Противоядие / 解药

После отказа вернуться домой, телефон Чэн Кэ больше не издал ни звука. Никаких звонков. Никаких сообщений. Все радуются длинным выходным, все празднуют Новый год. Чэн Кэ тоже хотел бы встретить год в компании, а не в одиночестве. Но к сожалению, круг его общения совсем недавно разорвался, а новый собрать так и не удалось. Чэн Кэ боялся, что в такой особенный день, никто не вспомнит о нём. Кроме администрации отеля. Сегодня утром Чэн Кэ получил от них новогодний подарок. Но это не в счёт. В этом месте все называют его безличным «уважаемый клиент», не считают ни другом, ни приятелем. В подарок положили несколько красочных упаковок с традиционными сладостями и орехами и большую коробку со свежими фруктами. В нём было всё, что обычно ставят на праздничный стол. Чэн Кэ достал из пакета вафельную трубочку, равнодушно съел её и проверил часы. До полудня ещё есть время, но даже если выйти сейчас, в ресторанах не будет свободных мест. Сегодня ему суждено остаться без обеда. Раз так, то… Чэн Кэ сунул упаковку вафель в карман куртки и вышел из номера. Он хотел вызвать такси, но передумал: место его назначения совсем рядом, и ждать машину будет дольше, чем идти пешком. Остановившись на выходе из отеля, Чэн Кэ бросил взгляд на гардероб, в котором рядами висела верхняя одежда постояльцев. А ведь сегодня холодно. Утром, когда он на мгновение приоткрыл окно, в комнату прорвался промозглый ветер и будто плёткой отхлестал по щекам. Чэн Кэ задумался на мгновение и похлопал по куртке. Тонкая. И не такая тёплая, как у Цзян Юйдо. А ведь он намеренно искал что-то похожее. Чэн Кэ не знал, на каком оптовом рынке был куплен его пуховик, поэтому отправился на первый попавшийся продовольственный рынок и быстро нашёл ряд прилавков, за которыми торговали одеждой. Тогда-то на глаза и попалась эта куртка. По правде, она и тогда не выглядела тёплой и даже близко не стояла с пуховиком Цзян Юйдо, но владелец запросил за неё аж пятьсот юаней! Вот-вот, Чэн Кэ тоже офигел. Он посмотрел на владельца, как на идиота. И цена сразу же взлетела до восьми сотен. А когда Чэн Кэ начал торговаться… Он был уверен, будь Цзян Юйдо в тот момент рядом, то с лёгкостью смог бы в половину сбить цену. В конце концов, эта паршивая куртка не стоит больше четырёх сотен… Хотя нет, будь Цзян Юйдо рядом, то Чэн Кэ попросил бы сходить вместе на оптовый рынок и купить такой же пуховик, как у него. Чэн Кэ нащупал в кармане куртки упаковку фейерверков, которые купил вчера при мысли о Цзян Юйдо [1]. Он хотел поджечь их на улице, но снаружи так холодно… (П/п: У Чжэ проводит параллель между фейерверками и Цзян Юйдо, намекая, что надежды и мечты Чэн Кэ на счёт него ещё не угасли) Чэн Кэ заколебался, развернулся кругом и направился к лифту. Уже в номере он надел ещё один слой тёплой одежды, взял с вешалки куртку потолще и снова вышел. На первый взгляд эта куртка казалась теплее, но стоило Чэн Кэ выйти из отеля, как он мгновенно одубел и в ту же секунду поймал такси. На улице пусто. Отовсюду раздаются взрывы хлопушек. Весь мир за окном утопает в дыме и снегу. Водитель с хода втопил по газам и весь путь гнал, как ненормальный, будто опаздывал куда-то. Наверное, спешил закрыть заказ и вернуться домой. Телефон Чэн Кэ издал короткий сигнал. Сюй Дин прислал сообщение. Сюй Дин: правда не приедешь ко мне на Новый год? Сейчас в моём доме много людей. Здесь оживлённо и весело. Чэн Кэ: правда не приеду. Ещё раз спасибо за приглашение. Увидимся на праздниках. Сюй Дин: хорошо. Тогда, с Новым годом. Чэн Кэ: с Новым годом. Чэн Кэ убрал телефон в карман, но