Пересекая километры

Домой они добирались на метро. Соня буквально «горела» этим видом транспорта, да и от выхода из метрополитена пешком было совсем недалеко до Невского. Правда, в апартаментах Соню ждал жуткий беспорядок, оставленный накануне. Усадив Владимира на диван, она принялась бегать по комнатам, собирая и скидывая вещи в чемодан. На упаковку сувениров и маленьких подарочков уходило особенно много времени: Соня бережно просовывала их между вещами, опасаясь возможной поломки или помятия. Володя же тем временем, решив ей не мешать, выяснял вопросы по работе с помощью мессенджера. Примерно через час, когда всё было собрано, он выкатил чемодан Сони в прихожую и поставил у дверей. Рюкзак было решено взять с собой на прогулку. Не желая причинять лишнее беспокойство Даше и Дмитрию, Соня тщательно вымыла всю посуду и заправила кровать пледом, а потом ещё раз спокойно прошлась по всем комнатам и осмотрелась, чтобы ничего не забыть. — Володя, я всё, — Она подошла к своему любимому мужчине, как раз в тот момент, когда он отключил телефон. — Отлично, я придумал, куда мы пойдём. — И? — Не скажу. — Как обычно он озорно улыбнулся. Соня привычно закатила глаза. — Мне брать с собой кардиган? — Да, лучше возьми, вдруг к вечеру станет холодней. Ты ведь мерзлявенькая у меня. — Ну, в Питере действительно холодней, чем в Сочи. Сейчас у нас не меньше тридцати градусов, а может, и все сорок. Тёплую одежду на юге достают ближе к октябрю. Не представляю, как тут люди живут зимой. Я б, наверное, превратилась в сосульку. При выходе из квартиры Соня бросила взгляд в зеркало, убрала прядь волос за ухо и закрыла дверь на ключ. Сегодня она была одета в зеленое платье-футляр, с юбкой до колена, и босоножки на танкетке. Волосы просто расчесала и оставила распущенными. Макияж сделала неброский и естественный. Прямо за дверьми, на лестничной клетке, они нос к носу столкнулись с Дашей. Та искренне улыбнулась и была рада встрече с Соней. — О, Даша, Вы как раз вовремя. Мы всё проверили и уже уходим. — Надеюсь конец отпуска у Вас прошёл лучше, чем начало. Мы всей командой держали за Вас кулачки, чтоб всё было хорошо. — Ой, бросьте. Хорошо, что всё хорошо закончилось. Оставшиеся дни я провела чудесно. Кстати, а что в итоге стало с той горничной? — Её всё-таки уволили. Мы все благодарно выдохнули. Поэтому спасибо Вам большое. — Да не за что, в общем-то, это всё мой… Эм, парень постарался. — Ну тогда ему спасибо огромное. Хорошей Вам дороги, София, — искренне пожелала Даша. — А Вам хороших гостей в дальнейшем… Ой, чуть не забыла. — Соня хлопнула себя по лбу и, достав ключи из рюкзака, отдала их Даше. — Точно, я так была рада Вас увидеть, что чуть про них не забыла. Владимир же в это время тактично ждал Соню на улице, решив, что девушкам надо пообщаться с глазу на глаз. София выпорхнула ему навстречу, прямо-таки излучая полное счастье. Справедливость наконец-то восторжествовала. Перед прогулкой по городу они ненадолго забежали к Володе домой, чтобы он тоже мог переодеться в более простую одежду, и заодно оставили у него до вечера Сонин чемодан. Пройдя на кухню, девушка налила себе стакан воды и выпила его маленькими глотками. Владимир вышел из спальни, на ходу натягивая футболку. Пытаясь скрыть смущение, Соня принялась мыть стакан и, поставив его в сушку, даже попутно вытерла тряпочкой брызги, что накапали на раковину. — Слушай, ты же много работаешь? — спросила Соня, аккуратно складывая тряпку на углу стола. — Да, обычно ухожу утром, а прихожу поздно вечером, а что? — ответил удивленный её вопросом Владимир. — А кто у тебя убирает? Тут так чисто и опрятно. Или ты уборку вместо сна делаешь? — Ааа, ты об этом? Ну, ко мне домработница ходит. Обычно раз в неделю. Я почти не живу тут, прихожу только спать. Готовлю редко, у меня в холодильнике и продуктов-то почти не бывает. — Эх, завидую. Я на работе иногда так устаю, что сама мечтаю, чтобы мне кто-нибудь убрал дома. — Ты только не думай, что я белоручка, — засмеялся Владимир, — я умею убирать и прочее, но