Точка схода

      Диана со Светой сидели на крыше неприметного дома времен красной истории страны; солнце пекло затылок, был самый разгар июня, время пересекало рубеж отметок «день» и «вечер». Отсюда открывался монотонный вид: раскинувшаяся паутина дорог по одну сторону и плоские крыши высоток – по другую. Таково пролетарское лицо Рыбацкого района Петербурга, где девушки снимали одну на двоих квартиру. Здесь, огородившись от гневных соседей, они могли ночь напролет играть, сочиняя новые мелодии с той же скоростью, с какой исчезало пиво в стеклянных бутылках, составленных на подоконнике – еще пригодятся как инструменты. Здесь в центре огромной комнаты, где – милая глупость – размещался бильярдный стол, складировалось нехитрое оборудование, внемлющее девушкам и, шипя и хрипя, сохраняющее их голоса на тонких лентах пленочных кассет. Здесь они вдыхали свободу и выдыхали музыку. Неразрывный союз гитары и скрипки стал и их союзом.       На время они отложили инструменты и поднялись на крышу. Никогда на это не было особой цели, они просто приходили сюда, приходили просто дышать и говорить, обо всем и ни о чем.       Они сидели по-турецки на грубом шершавом покрытии крыши. Диана курила, Света, запрокинув голову, наблюдала за огромными кучевыми облаками, на вид казавшимися белой сахарной ватой.       - Что ты собираешься делать? – спросила Сурганова, имея в виду уже много раз затронутый ранее вопрос об их дальнейшей жизни. Нужно было не только играть, но и где-то работать, ведь на концертных деньгах не продержишься, так еще и огромным знаком вопроса давило высшее образование, на получении которого родители девушек настаивали, разумно считая музыку не серьезным занятием.       - Она деньги прислала – буду учиться. Только мне прописка нужна, чтобы перевестись.       - Придумаем что-нибудь, - Света выхватила из пальцев подруги тлеющую сигарету и затянулась.       - Не знала, что ты куришь.       - Я? Что ты, никогда. Я ведь врач, - грустно улыбнулась Сурганова.        Диана с долей непонимания посмотрела на подругу, но ничего не сказала, только молча откинулась назад, опускаясь спиной на горячую под лучами июльского солнца крышу.       - Свет, - произнесла Диана после короткого молчания, на время которого девушки будто поменялись ролями – Света курила, а Динка задумчиво смотрела в голубое небо. - Скажи честно, ты спала с ней?       - С кем?       - С Голубевой.       Света закашляла, подавившись дымом.       - Почему тебя это так интересует?       - Ты опять уходишь от ответа. Неужели так трудно сразу прямо ответить?       - Тебе не кажется, что это нетактичный вопрос?       - Хорошо, можешь не отвечать, - она вернула себе сигарету, грубо вырвав ее из пальцев Сургановой.       - Дин?       - Забудь, - Диана вновь села, теперь повернувшись к Сургановой спиной.       - Ну, Диин!       Однако никакой реакции не последовало. Тогда Света, придвинувшись ближе, обняла подругу со спины за плечи.       - Дииин?       - Чего тебе?       - Скоро год.       - Чего?       - Скоро будет год, как мы с тобой познакомились. Гооодик.       - Ну, и что?       - Ничего ты не понимаешь!       - Куда уж мне, - язвительно усмехнулась Диана.       - Вот, ты улыбаешься, уже лучше, - Света изобразила на лице подруги улыбку, указательными пальцами приподнимая уголки ее губ.       - Сурганова! – воскликнула Диана со сквозящим наигранностью возмущением. Отбросив тлеющий окурок в сторону, она перехватила ладони подруги.       - Дин, - внезапно замерла скрипачка. - Мне в голову пришла гениальная идея!       - Как всегда, - усмехнулась Диана.       - Да ну тебя, пойдем скорее, - и Света потянула подругу за собой.

