Маровак

      Потёртые домашние тапочки на тонких ногах шаг за шагом двигались вниз по лестнице. Одетая в далеко не новый мягкий халат юная девушка со скрученным полотенцем на голове несла в руках небольшую пустую кастрюльку. Лицо с приятными ровными чертами было немного покрасневшим. Длинные тонкие ресницы на прикрытых глазах, смотревших под ноги, опускались до щёк.       Спустившись на нужный этаж, девушка пошла вдоль коридора, где свет падал только в самом его конце — из окна. Там светило яркое утреннее солнце, а деревья с мелкими зелёными листочками приветливо махали ветками, зазывая на улицу, и слегка стучались в стекло. Сам коридор казался почти чёрным, и лишь многочисленные двери вдоль стен отражали блики белого света. Подойдя к той, что была второй от самого окна, и вытащив из кармана ключ, девушка взяла кастрюльку подмышку и отперла тяжёлую деревянную дверь.       В комнате было светло. Слева и справа у стен стояли кровати: одна — с голым матрасом, а другая — аккуратно застеленная. Девушка закрыла за собой дверь и поставила на небольшой столик кастрюльку. Стоило только остановиться, как стало нестерпимо жарко. Она немного помахала рукой у лица и приоткрыла окно.       С улицы донеслись звуки оркестра и женского пения — кто-то включил патефон. Немногие из студентов покетехнического колледжа могли похвастаться такой вещью, но счастливые обладатели охотно делились со своими товарищами музыкой. В тёплое время года нередко владельцы выставляли аппарат на подоконник перед открытым окном, а сами шли на улицу и веселились под звуки музыки со своими друзьями, и даже незнакомые люди присоединялись к ним.       Девушка в своей комнате прижалась головой к откосу окна. Пока ветерок обдувал источающее жар лицо, она наслаждалась нежной и чувственной песней, в которой лирическая героиня осыпа́ла своего избранника ласковыми словами и клялась ему в вечной верности и любви. Под окном танцевали и парни, и девушки, и поодиночке, и парами, и группами, и девушки с девушками, и парни с парнями — всем им было весело.       Оторвавшись от вида из окна и тяжело вздохнув, девушка задёрнула занавеску и отошла к шкафу. Двери его тяжело скрипнули, а внутри показалась немногочисленная аккуратно сложенная на полках и ровно развешенная на плечиках одежда.       Достав из гардероба длинную юбку и блузку и аккуратно положив их на застеленную кровать, она сняла с головы полотенце. Ещё влажные короткие волосы выглядели взлохмаченными. Обтерев их сухими краями полотенца, девушка отложила его на спинку стула, на который тут же села. Развернувшись к небольшому столу, что стоял перед ней, она отодвинула кастрюльку к краю и достала из верхнего ящика тетрадку и заправленную перьевую ручку с колпачком.       Тетрадь была наполовину исписана. Чёрные витиеватые строчки располагались на каждой странице одна за другой. Раскрыв перед собой тетрадь на пустом листе, девушка аккуратно вывела дату — девятнадцатое августа 1952 года — и принялась записывать план на свой день — пункт за пунктом.       Припомнив все важные дела и записав их, девушка дала чернилам подсохнуть. Она потрогала свои волосы — они были слегка влажными — и, встав из-за стола, начала переодеваться. Прямые рукава белой блузки почти доставали до локтя, а отлеты воротничка, словно крылья, смотрели в разные стороны. Юбка, которую девушка надела через верх, была почти черного цвета и, расширяясь от пояса до подола, опускалась ниже колена.       Внутри шкафа на дверцу было прилажено зеркало. Взяв из небольшой прикроватной тумбочки расчёску, девушка подошла к нему и принялась приводить в порядок распушившиеся волосы. Закончив, она оглядела своё лицо и поправила блузку. Девушка улыбнулась себе и начала крутиться перед зеркалом, но спустя немного времени что-то её огорчило, и она закрыла дверцы.       Тяжело выдохнув, девушка открыла ящик тумбочки, чтобы положить расчёску обратно, но замерла на несколько мгновений, остановив взгляд на аккуратно сложенном ошейнике с медалями, что лежал в том же отделении. Слегка коснувшись холодного металла своими тонкими пальцами, она нахмурилась и закрыла ящик.       Девушка проверила чернила в тетради и, убедившись, что те высохли, захлопнула её и посмотрела сначала на свой потрёпанный рюкзачок, с которым впервые переступила порог покетехнического колледжа, а потом — на новенький небольшой портфель, выглядевший более солидно и лучше подходивший к её образу. Оба они стояли на полу между тумбочкой и шкафом, занимая там всё свободное пространство, и казалось, что это место в комнате было отведено специально для них.       Не раздумывая долго, девушка взяла портфель и положила свою тетрадь к бумагам, которые уже находились внутри, а после — пошла ко входной двери. Сняв со стоп тапочки и аккуратно поставив их в угол у двери, она надела чёрные туфельки на небольшом каблуке и вышла из комнаты. Внизу, почти у самой вахты общежития, она повстречала забежавшую с улицы молодёжь.       — Привет, Ирэн! — остановился рядом с ней кучерявый парень. Его тёмные волосы вились прямо на лицо, и тот привычным движением откинул их на макушку. — Воду дали?       — Привет, Фуджи, — улыбнулась она, — воды нет.       — Да чтоб его! — выругался тот и отвёл взгляд.       — Да, я сама с тазиком только что ходила — пришлось просить помощи у Пудинг и флареона.       — Лия приехала? — Парень резко развернулся к собеседнице. — Давно?       — Наверное, — девушка постаралась припомнить, — пару дней как.       — А она у себя?       — Сейчас — не знаю, — она посмотрела на часы, которые висели над выходом и показывали половину десятого, — но в восемь была у себя.       — Ладно, зайду к ней.       — Зачем? — Ирэн улыбнулась и подняла одну бровь.       — Ну, — тот почесал затылок и увёл глаза в сторону, — тоже попрошу воды?       — Ага, и о селекции поговорите обязательно. — Нежная улыбка озарила её лицо. — Ей диплом писать как-никак в этом году, а тебя уже не будет!       