чаще всего мне некогда этим заниматься. Тем более Инессе Петровне нужна работа. Она очень хорошая женщина с двумя детьми. Ответственная, хозяйственная и порой даже балует меня пирожками. — Ну с пирожков и надо было начинать. — Приблизившись, Соня склонила голову набок, становясь похожей на любопытную сову. — Ты очень хороший человек, Мне нравится, как ты относишься к другим людям. Ты с ними вежлив, терпелив и добр. И на последнем слове у Сони вдруг зазвонил телефон. По видеосвязи ей звонила мама, которая, в общем-то, никогда не приветствовала этот вид общения. Слегка удивившись, Соня нажала на кнопку «принять», и на дисплее возникло заплаканное лицо матери. — Мам? — Сонино сердце замерло от этой картины. — Мама, что-то случилось? — Доченька, тут такое произошло! Я только-только узнала. — И, вытерев слёзы салфеткой, женщина многозначительно сообщила новость: — Твоя тётка снова выходит замуж. Не зная как реагировать на такое заявление, Соня промолчала. Мысленно ещё десять секунд назад она уже хоронила всех близких родственников, начиная с папы. — Мам, — выдохнула девушка, приводя в порядок дыхание, — а чего плакать-то? Я тут себе уже таких ужасов надумала. — Я плачу, потому что она нас сегодня познакомила, доча. Ты б его видела! Это ужас какой-то. У них разница в возрасте пятнадцать лет. И Сонина мама снова высморкалась в салфетку. — А чего страшного? Мужчина старше, что в этом такого? — Нет, ты не поняла: он её моложе! Соня поперхнулась от удивления, хлопнула два раза глазами, но быстро взяла себя в руки. — Мамочка, это не наше с тобой дело. Если она хочет за него замуж, пусть выходит. Ты ж не будешь приковывать её наручниками к батарее?! — Я понимаю, но она моя сестра. Я за неё переживаю. — И я понимаю, — с грустью сказала Соня, — но ты ничего не сможешь сделать. Это её выбор, и мы не станем вмешиваться. Да и вообще разница в возрасте — это не страшно. Страшно, когда человек подлый. — Ты, конечно, права, доченька. Но это всё так неожиданно случилось. Я даже не догадывалась об их отношениях. — Думаю, она боялась твоей реакции. Всё будет хорошо. Особенно если у них там любовь. Если тебя это утешит, то я позвоню тёте, когда вернусь домой. А ещё лучше встретимся все вместе с её женихом и как следует пообщаемся. Так что, давай, не накручивай там себя больше. Всё будет нормально! — Я постараюсь. И когда ты успела так повзрослеть? Кстати, ты же сегодня ночью в самолёт садишься? — Ага, скоро увидимся. Покажу целую гору фоток, а ещё много разных историй расскажу. Сонина мама наконец позволила себе улыбнуться. — Жду не дождусь. Ты где сейчас и как планируешь провести последний день отпуска? — Я сейчас в квартире… эээ у друга нахожусь. Сначала сходим пообедать, а потом погуляем, — чуть смутившись, ответила Соня. — Что? У какого друга? Ты разве была с кем-то в Питере знакома? — Нет, я тут его встретила. Глядя на то, как вытягивается мамино лицо, Соня покраснела. Повисла неловкая пауза, которая длилась до тех пор, пока Володя не появился в «кадре», решив выручить свою девушку. — Здравствуйте, меня зовут Владимир, — поприветствовал он маму Сони. — Здравствуйте, а я Екатерина Ивановна. Очень приятно познакомиться. — Женщина сделала круглые глаза, глядя то на дочь, то на мужчину рядом с ней. — Ладно, не буду вас отвлекать. Доча, пока. Владимир, до свидания. — И в туже минуту отключилась. Соня засмеялась. Её мама явно не ожидала, что их разговор услышит кто-то третий, а потому смутилась. «Теперь по приезду в Сочи мама не слезет с меня, пока не получит ответы на миллион своих вопросов, — со вздохом подумала она. — Да… Такому, конечно, не поможет ни одна моральная подготовка». — Я зря это сделал? Владимир, подойдя ближе, по-хозяйски закинул ей руку на плечи. — Нет, всё хорошо. Нам ещё представится случай нормально познакомиться с родителями друг друга. Но у меня от этих мыслей прям мурашки по телу. — Вот вечно ты начинаешь паниковать раньше времени. Уверен, всё пройдет классно. Подыскивая место для обеда, Владимир открыл карту, чтобы найти