не прошло и пары минут, как сигнал повторился. На этот раз пришло сообщение от Линь Сюя. Линь Сюй: брат Чэн, с Новым годом. Чэн Кэ: с Новым годом. Чэн Кэ вздохнул. Какой Линь Сюй всё-таки хороший человек. Как и ожидалось, после столкновения с Цзян Юйдо в баре, он больше не связывался с Чэн Кэ и не задавал вопросов. Если подумать, то Чэн Кэ и сам никак толком не объяснил случившееся. И даже нормально не извинился. Вскоре после отправки последнего сообщения такси прибыло на место назначения. Когда Чэн Кэ вышел на улицу, автомобиль тут же со свистом умчался прочь, оставив пассажира на обочине дороги. Стоя на ветру, нёсшем за собой хлопья колючего снега и едкий дым от петард, Чэн Кэ какое-то время не мог сориентироваться в пространстве. К тому моменту, как он отмер, достал ключ из кармана и открыл дверь, его руки, ноги и всё тело трясло так сильно, будто он только что пробежал марафон вокруг света. Ещё немного и он сможет согреться… Какого хуя не открывается?! О… открылась. Ресторан ничуть не изменился. Чэн Кэ включил свет и сел на банку краски, оставленную на полу. Он планировал неторопливо подняться с первого этажа на третий, пройтись по деталям, который были отмечены во время совещания в тот день и, может, сделать несколько зарисовок. В наши дни так сложно найти занятие по душе, поэтому Чэн Кэ так сильно хотелось уделить ресторану Сюй Дина всё свободное время. И хотя он принёс с собой целую упаковку фейерверков, сейчас не спешил их запускать. Мобильный издал звуковой сигнал. Чэн Кэ вздохнул. Ещё даже не полночь, а сообщения продолжают сыпаться. На этот раз написал тренер Сяоян. Он отправил шаблонное поздравление с Новым годом, после чего прислал ещё одно сообщение. Тренер Сяоян: с наступающим Новым годом! Желаю счастья, удачи и исполнения желаний. Тренер Сяоян: брат Чэн, ты отлыниваешь от тренировок! Почему так долго не приходишь в зал? Давай в новом году больше тренироваться. Пальцы Чэн Кэ надолго замерли над экраном телефона. В конце концов, в ответ было отправлено всего одно слово. Чэн Кэ: хорошо. Чэн Кэ никогда не отправлял поздравления в ответ. Раньше каждый Новый год он встречал в шумной компании, и раз все друзья собирались вместе, строчить сообщения не было нужды. Сейчас же Чэн Кэ хотел отправить что-то в ответ и поздравить с Новым годом, но не знал, что лучше написать. Как же бесит. Чэн Кэ собирался заблокировать телефон и наконец заняться делом, ради которого приехал, но вдруг заколебался. Его палец неуверенно нажал на «Вичат» и кликнул по «Моментам» друзей. Первое, что бросилось в глаза — девятьсот девяносто восемь новых постов с новогодними акциями и поздравлениями от главного защитника. Реклама не дремлет даже в канун Нового года. Чэн Кэ неспеша опускался вниз, рассматривая пост за постом. Он был так сосредоточен, что почувствовал резь в глазах. И наконец удалось найти то, что он искал — фотографию Цзян Юйдо, опубликованную, что удивительно, целых десять дней назад. В пост под коротким заголовком «Сходка» было добавлено несколько фотографий. На них в центре кадра был запечатлён главный защитник, сидевший на краю вазона, а на заднем фоне — младшие братья и Цзян Юйдо. Чэн Кэ открыл одну из фотографий и начал приближать изображение. Очень скоро лицо Цзян Юйдо превратилось в сгусток пикселей. Да как так-то? Увеличил же совсем немного! — Блять! — вполголоса выплюнул Чэн Кэ. Фото сделанное на старый телефон с плохой камерой да ещё и дрожащими руками, и вот он, итог: даже при малейшем приближении пиксель на пикселе и пикселем погоняет. Чэн Кэ только и оставалось, что довольствоваться