Мама, забери меня..

— Дедушка, есть одна странность которую я могу доверить только тебе.  — Я внимательно тебя слушаю, — он взял в руку бледно-синюю кружку с чаем и сделал глоток. Я смотрела в выцветшие голубые глаза и понимала: я хочу жить с ним, мамой, папой и братом. Бабушка — злой человек, она пугает меня…  — В общем мне начали сниться сны.  — Это же хорошо.  — Это не совсем всё, что я хотела сказать… — я замялась, в голове мысли плыли, в горле пересохло, а ладони вспотели. — Мне снятся моменты, которые я никогда не видела. То есть… реальные моменты жизни: знакомство мамы и папы, рождение Влада. В глазах старика появился необоснованный страх.  — Присядь, — он поставил кружку на стеклянный столик. Я послушно села напротив него, зная, что мне будет трудно смотреть ему в глаза.  — Такие сны снились твоей маме. Они правдивы, каждый момент, разговор, который ты видишь, происходил в действительности. Дело в том, что… — дед поджал губы. — Когда вещи матери разбирали, я нашёл её тетрадь, Лена не видела, я упрятал её. Там она описывала свои эмоции после снов, я даже скупую мужскую слезу пустил, читая всё это. В конце она написала, что видела свою смерть. Разлука с любимым, одиночество. Всё так, как и было. Она боялась и пыталась всё исправить, но увы, стало слишком поздно, депрессия не оставила в ней силы. Я не знала эту историю, у меня ступор был.  — Бабушка говорила, что у мамы была болезнь.  — Была. Как я и сказал, депрессия не оставила в ней сил, её организм совсем не боролся. Пожалуйста, говори, если тебе приснится что-то странное… Я обняла дедушку, в горле встал ком. *** Следующий сон, который мне удалось посмотреть — момент перед моим рождением. Бабушка говорила, что моя мама дура, второй ребёнок никому не нужен, никто его не потянет и тому подобное. В целом, ничего интересного. Я запоминала каждый сон до мелочей и начала писать всё в тетрадь, как это делала мама. Захотелось позвонить брату.  — Алё! Влад. Привет.  — Привет, принцесса, занят немного, у тебя что-то случилось?  — Да! То есть не совсем… В общем, ты сможешь приехать? На той стороне провода повисло длительное молчание.  — Действительно что-то срочное?  — Максимально! — мне не терпелось ему всё рассказать.  — Хорошо, я приеду завтра. Но очень не хочу встречаться с бабушкой… Можем встретиться в кафе?  — Если за твой счёт, — я рассмеялась. — Я обману её, скажу, что пойду гулять с подругой.  — Стоп. А ты с чьего телефона звонишь? — в голове брата послышались встревоженные нотки.  — Всё завтра! *** Я уже начала потихоньку привыкать к школе и одноклассникам, хоть и не до конца всех запомнила. Единственное, что мне не нравилось — это убираться и взгляды Алёны с Никитой. Они будто прожигали насквозь. Более менее запомнила имена учителей и кабинеты.  — Привет. Опять Максим… Уж очень не хотела я разговаривать с ним в школьном коридоре.  — Максим, давай не сейчас, — я развернулась в противоположную сторону от него. Мой одноклассник взял меня за запястье и крепко сжал.  — Пожалуйста, давай поговорим. Ты избегаешь меня. Я вырвала руку из его хватки со страхом: так же хватает бабушка.  — Мира? — Максим удивлённо и испуганно посмотрел на меня. — Всё в порядке? Ты так испугалась…  — Да, всё хорошо. Ну так что ты хотел? Он злостно поджал губы, в глазах сверкнула какая-то ненависть.  — Нужно многое обговорить… Можем встретиться сегодня после уроков?  — Ладно, раз так нужно, давай.  — Супер, я напишу тебе! — он, по всей видимости, действительно был рад. Но откуда он знает про телефон, ведь звонил он в прошлый раз на домашний… *** Сегодня ждал меня слишком муторный разговор. Максим написал на какой площадке мы встретимся, но куда пойдём не уточнил. На место встречи я пришла первой. Оглядывая ржавые качели, я вспоминала, как на них меня качала мама. Так осторожно, что-то напевая. Я могу повторить лишь мелодии, слова, к сожалению, не запомнились. На небе мы рассматривали с ней облака и фантазировали, на что они похожи. На горизонте появился Максим, но не один…  — Здравствуйте, Ирина Вячеславовна.  — Привет, Мира. Давай на ты, здесь совсем никого кроме нас. Максим стоял рядом и ни слова не сказал. Начало появляться какое-то напряжение.  — Давай зайдёшь к нам, попьём чай, как раз объясню, зачем мы пришли. Я кивнула, ничего не понимая. Прошло мгновенье и мы оказались в уютной квартире. Интерьер завораживал: хотелось просто смотреть и смотреть. Меня посадили за кухонный стол, поставили кружку с чаем и выпуклым милым котёнком.  — Мира, — женщина будто стеснялась мне сказать о чём-то важном. — Это тяжёлый разговор будет. Он связан с твоей семьёй… Мы можем поговорить вдвоём, если тебе так будет комфортнее. Я недоверчиво смотрела на Максима, с встревоженностью и медленно закивала. Мальчик поплёлся прочь.  — Давай без долгих разговоров, ты уже не маленькая. В общем, я хочу тебя удочерить. Сердце замерло. Это шутка? А вдруг это выход из тёмного туннеля?  — Но у меня есть законные опекуны…  — Я понимаю. Меня пугает отношение бабушки к тебе. Ты пугаешься от любого взмаха руки. Я могу повлиять на опеку, — Ира, сидя напротив меня и смотря в глаза, сделала глоток. — Подумай над моим предложением. Это не быстрый ответ, и если ты хочешь подумать, то я дам тебе времени. Ты хорошая девочка, я хочу дать тебе всего, что ты заслуживаешь. С Максимом я уже поговорила, он только «за» это. Все знаки внимания с его стороны были неслучайны. Мы не хотели и не хотим тебя пугать… Не успела она продолжить, как я озвучила свой ответ.