Let me go

Сынмин знал, что это будет то еще испытание — просыпаться в кровати Хенджина, который вырубился еще раньше, чем ушел Чонин. Тот живет в соседнем доме, поэтому за него почти не переживали. Феликс был предельно трезв, и Сынмин вызвал ему такси, благословив в дорогу, извиняясь за то, что не сможет провести его, чтобы не бросить перебравшего Хвана. И теперь на утро Хенджин дрых без задних ног, окольцевав Сынмина, которому нужно срочно выбираться отсюда, чтобы не опоздать на работу. Сегодня он будет без напарника, к тому же сюжет от режиссера вчера он смотрел лишь раз. Дай, Боже, памяти запомнить хоть что-нибудь по пути на работу. — Хенджин, отцепись, — ворчит младший, пытаясь оторвать от себя чужие руки. Тот ворчит позади, утыкаясь в спину. — Мне на работу нужно, я опаздываю. — Минни, — вздыхает Хван и снова замолкает, как будто опять уснул. Ким решает, что так дело не пойдет и изворачивается в цепких сонных объятиях, сползая на пол. Наконец-то. Он быстро собирает свои вещи, не завидуя Хенджину, который проснется один и в сраче, оставшемся после вчерашнего. Почти умерший телефон раздается трелью будильника, и парень его выключает, тихо выходя из комнаты. Наспех умывается и чистит зубы своей щеткой, которую взял с собой, предвидя такой расклад событий. И после вызывает такси, тихо выскальзывая из квартиры Хвана, оставляя его спать дальше, надеясь, что он услышит свой будильник, чтобы не опоздать на работу. Без Минхо немного не по себе. Теперь у него не будет несколько минут, чтобы подготовиться к следующей новости, лишь секунды, когда будут показывать кадры или видео. Малейший промах будет слишком заметен. Да и вообще без хёна скучнее намного. Но парень справляется. Режиссер коротко хвалит его после эфира, отправляя переодеваться, и Сынмин несется к своим вещам, чтобы позвонить Джину и проверить его состояние. Из динамика звучит минимум десять гудков, и наконец поднимают трубку. — Да? — голос у Хенджина сонный, недовольный. Он, кажется, даже не смотрел, кто звонит. — Пора просыпаться, Джинни. Ты проспишь свой эфир, алкашик, — тихо смеется Ким, забрасывая сумку на плечо. — Минни, ты меня бросил одного? — стонет Хенджин, чей голос слышится плохо из-за шороха. — Естественно, мне на работу нужно было бежать. Давай вставай. — Ты меня поцелуешь после? — мурлычет Хенджин, потягиваясь на кровати. — Придешь ко мне вечером? Тебе ведь не на работу завтра. — Посмотрим на твоё поведение, — по-доброму хмыкает Ким, — я сейчас домой. Спишемся потом. — Хорошо, щеночек. Минни отключается и смотрит несколько секунд на заставку контакта своего парня, не в силах сдержать глупую улыбку. Он уже скучает по нему.

***

Джисон, кажется, впервые просыпается, чувствуя, что ему жарче, чем обычно, и он не понимает причину. Глаза разлепляться не хотят, а тело словно парализовано. Что не так? Парень тихо стонет и пытается повернуться, наконец ощущая пару рук на себе. Сколько вообще времени, если Минхо еще дома? Сон смотрит в окно и отмечает, что давно утро, может, даже день. ЧЕРТ. — А если он проспал? — в ужасе спрашивает сам себя Хан, резко подрываясь с подушки и принимаясь трясти мужчину за плечо. — Минхо! Минхо, ты проспал? Господи, сколько времени? — младший возится, пытаясь разбудить и добраться до телефона одновременно. Вдруг его валят назад, снова обнимая и прижимая к себе. — Тшш, у меня выходной, я забыл сказать, — спокойно отвечает старший, даже не открыв глаза. — У меня чуть не остановилось сердце, — тяжело выдыхает рэпер, расслабляясь. — Но у тебя до этого не было выходных? — Не было, теперь есть. День через день, — Минхо интуитивно тянется губами, чтобы чмокнуть парня в щечку, — давай так полежим ещё, малыш? Хани улыбается, прикрывая глаза. Воспоминания вчерашней ночи навязчиво лезут в голову, но он отмахивается от них, как от приставучих насекомых. Это так приятно… Приятно просыпаться и видеть, слышать, ощущать рядом кого-то. Возможно, дело даже в том, кто именно спит на одной с тобой кровати. Внезапно рэпер понимает, что довольно привык к Минхо, чтобы убежать лишь из-за того, что он его похитил. Однако… домой тоже хочется. Хочется вернуться к прежней жизни, ведь у него карьера, хёны, выступления. А