тем, что есть. Цзян Юйдо ничуть не изменился с последнего момента их встречи. Обладатель уникального темперамента резко контрастировал в компании младших. Зажав сигарету зубами, Цзян Юйдо смотрел куда-то вперёд, и его взгляд, так же, как и выражение лица, оставался равнодушным. Но где Цзян Юйдо сейчас? Куда он запропастился на эти десять дней? Каждый раз, проводя время с Цзян Юйдо, главный защитник делает совместное фото или видео для социальных сетей, но… Как так случилось, что Цзян Юйдо не попадал в кадр больше недели? Чэн Кэ нахмурился и кликнул по «Моментам» Цзян Юйдо. Пусто. Он сверлил взглядом экран телефона ещё какое-то время, после чего тихо вздохнул. …Начиная с шести часов вечера отовсюду стали раздаваться хаотичные взрывы петард и фейерверков. Сейчас уже десять, и с недавних пор шум окончательно стих. Но это лишь затишье перед бурей, и ближе к полуночи, а скорее с половины двенадцатого, всё начнётся по новой. Цзян Юйдо посадил Мяу на край каменных перил, поправил шапочку, которую тот так и норовил стянуть, и скомандовал: — А ну стоять! Фотографирую! Мяу оказался достойным звания бродячего кота — такой маленький, а насколько же быстро приспособился к шуму и беспорядку, что творится вокруг. Как только суматоха на улице начала стихать, Цзян Юйдо нарядил Мяу в праздничный костюм, основным акцентом которого стала шапочка в виде большой полосатой морды тигра. И эту самую морду Мяу настойчиво пытался снять. Цзян Юйдо сделал несколько кадров, после чего оценил результат. Весьма неплохо вышло. Блестящая пушистая шерсть и нарядный костюм заставили котёнка выглядеть необычно дорого. Цзян Юйдо усмехнулся, тут же открыл «Моменты», загрузил фотографию и написал: «Богатый и могущественный господин Мяу». — Ладно уж, — Цзян Юйдо стянул в котёнка костюм, который доставлял столько неудобств, — пойдём прогуляемся. На улице малолюдно. И те, кто встречаются по пути, видны нечётко и размыто из-за дыма петард. Цзян Юйдо старался держаться и не осматриваться в поисках кого-то их них. И это давалось ему тяжело. Сегодня сестра Ло приглашала Цзян Юйдо на новогодний ужин, но он отказался. Все эти годы он встречал Новый год только в компании Чэнь Цина и его семьи, и даже ни разу не бывал у Лу Цянь. На самом деле, празднование Нового года не вызывает в его душе никаких чувств. Встретить год в шумной компании и атмосфере праздника или же тихо и в одиночестве – без разницы. Обстановка и люди, которые окружают тебя: всё это в любом случае исчезнет, и ты останешься один. Ведь для других ты всего лишь второстепенный герой - на время появляешься в их жизни, а потом уходишь из неё. И снова остаёшься с самим собой. В одиночестве. Телефон Цзян Юйдо загудел. К большому удивлению, звонил не Чэнь Цин, который за сегодняшний день сделал уже три тысячи шестьсот семьдесят пять звонков. Звонила Лу Цянь. — Почему не проверяешь сообщения? Отправила тебе красный конверт, быстрее открывай! — О. — Что «о»? — фыркнула Лу Цянь. — Где моё поздравление с Новым годом? — С Новым годом, сестра, — улыбнулся Цзян Юйдо. — Хороший мальчик. Как отдохнёшь и вернёшься, возьми Чэнь Цина и приходите ко мне. Угощу вас ужином. — Хорошо. Повесив трубку, Цзян Юйдо зашёл в «Вичат» и кликнул по красному конверту, который прислала Лу Цянь. Интересно, сколько… Десять тысяч?! Щедро. Когда деньги поступили на счёт, Цзян Юйдо отправил ответное сообщение. Цзян Юйдо: спасибо, сестра. Он хотел закрыть приложение, но почему-то вдруг помедлил. И в итоге кликнул по аватарке Чэн Кэ. За последние дни он очень мало вспоминал о Чэн Кэ, и даже при взгляде