Принцесса-рыцарь 1: Кольцо власти

Путь продолжался. Переход через горы был тяжелым и опасным. Один неверный шаг, и можно было упасть и разбиться. — Там мост! — радостно крикнул впереди шедший рыцарь. — Мы срежем путь! — подтвердил второй. — Мост? — удивилась Вероника. — Какой мост? — Вот этот мост, — блаженно вздохнул Дариуш. — Мы в два счёта будем на той стороне. Вероника взглянула на карту и в ужасе крикнула: — Нет! Не ходите! Стойте! Двое мужчин уже были на подвесном мосту, и он в ту же секунду рухнул в пропасть вместе с ними. — Это непростительная ошибка, — Вероника тяжело вздохнула. — Боги милостивые, примите их души с честью, — вознес руки к небу старый сказитель. Эрик печально стоял у края пропасти. Он вздохнул, Вероника была расстроена не меньше. — Идём туда, — указала девушка на узкую тропу возле края пропасти. Мужчины покорно последовали за ней. Вероника споткнулась о камень, нога скользнула, и она чуть не сорвалась вниз. Эрик успел схватить её за руку. Карта выпала из её руки и плавно, словно сорванный с дерева лист, стала опускаться в бездну. На помощь подоспел Олаф, схватив девушку за другую руку. — Дальнейший путь я помню наизусть, — ответила она на безмолвный вопрос спутников. — Осталось совсем немного. Близился вечер. Опасная пропасть и горы были позади. Перед взором путников простёрлась живописная местность. — Как красиво. Напоминает долины моего королевства, — улыбнулась Вероника, вспомнив свой дом. Путешественники спустились с возвышенности в долину. — Смотрите, там пещера, — Карл указывал в сторону основания горы. — Странная тишина, — Эрик осматривался по сторонам. — Даже птицы не щебечут. — Здесь никого нет, — проговорил один из воинов. — Или пока нет, — заметил Карл, вопросительно взглянув на Веронику. — Куда дальше? — Туда, — она указала на вход в пещеру. Тихий лес кругом едва шелестел. Возле пещеры стоял покосившийся мегалит конусной формы, он был полуразрушен, оплетён плющом и покрыт мхом. Он, словно страж, охранял чей-то покой. На нём проглядывали рунические символы и знаки. Вдруг меж деревьев что-то зашевелилось. Из леса показались жители острова. — Смотрите! — указал рыцарь. Люди-ящеры остановились невдалеке и ближе не подходили. Там были и взрослые, и дети. У представителей женского пола черты лица более сглаженные, и одеты они были в платья и длинные подпоясанные туники. — Их там не меньше сотни, — пытался посчитать Карл. — Они чего-то боятся, — предположил Эрик. — Но уж точно не нас. Из толпы ящеров вышла молодая девушка. Её светлые длинные волосы ниспадали на плечи, одета она была в расшитое узорами платье до колен, а на шее висели бусы из ракушек. — Вот это да! — удивился Карл. — Человек среди этих монстров? Девушка подошла к путникам и каждого внимательно осмотрела. — Кто ты и что тут делаешь? — спросил Карл, когда девушка приблизилась к нему, но она ничего не ответила, а лишь пристально посмотрела ему в глаза. Девушка подошла к принцу, но тут же перевела взгляд на Веронику. Она всматривалась в лицо принцессы, а потом сняла с её головы берет. В лучах заходящего солнца кудри Вероники засияли огнем и рассыпались по плечам. В рядах ящеров прошёл шёпот, чувствовалось какое-то волнение и замешательство. Девушка повернулась к ним и подняла руку вверх. Послышались радостные восклицания жителей острова. Девушка обернулась и, поклонившись Веронике, проговорила: — Эти люди долго ждут спасения. Убить горгулью и разрушить чары сможет только принцесса с огненными волосами. — Принцесса? — негромко переспросил Эрик. — Я? — удивилась