теперь еще и Минхо. Джисон улыбается, чувствуя глупое желание целоваться, но старший спит? И вообще что он подумает о нем? Но самое важное — какая к черту разница? Парень снова открывает глаза, рассматривая каждую деталь на лице рядом с собой. У него есть крохотные родинки на лице и маленькие шрамики на скулах. Кажется, вот эта точка на коже остается после ветрянки. Младший слегка улыбается, прикасаясь к волосам, чтобы откинуть их назад. — Хён, — шепчет он, на что коротко мычит Ли, спрашивая этим «что?». Джи не отвечает и решает поцеловать Минхо без просьбы о разрешении. Последний удивленно распахивает глаза и тут же притягивает к себе ближе, обнимая за талию. Младший втягивает его в ленивый и нежный утренний поцелуй, приподнимаясь вверх. Они целуются долго, мягко, лишь немного углубляя, а потом отстраняются, и Хани кладет голову на чужое плечо, прикрывая глаза. — Мм, что это на тебя нашло? — мурлычет Минхо, водя носом по щечке. — Решил отблагодарить за то, что я вчера сделал тебе приятно? Хан громко цокает и пихает его в бок, пытаясь выбраться из вмиг окрепшей хватки. — Я пошутииил, — тянет Минхо, прижимаясь головой к груди младшего. — Я просто дурачок, не обижайся. — Правда дурачок, — Сони долго не дуется, просто дает щелбан и успокаивается. Ли тихо ойкает, но больше не двигается, наслаждаясь утренней близостью. — Знаю. Оба лежат так недолго, пока Минхо едва слышно не хихикает. — Что такое? — не понимает Джи, уставившись на него. — Он у тебя разговаривает, — Ли кивает на обнаженный живот младшего и приближается, чтобы поцеловать возле пупка. — Он всегда разговаривает, — Хани вздыхает. — Животик мне кое-что говорит, подожди, — старший прижимается ухом к животу, делая вид, что действительно слышит речь, и кивает головой. — Он сказал, что он хочет ролл с курицей и… — Мин опять «слушает», — и вафли с мороженым. — Если говорит, то нужно давать, иначе он меня сожрет изнутри, — серьезно отвечает Джисон, расширив глаза. Минхо смеется с него, вызывая ответную улыбку. Ли берет телефон и в который раз заходит на сайт доставки, листая. — Я закажу ролл и мороженное, а вафли сделаем вместе, идет? — Хо по-детски хлопает своими длинными ресницами, приковывая завороженный взгляд к себе. — Конечно, идет. Они по очереди принимают душ и утренние процедуры, а после готовятся делать тесто для вафель. Джисон уже не удивляется тому, что на этой небольшой кухне столько техники и всяких штучек по типу той же вафельницы. Неужели мужчина так сильно любит готовить? Хану повезло. Повезло?.. — Только не говори, что ты еще и знаешь рецепт наизусть, — пораженно выдыхает младший, когда второй разбивает в большую миску яйца и насыпает сахар. — Я много чего знаю, я живу дольше, — мелодичный смех звучит на всю кухню, заполняя собой каждый уголок. Джисон садится на подоконник, наблюдая за Ли с влюбленной улыбкой. Ему нравится его голос. Его запах, его внешность и его улыбка. Нравится то, какой он внимательный и заботливый. Нравится, как он берет на себя ответственность почти за всё. Нравится его самостоятельность. Нравится… Возможно, он ему просто нравится? Не по кусочкам, а весь целиком. Хани прерывисто вздыхает, не замечая, как долго смотрит на старшего с маленькой тарелочкой растопленного масла в руках. — Пригрелся на солнышке? — улыбается Мин, бросая короткие взгляды на парня, продолжая своё занятие. — Иди ко мне, я научу, как делать тесто для вафель. Джисон опускает ноги и медленно слезает с подоконника, приближаясь к Минхо. Тот пропускает его на своё место и становится позади, протягивая руки вперед под джисоновыми. — Чтобы вафли были хрустящими, обязательно нужно масло. Я его уже растопил и добавляю к взбитым яйцам с сахаром, — старший тихо рассказывает, стоя близко-близко, касаясь грудью спины. Дает в руки венчик, продолжая говорить, говорить, говорить. Его голос и тон у Джисона ассоциируется с музыкой. Он бы написал песню, полностью посвятив её красоте и мягкости Минхо. Джи не может сфокусироваться на приборе, потому что кажется, что он сейчас потеряет сознание от переполняющих чувств. Ничего особенного не происходит, но в последнее время рэпер стал настолько чувствительным, что малейшее взаимодействие с Минхо