Только Твое имя

Уилл. Черт знает, сколько они проторчали там, на поле, но по возвращению в машину Уилл без преувеличения чувствовал себя ледяной статуей. Где-то спустя час после их прихода начался ливень и сейчас с его волос ручьем стекает вода. И несмотря на это, Уилл не может сдержать ухмылки, глядя на свою попутчицу. Уран сидела на пассажирском сидении и пыталась посильнее завернуться в свою черную куртку. Она дрожала всем телом, и тем не менее выглядела довольной просто до абсурда. Уилл хмыкнул, глядя на её счастливую улыбку: - Ты напоминаешь мокрую псину. Девушка на секунду оставила попытки забраться целиком в его несчастную, многострадальную куртку и недовольно глянула на него из под ресниц: - Спасибо тебе за комплимент! Но не жалуюсь. Мне нравится дождь. - А мне нравятся кошки. Уилл выкрутил обогреватель в машине на максимум, а затем потянулся к задним сидениям, вытащил оттуда полотенце и накинул его на голову Уран. Затем потянулся за еще одним, однако его взгляд зацепился за небольшой крафтовый пакет. Вот черт. Он совсем забыл про него. Уран с любопытством глянула сначала на Уилла, затем на пакет. - Что там? Вместо ответа Уилл отдал пакетик девушке, а сам принялся выжимать свои волосы полотенцем. Болеть не входило в его планы, он это просто ненавидел. Итак, да. Урания. Одна секунда... Две секунды... Три секунды... - УИЛЛ! Я не имею понятия, как тебе это удалось, но ты... ты просто потрясающе замечательный! Ты знаешь об этом? Потрясающе чертовски замечательный! О, боже. Боже, боже, боже! Это именно то, чего мне не хватало для абсолютного, полноценного счастья! Мужчина не смог сдержать самодовольной ухмылки. В следующую же секунду уже пришлось уворачиваться от попытки Уран потрепать его по его многострадальным волосам. Эта девушка была просто до чёртиков тактильна, что, между прочим, было парадоксально, учитывая её прошлое. В контейнере находилась целая гора вафель, щедро политая шоколадом. Для априори избалованной девушки, Уранию было слишком легко обрадовать. Где-то на задворках сознания пронеслась мысль, что ему нравится это делать. - Как тебе удалось? Вафель не было в меню. Я их искала! Казалось, ей было плевать абсолютно на все правила этикета. Девушка поедала эту бомбу диабетика прямо руками, упорно игнорируя предложенную вилку и запачкав все пальцы и рот шоколадом и сейчас слизывая его с них. Уилл сглотнул, через силу отводя взгляд от этого зрелища. Вспомнив про заданный ему вопрос, Уилл откашлялся и пожал плечами: - Я умею убеждать. Уран хихикнула, а затем с заговорщеской улыбкой протянула кусочек ему. Уилл уже говорил, что сегодня он не в силах ей противиться? *** Уран. К рассвету черный внедорожник проехал знак, оповещающий о том, что они наконец прибыли в пункт своего назначения. День вновь обещал быть серым и хмурым, однако теперь это совершенно не заботило Уран. От одной мысли, что совсем скоро она почти официально и почти легально станет новым человеком, свободным человеком, сердце начинало радостно оттанцовывать мазурку. Тем не менее, самую малость, ей было жаль, что путешествие с Уиллом так скоро подходит к концу. Сейчас она наконец могла признаться себе в одной вещи: несмотря на вопящий инстинкт самосохранения, Уран чувствовала, что в самом деле доверяет Уиллу. Доверяет Фениксу. Верит ему. Возможно, потому, что ей хочется ему верить. Но несмотря на абсурдность ситуации, именно с ним она чувствовала себя спокойно. Защищено. Уран не имела понятия и даже догадок насчёт того, почему Уилл вообще помогает ей, но она точно знала, что причины у него есть. Причины, из-за которых он в самом деле хочет защитить ее. И она была уверена: у него это бесспорно получится. Уран не была так глупа, как казалось, наверное, всему миру. За то время, что они провели вместе, она могла с уверенностью сказать: психологические травмы были не только у нее. Ровно, как и физические. Ещё в первый день их знакомства Уран отметила несколько увечий у своего попутчика: шрам, рассекающий левый глаз и... кончик мизинца на левой руке. Его попросту... не было. Рубец был ровным, словно палец был отрублен намеренно. Уран не была уверена, что хочет знать детали этого, но кое-какие догадки у неё были. Машина Уильяма