Вероника. — Кто ты? — Я Мара. Много лет назад здесь процветал город, пока не прибыли захватчики, они превратили всех людей в ящеров, а горгулья оказалась жестоким стражем. Я прочитала это здесь, на этом камне, — девушка подошла к мегалиту с руническими знаками. — Но мне многое неясно. Вероника внимательно всматривалась в таинственные древние знаки. — Здесь была битва, — она прикоснулась пальцами к выдолбленным на камне рунам, и они будто ожили, сверкая и переливаясь, открывая ей своё значение. — Но в заклятии захватчики не виновны… — Ты знаешь, что тут написано? — раздался около неё голос Эрика. Вероника вздрогнула и отступила от мегалита, не совсем понимая, что произошло. — Вы это видели? Они светились, — она оглянулась на путников. — Где? — спросил Карл. — Нет, это, наверное, блики от солнца, — решила она, вновь изучая надписи. — Видите эти знаки, они стёрты, их намеренно соскребли. Здесь было имя. Он был жителем этого острова и что-то охранял. — Шлем, — проговорил Эрик. — Магический шлем Анселя? — хмыкнул Карл. — Ну и в историю мы попали. — В нашей семье давно бытует сказ прадеда, — поговорил Олаф. — Он говорил, остров пылал так, что две ночи было светло, как днём. Потом он покрылся густым туманом, и нет спасения никому, кто вступит на этот берег. — Мы не видели никакого тумана, — запротестовал Карл, он глянул на Мару. — Как ты осталась жива? — Они понимают, но не умеют говорить, — Мара оглянулась на ящеров. — Всех, кто попадает сюда, они приносят в жертву горгулье, а меня пощадили. Я раскрыла суть этих надписей. Но если я не права, меня ждёт смерть, — она глянула на камень. — Вот здесь написано: волосы девы — огонь, а голову венчает корона, лишь она принесёт освобождение. — Нет, не так, — по телу Вероники прошла дрожь, она слышала эти слова в красивой песне Гризельды. Она закрыла глаза и негромко запела: — Она огонь, она поток, её волосы свет, Она судьба, она исток, в руках много побед, Величает её корона судьбы; от законов миров ей не уйти. Пока день не погас, а в душе сила есть, Её кровь окропит того, в ком живёт честь, Мир его пощадит, если воля сильна; свобода за жизнь — так решила судьба. Она мир, она свет, её воля сильна, В пути никогда она не будет одна, Пропоёт соловей первую песнь; едины лишь те, в ком мудрость и честь. Вероника оглядела молчаливых соратников. На лицах рыцарей, видавших немало сражений, застыло изумление. Её голос потряс до глубины души. Ей самой казалось, что пела не она, а кто-то внутри неё. — А что значит «свобода за жизнь»? — спросил проницательный Дариуш. Раздался оглушительный вой. Все вздрогнули. Из пещеры показалась горгулья. Это была черная горилла, размерами вдвое превышающими человека, с крыльями, как у летучей мыши. На передних и задних длинных лапах, было по четыре пальца с острыми когтями. Её удлинённая морда скалилась клыками, а миндалевидные уши прислушивались к каждому шороху. Посреди лба торчал небольшой острый рог. Рыцари приготовили оружие. К Веронике подбежал ящер и протянул ей копье. Она взяла его. — Ты не станешь сражаться с этим чудовищем, — Эрик схватился за копьё. — Нет противника не по силам, — проговорила принцесса. — Главный противник — это наш страх. — Такие же слова мне говорила мама, — изумился он. — Это слова Гризельды, — невзначай поправил Олаф и вздохнул, вспоминая ему одному известные моменты. Эрик злился, но ничего не мог поделать. Выбор был сделан. И, увы, не в его пользу. Он вновь должен был только наблюдать, что происходило с ним постоянно. Стоило ему сделать шаг, как отец отправлял