заставляет его теряться в пространстве. Минхо не спеша заколачивает рукой Сона тесто, видя, как тот и венчик едва держит. Ребенок. — Я буду взбивать миксером, а ты подсыпай мне муку вот этой кружкой. Внизу у неё сито, будешь нажимать на ручку и сеять через неё, — Минхо отстранился, чтобы достать миксер и начатую пачку муки. — Да, я знаю, — слабо кивает Хани, очищая венчик от теста и облизывая палец. Мин усмехнулся, видя это. Они включили миксер, набрали муки, и старший снова занял своё место позади. Однако как только они начали замешивать, в квартире раздался звонок. — Наверное, курьер пришёл, — говорит Сон. — Наверное. Продолжай взбивать, я мигом, — и оставляет его одного. Ли забрал еду и вернулся на кухню, заглядывая в содержимое пакета, а затем снова возвращается к Джисону. Он мягко просовывает руки по бокам, мимолетно погладив их, и продолжает взбивать, пока Хан сеет муку. Тесто постепенно густеет, отчего миксеру работать труднее, поэтому он выключает его, поставив рядом на стол, чтобы с него стекало в миску. Минхо улыбается тому, как рэпер всё утро ведет себя тихо, немного заторможенно, словно в трансе. Он переводит взгляд на его шею, что находится так близко, что хватит лишь потянуться губами и поцеловать её. Мужчина довольно разглядывает красненькое пятнышко, оставленное вчера ночью, и невесомо целует его, чувствуя, как вздрагивает парень в его руках. Последний всё еще держит лопатку в руках, помешивая тесто, когда Минхо убирает руки от миски и перемещает их на талию, не сильно цепляясь за неё. Хан плавится в руках, как то масло, отводит голову в сторону, когда старший лижет засос и продолжает целовать шею, немного облизывая. Младший прикрывает глаза, прекращая двигать лопаткой, запрокидывает голову на плечо позади, тихо вздохнув. Ли оставляет еще один небольшой засос, горячо выдыхая, посылая мурашки. Прижимает его к себе, мягко вжимаясь пахом в задницу, поглаживая хрупкие бедра. Рэпер роняет едва слышный стон, когда Минхо трется сзади и одной рукой гладит грудь. Если раньше только казалось, что Хани потеряет сознание, то теперь он уверен, что грохнется тут в скором времени. Хочется забить на вафли и еду в целом и отдаться полностью, наплевав на то, что раньше поджилки тряслись, стоило подумать о чем-то… таком с парнем. Не то, чтобы Джисон был приверженцем исключительно гетеро отношений, просто не приходилось раньше встречаться с кем-то своего пола. И поэтому, когда Минхо впервые показал своё влечение, Джи испугался. А сейчас подставляет губы, выпрашивая поцелуй, хнычет и поддается бедрами назад, когда чувствует небольшие толчки чужих. Минхо имитирует секс, осторожно вжимаясь членом, начавшим возбуждаться от всех действий и стонов, между ягодиц. Старший целует ожидающего Хани и опускает руку вниз по его груди, животу и бедрам к появляющемся бугорку на шортах. И как только он накрывает его рукой, Хан дергается от ощущений, задевая рукой миску с тестом… Младший тут же бросается к ней, думая подхватить, но часть теста уже выливается на пол, забрызгивая всё вокруг и попадая на висящую у окна тюль. Парни стоят, испуганно замерев. Джисон держит емкость с (дай, боже) третьей частью будущих вафель, Минхо глазеет на большое пятно на полу и испачканную тюль, и весь настрой тут же улетучивается. — П-прости, хён, прости… — Прекрати, ты не виноват, — старший отходит чуть дальше, рассматривая свои грязные домашние тапочки. — В любом случае, тюль нужно давно было постирать. Джисон выдыхает немного облегченно, видя, что его не ругают за косорукость. — А всё остальное можно убрать, — продолжает Мин. — Иди, переоденься, у тебя всё грязное, — тише добавляет он, кивая на шорты и низ футболки, в которые одет Хани. Тот быстро кивает и пятится назад, чтобы пойти и взять что-то из постиранных ранее вещей. Минхо отмирает спустя мгновение, когда на кухню прибегают коты, заинтересованно подбегая к жидкой массе на полу. — Кш, вам такое нельзя, — Ли загораживает ладонью им путь к тесту и быстро несет из ванной тряпку, смочив ее. Опускается на колени и вытирает сначала с пола, промывает, а потом и с дверей шкафчика. Джисон возвращается быстро, виновато опуская голову и убирает на столе, радуясь, что хоть какая-то