на Цзицзя, похороненные на дне сумки, не ощущал прежнего колыхания в душе. Он помнил лишь то, что эти часы принадлежат Чэн Кэ. И для Чэн Кэ эти часы «несчастливые». Но стоило увидеть его аватар и прочесть его имя, как Цзян Юйдо внезапно напрягся. Он и сам до конца не понимал причину своей реакции: было ли это внутренним протестом или же и надеждой на что-то. Заходя в «Моменты», он не питал особых ожиданий. Всё-таки, Чэн Кэ был один из тех немногих, кто не ведёт социальные сети. Но оказалось… Чэн Кэ опубликовал фото. И всего десять минут назад. Не было никаких подписей, не было даже лица. Только фейерверк. Разноцветный фонтан искр на ночном небе, заполоняющий всё пространство в кадре. Цзян Юйдо кликнул по фотографии и медленно приблизил. Искры фейерверка увеличивались в размере, пока, в конце концов, не превратились в огромные яркие пятна. Должно быть, Чэн Кэ пускает фейерверки с друзьями. Сюй Дином, Линь Сюем или с кем-то ещё. С тем, кто вращается с Чэн Кэ в одном кругу и находится на одном с ним уровне. С тем, кто не представляет угрозы для жизни. С тем, кто не подвергает опасности друзей. Чэн Кэ, который так легко бросил Цзян Юйдо, больше ничего не угрожает. Хотя бы один из них теперь в безопасности. Цзян Юйдо открыл диалоговое окно. Их последняя переписка была очень-очень давно и по содержанию не выглядела значимой или важной. Цзян Юйдо заколебался и забарабанил по клавиатуре. На экране появилось всего три короткий и таких тривиальных слова: «С Новым годом». Мяу закрутился на его груди, и маленькая мордочка вылезла из горловины пуховика. Сообщение было стёрто в ту же секунду. Цзян Юйдо заблокировал телефон и решительно спрятал в карман. Чэн Кэ говорил, что они всё ещё друзья. Но теперь Цзян Юйдо не уверен, правда это или нет. Может, Чэн Кэ просто не хотел его обидеть или сказал так из вежливости. Мобильный в его кармане звякнул, но Цзян Юйдо не шелохнулся. Он сел на лавку на краю дороги и достал сигарету. А здесь совсем не плохо. Нет снега, нет лютого холодного ветра и на ветках деревьев даже листва осталась зелёной. Он вынул Мяу из-за пазухи пуховика и опустил на землю. На его праздничном костюме были пришиты крепления для шлейки, но Цзян Юйдо не использовал их по назначению. В этом не было нужды. Но если бы он держал собаку, то не смог бы в городе выгулять её без поводка. Стоит Цзян Юйдо увидеть животное на привязи, абсолютно любое, как сердце замирает. Маленькие зверьки на цепи из его воспоминаний всегда угрожающе скалились. Но ужас в глазах скрыть не могли. Большинство из них — бродячих животных, забитых в угол от страха, было поймано и принесено самим Цзян Юйдо.  Удивительно, но он всё ещё помнит об этом. А что, если события прошлого никуда не исчезают и остаются в памяти навсегда, а забвение — временно? Иначе почему, стоит Цзян Юйдо увидеть что-то знакомое, уловить образ или провести параллель, как воспоминания, даже самые ужасные, снова встают перед глазами? И даже Чэн Кэ, который, как он думал, стал исчезать из его мыслей, так легко вернулся, стоило взглянуть на одну фотографию. …Чэн Кэ пялился в экран телефона. Прошло уже полчаса, а Цзян Юйдо так и не ответил. Чэн Кэ обречённо вздохнул. Но стоило увидеть снимок Мяу в очаровательном новогоднем костюме, как настроение снова поднялось. Теперь ясно почему Цзян Юйдо не появлялся на фотографиях главного защитника целых десять дней. Он путешествует. Но почему Цзян Юйдо не выбрал место потеплее, или хотя бы то, где нет снега? Чэн Кэ достал последний фейерверк из коробки и поставил на сугроб, а потом поднёс дрожащее пламя к фитилю. Когда