за ним целый гарнизон. Даже если он был единственным отпрыском мужского пола, кому перейдёт трон, излишняя опека стояла, как кость в горле. Отец хотел отправить с ним сотню рыцарей, но это бы замедлило скорость корабля. Принц глядел девушке в глаза. Восприняв её поначалу как лишнюю обузу, теперь, когда она спасла ему жизнь, был готов на что угодно. А в итоге — остался не у дел и в бездействии. Он отпустил копьё, отступив назад. Вероника взяла копье, вынула меч из ножен и вышла навстречу зверю. Позади неё с оружием наготове стоял Эрик со всеми воинами. Ящеры затаились где-то за деревьями. — Ты знал Гризельду? — принц удивлённо взглянул на воина. — Давно это было. Приготовьтесь, — Олаф оглянулся на рыцарей, а потом требовательно сказал принцу: — Отойдите назад, ваше высочество. Если она не справится — мы убьём это чудовище. — Ты следишь за ней? — властно и надменно выпалил Эрик. — Здесь нет моего отца и ты подчиняешься мне. Кругом одни шпионы! — Я защищаю вас, — ответил Олаф. — От кого? — не унимался Эрик. — От неё? Она спасла мне жизнь. Так что подумай, кому я должен доверять. — Однажды я доверился человеку, а сейчас он готов уничтожить наше королевство. Она — маг, а магия — зло. — Она не такая, как Вигфус! — Откуда ты знаешь? — А ты?.. Принц вскинул щит, не собираясь дальше обсуждать дилемму о доброй и злой магии. Он оглядел всех воинов и сделав шаг вперёд, выкрикнул: — На позицию! Воины беспрекословно выполнили приказ. Олаф встал рядом. Эрик смотрел на девушку, понимая, что ей не справиться с этим монстром в одиночку. Горгулья медленно подходила. Она шумно вдыхала носом воздух, изучая и осматривая Веронику. — Кто ты? — спросила принцесса, смотря в звериные глаза и ощущая в них кроме ярости что-то ещё. Зверь завопил и, подпрыгнув, завис над Вероникой в воздухе, поднимая крыльями ветер. Девушка отскочила в сторону, нацелив копьё. Горгулья поднялась ещё выше и облетела вокруг всех, оглядывая свысока нежданных гостей, и вновь приземлилась недалеко от принцессы, намереваясь вырвать у неё копьё. Вероника ретировалась в сторону, когтистые лапы оставили след на древке, но копьё она удержала. Горгулья взлетела и вновь принялась медленно кружить над поляной. Уловив момент, она стремглав ворвалась в ряды рыцарей. Схватила одного, и забросила далеко на деревья. — Щиты наверх! — выкрикнул Эрик. Рыцари закрылись щитами, но горгулью это не остановило. Она схватила щит вместе с человеком и отбросила в сторону. Она принялась прыгать по щитам, придавливая рыцарей к земле. — Сюда! Иди сюда! — закричала Вероника и, подняв с земли камень, запустила в зверя, попав в голову. Разъярённая горгулья обернулась, намереваясь напасть на девушку. Эрик выбрался из-под щита и одним взмахом меча срубил палец на ноге у зверя. Горгулья взвыла, её вопль эхом разнёсся по округе. — Назад, назад! Защищайте принца! — прокричал Олаф. Вероника вновь стала бросать камни в зверя, заставляя обратить внимание на себя. Карл закрыл принца щитом. — Стрелы! — выкрикнул Эрик. Горгулья взлетела, она замахала крыльями с такой силой, что поток воздуха разметал стрелы в стороны, некоторые даже угодили в тех, кто их пускал. Пара стрел всё же вонзились в бок и спину чудовища. Принцесса проговорила: — Время-время, помоги. Только миг останови. Перед Вероникой всё замедлило ход, с трудом двигаясь вперёд. Мимика на лицах воинов едва изменялась от ярости до боли. Она видела, как попадали в них стрелы и по каплям едва падала на землю кровь. Она смотрела, как крылья чудовища медленно поднялись кверху, и когда они