часть осталась в миске. — Вафли получатся с этого или…? — робко спрашивает Хан, смотря на повернувшегося к нему Ли. — Конечно, получатся. Сейчас сделаем, покушаем, а потом снимем тюль. Да и вообще все шторы, видимо, сегодня день стирки, — Минхо широко улыбается, показывая, что всё не так плохо, как Джи себе надумал. Он целует рэпера в уголок губ, всё так же улыбаясь и заканчивает уборку. Достаёт электровафельницу, разогревает её и накладывает немного теста, пока Хани стоит рядом и просто наблюдает. Или ласки, или еда. Почему-то вместе не получилось. Проходит не менее получаса, когда они наконец садятся завтракать. Мин готовит холодный американо и ставит на стол, а Джисон достает тарелки и столовые приборы на двоих. За завтраком Минхо рассказывает, почему же так вышло, что теперь он будет работать через день, вместе с Хани злорадствуя над Сынмином, который после пьянки пошел на работу. Рассказывает, как Хенджин напился в зюзю, забыв следить за своим мелким другом, который похож на лисенка. И, естественно, рассказав, что Сынмин и Хенджин спалились, наконец признавшись, что они встречаются. Джисон всё время улыбается, его забавляет манера речи и повествования, которой обычно рассказывает мужчина свои веселые истории. Он бы слушал его и слушал. К сожалению, лично у него не чем поделиться. После завтрака они убирают и принимаются за шторы по всему дому. Джисон стоит внизу, а Минхо как более высокий тянется вверх и снимает их с карниза, ворча, что слишком тяжело держать руки постоянно в поднятом состоянии. Он довольно много раз делает передышку, опуская руки, а потом продолжает, отдавая снятые вещи Хани. И так возле каждого окна. Сняв их все, Минхо опускается на диван, постанывая от ноющих рук. — Я тебе говорил, давай я помогу снимать, а ты всё «неет, малыш, не нужно, я такой классный, сам справлюсь, я что, не герой?» — ворчит Джисон, сидя рядом и массируя виски старшего двумя пальцами. — Мне кажется, или где-то тут ты приврал, особенно под конец? — тот усмехается, подняв руки к Хану и пощекотав его по животу. — Ничего не знаю, — Сон показывает язык. — А как мы их будем сушить? Минхо смотрит на него снизу вверх, из-за чего младший видит его перевернутое лицо перед собой: — Ты просто ахринеешь с того, какое это муторное дело. Они лежат, пока в стиралке крутятся две первые тюли. Джисон поглаживает мужчину по голове, смотря то на котов, то в стену, размышляя, то в окно. Задержавшись взглядом на последнем, он тяжело вздыхает. — Я хочу… погулять. Никто больше не говорит, как кажется младшему, целую вечность. Движения Хани замерли, и он просто грустно смотрит в окно, где видны макушки деревьев и зданий. Он так долго здесь находится. Взаперти. Внутри что-то кольнуло от того, что Минхо даже не обратил никакого внимания на то, что сказал Сони. Наверное, нужно было молчать. Наверное, он разозлится (хотя рэпер уже давно не видел, чтобы тот злился). Наверное… Ему не стоит вообще говорить об этом? Он ведь… пленник, да? Пора спуститься с небес на землю. И когда, после длительных грустных самокопаний Джисона, тот собирается ляпнуть что-то вроде «забудь», то Минхо начинает говорить: — Завтра можно устроить пикник на берегу моря. Вечером. Я знаю пляж, где почти никогда никого нет. Я никого там не видел раньше, но там красиво, — он рассказывает с прикрытыми глазами, держа младшего за руку. — И вот, мы возьмем вино, пиццу, чизкейк или что-угодно, что ты захочешь. Я могу попросить у Сынмина гитару, которая стоит у него дома для красоты, сядем в машину и поедем отдыхать. Хан чувствует, как у него трепещет сердце. То есть… вот так просто? Подождите, Минхо ведь не врет? Не врет? — Ты сейчас серьезно? — робко спрашивает Джи, удивленно уставившись на мужчину. — А что? — тот приподнимается, чтобы посмотреть на реакцию. Звучит отлично, может ему не нравится? — Ты не любишь пляж? Или не хочешь ночью? Я понимаю… Просто… Или если тебе не нравятся чизкейки, то- Джисон поддается вперед резко и затыкает его поцелуем, повиснув на шее. Минхо опешил, ухватившись за чужие бока, но ответив на столь внезапный, но чувственный поцелуй. Хани продолжал его целовать, держа за голову до тех пор, пока стало не хватать воздуха, и ему не