остановилась у высокой многоэтажки. Не то чтобы Уран действительно думала, что он живёт в тёмном и мрачном подземелье, но... нет. Она действительно думала, что он живёт в тёмном и мрачном подземелье без света и горячей воды. На деле же все было куда проще. Домом Уилла оказалась довольно таки просторная квартира-студия. Примечательным было преобладание тёмных, практически чёрных тонов: пол из тёмной древесины, чёрные потолки, темно-серый кухонный гарнитур, чёрная кровать и такого же оттенка шторы. Вся мебель выдерживала подобную цветовую гамму. Уран просто не могла не сказать: - Эй, граф Дракула, клянусь, у меня невкусная кровь. Ситуацию спасали окна в пол. Благодаря им помещение выглядело не мрачно, а даже стильно. Минималистично. Словно картинка из каталога мебельного магазина. В самом деле, здесь все выглядело чистым. Даже нетронутым. Уран предполагала, что с его-то деятельностью едва ли у него есть свободное время, однако все равно удивилась. Единственной вещью, подтверждающей, что здесь в самом деле кто-то живет, был книжный шкаф, неаккуратно заставленный различными книгами. Именно к нему Уран и направилась. Уилл же кинул связку ключей на кровать и стянул с себя водолазку. Услышав комментарий девушки, он только хмыкнул и закатил глаза: - Кровь девственниц мне не по вкусу. Щеки Уран залило краской. Она резко обернулась лицом к мужчине, и... Очередная колкость застряла у неё у горле. Спина Уилла полностью была покрыта ожоговыми рубцами. Их было отчётливо видно на золотистой коже мужчины. И выглядело все это... больно. Уран знала, что это больно. Адски больно. Несколько похожих были на её собственных бёдрах, но не в таком количестве. Рену было жалко портить свою любимую игрушку, свою драгоценную сестрёнку. От этих воспоминаний ее шрамы заныли призрачной болью. Уран не могла оторвать взгляд от этой чудовищной картины, из-за чего она не сразу поняла, что Уилл тоже повернулся к ней лицом и заглядывает прямо ей в глаза. И, кажется, даже что-то говорит. - Я знаю, что я просто неотразим, но лучше тебе меня послушать. Сейчас я поеду за твоими документами, оставляю ключи на всякий случай. Но лучше оставайся здесь и, прошу, не построй случайно ядерный реактор и случайно его не взорви. Договорились? Уран не могла ответить. Или хотя бы просто кивнуть. Перед глазами все ещё стояла его обоженная спина. Наверное, все было написано у неё на лице, потому что, не услышав ответ на свой вопрос, Уилл нахмурил брови, а его губы были сжаты в тонкую полоску. - Уилл, я... тоесть, ты... твоя... - Я спросил тебя. Договорились? Уран сжала руки в кулаки и приказала себе выбросить это из головы. Если он не хочет рассказывать об этом, значит, он не будет. И она не станет его донимать. Это его дело. Верно? - Да, Уилл. Никаких ядерных реакторов и никаких взрывов. Ты надолго? Уилл кинул на неё подозрительный взгляд напоследок, а потом скрылся за дверью ванной комнаты: - Буду к вечеру. В холодильнике есть еда. *** Это была ложь. В холодильнике еды не было. Точнее, не было нормальной. Только правильная и здоровая. Именно та, к которой, на удивление, Уран и привыкла. Однако. Идея приготовить что-нибудь очень вредное и очень вкусное пришла Уран в голову сразу же, как только ее взгляд зацепился за корешок кулинарной книги, оставленной на одной из полок на кухне. Полистав уже порядком потрепанные страницы, в разделе "Итальянская кухня" она нашла более менее неправильное блюдо. "Спагетти карбонара с беконом." Идеально. Уиллу должно не понравиться. Уран усмехнулась этой мысли. В пошаговой инструкции все было довольно таки просто. Осталось только сходить на продуктами и можно было начинать. В ближайшем супермаркете девушка купила все необходимое для пасты, несколько пачек с мармеладными мишками, несколько шоколадок и краску для волос. А ещё виноградный сок. Люди косились на неё. Ну разумеется. Девушка в чёрной безразмерной куртке с натянутым на голову капюшоном выглядит чуть менее подозрительной, чем так же одетый мужчина. Ей только огромной спортивной сумки не хватает – вылитая террористка. Уран взяла себе на заметку, что по возвращению в квартиру Уилла ей нужно обязательно покопаться в его шкафу. Ну а что? Они все равно скоро расстанутся. Стыдиться