I suoi demoni

       По-моему курение одной сигареты на двоих всегда выглядело красиво и романтично. Мы сидим на кухне и раскуриваем очередную сигарету. Мне уже было все равно, что я сижу перед Дамиано голой и расхаживаю по его квартире, как по своей. В голове был лишь один единственный вопрос: что будет дальше? Все это закончится рано или поздно. Я вернусь к себе, он останется у себя один. Но что дальше? Мы просто отделались сексом? Не думаю. Задавать такие вопросы Дамиано очень плохая идея. Он все равно не оценит и не одобрит, я лишь дам очередной повод усомниться во мне. Видите ли, слишком много значения и смысла… но неужели ему самому неинтересно это? Для него хоть что-нибудь значит наш секс? Да, первое время я ни о чем не думала, мне было на все плевать, я просто наслаждалась моментом. Но сейчас, когда мы оба поостыли и привыкли друг к другу вновь… я вернулась к собственным мучениям, к новому витку сумасшествия и признаний самой себе, к очередной веренице самокопания. Как это изменить или прекратить не знал никто. Тем более Дамиано…        Делаю последнюю затяжку и тушу маленький окурок в пепельницу. Дамиано грустно улыбается мне и смотрит на уничтоженный кусочек сигареты. Вскакиваю со стула, чтобы попить воды. Тянусь на верхнюю полку и стаскиваю стакан, наполняю его чистой водой из фильтра и выпиваю. Меня одолела такая жажда, что вода через края пролилась на стол и на мою грудь. Убираю стакан и возвращаюсь на место. Дамиано смотрит на мою грудь, пододвигает стул и слизывает те самые капли воды. Мне нравилось то, что он был раскован и позволял себе такие странности. В этом было что-то сверхромантичное, жуткое и страстное. Я была влюблена в его губы и язык. Вообще, в Дамиано все было правильно. Его поведение и образ, привычки и стиль. Все сочеталось, переплеталось, имело смысл и значение. Он самый странный человек, которого я когда-либо встречала. Самый нелогичный, в чём-то противоречивый, некультурный, грубый и страстный. В нем сочеталось все самое плохое, ужасное и грязное. Именно это делало его личностью, возрождало на верхушку Олимпа, до которой мне ещё тянуться и тянуться. Теперь я понимала, что цепляло девушек в нем, что зацепило и меня – демоны, живущие в нем. Именно они творят эту химию, этот пожар, страсть, агонию и сумасшествие. Я думаю, что ему будет очень очень сложно найти себе девушку. Ни одна не выдержит его импульсивности, силы, страсти, напора и, возможно, любви. Как любят демоны? Также неистово и страстно? Умеют ли они вообще это делать? Я была в сомнениях. Можно ли их сломать или уничтожить? Есть ли что-то сильнее их? Мне бы очень хотелось узнать все это и поскорее. Но не думаю, что имею к этому возможность и доступ. Это, наверное, опасно – иметь дело с демонами. Даже с Дамиано это опасно…        — О чем ты думаешь? — Спросил он, разглядывая меня битый час. Через окно залетела бабочка. Я стала наблюдать за тем, как она кружится у потолка, мелькая вокруг одинокой, тусклой лампочки. В ней я заметила себя. Она такая же беззаботная и лёгкая, прилетела сюда, думая, что свет – её спасение и смысл жизни, но она ещё не знает, что это последние беззаботные часы её жизни.        — О демонах. О их силе и возможностях. — Резко перевожу взгляд на него. Дамиано с каким-то ненормальным обожанием смотрел на меня, подперев щеку рукой. — А ты о чем думаешь?        — О женской силе и красоте.        — И что? — Мне стало интересно. Много ли парней об этом думают или хотя бы раз задумывались? Говорю же, Дамиано странный, удивительный, неземной, чокнутый.        — Что в вас есть такого, что заставляет нас сходить с ума? Совершать подвиги, бросаться под пули, с крыш домов, подносить цветы к вашим ногам и целовать каждую ночь… чем вы так покоряете наше сердце и мозг? Это просто удивительно, насколько женский пол сильный и способный изменить мужчину. Сумасшествие.        Я не верила ни глазам, ни ушам. Это действительно говорит он? Тот, кого я считала зазвездившимся мизогинистом , грубым монстром, который способен лишь на эксплуатацию женщины… мне стало стыдно и обидно. Правильно говорят, что нельзя судить о человеке по первой встречи и знакомству. В нем столько тайн и загадок, столько смысла и глубины. Мне очень стыдно, что я имела возможность ненавидеть его и думать о нем такое… не могу сказать, что он чересчур правильный, золотой и волшебный. Но он явно лучший мужчина, которого я когда-либо встречала. Лучший в том плане, что, оказывается, думает не только о себе. Разве может мужлан думать и говорить такие слова о женщинах? Дамиано поражал меня все больше и больше. Мне хотелось слушать его, слышать мысли и размышлять с ним вместе на одни и те же темы. Слишком ли сильно мы разошлись бы во мнениях? Что он думает обо мне? Что заставило его прийти к мыслям о силе женского пола?        — Это типа признание в любви? — Откровенно флиртую, разглядывая окурки в пепельнице.        — Считай как хочешь. — Легко сказал он и улыбнулся.        Я ловила каждую его улыбку и удовлетворялась. Она была настолько чудесной, яркой и искренней, что в моем животе рождался рой бабочек. На душе становилось тепло и уютно. В Дамиано сочеталось не сочетаемое абсолютно. Он был каким-то донельзя противоречивым. Его личность была развита очень сильно. Он был очень сложной и загадочной личностью. Думаю, это и смогло меня в нем восхитить и заставить отдаться. Что-то неизвестное, крохотное и, возможно, самое ранимое на свете. В этот вечер я была настолько удовлетворена и счастлива, спокойна и уверена в себе, что мне совсем не хотелось возвращаться к себе в квартиру. Но время было очень поздно, а завтра идти на учебу. Встаю со стула. Дамиано вскакивает синхронно мне, и мы улыбаемся друг другу.        — Я пойду к себе. Мне завтра на учебу. — С грустью говорю и иду в гостиную за своими вещами.        — Можешь остаться у меня. — С надеждой в голосе говорит Дамиано и садится на диван.        — Нет, мне нужно выспаться. Тебя ещё долго в колледже не будет?        — Не знаю, через две недели в больницу. Надеюсь, выпишут.        — Ладно, ты, если что, пиши мне, звони. Нужно завтра зайти?        — Я сам.        — Сам зайдёшь? — Стою уже в дверях, поправляя на себе футболку.        — Да.        — Хорошо, я буду тебя ждать, Дамиано. — Подхожу к нему и целую в щеку. — Тогда спокойной ночи и до завтра.        Он приобнял меня за талию и тепло улыбнулся. Домой я вернулась дико довольная и потрясённая сегодняшним днём. Правда какая-то тревога все же подкрадывалась ко мне, дышала сзади в спину. Может не стоит обращать внимание? Да, так и сделаю…