пришлось оторваться. — Я, наверное, умру от счастья, если мы это всё сделаем, — шепчет Сони, чьи глазки поблескивают от влаги. — Хэй, если ты собираешься там умереть, то мы точно не поедем, — строго приговаривает Ли, но его не слушают и валят на диван на спину, снова прижимаясь к губам поцелуем. И Минхо это так нравится. Целый день они перестирывают шторы, ждут, пока стечет влага, повесив их над ванной, а потом начинается самое ужасное. Влажные шторы нужно вешать на карниз назад, и Хо думает, что сдохнет, пока сделает это. Хоть есть кому держать это всё внизу. Джи морщится, когда холодная материя касается его плечей, всё валится с рук, Минхо стоит на стремянке и шатается время от времени, ворча, что его руки отвалятся. Но Джисона туда не пускает. До поры до времени. Следующую партию вешает Хан. Не то, чтобы сильно хотелось, но на Ли смотреть жалко. И за пару минут рэпер понимает, почему тот так жаловался. Это ужасно. К четырем дня они заканчивают всю стирку, голодные и уставшие. Снова валятся на их излюбленный ковер в гостиной, отдыхая. Дори заинтересованно подходит и нюхает их, не понимая, что происходит с его хозяином. Тот неживой. — В общем, — вздыхает Минхо спустя долгое время. — Есть куриное филе, можно сделать рис с мясом в соусе терияки. — Звучит максимально заманчиво, я съел бы всё, — устало говорит Хан. Вопрос только в том, кто это будет готовить. — Я могу пойти закинуть рис в кашеварку, разморозить и нарезать мясо, а ты лучше полежи, старичок, — гаденько хихикает младший, тяжело поднимаясь. — Я доберусь до твоей задницы, не переживай, молодой, — фыркает Минхо. — Оу, звучит так двусмысленно, — Хан прикрывает рот ладошкой, играя бровями. Ли смотрит на него в упор, ухмыляясь: — Как скажешь, как скажешь. Джисон убегает на кухню, а за ним следом все три кота, надеясь получить что-то вкусное в свои миски. А иначе зачем людям ходить на кухню? И пока Минхо наслаждается тишиной и отдыхом, чувствуя, как сильно ноют мышцы, Хани пытается сделать всё правильно, чтобы ничего не сломать и не испортить. Даже с такими мелочами он может напортачить, умеет и практикует это. Скоро Ли приходит на кухню, чтобы замариновать курицу, готовя соус самостоятельно, а потом тискает Джисона возле стола, щекоча по животу и бокам, пока тот пищит и брыкается. Младший настолько в предвкушении завтрашней поездки, что не может перестать улыбаться. Он сияет и вызывает такую же улыбку у Мина, расспрашивает, какой чизкейк они купят и какую пиццу. Какое вино и как они вернутся назад, если оба выпьют. Минхо говорит, что можно поспать в машине, откинув сиденья назад, а утром выехать домой. Очень удобно, что ему сделали выходные, иначе пришлось бы туго. Джисон за весь день даже не берется за блокнот, активно проводя время со старшим. Вечером после ужина они сидят в гостиной, смотрят фильм и вычесывают котов, собирая довольно много шерсти, потому что, будучи увлеченными друг другом последние дни, они совсем забыли о таких вещах, как вычесывание. Суни вообще начал рассыпать свои ДНК направо и налево, говоря «обратите на нас внимание». Листая инстаграм, лежа в постели после душа, Минхо отмечает, что Джисон возится в ванной дольше, чем когда-либо. Он немного настораживается, но пока не решается потревожить. Вдруг делом занят? Просматривает ленту, половина которой усеяна контентом с Джисоном, и лыбится от того, что эта драгоценность живет с ним буквально на одной кровати. Наконец, Сони возвращается, и Ли замечает легкий румянец на щеках. Младший в большой футболке и боксерах, как обычно, немного мнется, прежде чем перелезть через старшего на своё место. — Ты что там ножки брил, что так долго? — с ласковой улыбкой шутит Мин, откладывая телефон. Хан в ответ вспыхивает краской, пиная в плечо, и мужчина вскидывает бровь: — Серьезно брил? — охает он, придвигаясь ближе, — дай попробовать. — Хён, ты дурак, блин, — Хан ворчит, смущаясь и снова пиная ногой в чужую, прижимаясь к стене. — Мм, так ты… запомнил мои слова, что я доберусь до твоей задницы? — Минхо хищно облизывается, нависая над младшим. Тот бегает глазами с предмета на предмет, стоящий в спальне, но никак не смотрит в глаза. Боже, какая прелесть. Он правда подготовился, а