Парень немного смутился и невпопад ответил:       — Все мои труды останутся в библиотеке...       — Да я пошутила. — Девушка похлопала Фуджи по плечу. — Блэйна не видел?       — Он звонил вчера. Сказал, что приедет в девять.       Они одновременно посмотрели на настенные часы, а потом — друг на друга, и парень пожал плечами:       — Наверное, уже здесь. Но я его не видел.       — Если он опоздает на репетицию, я его поколочу и не посмотрю, что он с дороги — так и передай, — Ирэн сделала паузу и добавила: — Если увидишь.       — Зачем же ты так жестоко? — усмехнулся Фуджи.       — А чтоб неповадно было! — Ещё раз бросив взгляд на часы, девушка повернулась к выходу. — Ладно, мне пора бежать.       — Ты купаться вечером идёшь? — окликнул её парень.       Она притормозила и, улыбнувшись, посмотрела на него через плечо:       — Да, мы с Лией обе будем.       Ирэн вышла из здания общежития, окрылённая звуками нежной песни про очаровательную беззаботную девушку, о которой исполнитель думал каждый день. Игла патефона тихо потрескивала и этим искажала запись с трубами, саксофонами и скрипками, но от того композиции придавался особый шарм.       Неспешным шагом девушка дошла до здания колледжа и отворила входную дверь. Двигаясь по длинному коридору к левому крылу здания и скрипя половицами, она вышла к кабинету, который вызывал у неё крайне неприятные воспоминания и эмоции. Именно здесь составляют самое неудобное расписание в мире. Именно здесь теряются все оценки, отчего нередко приходится сдавать одну и ту же дисциплину преподавателям-маразматикам по нескольку раз. Именно здесь у неё отобрали Хиро. На закрытой двери висела табличка «Учебный отдел».       Дав сердцу немного успокоиться, Ирэн собрала волю в кулак и, постучав, открыла дверь. К счастью, внутри находилась только работница, к которой девушка относилась хорошо. Та пила чай и коротким карандашом заносила какие-то данные в большую таблицу, которая занимала почти всё место на столе и свисала вниз почти до пола.       — Здравствуйте. — Закрыв за собой дверь, Ирэн подошла к столу. — Я хочу записаться на курсы...       — Погоди... — Женщина прервала её, не отрываясь от бумаг — она продолжала что-то вписывать.       — Это списки поступивших? — Девушка привстала на носочках и заглянула в бумаги, и там действительно стройными рядами были выписаны незнакомые ей имена и фамилии.       Женщина ничего не ответила, пока не заполнила до конца одну из крупных ячеек, а Ирэн не смела больше отвлекать её, пока та не закончит.       — Что ты хотела? — Глотнув чаю и поправив очки, женщина оторвалась от своей работы. Казалось, что та полностью переключилась и всё внимание, что в ней было, направила на Ирэн.       — Я хотела записаться на курсы. — Девушка убрала волосы за ухо и ухватилась за ручку своего портфеля обеими руками.       Женщина, встав из-за своего стола, подошла к тому, что стоял напротив, и, смочив палец языком, отделила от лежавшей на краю кипы бумаг один лист.       — Заполняй. — Вручив его Ирэн, она вернулась к себе и продолжила работать. — Как закончишь — скажешь.       — Ручкой или карандашом?       — Ручкой.       Девушка села сбоку от соседнего стола и, изучив бумагу, принялась заполнять её. В руках Ирэн была самая обычная форма заявки: фамилия, имя, дата рождения, место жительства, данные карточки тренера, уровень образования...       — А что нужно писать, где «Наименование программы обучения»? Я не знаю, как точно называется...       Женщина не отрываясь дописала, проговаривая себе что-то под нос, и только после этого спросила в ответ:       — А ты куда хочешь?       — Мне нужно научиться работать с агрессивными покемонами.       — Тебе для лицензии или просто переподготовка?       — Лицензия.       Старый шрам на сердце начал болеть. За несколько лет разлуки с папиным покемоном боль постепенно затихла, лишь в некоторые моменты возвращаясь со страшной силой. Холодный разум взял верх, ведь слёзы не могли никак помочь вернуть Хиро, который всё это время не видел белого света и находился в изоляторе запертым в покелокере — там же, где и другие покемоны, от которых отказались, с которыми не справились, которые лишились хозяев...       — Тогда пиши... — Женщина нахмурилась и зажмурилась, пытаясь припомнить название, но то, видимо, напрочь вылетело из головы. Тогда она начала щёлкать пальцами и качать рукой в воздухе, пока не вспомнила. — «Прикладная покепсихология» и в скобочках «углублённый курс».       Женщина тут же переключилась на таблицу и стала снова что-то приговаривать себе под нос. Ирэн быстро записала название курса и до конца заполнила анкету, поставив в конце свою подпись. Она встала со стула, и женщина, не отрываясь от таблиц, отправила девушку в бухгалтерию, что находилась на третьем этаже.       Ирэн вышла из учебного отдела и почти прямо в дверях повстречала ту самую старуху, из-за которой ей приходилось всем этим заниматься. Их глаза встретились, и девушка, глядя на ту сверху вниз, прожгла её полным неприязни взглядом, но женщина не изменилась в лице и продолжала выглядеть как бездушное изваяние. Вероятно, она и не помнила, какой поступок совершила в прошлом, а повторись всё снова — сделала бы так же...       Оставив её позади, Ирэн направилась за угол и вышла к лестницам, которые находились в холле прямо при входе. Едва та поднялась на один этаж, как её окликнули издалека, обратившись к ней настоящим именем. Девушка в страхе замерла и медленно повернулась на звук — не спеша к ней двигался немолодой мужчина, поправляя очки на носу и сжимая несколько картонных папок подмышкой.       — Вы уже вернулись, мистер Хейманс? — Девушка попыталась скрыть свой страх за натянутой улыбкой, но сделала этим только хуже.       — К твоему сожалению, голубушка. — Тот подошёл совсем вплотную. — Как статья? Должна была дописать.       