Принцесса-рыцарь 1: Кольцо власти

В это время Гризельда находилась в одной из гостиных комнат замка. Рядом была королева Элеонора и придворные дамы. Вдруг раздались стоны, всхлипывания и плач. Гризельда вскочила с небольшого диванчика и подбежала к окну. Плач и стоны повторились, но кроме неё их никто не слышал. Королева и придворные, оторвавшись от вышивания, удивленно взглянули на Гризельду. Одна из девушек подошла к волшебнице. — Что с вами? — спросила придворная дама. Гризельда медленно обернулась. Её глаза не мигали, а зрачки почернели, обретя ужасающий вид. Дама отскочила от неё. — Принесите воды! Скорей! — выкрикнула королева. Придворная дама подбежала к резному столику, где стояла ваза со сладостями, а также кувшин с водой и несколько кубков. — Гризельда… — королева боязливо подходила к ней. — Гризельда… — она дотронулась до её руки. Глаза волшебницы закрылись, и она рухнула на колени. Она тяжело задышала, а из глаз полились слезы. — Нет… — тихо прошептала она. — Нет… — Вот, выпейте, — придворная дама подала волшебнице кубок с водой. Гризельда взяла кубок и сделала глоток. Её дыхание постепенно нормализовалось. — Что ты видела? — Элеонора опустилась на пол рядом с волшебницей. — Скажи, — умоляюще просила она. — Всё ли хорошо с моим мальчиком? — Да, — тихо и мрачно кивнула волшебница. — С ним всё хорошо.

* * *

Вероника поднялась с земли. Кругом стояла тишина и никого не было. Место было то же, но оно стало иным, нереальным. Время словно застыло. Не было ни ветра, ни каких-либо звуков. Стояла абсолютная тишина. Девушка не ощущала ни боли, ни усталости. — Эрик!.. — позвала она, осматриваясь. — Карл!.. Куда все подевались? — не могла понять принцесса. Вдруг возле неё возник статный мужчина пятидесяти лет. Девушка схватила с земли свой меч и направила оружие на мужчину, которого ещё пару секунд назад не было на этом месте. Он опустился перед ней на колени и склонил голову. — Прости меня, о великая, — виновато заговорил он. — Ни у кого до сего момента я не просил прощения. И ни перед кем не стоял на коленях, — он поднял на неё глаза. — Ты освободила меня, а я тебя погубил. Ты должна была стать хранителем Эгисхъяльма1. Теперь же он вновь принесёт беды и страх. Нет мне прощения… Вероника ничего не могла понять. Впервые ситуация пугала её. — Я и мой народ ждали тебя много лет, мучаясь от проклятья, что я породил. Надевать шлем может только избранный, а других он безжалостно карает, — продолжал он. — Теперь же ты должна уйти вместе со мной. Это несправедливо. Я этого не хотел. Прости меня, о великая. — О чём вы? — не могла понять принцесса, она опустила меч. — Встаньте, я прошу. Вы предо мной не виноваты. Кто вы? И где мои спутники? — Я Ансель, — он поднялся на ноги. — Мы находимся на перепутье, на Радужном мосту2. Ансель протянул руку в сторону, гора начала таять на глазах, а вместо неё далеко вперёд простирался радужный мост. Он светился и переливался, а вокруг была белая пустота. Из рук Вероники исчез меч, а вместо рыцарских доспехов она оказалась одета в хитон нежно-голубого цвета, невероятно мягкий и почти неощутимый на теле, словно ткань была соткана из тумана. Ансель был облачён так же. Вероника оглянулась назад. Доселе привычная картина острова постепенно таяла и удалялась, словно берег от корабля. — Идём. Нам больше нельзя здесь оставаться, — Ансель вступил на мост и протянул ей руку. — Этого не может быть. Я не… — Вероника запнулась на слове и уставилась на бывшего правителя острова. — Да, милая, — грустно вздохнул он. — Теперь тот мир не для нас. Идём. Вероника боязливо вступила на мост, но не успела сделать и двух шагов, как он стал под ней трястись и качаться. Девушка едва не упала. На ней вновь оказалась её одежда. — О боги, благодарю! — радостно воскликнул Ансель, при этом спокойно стоя на мосту. — Что случилось? — вопросительно уставилась на него принцесса, балансируя и пытаясь не упасть. Тут же некая невидимая сила потянула её назад. Проваливаясь в темноту, она слышала эхо удаляющихся слов Анселя: — Прощай, принцесса-рыцарь…