Мин ненамеренно попал в точку? — Прекрати… смущать, — шепчет Джисон, наконец-то взглянув в глаза старшего. — Больше не буду, — обещает Ли, медленно наклоняясь к парню. Когда последний ожидает поцелуя от приближающегося к его губам Минхо, старший меняет траекторию, оставляя первый поцелуй на кончике носа. Хан охает от удивления, приоткрывая глаза и смотря на него. Минхо продолжает невесомо целовать лицо, настолько трепетно и нежно, что Хани постепенно расслабляется. — Я ведь правильно понимаю тебя? — тихо уточняет Хо, целуя в лоб. Хан кивает спустя несколько секунд и тянет к себе за шею, чтобы получить долгожданный поцелуй. Минхо прижимается грудной клеткой к его, но не давит всем весом. Он целует губы поочередно, коротко лижет их, как котенок, и Хани приоткрывает рот, впуская язык. Поцелуй совмещает и желание, и чувства — то невесомый, то напористый. Младший обвивает ногами талию и прижимается ближе, сжимая футболку на спине. Сердце стучит так быстро, что Минхо даже чувствует, как вибрирует грудь Сони. Он разрывает поцелуй, несколько раз еще звонко чмокая его. — Всё хорошо, я помню, что ты мне говорил, — успокаивает Хо, поглаживая парня по гладкой ножке. — Я буду нежным, не бойся и не трясись так. — Я стараюсь, — выдыхает Хан, откидывая голову на подушку, чувствуя нежные влажные поцелуи в шею. Он возбуждается до стыда быстро, предвкушая то, что должно случиться. То, на что он сам решился. Доверился. Минхо стягивает с него футболку, чтобы долго не возиться с ней, и покрывает поцелуями грудь, уделяя внимание соскам, которые, как обнаружилось ранее, довольно чувствительные. Джисон закусывает губу и хнычет, по привычке цепляясь за волосы, но не сильно. Гладит его шею, выгибается навстречу и прикрывает глазки, постанывая. Старший чувствует, как в живот упирается чужое возбуждение, и трется торсом, слыша, как судорожно вздыхает Хани. Парень сжимает чужую футболку, быстро поддевает её и стягивает, как ранее это сделали с ним. — Ты такой красивый, — шепчет рэпер, отводя взгляд от великолепного тела, снова смущаясь того, что сказал это так открыто. Минхо идеальный, Хани всегда восхищался людьми, которым хватает усердия работать над собой. И хоть он не знает, чем именно занимается Ли, чтобы держать себя в форме, но он правда идеальный для Джисона. — Ты самый красивый, самый потрясающий, самый-самый, — Мин зацеловывает снова и снова пухлые щечки, прижимаясь бедрами к джисоновым и ловя его тяжелые вздохи. — Подожди меня секунду. Мужчина поднимается и скрывается с поля зрения парня, который ищет его взглядом в недоумении. Старший копается в своем комоде, уже достав смазку, которая была ближе, чем сами презервативы. Минхо от души не помнит, куда он последний раз бросал новую пачку. Вскоре он возвращается к младшему, пылко припадая к губам, будто извиняется за ожидание. Вылизывает его рот и сплетается с юрким языком, мягко посасывая и вызывая тихие вздохи. Вдруг Минхо чувствует блуждающую руку на себе, когда Хан смелеет и исследует тело старшего. Он гладит бицепсы, переходит к груди, осторожно сжимая мышцы и играется с сосками. Ему так нравится это. Водит пальцами по торсу и сам целует в шею, чередуя поцелуи с размашистыми движениями языка по выступающим венам. Мин закатывает глаза, вздыхая, позволяя Хану делать то, что тот хочет. Даже когда младший снова кусается, он гладит бедра, выглядящие совсем по-юношески и поощряет продолжать. Джисон засасывает кожу возле ключицы, оставляя пробный засос, а потом тянется и припадает к груди, усеивая её своими маленькими метками, доводя Ли до экстаза. Блять, Хан Джисон оставляет свои засосы. Его Джисон-и. Минхо хочется больше никогда не надевать одежду, чтобы все видели это. Его Сони. Ли снова опрокидывает парня на кровать, продолжая ласкать поцелуями, постепенно добираясь до белья. Он растирает круги на внутренней стороне бедра, тем самым оповещая, что он собирается делать дальше, а потом не спеша тянет резинку вниз по худым ногам и снимает трусы полностью. Джисон остался полностью обнажен, растрепанный и прижимающийся к кровати. Минхо смущает его своим откровенным рассматриванием, заставляя свести ноги вместе, но старший тут же останавливает, поглаживая гладкую