Густые брови мужчины нависли над хищными глазами, которые поверх очков оглядывали девушку.       — Я ещё пишу... — Ирэн сделала шаг назад и упёрлась в стену спиной. — Понимаете, я почти дописала, а мой флареон забрался на стол, а там чернила, и...       — Не продолжай, мне неинтересно, — отмахнулся он. — Значит, пока мы с Блэйном работали, ты била баклуши...       Все попытки оправдаться выглядели бы жалко. Понимая это, Ирэн подумала, что проще согласиться с преподавателем, чем пытаться добиться понимания с его стороны.       — Я допишу на этой неделе, обещаю.       — А мне не надо на этой неделе. Мне надо сейчас. — Хейманс продемонстрировал девушке папки и постучал по ним тыльной стороной ладони свободной руки. — Бестолковая...       — Всё будет, но дайте мне немного времени... — Ирэн сжала в обеих руках ручку портфеля и начала мять и царапать её ногтями, чтобы справиться с нахлынувшими эмоциями.       — Времени было много. Мы с Блэйном изучили весь северный склон вулкана на Циннабаре, собрали и обработали множество данных, а Нерреза прохлаждалась в общежитии и не смогла даже одну крохотную статью про циркадные ритмы написать! У меня такое на первом курсе пишут, а ты — на четвёртом не в состоянии.       — Я всё сделаю на этой неделе... — Девушка повторяла это как заведённая.       — Смотри у меня! — пригрозил мужчина указательным пальцем. — Я всегда говорил, что женщинам не дано заниматься наукой. Бывают и одарённые особы, но ты — не в их числе. Всё-таки женское дело — это замуж выйти да детей нарожать. Право, лучше бы этим занялась, чем тратить наше время здесь.       Когда преподаватель отошёл от неё и скрылся в одном из кабинетов, Ирэн выдохнула и пробубнила себе под нос:       — Вот и займусь сразу, как встречу своего мужчину.       Она немного встряхнулась и двинулась на этаж выше. Бухгалтерия находилась прямо над учебным отделом. Дверь была открыта, но девушка всё равно постучала в косяк, чтобы предупредить о своём визите.       — Здравствуйте, можно? — Не услышав ничего в ответ от взрослых женщин, выполнявших какую-то неясную письменную работу, Ирэн рискнула войти. Пройдя почти в самый центр комнаты, она спросила. — Я принесла заявку на курсы, куда мне с ней нужно подойти?       — Иди сюда, — устало отозвалась одна из работниц и протянула руку.       Девушка подала ей листок и стала ждать распоряжений, перекатываясь с пяток на носки и обратно.       — Оплачивать всё разом будешь или в два захода? — уточнила женщина.       Ирэн немного подумала и, улыбнувшись, ответила:       — Да давайте разом, зачем я буду ждать?       — Тогда пятнадцать тысяч ровно.       Открыв свой портфель, девушка нащупала какое-то количество скреплённых канцелярской резинкой банкнот и вручила их бухгалтеру. Та их пересчитала, сделала пометку у себя и поставила печать на заявку, которую принесла Ирэн. Встав из-за стола со стопкой денег и вручив бумагу с печатью девушке, она прошла к небольшому сейфу, стоявшему прямо на полу, отперла его и спрятала там деньги.       — С заявкой возвращайся в учебный отдел, — тяжело произнесла та, ухватившись за свою поясницу.       — Спасибо!       Девушка наконец стала на шаг ближе к своему покемону и, воодушевлённая, быстро переставляя ноги, двинулась вниз по лестнице и снова шмыгнула за угол в учебный отдел.       Отдав заявку женщине, которая всё ещё заполняла огромные таблицы, Ирэн глянула на настенные часы: пять минут одиннадцатого. Выйдя в коридор, она остановилась у подоконника и вытащила свою тетрадь, чтобы свериться с планом на день.       Девушка стала вести ежедневник с первого дня учёбы. Он не был ей так уж необходим, чтобы запоминать грядущие события. Скорее, то был способ чувствовать себя увереннее и решительнее. Оттого заглядывала она туда достаточно часто.       Вычеркнув карандашом пункт «Записаться на курсы», Ирэн захлопнула тетрадь и направилась на самый нижний этаж колледжа, находившийся под землёй.       Выйдя в холл, девушка начала спускаться по лестнице вниз. Лампы на этом этаже всегда светили тускло, и поначалу идти туда было страшновато, но со временем оказалось, что и к этому можно привыкнуть.       Она целенаправленно шла в правое крыло, где находился спортивный зал и подсобные помещения. Открыв на вид хлипкую, но прожившую долгую жизнь деревянную дверь, девушка заглянула внутрь и осмотрелась — никого. Тогда Ирэн закрыла эту дверь и, постучав, открыла ту, что была почти напротив.       Внутри за письменным столом сидела взрослая женщина, одетая в чёрный спортивный костюм. Короткие волосы бордового цвета были собраны в невысокий хвостик на затылке, а сплошная чёлка едва касалась бровей. На столе стояла кружка, и в воздухе витал аромат хорошего кофе. На полу у ног женщины лежало множество волейбольных мячей, и та по очереди накачивала каждый из них.       — Привет, Ирэн! — немного хриплым голосом поприветствовала она девушку. — Ну как ты?       — Здравствуйте, я — ничего, всё лето здесь. Вы как, мисс Вингель?       — На родину вот ездила в Кригерию. К родственникам. Три дня назад вернулась.       — И как же поживает город Бирвурст?       — Стои́т, ничего ему не будет, — ответила женщина, не отрываясь от работы. — В этом году поедешь на соревнования? Или всё — диплом и пока-пока?       — Да я не знаю даже, посмотрим. — Ирэн пожала плечами. — Я только что на курсы записалась, и...       — Эх, ты... Надо не так говорить, надо говорить: «Конечно, поеду, несмотря ни на что, мисс Вингель». — Отбросив накаченный мяч в сторону, женщина взяла с пола ещё один. — «И на баскетбол, и на волейбол, и на лёгкую атлетику, и на плавание»... Летом плавала?       — Конечно, всё лето.       — Рекорд какой?       — В одну сторону от берега до берега — меньше двух минут.       — А сколько там? Метров семьдесят?       — Около ста.       — Молодец какая, а! — Женщина отбросила ещё один мяч. — Поедешь на соревнования, и ответ «нет» не принимается!       — Ладно, ладно, — смущённо улыбнулась Ирэн. — Нам с Блэйном нужно будет порепетировать в одиннадцать, актовый зал не будет занят?       — Что, будете приветствовать первокурсников?       — Да, в этом году я вызвалась, а Блэйн...       — ...Не смог отказать, правда? — Покопавшись в кармане олимпийки и достав оттуда ключ с деревянным брелком, Вингель с улыбкой протянула его девушке. — Занимайтесь. Я сегодня тут побуду, а то работы, — она указала рукой, на которой сверкнули крупные часы, на стеллаж у стены, заполненный мячами для разных видов спорта, — море.       — Большое спасибо! — Ирэн радостно приняла ключ и глубоко кивнула.       — Ай, да ну, — отмахнулась женщина. — Я, может, позже загляну к вам. Погляжу хоть, что вы придумали.       — А вы уже завтракали сегодня? Я собираюсь в кафетерий.       Женщина глотнула кофе из своей кружки и, приподняв брови, ответила:       — Я сегодня со своим.       — Тогда я одна съем наши любимые пирожки.       — Фигуру береги для соревнований! — резко оторвалась от кофе Вингель и шёпотом добавила: — Оставь мне-то, ну! Имей сердце.       — Ничего не обещаю, — Ирэн тихонько посмеялась, вышла из комнатки и двинулась по коридору в другое крыло, где и находился кафетерий.       Место, где обедали студенты и преподаватели, давно не ремонтировали — средства колледжа уходили на ремонт фасада и левого крыла, пострадавшего от военных действий. Здание садилось от старости, и на стенах оттого начали образовываться крупные трещины. На потолке красовались жёлтые пятна от протечек. Поломанные стулья годами складировались в дальний угол.       Ирэн положила портфель на своё любимое место — ближнее ко входу у стены — и, достав деньги, направилась к буфету. Стоило только увидеть подрумяненные вишнёвые пирожки, которые выглядывали из-под стекла, как пустой желудок начал настойчиво выпрашивать вкуснятину. Выбрав самый красивый и взяв к нему гранёный стакан с чёрным кофе, девушка прошла к месту, где оставила портфель.       В зале не было никого, кроме неё и работницы за прилавком, которая пересчитывала мелочь и бумажные деньги в кассе. Было довольно тихо. Ирэн решила снова достать свою тетрадь и полистать её — от нечего делать. Округлый витиеватый почерк с каждой страницей становился всё проще, но оставался аккуратным, ровным и затейливым. В записанных планах часто мелькали самые обычные пункты вроде «подготовиться к зачёту», «подстричься» или «тренировка», но на самой последней странице в тетради Ирэн отметила несколько более масштабных целей на своё ближайшее будущее...       — Что за чтиво? — раздалось у неё над ухом, а тетрадь улетела со стола наверх.       Девушка на секунду замерла, но быстро пришла в себя и, покраснев от стыда, вскочила со стула. Она едва не пролила свой кофе, в спешке задев столешницу, на которой стоял наполовину пустой стакан.       — А ну отдай!       — Не дам, мне интересно!       Перед Ирэн стоял высокий парень с походным рюкзаком на спине. Откинутые на макушку тёмные очки не давали светлым кудрям падать на покрасневшее от загара лицо.       — «Закончить курсы» и «забрать Хиро» — это мы знаем. «Выпуститься из колледжа» — похвальное желание...       Ирэн пыталась отнять свои записи, с разных сторон подступаясь к парню. Но, несмотря на свой внушительный для девушки рост, длины её рук не хватало, чтобы вырвать тетрадь у парня, которую тот специально держал на расстоянии.       — «Найти хорошую работу» — ну, тоже хорошо... Да ты молодец, я смотрю!       — Ну всё, не читай дальше. — Девушка подпрыгнула, но дотянуться до тетради не смогла. — Поиздевался, и хватит!       — Я тебя тут нахваливаю, а ты говоришь, «издеваюсь»! — Вопреки возражениям, тот продолжил читать. — «Найти спутника жизни» и «завести детей». Ты хоть знаешь, откуда дети-то берутся?       Ирэн прыгнула снова и смогла согнуть руку парня, которая держала тетрадь. Выхватив свои записи, девушка тут же спрятала их в портфель и защёлкнула на нём замочки.       — Изоляция плохо на тебя влияет, Блэйн, — буркнула она и снова села за стол.       — Вообще-то, я не был изолирован, — парень с грохотом опустил свой рюкзак на пол, — там живут люди.       — Дикари? — Девушка саркастично вскинула брови и прикрыла глаза.       — Да самая обычная деревня. — Он сел рядом.       — Как ваша экспедиция? Было что-то интересное?       — Камни, тушёнка... Тушёнка, камни... — Блэйн немного подумал. — Да, пару раз мы чуть не сорвались с вулкана, но это мелочи.       — Кошмар. — Девушка чуть не подавилась своим скромным завтраком и округлила глаза.       — А так... — Парень проигнорировал её реакцию и продолжил припоминать как ни в чём не бывало. — Девчонки со второго курса держались молодцом. Лагерь, костерок, звёзды, спиртное...       — О-о, — протянула Ирэн, перебив его на последнем слове и подняв глаза к потолку, представляя себе что-то, — на чистом воздухе у вас небо наверняка было очень звёздное?       — Да чёрт его знает, я не обратил внимания.       Девушка немного удивилась, отчего выдержала паузу, чтобы найти слова.       — Не любишь смотреть на звёзды? — наконец спросила та.       — Не в том состоянии я пребывал, чтобы ими любоваться, — посмеялся Блэйн.       — В каком смысле?       — Наш с тобой старина Хейманс решил, что я уже дорос до приобретения вредных привычек.       Ирэн снова выдержала паузу, откусив кусочек пирожка и запив его.       — По-моему, ты их приобрёл ещё до нашего знакомства...       — Да, было дело, — парень с улыбкой опустил глаза на столешницу, — только он-то об этом не знал. — Помолчав немного, тот добавил: — К слову о спирте: я собираюсь обмыть свою новую должность. Ты приглашена, и отказа я не приму.       — Ой, нет-нет-нет. — Девушка вежливо улыбнулась и выставила перед собой ладошку. — Я знаю, как заканчиваются эти ваши посиделки с друзьями. Мне такое неинтересно.       — Да ладно тебе... — Блэйн положил руку ей на плечи и слегка потрепал. — Я не скрываю: моя цель — напиться так, чтоб не встать. Но тебе-то это совершенно не обязательно.       — Где собираетесь отмечать?       — В Церулине — недалеко от магазина велосипедов.       — А кто ещё будет?       — Фуджи и Скотт — больше никого. — Когда Ирэн немного призадумалась, парень легонько толкнул её в плечо. — Давай. — А когда та ничего не ответила и не поменялась в лице, он снова толкнул её, но надавил на плечо немного сильнее: — Да давай!       Девушка пошатнулась и со смехом ответила на удар, хлопнув собеседника по руке. Но тот пошёл в контратаку, встав со своего места, и начав безжалостно её щекотать. Звонкий женский смех разлетелся по всему кафетерию, заставив буфетчицу обратить своё внимание на посетителей. Встретившись с Ирэн глазами, та цокнула языком и покачала головой.       — Простите, — сквозь смех выкрикнула девушка.       Ей и правда было жутко неловко, но Блэйн не собирался останавливаться. Ирэн вскочила с места и выбежала в коридор, закрыв за собой дверь. Блэйн попытался открыть её, но девушка держала её с другой стороны. Когда парень дёрнул ручку несколько раз, он получил по голове полотенцем — буфетчица вышла из-за прилавка наводить порядок. Она оттолкнула совершенно не сопротивлявшегося молодого человека и бесцеремонно дёрнула дверь так, что Ирэн едва не упала.       — Вот поганцы, а! — прикрикнула она, поставив руки на бока. — Шли бы на улицу со своими игрищами! Всё мне тут поломаете — и без того двери и мебель ветшают! А ты вообще, — буфетчица сурово посмотрела на Ирэн, — девица, а так себя ведёшь!       — Это моя вина, — Блэйн встал перед женщиной и закрыл собой подругу. — Такого больше не повторится.       — Тьфу на вас... — Буфетчица отмахнулась, закинула полотенце на плечо и, развернувшись, ушла к прилавку.       В зале нависла тишина, и, тихонько хихикая, парень повёл Ирэн обратно за стол, положив свою руку ей на плечи. Когда они оба заняли свои места, парень снова начал её подталкивать в плечо: сначала — беззвучно, а затем очень тихо скандируя «давай».       — Ладно! — Девушка широко улыбнулась и отмахнулась от его навязчивого кулака. — Я приду.       Торжествуя, парень вальяжно откинулся на спинку стула.       — Это было проще, чем я думал.       — Только я приду с Лией.       — А она не пьёт?       — Нет.       — Бедняга. Ну ничего, исправим.       — Блэйн, — жалостливо протянула девушка, — ну не надо заставлять человека, если она не хочет.       Парень выставил перед собой обе ладони, прикрыл глаза и покачал головой. Друзья ещё какое-то время молча посидели, пока девушка не перевела тему:       — А я сегодня уже встретила Ричи.       — И он, конечно же, расцеловал тебя и причитал о том, как сильно скучал по тебе?       — Что-то вроде, — хмыкнула Ирэн и глотнула кофе.       — Так и знал, что его издевательства над тобой — признак глубокой симпатии.       — Ага, конечно... И именно поэтому он говорит, что моё место на кухне, а образование мне не нужно.       — Ну вот, видишь, узрел в тебе хорошую жену. Может, хоть подобрее станет, когда в его жизни женщина появится.       Ирэн изменилась в лице, с недоумением посмотрев на своего соседа, и хлопнула того по плечу.       — Ты просто невыносим!       — А что? У тебя же есть пункт «найти себе мужика». Так бери, пока не отобрали.       Девушка разозлилась и начала стучать по плечу всё сильнее и чаще. Блэйну пришлось прикрыть лицо, чтобы та ненароком — а может, и специально? — не попала по нему. Наконец успокоившись, она проговорила тяжело дыша:       — Мне шестнадцать, а ему пятьдесят.       — Вообще-то, сорок три — ещё не такая большая разница.       Ирэн хлопнула его плечо ещё раз, и парень, потирая его, возмутился:       — Может, прекратишь уже? Синяк набьёшь...       — А может, это ты прекратишь?! — Девушка снова стукнула его.       — Да ладно-ладно, уже и пошутить нельзя...       — Любовь — это серьёзно, и я не хочу, чтобы ты шутил так про меня.       — Да что ты знаешь про любовь... — Блэйн выдохнул и опустил глаза.       — А ты что знаешь, светило науки?       — Кое-что знаю, — тот немного приободрился, — например, про гормоны могу рассказать. Про коитус. Или про то, что чрезмерную и объективно необоснованную привязанность к человеку можно интерпретировать как душевную болезнь. Что тебя интересует?       — Дурак... — Ирэн проглотила последний кусочек пирожка и выпила до дна свой кофе.       — Это не я придумал вообще-то, я про это читал.       — Ой, да ты про всё читал. — Девушка отмахнулась и резко сменила тему разговора. — Гитару принёс?       — Всегда при мне. — Парень указал на рюкзак, к которому с наружной стороны была привязана гитара в плотном чехле.       — Ну всё, пошли работать тогда.       Ирэн встала из-за стола, взяла в одну руку портфель, а в другую — пустой стакан и унесла тот к небольшому окошку в стене, за которым находилась посудомойщица. Блэйн натянул тяжёлый рюкзак на одно плечо и, как только девушка направилась к выходу, последовал за ней.       Та прошла по коридору мимо нескольких дверей и открыла нужную — в актовый зал. Щёлкнул выключатель, и в большом помещении прямо у сцены зажёгся свет. Девушка поспешила туда. Она оставила свой портфель на одном из сидений в переднем ряду и поднялась к пианино, стоявшему в дальнем углу сцены. Сыграв несколько аккордов и короткую задорную мелодию, чтобы проверить инструмент, Ирэн вошла в центр и поторопила своего спутника, который со своим объёмным грузом на спине едва мог протиснуться в узком проходе у стены.       Доковыляв до сцены, парень освободил свою гитару от пут рюкзака и достал её из чехла. Не забираясь наверх, Блэйн сел прямо на ступеньки и принялся настраивать инструмент на слух. Чтобы не терять время, Ирэн спустилась, обойдя парня, и достала из своего портфеля несколько исписанных листков бумаги с карандашом и бегло оглядела текст. Когда гитара была наконец настроена, Блэйн перебрал каждую её струну, и девушка невольно скорчилась.       — Что такое? — спросил парень.       — Си — полтона не дотянул...       — А си — это где? — Он дёрнул нижнюю струну.       — Это ми.       Следующая за нижней струна была той, что имела в виду девушка, и Блэйн ещё немного подкрутил её. Результат устроил Ирэн, и она предложила заняться делом.       — Пока вас не было, я примерный план уже набросала.       Девушка протянула парню один из листков, и тот бегло ознакомился с записями.       — Ну, тут что-то вроде «здоро́во, детвора, прощайтесь с детством и готовьтесь к боли», — комментировал он вслух, чтобы лучше ориентироваться, — потом стихи, стихи, стихи... Я не буду стихи читать для первого курса: они меня потом чернильницами закидают на кураторском часе и засмеют.       — Стихи — для второго курса, не волнуйся.       — А мы эти слова между стихами оба читаем или это только ты?       — Пока я, а твои на другом листе.       — То есть, первую половину я буду выходить и стоять и молчать рядом как дурачок?       — Да нет же, сначала я говорю, а ты — музыкальное сопровождение, а потом поменяемся!       — Музыкальное сопровождение стихов?       — Ну да, играй что-нибудь простенькое, типа этого. — Девушка вынула из своей стопки бумаг одну из нижних.       На белоснежном листе был расчерчен нотный стан, по которому скакали чёрные нотки, будто бы смеявшиеся над парнем, который ничего в них не понимал.       — Это ты куда меня сейчас на своём музыкальном языке послала?       Ирэн легко стукнула Блэйна по голове бумажками, которые держала в руках, и прошла к пианино. Она наиграла несложную мелодию, которую можно было непрерывно играть снова и снова. Сидевший на ступеньках парень прослушал музыку несколько раз и прикинул, как это сыграть на гитаре. Ирэн остановилась и навострила уши.       — Да ну, зачем это, — фыркнул тот.       — Ты же обещал мне помочь!       — Зачем нам музыка на всё мероприятие? На номера с песнями и танцами — да, ладно. Но на стихи и на просто так — зачем?       — Так будет немного живее...       — У меня обе руки отвалятся, если я буду полчаса играть без продыху.       — Сорок пять минут, — поправила девушка.       — Вот именно, — Блэйн почесал затылок и переспросил. — Сколько?! И это только на мою партию?! Ты там сразу дипломы с порога выдавать собралась — зачем так долго-то?       — Ну-у-у... — протянула Ирэн, просмотрев свои бумаги.       — Твоя задача же просто сказать «привет всем»! Что ты там выдумала такое?       — Стихов много, и желающих выступить — тоже.       — Нет-нет-нет, это не годится. Первачкам по тринадцать-четырнадцать лет — они с ума сойдут на это всё смотреть.       — В прошлом году тоже было долго — ничего. Выстояли.       — Ну не полтора же часа!       — Ладно, ты прав, я подумаю, — согласилась девушка и черканула карандашом по свободному месту одного из листов.       — Что там дальше должно быть?       — Дальше... Дальше у нас песня девочки со второго курса, пара танцевальных номеров, речь директора. Дальше ещё пара песен. Свою мне, наверное, стоит вычеркнуть... — Она ровной линией зачеркнула одну из строк в тексте и добавила себе под нос: — Всё равно стипендии она мне не добавит, а время у мероприятия забирает...       — Вот так: не от души ты этим всем занимаешься. А чтобы часть денег за обучение вернули стипендией. А я-то думал...       — У меня нет лишних денег — мне даже с возвратом их хватит только впритык до диплома. — Не отрывая взгляда от бумаги, Ирэн зачеркнула ту же строку ещё несколько раз.       — Да я шучу же, что ты начинаешь?       — А мне не смешно от этого... Я не хочу снова голодать и побираться.       — Ладно, забыли. — Парень по-дружески прижал девушку к себе и погладил её бок.       — Я вчера написала копию для тебя. — Девушка разделила кипу бумаг на две части и вручила одну своему спутнику. — Ты потом ещё раз почитай, как будет время.       Блэйн осмотрел листы — написано было всё то же самое — и забросил их в открытый гитарный чехол. Поглядев на бумаги в руках, Ирэн вздохнула и выдохнула и перевела взгляд на парня. Она молча пристально смотрела на него, и тот, не дождавшись от неё каких-то слов или действий, оглядел себя, посмотрел себе за плечо и наконец спросил:       — Что?       — Я написала инструментальную партию почти для всех песен. — Она не отрывала от него глаз, в которых читалась ирония и толика отчаяния.       — Так?.. — Парень напряжённо выжидал развязку.       — А ты не различаешь нот на стане? — На лице проступила нервная ухмылка.       — Ну я консерваторий не кончал, простите — играю по наитию.       — Опять всё самой придётся делать... — Девушка опустилась на одно из сидений в первом ряду и подпёрла подбородок рукой, погрузившись в раздумья.       — Да всё нормально будет, я же неплохо импровизирую! Смотри!       Парень вскочил на ноги. Пара прыжков — и тот оказался на середине сцены. Закинув на плечо ремень от гитары, он несколько раз ударил по струнам, подумал несколько мгновений и, зажав первый аккорд и начав играть, тут же запел:       «Из экспедиции учёный возвращается домой,       Только нет опохмелиться у него с собой.       Он настоящим джентльменом в своих странствиях был,       Каждой даме предлагал он алкогольную бутыль.       Эх, бутылочка, бутылочка, бутылочка моя!       Эх, бутылочка, бутылочка осушена до дна!       Не напоит меня.       И не опохмелит меня».       Ирэн, пребывавшая в лёгком шоке от этой импровизации, не смогла выдавить и слова из себя.       — Не дотянул, да? — посмеялся Блэйн.       Тот хотел добавить что-то ещё, но не успел. Неожиданно что-то прилетело ему в голову и ударило так сильно, что он пошатнулся, а чёрные очки слетели с макушки.       — Янсен! — послышалось со стороны входа в актовый зал. — Что это за народное творчество?       