благодаря операции, которую они проводят раз в год для укрепления своих тел, и особой способности, дающей им сверхскорость. Из-за неё их атаки невозможно заметить, а взрыв и падение с большой высоты не способны убить — прочность тел слишком велика. Помимо этого, каждый из них обладает и другими способностями. И каждый из них — ходячая ошибка системы. — Тэтте Суэхиро и Сайгику Дзёно вдвоём преследовали сотрудников Агентства. Все они были бы мертвы, если бы Мори не отправил тебя на помощь ВДА. Мне известно, что ты спас Агентство, но не смог одолеть Тэтте: он удлинил свой меч, пронзил им Кенджи и зацепился за вертолёт. Доппо выпрыгнул, пытаясь подорвать Тэтте гранатой, но это не нанесло Ищейке вреда. Куникида, как я слышал, тоже выжил — хотя и лишился обеих рук. Чуя сказал, понизив голос: — Но вся фишка в том, что Оочи Фукучи, он же Камуи, — лидер Ищеек. А значит, обладает и сверхскоростью, и той же прочностью, что они. Осаму прикрыл глаза. Вот он. Центр фигуры. Узел, в котором сходятся все линии. — Тачихара Мичидзо, который тоже был Ищейкой и был внедрён в Портовую Мафию как шпион, узнав, что Фукучи — лидер организации «Смерть Небожителей», сразился с ним и проиграл. После этого его обратили в вампира. А совсем недавно Сайгику Дзёно попытался убить Камуи — и снова поражение. Его обратил Акутагава. Собственно, именно из-за него Дзёно и проиграл. Рюноске… даже ты стал частью этой партии. — Вампиры обладают сверхскоростью, их почти невозможно убить. Они способны противостоять Ищейкам — и даже самому Камуи. Жаль только, что кровососы не на нашей стороне. — Твоя осведомлённость о событиях просто поражает, — Чуя хмыкнул. — Ты ведь в тюрьме был. Откуда тебе всё это известно? Осаму посмотрел на него с привычной лёгкой усмешкой. — Выйдя из тюрьмы, я не терял времени даром и сразу вошёл в курс дела. Хотя, признаться, кое-что слышал ещё в заключении. А кое-что я понял задолго до этого. — У меня свои источники, — добавил он, опережая следующий вопрос. — Ладно… — протянул Накахара. — Хорошо, что ты в курсе. Как думаешь, каковы наши шансы, если мы сойдёмся с Камуи в бою? Осаму ответил не сразу. Ты правда хочешь знать? Или просто хочешь услышать, что они не равны нулю? — Если ты применишь Порчу — процентов шестьдесят. Вряд ли больше. И то при условии, что с Камуи не будет вампиров, что крайне маловероятно. Из-за них я вряд ли смогу подобраться к Оочи незаметно и лишить его способностей. Он слегка повернул голову. — Кстати, он обладает даром усиливать любое оружие, которое держит в руке, в сотни раз. Чуя нахмурился, а Осаму продолжил — всё тем же ровным, почти бесстрастным тоном: — Вампиры не могут летать, поэтому атаковать лучше с воздуха. Фукучи тоже летать не умеет, но он может отправлять свой меч в прошлое, прорезая пространство и время. Опасность Амэгодзена в том, что он способен прилететь из прошлого или будущего — и никто не заметит его до тех пор, пока не станет слишком поздно. Даже я. — С противником, который может возвращаться в прошлое и переписывать итог битвы столько раз, сколько захочет, невероятно сложно бороться. Поэтому я и считаю, что наши шансы на успех не так уж велики. — Так мало… — Чуя стиснул зубы. — Но босс уже отдал приказ. Передатчик нужно перехватить в аэропорту — или Камуи должен быть уничтожен до того, как получит его. Хотя попытка захвата сама по себе означает бой с Камуи — он будет там. Но даже если нам удастся завладеть «Великим Приказом», это лишь отсрочит неизбежное. Камуи всё равно нужно уничтожить. Осаму чуть улыбнулся. И вот тут ты ошибаешься. Отсрочка — это иногда всё, что нужно. — Ты прав. Нам с тобой придётся выступить против Камуи в самое ближайшее время — даже несмотря на то, что шансов на победу у нас не так много. — А может, Верлен?* Осаму выдержал паузу, затем сказал: — Я подумаю над этим. Порча Верлена ему неподвластна. Отправлять его на задание слишком рискованно: он атакует всё вокруг, совершенно не контролируя себя. Думаешь, почему босс до сих пор не выставил Верлена против Фукучи? — Да, я знаю. В последний раз Верлен применял порчу семь лет назад, а его Гивр… — Именно так, Чуя, — перебил Осаму. — Вот почему Верлена нельзя отправлять. Но он останется последним козырем Портовой Мафии против Камуи — если мы с тобой проиграем. Эта фраза повисла в воздухе. — Что ж… я, наверное, пойду, — произнёс Чуя, вставая со стула и отодвигая его к окну. — Когда выступаем? — Думаю, через два дня. Мне не помешает немного отлежаться перед битвой. Я тебе позвоню, — ответил Дазай. Два дня — это роскошь. И одновременно приговор, если просчитаться хотя бы на секунду. — Хорошо, — кивнул Накахара. Он вышел из палаты, не обернувшись. Осаму остался один. Белые стены лазарета давили тишиной сильнее ощущения опасности. Он смотрел в потолок и мысленно перебирал варианты — один за другим, отбрасывая почти все. Камуи. Вампиры. «Великий Приказ». И Чуя. Если я ошибусь — мы проиграем. Если я не рискну — проиграем ещё быстрее. Дазай медленно выдохнул и прикрыл глаза. Значит, придётся рискнуть.