нет времени. И она действительно это сделала. В шкафу Уилла Уран нашла простую черную футболку (кто-нибудь удивлён тому, что она черная?), достаточно длинную для того, чтобы прикрыть ноги. Далее Уран занялась приготовлением пасты. Для девушки, которая от роду ничего не готовила, у неё довольно неплохо получалось. Для начала Уран поставила варится спагетти, а затем занялась соусом. Бекон, чеснок, сливки... И вот, уже через 30 минут просто божественная (по мнению Уран) карбонара была готова. - Да я просто чертов гений кулинарии! - Глянув на часы, девушка облегчённо вздохнула: было всего четыре часа дня. У нее оставалось достаточно времени для самого интересного и самого важного. Немножко полазав по ящикам, Уран нашла ножницы, а затем отправилась в ванную. Приняв ванну, она наконец отважилась на это. Пути назад уже не будет. После этого она не сможет вернуться домой и сказать, что просто решила немного пошалить и сбежать из дома. Юношеский максимализм и все такое, понимаете ли. Пути назад не будет. Девушка взяла ножницы и начала по одному обрезать свои белокурые локоны... один за другим... на пятой пряди она не выдержала и горячие слезы крупными каплями потекли из её глаз. Вовсе нет, дорогой читатель. Ей не было жаль свои волосы. Просто она чувствовала себя настолько, настолько счастливой, что не могла более держать это счастье внутри себя. Оно выливалось через край, оно переполняло ее. Наполняло. Оживляло... С каждым отстриженным локоном она отпускала всю свою боль, всю свою прошлую жизнь. Она словно... обновлялась. Перерождалась. Впервые в жизни она чувствовала себя нормальным человеком, который сам решает, что хочет съест и как хочет выглядеть. Она закончила — теперь её волосы, прежде доходившие ей до лопаток, были ей по плечи. Далее она, строго следуя указаниям, замешала краску. И вернула своим волосам их естественный оттенок – темно-каштановый. Теперь на неё из зеркала смотрела действительно Уран. Девушка, чьи глаза блестят от желания жить и от гордости за себя. Она больше не была хрустальной статуэткой в чужих руках, теперь её судьба зависит только от неё самой. И это именно то, чего она так страстно и так долго хотела... Из-за двери ванной послышался стук во входную дверь. Уран поспешила открыть Уиллу. Как только дверь распахнулась, девушка нетерпеливо спросила: - Ну? Они готовы? Я уже могу увидеть их? Уилл первые двадцать секунд молча разглядывал её, а после с усмешкой потрепал по еще влажным волосам. Кажется, тактильность передаётся по воздуху. Она его заразила. Теперь Уран была совсем-совсем не похожа на себя, известную всему миру. Больше не было ни белокурых локонов, ни брендовой одежды. Вместо всего этого – темно-коричневые мягкие пряди и его поношенная футболка. И если Уилл скажет, что ему больше нравится Беатрис, он попросту солжет. - Готовы. Но все позже. - тут Уилл замер, а затем опасливо оглянулся по сторонам. - чем пахнет? Ты все-таки что-то сожгла? Уран сложила руки в оборонительной позиции и самодовольно ухмыльнулась: - Сожгу. Твоё сердце через пару минут. Ты будешь просто покорен моей пастой. - Даже не сомневаюсь в этом, пчелка. Особенно учитывая то, что я такое не ем. - Не ешь обычно, - поправила его Уран, а Уилл снова подумал о том, какиии глупыми были ее родители, раз решили, что белый цвет волос идёт ей больше. Сейчас Уран была просто очаровательна и Уиллу не было стыдно за эти мысли. - Но последние три дня были необычны, согласись, даже для тебя; затем, я тоже необычна, да жизнь штука вообще необычная, а значит, ты вполне себе можешь сделать сегодня исключение. Для меня и для моей супер-пасты. Ну, или хотя бы ради... Джека Лондона и его "Странник до звездам"? Уилл в ответ лишь закатил глаза: - Определенно только ради Джека Лондона. Обожаю парня. - а после прошёл к барной стойке. На ней стояли две тарелки с, на удивление вкусно пахнущей едой. На вид это было даже чем-то съедобным. - О, да. Не ты один умеешь убеждать. Также тут стояли два бокала на тонких ножках с чем-то, подозрительно напоминавшим вино. - Тебе семнадцать, Урания, ты ведь знаешь? - Виноградный сок это, Шерлок. Садись. *** Они ели, разговаривая, в основном, о том, чем планирует заниматься Уран в будущем. И как же