Блэйн немного встряхнулся и огляделся — то, что ударило его по голове, оказалось волейбольным мячом, который отскочил в сторону и спрятался где-то в средних рядах. Ирэн тихо посмеялась, когда услышала позади знакомый голос, и без лишних слов пошла искать улетевший мяч.       — А вы больше не заставите меня бегать пять кругов вокруг колледжа — теперь могу себе позволить, мисс Вингель.       — Раньше ты тоже многое себе позволял. — Женщина стояла, скрестив руки и опираясь о косяк плечом. Она осуждающе глядела на парня поверх очков. — Ты же уже не мальчик, ты уже мужчина — всё! Ты же должен будешь подавать правильный пример детям — преподаватель!       Она покачала головой и оглядела зал в поисках мяча.       — А дети не узнают, чем я занимаюсь на досуге. — Парень поднял свои очки и снова нацепил их на макушку. — Я не то им буду преподавать.       — Как же? Вот твоя ученица идёт. — Женщина указала рукой на Ирэн, которая уже нашла мяч и понесла его владелице.       — Да нет, Ирэн — это другое.       — Как другое-то? Такая же студентка, как и все. И ты должен будешь быть для неё таким же преподавателем, как и для всех.       — Поняла, да? — обратился Блэйн к подруге. — Будешь меня слушаться, а то я тебя отчислю.       Вингель вырвала мяч из рук Ирэн, подбросила его и замахнулась, чтобы ударить и направить его прямо в парня. Тот тут же скрестил руки перед лицом, а не услышав звука удара, осторожно выглянул из-за них — женщина уходила.       — Мисс Вингель! — крикнул вслед парень. Та остановилась за дверью и высунулась из-за косяка. — Было больно, если что.       Женщина пригрозила ему кулаком и ушла. Ирэн вернулась к сцене, которая возвышалась над залом, уложила свои руки на её край, поставив кулак на кулак, и подпёрла этой конструкцией свой подбородок.       — Я думаю, на сегодня пока хватит, — проговорила она, потупив взгляд. — Я ещё посмотрю, что можно сделать, на днях увидимся и всё точно решим. А когда все, кто будет выступать, приедут с каникул, выкатим им то, что надумали... — Девушка немного помолчала. — Ты вечером купаться пойдёшь?       — Она ещё спрашивает! — усмехнулся Блэйн, присев на корточки. — Я целый месяц жарился на вулкане. Я бы вообще сидел в воде, не вылезая!       — Отлично, ребята тоже пойдут... Ладно, давай сворачиваться. — Ирэн взяла руку парня и посмотрела на его наручные часы — половина первого. — Мне ещё статью писать.       — Ты что, до сих пор не написала?       — Написала — я же не самоубийца. Но кое-кто пушистый и рыжий с короткими лапами пролил чернила прямо на готовую работу. Хорошо, что черновик сохранился...       — Что ж, действительно, могло быть и хуже. — Блэйн спрыгнул со сцены, придерживая рукой гитару, и подошёл к своим вещам.       Парень и девушка достаточно быстро молча собрались. Задевая стену и крайние кресла своим наплечным грузом, Блэйн двинулся вперёд. Ирэн пошла следом и, на ходу выключив свет, заперла за собой дверь.

***

      — Бомба летит! — разнеслось с небольшого озера на всю округу, и сразу после раздался всплеск воды.       Компания молодых людей и девушек — человек десять — отдыхала и веселилась на берегу рядом со старым рыбацким пирсом. Солнце опускалось всё ниже и ниже и почти уже ушло за лес на другой стороне озера. Небольшие волны начинали понемногу розоветь.       Посреди разложенных полотенец был разведён небольшой костерок, над которым на перекладине, сделанной из крепкой палки, висел походный чайник, полный озёрной воды. Это был уже второй чайник, который ребята поставили кипятиться — первый был опустошён практически моментально, стоило только тому закипеть.       Совсем юная девчонка, только закончившая первый курс, задала вопрос своему старшему товарищу:       — Интересно, а каким ты будешь преподавателем, Блэйн?       — Да наверняка он будет грозой девчонок! — посмеялась стоявшая рядом Ирэн и подошла к тому вплотную, положив руки на плечи. — Наверняка будут вешаться на шею и шептать: «Мистер Янсен, а поставьте так».       — Да, конечно! — Тот стряхнул с себя женские руки и сделал шаг назад. — А знаешь, что я буду делать с такими?       Не дожидаясь ответа, он тут же подхватил Ирэн с земли и понёс к краю пирса. Девушка стала заливаться смехом и шутливо пытаться вырваться, но всё-таки, казалось, она приняла свою судьбу.       — Последнее слово? — Парень не смеялся, отыгрывая роль палача.       — Поставьте так! — ответила его жертва.       Ирэн не переставала хохотать, и Блэйн сбросил её в воду, заявив напоследок:       — Я сейчас утоплю тебя!       Парень следом спрыгнул с пирса и нагнал подругу, выплывавшую из-под воды. Стоило только девушке высунуть голову и глотнуть немного воздуха, как Блэйн в шутку начал её топить, то наваливаясь всем весом ей на плечи, то затягивая её под воду.       На берегу на расстеленном полотенце за «драмой», развернувшейся на пирсе, наблюдала рыжая девушка. Она лежала на боку, подперев голову рукой, не спеша по одной ягодке кушала виноград из тарелки с фруктами и пила чай с лимоном из эмалированной металлической кружки. Вместе с ней за спектаклем наблюдал парень, который сидел на корточках и поддерживал костёр. Он посмотрел на рыжую девушку, когда глаза её были устремлены вдаль, но стоило им только переключиться на него, как парень тут же отвёл взгляд, сделав вид, что очень занят.       — Миленько, да? — спросила она его, указывая на топивших друг друга Ирэн и Блэйна.       — Угу, — буркнул тот, откинув на макушку свои вьющиеся волосы, которые постоянно падали на лицо.       Ещё немного понаблюдав за борьбой своих друзей в воде, девушка снова обратилась к парню у костра.       — Фуджи, слышала, ты собираешься продолжать учиться за границей...       — Ага.       — Будешь углублять свои познания в селекции?       — Нет, буду изучать генетику, — тот немного приободрился и продолжил говорить, — я читал много статей о клеточных макромолекулах, и мне кажется, что скоро достоверно подтвердится гипотеза о роли ДНК в наследственности.       — Вы же с Блэйном уже стали учёными — вы этому дополнительный год учились. Зачем тебе ещё куда-то?       — У нас здесь такому не учат, материально-техническая база скудная, а мне хотелось бы и послушать из первых уст, и приобщиться. — Фуджи так ни разу и не посмотрел на собеседницу за их недолгий разговор. — Если всё хорошо сложится, — тот поворошил угольки палочкой, — я открою в Канто свою лабораторию. Благо, что деньги у моей семьи есть.       — Похвальное желание, — девушка улыбнулась. — Возьмёшь меня на работу?..       — Лия, Блэйн зовёт нас на закрытую вечеринку! — Голос, донёсшийся со стороны воды, перебил её и избавил парня от необходимости отвечать.       Это кричала Ирэн, которая вместе с Блэйном выходила из воды на берег и направлялась к подруге. В воде собственные тела казались намного легче, поэтому на воздухе парень и девушка шагали так тяжело, будто по их ногам разлился свинец.       — В каком смысле? — удивилась Лия.       — Он с друзьями собирается напиться в стельку, — Ирэн подошла, толкнула Блэйна в плечо и опустилась на полотенце к подруге, когда та немного подвинулась. — Меня тоже заставил пойти, а я не хочу быть там одна.       Блэйн молча взял яблоко с тарелки с фруктами и отошёл в сторону, откусив большой кусок.       — Простите, ребята, но, как вы и сами знаете, я не пью, — напомнила Лия.       — Тебя никто не будет заставлять, — Ирэн начала выжимать свои чёрные волосы, с которых вода тонкими ручейками растекалась по телу. — Просто побудь со мной.       — А ты сама собралась пробовать, что ли? — Подруга приподняла одну бровь и глотнула чая.       — Будет видно, но почему бы и нет, если немного? — Девушка улыбнулась. — Мы же не алкоголики.       — Говори за себя, — крикнул ей Блэйн.       — Тебе ещё даже двадцати нет, какой из тебя алкоголик? — ответила ему Лия.       — А такой — у меня есть тяга. И алкоголизм не зависит от возраста.       — Но не любая тяга — уже алкоголизм.       Пока Лия и Блэйн бурно обсуждали симптомы алкоголизма, парень, сидевший у костра, громко предложил всем присутствующим чаю, и те радостно согласились. Когда вода начала бурлить, он бросил внутрь заранее подготовленную заварку, завёрнутую в зашитый марлевый мешочек, и немного сдвинул чайник с огня. Чай настаивался, а к костру подтягивались и остальные ребята.       — С тобой спорить бесполезно. — Рыжая девушка отвернулась от своего оппонента. — Всё равно ты не похож на зависимого.       — Тут ты ошибаешься. Хотел бы я сейчас бы хлопнуть чего-нибудь покрепче, чем это. — Блэйн указал головой на чайник и за два укуса догрыз своё яблоко. — Ты на наше скромное мероприятие-то явишься?       — Может, хоть время и место назовёшь?       — Двадцать девятого августа в Церулине в заведении у магазина велосипедов, — Ирэн опередила парня, который только открыл рот, чтобы ответить, и положила руку на плечи подруге.       — Как удобно, мы с мамой живём в соседнем квартале, — улыбнулась Лия и немного подумала. — Ладно, я приду, но не буду долго сидеть. Зайду домой…       — Я знала, что ты не бросишь меня с ними, — обрадовалась Ирэн.       — А большой любитель вольной жизни явится? — уточнила Лия.       — Да, Скотт будет, — ответил Блэйн, выбросив за спину огрызок яблока, — специально для меня на денёк бросит свой кутёж в Целадоне.       — А ты не мог не звать его? — Заметно огорчённая рыжая девушка опустила глаза.       — Извини, но я с ним вроде как дружу. — Парень подошёл к своим вещам и достал оттуда пачку сигарет и спички. Немного помолчав, он спросил, не обращаясь ни к кому конкретно. — Будет кто-нибудь?       Пока Фуджи молчаливо вытянул одну из предложенных сигарет и поджёг ту спичкой, Ирэн отметила:       — Вообще-то, мистер Янсен, не пристало преподавателю угощать студентов сигаретами.       — Вообще-то, голубушка моя, — Блэйн зажал зубами сигарету, — не пристало студентке указывать преподавателю.       — Ой, — девушку всю передёрнуло, — «голубушка»... Говоришь, как наш старик.       Чиркнув спичкой и сделав затяжку, он добавил:       — Где статья?       — Нет-нет, прекрати. Это ужасно.       — Твое место — на кухне, а Блэйн — молодец.       — Он что, правда тебе так говорит? — поинтересовалась первокурсница, которой повезло до сих пор не иметь дел с Хеймансом.       — Скоро и ты наслушаешься, — ответила Ирэн. — Он дядька такой… Интересный. Хорошо, что это последний год.       Фуджи уже начал разливать чай. Готовая получить новую порцию Лия парой глотков осушила свою кружку и, поставив её на землю рядом с парнем, ответственным за костёр, посчитала нужным отметить:       — А мне никогда ничего такого не говорил.       — Ой, ты вообще молчи, — Ирэн отмахнулась от подруги, — у тебя незаурядные способности.       — Заурядные, просто я стараюсь.       — А ты будешь учиться дополнительный год? — наконец Фуджи решился поддержать разговор, обратившись к Лии.       — Я-то?.. — Она взяла небольшую паузу. — Не уверена, что мы с мамой найдём на это деньги. Может, как-нибудь потом…       Наполняя чашку Лии горячим напитком, он молчаливо кивнул головой, немного помолчал и будто не из интереса, а из приличия спросил её подругу:       — А ты, Ирэн?       — Нет, я точно не буду, — решительно ответила та. — Мне бы этот год доучиться благополучно.       — Я удивлён, как тебя всё ещё не выгнали, — подал голос куривший в стороне Блэйн. — С долгами-то за первый курс.       — Ну так, — девушка развела руками и покачала головой, — активное участие в жизни колледжа и спорт поощряются. Мисс Вингель за меня голову открутит кому хочешь.       — Даже Хеймансу? — смеясь, уточнила Лия.       — Она не настолько могущественна.       Девушки и молодые люди на берегу говорили, пока солнце совсем не укатилось за лес. На несколько километров разлетались их смех, разговоры, песни, которые все начали вспоминать под конец. Только когда небо почернело, и закатная заря совсем растаяла, компания двинулась в сторону общежития.