кафе, в котором они ещё не были. Солнце ярко светило над головой, и Соня терпеливо стояла рядом. Через минуту он решительно двинулся вдоль Невского, взяв Соню за руку. После Карелии он стал более смелым, не сказать, что Соню это беспокоило, но чувствовала она себя при этом немного непривычно. Впрочем, друзьями им всё равно не быть. Да теперь уже и не хочется. Подойдя к небольшому зданию, они заглянули внутрь. Из-за работающего кондиционера там оказалось намного прохладнее, чем на улице. Соня поежилась и поплотнее запахнула кардиган на груди. Официант сопроводил их на второй этаж и усадил за столик на большой открытой террасе, украшенной живыми вьющимися цветами. Столик как обычно покрывала белая кружевная скатерть, что немного огорчило Соню. «Главное — ничего не пролить и не уронить, — мысленно произнесла она, разглядывая открывающийся вид на дома и проспект внизу». Жизнь в городе не замирала ни на секунду, а тут, в кафе, было контрастно спокойно и тихо, чему определённым образом способствовало совсем небольшое количество посетителей. Владимир сделал заказ быстро, а Соня долго выбирала блюда, которые хотела бы попробовать в последний день отпуска. Когда заказ принесли, она неожиданно осознала, насколько сильно проголодалась. С трудом сдерживая себя, чтоб не съесть всё одним махом, девушка старалась тщательно пережёвывать каждый кусочек, но всё равно съела горячее и салат достаточно быстро — Владимир даже удивился такому аппетиту. Немного позже она заказала себе ещё десерт с капучино, в отличие от своего спутника, который ограничился только американо. Наслаждалась десертом, Соня, то и дело, крутила головой по сторонам, украдкой наблюдая за другими посетителями. Особенно сильно ее внимание привлёк пузатый мужчина, который важно повязывал на шею салфетку. Небо сегодня было безоблачным, а солнце с каждой минутой светило всё ярче. В какой-то момент стало так жарко, что Соня стянула кардиган и повесила на стул. Солнце грело плечи и макушку головы, и девушка счастливо жмурила глаза, всё больше становясь похожей на довольную кошку, которая, вдоволь нализавшись сметаны, устроилась на большом, тёплом камне. Владимиру только и оставалось, как любоваться ею. Его восхищали её простота и непосредственность. Соня умела наслаждаться жизнью и заряжала остальных людей своей неиссякаемой энергией оптимизма. При встрече с ней мало кто оставался равнодушным — это Владимир понял в тот день, когда привёл Соню на свою работу. Коллеги уже не раз звали его в бар, надеясь выведать больше подробностей о «той самой девушке», но он всегда держал рот на замке. В конце концов, он имел на неё виды с первой встречи. Соне понравилось обедать в таком красивом и уютном месте, мысленно она назвала его «Крышей мира». К тому же здесь варили такой вкусный кофе, что ей хотелось проглотить его вместе с чашкой. — Куда теперь? — с любопытством спросила Соня, когда они покинули кафе, выйдя на улицу. — В Летний сад, там выставка цветов. Думаю, тебе понравится. — Оо, это так здорово. Далеко идти? — Где-то с полчаса. — Давай тогда пешком, — взяв его под руку, лукаво предложила Соня. — Мне так нравится гулять по Питеру. В кассу Летнего сада выстроилась огромная очередь. Похоже, выставка настоящих живых цветов в этот день манила многих. Соня и Владимир неспешно прогуливались по тропинкам, вдоль которых всё было усыпано сказочного вида растениями. Больше других их поразила высокая зеленая изгородь, на которой висели искусственные фрукты и овощи. Это выглядело красиво, богато и необычно. На широкой аллее в качестве рекламы были установлены стенды. На них содержалась информация о самых интересных садах мира, которую Соня естественно поглощала с большим удовольствием. На каждом шагу были выставлены цветочные экспозиции, и с каждой хотелось сфотографироваться. Особенно впечатлили цветочные ковры. Они стояли вертикально и наверняка заняли бы всю стену в квартире, если бы кто умудрился их туда повесить. А ещё были интересные экспозиции на тему знаменитых басен Крылова. Соня