кожу на ляжках. — Я не могу оторвать от тебя взгляд, — шепчет Ли, мягко улыбнувшись парню. — Ты очень красив, не стесняйся. Это просто я. «Это просто ты? Это ведь ты!» — мысленно восклицает рэпер, закусывая губу, когда Мин снова оказывается у его разведенных ног. Тот припадает губами к внутренней стороне бедра, зацеловывая их и облизывая. Хан скулит, стараясь держать ноги разведенными, а затем несдержанно стонет, когда Минхо обхватывает губами яички и посасывает их поочередно. — Мин… — бездумно стонет Хан, положив руку на плечо. Возможно, ему придется пройти целый курс по борьбе со смущением вместе с этим чертовым психологом. Младший мечется из крайности в крайность. Ему очень хорошо и очень стыдно, даже несмотря на то, что вчера этот же Минхо отсосал ему, и он сам трахнул его в рот. Внезапно его тянут за лодыжки ближе к себе, чтобы Хан слез с подушек, берут одну и подкладывают под поясницу, раскрывая его как можно лучше. Парень открыто хнычет из-за того, что находится таким открытым перед старшим, но тот прижимает острые коленки к его же груди, наслаждаясь открывшимся видом, чего наиболее стесняется Джи. Припухшие края дырочки говорят о том, что он старался растянуть себя. Насколько это получилось, Минхо сейчас проверит. Он наклоняется и лижет отверстие, выбивая жалобный стон из уст Хана, который безмолвно машет головой, пытаясь отговорить от этого мужчину. Ему очень стыдно. Хо гладит бедра и целует дырочку несколько раз, затем находит на постели бутылку смазки и открывает её, оторвавшись от чужого тела на мгновение. Он выливает достаточно смазки и прижимает пальцы к анусу, размазывая по краям. Откладывает лубрикант на время и сталкивается взглядом с раскрасневшимся Соном. — Только не сжимайся. Всё будет хорошо. Если будет очень-очень больно, то говори, понял? — взывает к нему Ли и получает быстрые кивки. Минхо сначала решает поласкать возбужденный член рэпера, отвлекая от всего, и медленно гладит от основания к кончику, смотря на него. Короткий стон вырывается из Джисона, и Мин продолжает ласкать, приставляя средний палец к мышцам. Мнет их, немного приоткрывая, и вводит первый. Тот скользит довольно свободно, поэтому, немного подвигав, Ли добавляет второй. Вероятно, в ванной Сони больше двух не добавлял, или испугавшись ощущений, или вовсе отказавшись от затеи, оставляя остальное на старшего. — Какой умничка, — шепчет мужчина, медленно водя внутри пальцами. — Было больно, когда пытался сам? Хани тихо скулит: — Угу, я подумал, что ты сделаешь это лучше меня, — выдыхает младший, стараясь расслабиться. — Всё правильно решил, — хвалит тот снова, отмечая, как Сон воодушевляется от похвалы. Когда два пальца растягивают младшего довольно хорошо, он проталкивает их глубже, немного загибая кверху. Джисон тихо постанывает, сжимая пальцами свои ноги, но стоило Минхо найти простату, то тот вскидывает бедра и прогибается в спине, коротко, но громко застонав. Хо добавляет третий, вводя крайне медленно и осторожно, возвращаясь второй рукой к члену, чтобы поласкать его. Джисон кусает губы и снова громко стонет, когда старший касается железы внутри. — Я не хрустальный, я смогу принять, — скулит младший, нетерпеливо ёрзая на одеяле. — Ух какой, — шутливым тоном говорит Хо, несколько раз еще подвигав внутри пальцами. — Только медленно! — тут же добавляет рэпер, немного испуганно распахивая глаза. — Конечно, медленно. Я не хочу тебе делать больно, — спокойно говорит Минхо. — Если я буду резок, можешь меня убить после. Сопротивляться даже не буду. Джисон запрокидывает голову и хихикает, чувствуя, как к дырочке прижимается головка члена уже в презервативе. — Хочешь поменять позу или… — спрашивает Мин перед началом. — Хочу в этой. Чтобы… видеть тебя, — совсем тихо добавляет он, поджимая губы. — Ты снова сжимаешься, — причитает Минхо, подхватывая под коленки. — Эй, я стараюсь… ох, — Джисон замолкает, когда старший начинает проникать внутрь миллиметр за миллиметром, воспользовавшись замешательством парня. Он двигается медленно, как и обещал, сильно прикусив губу, чтобы держать себя в руках, потому что резко войти до упора хочется жутко. Мужчина наклонился ближе к Сони, оказавшись лицом к лицу, видя, как