оказались сведены вместе, она метнула копьё, которое тут же пробило оба крыла. Время восстановилось. Горгулья взвыла пуще прежнего. Удар был такой силы, что она отлетела к входу своей пещеры и рухнула на землю. Девушка подбежала и одним махом срубила мечом её рог. Горгулья навалилась на неё, придавив лапами к земле. Меч Вероники вонзился ей в бок. Она зарычала не то от боли, не то от неожиданности, что её так просто смогли ранить. Горгулья занесла лапу над девушкой, но в этот момент ей в голову вонзилась стрела, выпущенная Эриком. Зверь взвыл, повалившись на правый бок, пытаясь вытащить стрелу из окровавленной головы, но сломал лишь древко, а остриё так и осталось торчать посреди лба. Вероника схватила отрубленный рог. Горгулья перевернулась и с силой отшвырнула девушку в сторону. Принцесса упала на острые камни. — Стрелы! — выкрикнул Эрик. Горгулья вновь зарычала, закрываясь лапами от стрел, и отскочила к безмолвно лежащей девушке. — Не стрелять! — Эрик поднял вверх руку. — Попадёте в Веронику! Кровь из разбитой головы принцессы стекала по камням, падая на лапы и шерсть горгульи, и словно растворялась, проникнув под кожу чудовища. Горгулья вскинула голову, лапы подкосились, и она села на землю. Её морда наклонилась над девушкой, но в глазах уже не было злобы. Она осторожно провела лапой по её голове и издала печальный вой, схожий с человеческим всхлипыванием. Как можно осторожней зверь поднял принцессу и прижал к себе. — Это что ещё значит? — удивился Карл. Эрик бесстрашно подбежал к монстру, направив остриё клинка в его шею. — Отпусти её! — злобно выговорил принц. Позади Эрика стояли рыцари, готовые все разом вонзить мечи в чудовище. — Отпусти её, — повторил Эрик. Зверь тяжело дышал. Он смотрел то на девушку, то на разъярённые лица рыцарей. — Он… плачет? — раздался сбоку вопрос Дариуша. И действительно. Из глаз чудовища стекали молчаливые слёзы, как будто оно чувствовало всё, что произошло. Луч уходящего солнца коснулся морды зверя. Он нежно провёл лапой по лицу девушки и медленно положил её рядом на траву. Он посмотрел в глаза принцу и склонил перед ним голову. Эрик со всего размаху срубил зверю голову. Последний луч солнца исчез за горизонтом. Из тела зверя вырвался поток мерцающего света и постепенно распространился по всем уголкам острова. Обезображенные люди обретали прежний облик. Вместо пещеры возник красивый дворец, непреступные горы превратились в чудесный сад, а лес стал городом с множеством красивых домиков и площадей с фонтанами. Когда всё стало таким, каким было в прошлом, мерцающие искры света устремились на поверженное животное. Голова приросла к телу, а тело стало трансформироваться, обретая вид мужчины, лицо которого закрывал белый шлем. Он встал на ноги и снял шлем. Это был статный человек лет пятидесяти. Он чуть улыбнулся, поклонился изумлённым рыцарям и тут же стал таять на глазах и вскоре растворился, словно дым, в звёздной тиши начавшейся ночи. На траве возле принцессы остался лежать только белоснежный шлем. Люди ликовали и радовались, все были счастливы, что заклятье, наконец, снято. Эрик опустился на колени рядом с Вероникой. Она лежала неподвижно, сжимая в ладони отрубленный рог, её голова была в крови. — Что с ней? — спросил Дариуш, готовясь записывать историю дальше. — Она не дышит, — Эрик прикоснулся к её бледным щекам. — Скорей, её надо отнести во дворец, — проговорила женщина средних лет. — Я Эмла. Скорей. Идёмте. Среди нас остался лекарь. Ивар, где ты? Прибежал мужчина, немногим старше Эмлы. Эрик поднял Веронику на руки.