узнала Мартышку с очками, лебедя, щуку и рака. Цветы были повсюду: свисали, вились, рябили. Они плавали в прудах и фонтанах, овивали беседки, украшая своим цветением буквально каждый дюйм этого удивительного парка. Направо и налево размещались специальные магазинные лавки, где продавались предметы из дерева, мёд, игрушки и всякая всячина. Владимир умудрился заглянуть в каждую лавку, а Соня всё чаще садилась на скамейки: у неё зверски болели ноги и гулять больше не хотелось. Побывав в последней, Володя вскоре составил ей компанию. Рядом с ними прогуливались разного возраста люди: кто-то присаживался на соседнюю скамейку, кто-то что-то покупал в рядом стоящей лавке, а кто-то просто фотографировал цветочные экспозиции. Жизнь кипела, и Соня радовалась, что находилась внутри этой самой жизни. — Может, найдем менее людное место? — предложил Владимир. — Да, давай. Они вошли в арку. Там тоже все было в зелени, но действительно почти безлюдно. Отыскав лавочку в тени, они вновь сели рядышком друг с другом. Соня положила голову на плечо Володи. Так они сидели — каждый в своих мыслях. — Я улетаю вечером, — зачем-то сказала Соня, хотя это было вполне очевидно для них обоих. — Я знаю. — Мне так грустно оттого, что приходится уезжать. Тут мне было так хорошо и весело. А ещё, — она сделала паузу, — я встретила тебя. Соня улыбнулась, но улыбка в этот раз вышла чуть натянутой и с ноткой грусти. — Сончик, не кисни. Хочешь, я тебя развеселю? — Вряд ли у тебя выйдет. — Я всё-таки попробую И тут Владимир достал маленькую квадратную коробочку и протянул ей. — Ты вообще с ума сошёл? Как меня должно развеселить предложение руки и сердца? — возмутилась девушка, резко вскакивая со скамейки. Поднявшись следом, Владимир чуть опешил и смутился. — Это не то, что ты подумала. Открой коробочку, — попросил он. — Ах, — Соня ахнула в изумлении. В коробочке лежал браслет, украшенный яркими, переливающимися на солнце камнями. — Какой красивый! Соне стало так стыдно за свою реакцию, что она закрыла лицо руками. — Прости, — тихо произнесла она. — Я вся на нервах. — Да ничего страшного. — Владимир взял её руки в свои и с нежностью посмотрел ей в глаза. — Может, ты знаешь, что, если пингвину приглянется пингвиниха, то он преподносит ей самый красивый камушек, какой только сможет найти, в знак того, что она ему нравится? — Вроде что-то такое слышала. — Я тоже подарил тебе этот браслет в знак того, что ты мне нравишься. Теперь я твой пингвин, а ты моя пингвиниха. Соня счастливо заулыбалась. — У тебя всё-таки получилось меня развеселить. — И она наклонилась, чтоб поцеловать его в щёку, но Владимир перехватил поцелуй губами.

***

Вечер, как и день, пролетел быстро. В зал ожидания аэропорта они зашли, когда на улице уже стемнело. Соня едва сдерживала слёзы, а Владимир крепко прижимал её к себе, часто бросая взгляд на табло, отсчитывающее их время. Он изо всех сил пытался говорить или шутить, но выходило всякий раз натянуто и невпопад. Им обоим хотелось остаться именно в этом моменте, чтобы время навсегда перестало двигаться, но чудо, увы, не происходило. — Спасибо тебе за такое приятное приключение, — поблагодарила мужчину Соня. — А тебе спасибо, что врезала мне по лицу, — с широкой улыбкой произнёс Владимир. Она ткнула его легко в бок. Эпизод начала их знакомства по-прежнему вызывал в ней чувство вины. — Так, мою детскую историю ты слышал, теперь твоя очередь, — потребовала через несколько минут Соня. Она боялась начинающегося прощального молчания и была готова на всё, лишь бы просто слышать голос Владимира. — Мне рассказать о своём детстве? Прямо сейчас? — удивленно уточнил он. — Да, — Соня села поудобнее и приготовилась слушать. Владимир задумался, перебирая в уме свои детские истории. — Ну, хорошо. Давай расскажу вот какую. Как-то раз мы с отцом поехали на коньках кататься. Каток закрытый, на улице зима, но на катке людей совсем немного. Сначала папа учил меня правильно стоять, а потом и ехать. Даже уже вроде как получаться стало, и отец позволил мне самому катиться