вспыхнули первые искры, Чэн Кэ схватил телефон, чтобы сделать фото, но порыв ветра наклонил фейерверк. И огненный стол искр направился прямо на Чэн Кэ. — Да какого хуя?! Чэн Кэ рванул с места, забежал в ресторан и спрятался за закрытой дверью. Он наблюдал за взбесившимся фейерверком через небольшое окно в двери и, когда всё кончилось, вышел наружу, потушил ногой оставшиеся искры, тлеющие на снегу, и закапал в сугробе ошмётки обгоревшей бумажной упаковки. Чэн Кэ пробыл снаружи минут двадцать от силы. Он уже попускал фейерверки и больше не знал, чем себя занять. Вновь стало как-то тоскливо и одиноко. Он ещё немного потупил в ресторане, после чего укутался в куртку и ушёл. Решил вернуться в отель и просто лечь спать. Такси в такое время уже не ходили, поэтому до отеля пришлось идти пешком. Чэн Кэ сначала шёл в среднем темпе, потом ускорился, а после перешёл на лёгкий бег, благодаря которому быстро согрелся и даже вспотел. Магазин при отеле всё ещё работал. Чэн Кэ без лишних раздумий купил две бутылки красного вина и вернулся в номер. Цзян Юйдо по-прежнему не ответил на сообщение. Хотя, это ничего. Всё-таки, в тот раз Чэн Кэ его сильно ранил. Но... Из-за сообщения, которое проигнорировали, Чэн Кэ чувствовал себя особенно одиноким. Брошенным. Никому не нужным. Не нужным Цзян Юйдо, защита и озабоченность которого ещё совсем недавно граничила с неврозом. Чтобы хоть как-то уснуть и вырваться из этой депрессивной обстановки, Чэн Кэ сел на край кровати и одну за другой прикончил две бутылки вина. А алкоголь в этом магазине совсем неплох.  Он лёг на кровать, всерьёз жалея, что не купил до кучи китайской водки. Две бутылки вина явно не хватило для того, чтобы отключиться. Но Чэн Кэ не терял надежду. Он ещё долго лежал неподвижно и тупо пялился в потолок. Но в итоге только спина онемела, а сна не в одном глазу. Вот же пиздец! Пустая трата денег! Телефон зазвонил, но звук до Чэн Кэ донёсся каким-то странно-расплывчатым. Он пошарил рукой в районе подушки, нащупал телефон и поднёс к лицу. Блять! Имя на экране расплывалось. — Да? — ответил Чэн Кэ, так и не разобрав имя абонента. — С Новым годом. Чэн Кэ оцепенел. — Цзян Юйдо? — Да, это я, — он замялся. — Только сейчас увидел твоё сообщение. — О-о-о, — протянул Чэн Кэ. Он перевёл взгляд на часы. С момента отправки сообщения прошло больше двух часов и сейчас уже перевалило за полночь. — Наверное, звук в телефоне отключал из-за кучи поздравительных сообщений? — спросил Чэн Кэ. — Нет, я слышал звуковой сигнал. Просто не смотрел кто написал. — …Вот как, — Чэн Кэ рассмеялся в ответ на его прямолинейность. — С Новым годом. — Вы… Ты запускал фейерверк? Красиво. — Красиво, но совсем не весело, — пожаловался Чэн Кэ. — Всю упаковку спустил минут за пять. А последний фейерверк и вовсе чуть меня не спалил. — Как так вышло? — удивился Цзян Юйдо. — Факелом поджигал? — Отъебись, — рассмеялся Чэн Кэ. — Ты один? — А? — Чэн Кэ помедлил и прочистил горло, — Да, один. — Я думал… — растерялся Цзян Юйдо. — Разве ты не встречал Новый год с друзьями? — Говорил же, — Чэн Кэ улыбнулся, — у нас с тобой разные представления о дружбе. У меня нет друзей, с которыми я мог бы встретить Новый год. Цзян Юйдо промолчал. — Ты… — Чэн Кэ не планировал спрашивать, но, когда вопрос завис на кончике языка, не смог сдержаться. — Ты взял Мяу в путешествие? — А? — Цзян Юйдо улыбнулся. — Видел фотографию? — Да, хорошо вышло. — Только я не путешествую. Чэн Кэ молчал, ожидая продолжения, которое так и не прозвучало, и, в конце концов, обронил: — Вот как... — Я приехал встретиться с психиатром.