Уилл будет обходиться без неё. (Ладно, об этом говорила только Уран, а мужчина лишь закатывал глаза и язвил) Она поделилась своими планами о том, куда собирается отправиться. Рассказала, что думает пройти какие-нибудь обучающие курсы для получения хотя бы какого-то образования. В квартире был включён телевизор, голос ведущего новостей звучал приглушенно. Никто особенно в него не вслушивался, оба были слишком поглощены пастой и друг другом. Наконец, Уилл вытащил небольшую папку и протянул её Уран: - Не сдерживайся. Девушка сразу поняла, что в ней. И оказалась права. В папке лежал паспорт, настоящий паспорт! На имя Урания Хиллери. Девушка улыбнулась, глядя на эту новую фамилию. Она звучала как продолжение Эстерхилл, и ей это понравилось. В графе возраста значилась цифра 21 и это было замечательно. Это означало, что теперь она совершеннолетняя и это во всех смыслах ей было только на руку. Уран положила ладонь на руку Уилла, ту, где не доставало пальца, слегка сжала её и прошептала: - Спасибо, Уилл. Они глядели друг другу прямо в глаза и в тишине комнаты это казалось чем-то совершенно интимным. Запретным. Волнующим. Первым зрительный контакт нарушил Уильям. Он смотрел куда-то за спину Уран и девушка видела, как буквально каждый мускул на его теле постепенно напрягался, а выражение лица становилось свирепым. Брови снова были нахмурены. Мужчина потянулся за пультом, прибавил звук на телевизоре и теперь уже он сжимал руку Уран.

"ПРОКЛЯТЬЕ СЕМЬИ ЭСТЕРХИЛЛ. Мир бизнеса шокирован! Всего за двое суток в семье Эстерхилл погибли почти все члены семьи. Сначала мёртвой была найдена дочь, Беатрис, а сейчас мы получили известие о том, что Тория и Элиот Эстерхилл, полноправные владельцы Эстерхилл-ко, одной из крупнейших фармацевтических компаний в стране, разбились на своём частном самолёте, пока летели домой. Летели на похороны собственной дочери! Вы можете представить себе это? Истинное проклятье! Иначе и не скажешь! Это самая ужасная трагедия за последние 10 лет! Напомним, что Рен Эстерхилл, ранее потерявший сестру, а теперь и родителей, по завещанию становится официальным владельцем фамильного предприятия. Мы даже не можем представить себе его душевное состояние. Рен, мы соболезнуем тебе всем миром! Мы не представляем, каково тебе. Держись. Мы с тобой."

Уран чувствует, как она вцепляется в руку Уилла со всей силой, но не может контролировать это. Земля уходит у неё из под ног, ей кажется, будто она наблюдает за собой со стороны. Что все происходящее – сон, видение, плод воображения воспаленного разума. Глюк. Ошибка. Идиотская грубая шутка. Чудовищная глупость. Уран чувствует, как воздух снова покидает её лёгкие и она приказывает себе дышать. В голове проносится хриплый голос Уилла: "Дыши..." На подсчёты дат и на то, чтобы сложить одно с другим уходит ровно десять миллисекунд. И вот уже Уран чувствует, как кровь кипит в ее венах. Закипает. Бурлит. Уран чувствует, как гнев охватывает все её тело: сначала сердце, затем лёгкие, затем все органы, и вот уже ярость плещется в каждой, в каждой клеточке её тела. В каждой капле крови. В каждой артерии. В каждой вене. Этот ублюдок... чудовище. Отродье. Чертово отродье. Как он... как он только посмел... Да как он смел!? Как он... он... Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Монстр. Он должен сгореть в аду. Должен сгореть в синем пламени. Он должен сдохнуть. Сдохнуть. Сдохнуть. Сдохнуть. На то, чтобы принять самое страшное решение в ее жизни у Уран уходит десять секунд. Десять секунд на то, чтобы решиться убить чудовище. Уничтожить чудовище. Уран напоследок сжимает руку Уилла и поднимает на него глаза. Его взгляд – встревоженный не на шутку. В нем тоже видна ярость, но также и страх. Очевидно, за неё. Её взгляд – решительный. Спокойный. Холодный. Сейчас в ней нет ничего, кроме этого коктейля молотова, который, Уилл знал наверняка, может взорваться в любую секунду. Он не знал, о чем она думает. Она казалась хладнокровной, убийственно спокойной, но Уилл уже узнал её достаточно хорошо, чтобы сказать наверняка: это маска. Обман зрения. Видимость. Он попробовал сделать попытку: - Урания... Но она прервала его изящным взмахом тонкой руки. - Уилл. Феникс. Я иду с тобой.