рядом с ним, а не за руку. — А сколько тебе лет было? — перебила Соня. — Пять или шесть. Я тогда в школу ещё не ходил. Так вот, когда отец отвлекся на знакомого, я не стоял возле изгороди, как мне было велено, а решил покататься сам. И в какой-то момент я неудачно поставил ногу и, поскользнувшись, упал. Нога сильно болела, я всё пытался подняться, чтоб отец ничего не заметил, но не мог. Слишком было скользко. И, когда отец обернулся, то увидел меня, лежащего на льду. Испугался, подъехал ко мне, спросил в порядке ли я, болит ли что-нибудь. Я храбрился, не плакал, но признался, что болит нога. Он тогда подхватил меня на руки и отнёс к врачу. А я всё смотрел на него и думал: «Почему он меня не ругает, ведь я его ослушался?» Я даже извинился, представляешь, а он лишь спросил, почему я на помощь не позвал. А как я позову: мне же стыдно. И тогда он мне сказал одну вещь, которую я запомнил на всю жизнь: «Сынок, запомни! Нестыдно просить о помощи, а стыдно быть не благодарным». — Это невероятно мило, — проговорила Соня трогательным голосом. — Наверное, ты в отца такой добрый и хороший? — Отец живёт по совести и по принципам, я многое у него перенял. Он и правда замечательный человек. Улыбнувшись, Владимир чмокнул Соню в нос. — Расскажи ещё какую-нибудь историю, — попросила она. — Вот же ж ненасытная! — Со вздохом он почесал затылок. — Могу рассказать один весёлый рассказ, но он не про меня. — Рассказывай! — Соня так и подпрыгнула на сиденье от нетерпения. — Как-то раз мой отец ушёл с мужиками на рыбалку. Ну, понимаешь, да, что там не только рыбу ловили, но ещё и пили. Мой батя — крепкий мужик, но в тот день то ли много выпил, то ли мало закусывал. В общем, его так развезло, что он решил на подвиги пойти. Рыбалка плавно перетекла на чей-то двор, где неподалеку выгуливали лошадей. Ну и мой отец захотел купить себе лошадь. Ему назвали цену, он купил и приехал домой. Мать с утра встретила его очень сердитая, а он ничего вспомнить не смог. Короче несколько дней потом бегал с этим конём, чтоб продать кому-нибудь или уже даже отдать, а то мама бы его не пустила домой жить. — И нашёл куда его пристроить? — сквозь смех спросила Соня. — Да, нашёл. Животное не пострадало и папа тоже, — с улыбкой проговорил Владимир. — А, кстати, конь был красивым и белым, так что папа был почти как принц на коне. Только вот маму это не обрадовало. Нужно ли говорить, что отца нескоро отпустили на рыбалку потом? Рассмеявшись, Соня тут же смолкла: по громкоговорителю объявили о начале регистрации на Сочи. Её взгляд погрустнел и стал стеклянным. «И как же так происходит? — подумала она. — Всего минуту назад нам было так хорошо и весело, а теперь всё разом должно закончится». Встать пришлось обоим. Соня выдвинула ручку своего чемодана и нацепила лямку рюкзака на правое плечо. В левой руке она держала паспорт и билет. — Ну, что ж, пора прощаться, — сказал Владимир. — Да, но можно ещё вот так постоять немного, я пропущу вперёд всех людей. У стойки регистрации и правда образовалась длинная очередь, и время, потраченное на её оформление, Соня и Владимир решили провести за объятиями и поцелуями. Целовались и обнимались они в этот вечер до головокружения, но, в конце концов, минута расставания всё равно наступила. Подойдя к стойке регистрации, Соня протянула приятного вида девушке паспорт и поставила на ленту багаж. На этом этапе Владимир ещё мог её сопровождать, но, дойдя до ограничительной перегородки, остался стоять на месте. Соня так часто оглядывалась на него, что едва не запнулась, а перед поворотом посмотрела в последний раз и махнула рукой на прощание. Постояв какое-то время в оцепенении, Владимир подошёл к панорамному окну и долго-долго смотрел на самолёты внизу, пытаясь найти именно ЕЁ самолёт. А, найдя, выдохнул и дождался момента, когда тот вырулил на полосу и взмыл в небо, постепенно пропадая из поля зрения. Затем Владимир открыл переписку с Соней и написал короткое сообщение, зная, что увидит она его уже только дома. «Мы обязательно ещё встретимся».