блестят глазки напротив. — Как дела? — Минхо хлопает глазами, не показывая, как у него едет крыша, чтобы не испугать. — Ты просто невыносим, — рвано вздыхает Хан и тянет к себе за голову, чтобы заткнуть мужчину. И в момент соприкосновения их губ, Минхо наконец погружается до упора, замерев. Они целуются жадно и пошло, пытаясь урвать право вести, не уступая. Языки сталкиваются друг с другом, Джисон кусается, отчего Минхо глухо стонет и дергает бедрами. Хан выпускает чужие губы, разжимая зубы, и замирает, когда Ли начинает медленно двигаться. Немного больно, но терпимо. Мин лижет влажные губы Сона и не спеша выходит и входит, растягивая под свой размер как можно лучше. — Ты забыл, что твоя милая маленькая попка сейчас в моей власти? — довольно ухмыляется Минхо, медленно наращивая темп, привстав в предыдущее положение. — В следующий раз ты будешь снизу, — шипит Хани, вцепившись в чужие руки, чувствуя, как боль притупляется ощущением постоянного скольжения внутри. — Посмотрим, хватит ли тебе храбрости для этого, — беззлобно улыбается Минхо, решая заканчивать болтать и приняться за дело. Он запрокидывает голову, роняя тихие стоны, и Сон на секунду задумывается, что такой якобы грозный мужик, которым пытался быть Минхо, стонет так мягко и тихо, что у Джисона сводит живот. Ли звонко шлепается яичками о ягодицы, закинув себе джисоновы ноги на плечи, ускоряясь. У Джисона не хватает сил и в принципе желания огрызаться, потому что постепенно становится хорошо, заставляя откинуться на постель и несдержанно стонать, сжимая простынь в руках. Кровать немного дергается в стороны от движений сверху, определенно донося соседям то, чем они занимаются. Если там те соседи есть. Сони тянется к своему члену, сжимая его у основания, а затем крепко обхватывает и водит почти в такт толчкам. Минхо видит это и снова нависает над младшим, меняя угол, чтобы найти простату, сгибая Джисона почти пополам. Тот высоко стонет, цепляясь за плечи и немного царапая их, когда глубокие толчки, кажется, ощущаются аж внизу живота. Вдруг Минхо снова задевает ту точку, начиная точные и быстрые удары по ней, заставляя Хани вскрикивать, чуть ли не плача от ощущения удовольствия. Ему хотелось бы, чтобы это никогда не заканчивалось. Чтобы они занимались этим снова и снова, совсем немного отдыхая между заходами. И те недолгие боль и дискомфорт того стоили. — М-минхо, я близко, — тяжело стонет Хани, прижимая к себе старшего еще ближе. — О нет, не торопись, — с усмешкой отвечает тот, сжимая джисонов член, начиная двигаться более резко и жестко. — О Боже, Господи, — скулит Джи, выгибаясь в пояснице до хруста. Он не может больше. Он просто не сможет. Он взорвется. Минхо преследует свой оргазм, и как только чувствует нарастающий узел внизу, начинает быстро надрачивать Хану, доводя его до пика за несколько секунд. Тот выплескивается на живот и грудь, выстанывая имя мужчины, чуть ли не рыдая. Старший двигается еще немного, быстро выходит, снимает презерватив и надрачивает, кончая на чужой живот, смешивая сперму вместе. Хани закатывает глаза в удовольствии, слушая громкий высокий стон Минхо, когда того охватывает оргазм. Сон вытирает себя простыней, совершенно наплевав, что им придется её менять. Он чувствует, как собственные бедра дрожат, словно они не останавливались, всё еще занимаясь любовью. Минхо еще несколько секунд находится в прострации, тяжело дыша, а затем устало ложится рядом. — Хэй, старик, — тянет Джисон, уже отходя от оргазма. — Ну-ка повернись, — выдыхает Минхо, и младший не понимает, что происходит, когда мужчина действительно приподнимается и поворачивает того чуть на бок. И тут Хани чувствует ощутимый укус в ягодицу, громко взвизгивая и возвращаясь назад, прижимаясь задницей к кровати. — Я обещал, что укушу твою маленькую задницу, если ты будешь паясничать. — Ты! Ты… Ты сумасшедший, — бесится Хани, колотя кулаками по груди, но старшему хоть бы хны, он тянет его на себя и прижимается к губам ленивым поцелуем, довольно улыбаясь. Рэпер постепенно успокаивается, даже тает в объятиях, добровольно прижимаясь всем телом. — Тебе понравилось? — тихо спрашивает Минхо, целуя за ушком. — Очень, — шепчет Хани, снова потянувшись за поцелуями.