***

      - Коостик, - пролепетала Сурганова, подлетая к другу и, едва не сбив несчастного с ног, обняла его. Мимо проходящие настороженно отшатнулись, чему скрипачка не придала ни малейшего значения: куда-то торопитесь – извольте идти по тротуару, а узкие гранитные набережные Фонтанки оставьте рыбакам, художникам на пленере и прогуливающимся бездельникам, вроде них.       - Привет, - с трудом произнес Арбенин, который даже дышал с трудом, так сильно Света сдавила ему грудную клетку.       Только разжав свои «стальные объятия», скрипачка тут же перешла к делу, изобразив серьезность на лице:       - Костик, у меня к тебе ответственное дело.       - Не нравится мне такая твоя интонация.       Света, не умаляя серьезности, убрала лезущую в глаза челку.       - В общем, есть одна такая деваха классная, на гитаре играет, песни пишет просто гениальные…       Арбенинские брови скептично сдвинулись.       - …и ей срочно нужна прописка. Ты не мог бы, ну, это, - вдруг замялась так резво начавшая свою просьбу Сурганова.       - Ты совсем с ума сошла, что ли? – возмутился Костя, впрочем, без особой злости. Было даже ощущение, что «Сурганова сошла с ума» - это для него давно аксиома, и теперь барометр сумасшествия всего лишь сдвинул стрелку к отметке «совсем».       - Костик, больше ни к кому кроме тебя обратиться не можем, так как задание крайне ответственное. Ничего серьезного – просто фиктивный брак. Да и фамилия нам твоя нравится.       - Нам? – удивленно переспросил Константин.       - Угу, - энергично закивала Света. – Сам посуди – Диана Кулаченко никак не звучит, просто какая-то девочка из Магадана с украинскими корнями, а вот Диана Арбенина… Благородно и хорошо запоминается. Так ты не против, Костик?       - Прости, конечно, но у тебя точно крыша поехала, Свет. Ты предлагаешь мне жениться на девушке, которой я ни разу не видел, не слышал и вообще первый раз узнал!       - Так я познакомлю! Ты просто обязан ее услышать! И увидеть! И жениться! Поехали!       - Куда?       - Как это куда? К нам, в Рыбацкое!       - Прямо сейчас?       - А когда еще? Костя, да что ты как маленький! Я твою личную жизнь устраиваю, а ты!..

***

      - Дин, я с гостем! – прямо с порога крикнула Света, но музыкантша не выбежала к ним, как ожидала Сурганова. Ответом было только глухое эхо, разлетевшееся по квартире.       - Дин? – возмущенно воскликнула скрипачка и, не разуваясь, прошла в комнату. – Эй, мы же все обсудили!       - Здорова! – не поднимая глаз, махнула рукой в ее сторону Диана и продолжила спешно записывать что-то в потрепанной тетради. Она сидела по-турецки в центре бильярдного стола и, положив перед собой тетрадь, увлеченно писала в ней, упершись в стол локтями и зажав в зубах тлеющую сигарету, пепел с которой небрежно падал на зеленую поверхность. Что уж говорить о том, что вид ее был самый творческий: широкие джинсы, нелепо свисающая с плеч мужская рубашка, волосы спутаны так, что художественным беспорядком это нельзя назвать и отдаленно.       - Я же тебе сказала, подготовься к Костиному приходу, а ты что… - попыталась продолжить возмущаться Светлана, но почувствовала, что сил на пререкания с этой вечно непокорной особой ей уже не хватает.       - А я и приготовилась, - зажатая в зубах сигарета не давала Диане четко и внятно говорить. – Видишь, почти дописала песню.       - Так, Костик, ты этого не видел, - развернувшись на 180 градусов, Света подтолкнула робко заглянувшего в комнату Арбенина обратно в коридор. – Пойдем, я тебе чай приготовлю пока.       - А… это… - Костя попытался донести какую-то мысль, но Света не дала ему и слова сказать.       - Ты ничего не видел. Вообще ничего не видел, понял?       Арбенин мог только кивнуть в ответ.       Света практически усадила друга за стол, подтолкнув его на стул в углу комнаты, а сама принялась спешно заваривать чай. Диана, которую никто уже не ждал, появилась буквально тут же. В одной руке она держала гитару, в другой – только что написанный текст.       - Костя, я так понимаю? – спросила она, опуская гитару рядом с собой.       Арбенин вновь смог только кивнуть и смотреть на девушку с застывшим удивлением в глазах, точно немая и не моргающая рыба.       - Приветствую, - она пожала гостю руку. – Диана.       Их встретившиеся взгляды нашли практически идентичное удивление при виде друг друга. Оба какие-то несуразные: Динка в нелепых широких тряпках и этих больших дурацких очках, Костя, в не менее нелепой потертой клетчатой рубашке, имел вид чудаковатого художника. А глаза у них похожие.       - Эм… Очень приятно, - несколько запоздало отозвался Арбенин.       - Ага, вижу, вы друг другу понравились, - заметила Сурганова, на минуту отворачиваясь от своего чая, аромат которого уже разносился по кухне. – Это хорошо. Но у меня был еще один пункт на повестке дня. Костик, ты ведь, помнится, клуб какой-то организовывал…       Арбенин, секунду назад казавшийся наконец успокоившимся и переставшим нервничать, тут же будто вжался в спинку стула и захотел слиться со стеной.       - Девочки, а вам не кажется, что это уже эксплуатация получается?