* * *

Вероника лежала на кровати в одной из комнат дворца. — Я сожалею, — Ивар поклонился принцу. — Я ничем не могу помочь. — Простите нас, умоляю, простите, — заплакала Эмла. — Мой муж всего лишь хотел уберечь этот шлем, — она протянула Эрику необычный доспех. Шлем был искусно сделан из белой кожи и странного белого металла, и украшен рунами. Эрик взял его, оглядев краем глаза. Это было не то, что его волновало в данную минуту. — Я не знаю, как шлем оказался у мужа, — продолжила Эмла. — Он привёз его из похода, сказал, что это дар богов и он должен хранить его, пока не появится законный хозяин. А до этого времени никто и ни при каких обстоятельствах не должен его надевать. Потом на нас напали, и… — женщина всхлипнула. — Он сам нарушил свой запрет… Он надел шлем и превратился в горгулью, а все люди — в ящеров. Мы уничтожили нападавших, но проклятье осталось. Пока Ансель способен был мыслить, пока чудовище не поглотило его разум, он выбил на мегалите руны, что смогла прочесть Мара, — Эмла упала на колени и зарыдала: — Пусть простят нас боги. Мы всего лишь глупые и ничтожные люди. Эрик не находил слов, которыми можно было выразить то, что он чувствовал. Он чуть приподнял голову Вероники и надел на неё шлем. Карл положил на кровать меч, прислонив его рукоятью к правой руке девушки, и отступил к двери. Мара помогла Эмле подняться и увела её из комнаты. За ними молча ушли Ивар, Олаф, Карл и все рыцари. — Ты же победила… — Эрик смотрел на стойкую воительницу. — Что я скажу Гризельде?.. Вдруг раздался стон и послышалось женское всхлипывание, которое эхом повторилось несколько раз. — Кто здесь? — Эрик осмотрелся по сторонам. Никого не было. Лишь легкий ветерок ворвался в открытое окно. — Ты моя спасительница, — он вновь обратился к неподвижному телу. — Ты покорила моё сердце с первого взгляда, ты спасла мою жизнь, и ты навсегда останешься в моей памяти, — он разжал её ладонь и забрал рог горгульи. — Спасибо, девушка-рыцарь, — он поцеловал кончики её пальцев. Эрик не спеша отходил к двери, всё ещё не веря, что её больше нет. Он вышел из комнаты и закрыл дверь. В комнату влетел ворон. Он сел на край кровати и тут же превратился в молодую прекрасную женщину с красными глазами и седыми волосами, в светло-сером длинном платье. Она сняла с головы принцессы шлем и улыбнулась, посмотрев на её бледное лицо. Она наклонилась к её губам и вдохнула в них белый искрящийся поток. Потом, едва касаясь головы, провела ладонью над раной, и она тут же затянулась. Женщина вновь улыбнулась. Она подняла вверх голову и руки, издала пронзительный стон и тут же превратилась в ворону. Дверь распахнулась. В комнату с оружием наготове вбежали все, кто был рядом. Ворона пронзительно закаркала и взлетела с кровати, кружа по комнате. — Прочь! — выкрикнул Эрик, размахивая мечом. — Убирайся отсюда! Ты её не получишь! Ворона стремглав вылетела в открытое окно. Вероника пошевелила головой и открыла глаза. Увидав возле себя вооруженных людей, она чуть приподнялась на локте и удивленно спросила: — Что случилось? И где я теперь? Все, кто был в комнате, обернулись и, уставившись на неё, застыли на месте. — Что с вами? — вновь спросила она и села на кровати. Она никак не могла понять, что это было: сон или явь. На сей раз она слышала звуки и чувствовала боль. — Как же голова болит, — она обхватила голову руками. — Ты жива? — наконец проговорил Эрик. — Это невероятно. Раны нет. — Какой раны? — принцесса опустила руки и посмотрела в его озадаченные глаза. — Что произошло? — Ты умерла, — отозвался Карл. — Что? — переспросила Вероника. — Нет! – Эрик недовольно глянул на друга. — Зверь отшвырнул тебя, и ты потеряла сознание, — выдал он свою версию случившегося. — На мгновение я подумал, что потерял тебя, — он взял её руку, сжимая в своих ладонях её прохладные пальцы. — Мы, правда, думали, что ты мертва, — Эмла подошла к кровати. — Но боги сжалились и вернули тебя к жизни. Мы безгранично благодарны, что обрели свободу. Я, как королева остова, преклоняюсь перед тобой. Эмла опустилась на колени и склонила голову. Возле неё так же покорно склонилась Мара. За ними на колени пали освобожденные от проклятья жители острова, постепенно заходя и заполняя комнату. — Нет-нет. Я прошу вас, не надо, встаньте… — растерянно взмолилась Вероника, вспомнив так же стоявшего перед ней на коленях бывшего правителя этого острова. — Это был не сон… — чуть слышно призналась она себе. Вероника отстранила руки Эрика и вскочила с кровати, смотря на упавших ниц. И тут она поняла, что это и есть те ящеры, обращенные вновь в людей. — Нет, я прошу вас… встаньте… — взмолилась она. Видя это, Эрик преклонил перед ней колено. Карл и все рыцари последовали его примеру. Дариуш разложил пергамент на полу и продолжал писать, не поднимая головы. Последним склонился Олаф. Примечание: 1. Эгисхъяльм (др.-исл. ;gishjalmur) — «Шлем ужаса» или «Шлем-страшило». Возможно, это также могли быть определённые символы, руны. Нанесённые на предмет или тело, они обеспечивали воину непобедимость и вызывали страх у противника. 2. Радужный мост — Биврёст (др.-исл. bifr;st, — «трясущаяся дорога») — в германо-скандинавской мифологии его называют «Радужный мост».