***

       Мне все же удалось выспаться. Я успела сходить в душ и позавтракать. Накраситься, собраться и скорее побежать в колледж. Думаю, за один пропущенный день ничего страшного со мной не сделают же ведь, правда? Залетаю в аудиторию и топаю на своё место. Леонардо скучал, подперев щеку рукой и что-то кому-то писал в телефоне.        — Привет, Лео. Не поверишь, но я рада тебя видеть. — На радостных парах начала я.        — Привет. — Все больше тускнел он. — Взаимно. — Он посмотрел на меня и кисло улыбнулся. Ну не-е-ет, это не вяжется с моим настроением, значит нужно исправлять.        — Чего такой грустный? Девчонка отказала?        — Можно и так сказать.        — Ну-ка кто она? Давай я её найду и волосы повыдергиваю, чтобы впредь тебя не обижала?        — Боюсь, это плохая идея.        — Почему?        — Ты сможешь выдернуть волосы сама себе? Ну-ну, удачи. — Брезгливо сказал он и отсел от меня.        В аудиторию зашёл преподаватель. Все встали, а я так и не смогла, потому что пыталась переварить то, что мне сказал Леонардо. Что за бред? Когда я успела это сделать, если сама об этом не в курсе? Я никогда его не отшивала, меня даже вчера на учебе то и не было. Выдыхаю. Нужно дождаться перемены, чтобы все как следует узнать у него. Иначе меня сожрет собственное любопытство. Оно уже подгрызает мой затылок. Отправляю Леонардо записку, чтобы он пришёл ко мне на перемене в столовую и записываю тему лекции, которую повторял учитель. Если честно, то после всего того, что случилось со мной за последние сутки, мне уже не особо хотелось учиться. Я была в нетерпении от встречи с Леонардо и, конечно же, с Дамиано. Мне так хочется обнять его и поцеловать, крепко прижаться к его телу и слушать как бьется его сердце, видеть его улыбку и ловить бабочек в животе.        Теперь мне понятно о чем твердили сумасшедшие влюблённые – бабочки в животе действительно прекрасное чувство!        Наша пара закончилась контрольной работой, которую я, похоже, провалила. Потому мне не хватило времени дорешать последние две задачи. Ладно, надеюсь, на поблажку и лояльность преподавателя, который поставит три. А, может быть, мне светит и четыре, кто знает… сбегаю из аудитории в столовую. Надеюсь, Леонардо сжалится надо мной и придёт, иначе мне придётся бегать по всему колледжу, чтобы найти его и приставив к стене, выпытать все, что мне нужно. Сажусь недалеко от входа, чтобы ему не пришлось меня долго искать. Жую багет, запиваю черничным йогуртом и смотрю ленту в инстаграмме. Одногруппники опять о чём-то спорят и орут громче, чем на них ругаются повара. Затыкаю уши наушниками и включаю новый трек Леди Гаги. Чувствую, как кто-то подошёл ко мне спины и оборачиваюсь. Точно, пришёл Леонардо. О, как я ему благодарна. Убираю еду в пакет и в сумку, выхожу с ним в коридор. В столовой будет крайне сложно что-то разобрать.        — О чем ты хотела поговорить со мной?        — Когда я пришла с утра, ты сказал, что я тебе отказала. Но такого не было. Меня вчера то даже не было в колледже.        — Угу, я заметил. — Он вновь с кем-то переписывался в телефоне, делая вид, что я для него пустое место и ему совсем неинтересна. Также, как когда-то Дамиано…        — Если ты сейчас его не выключишь, я разобью о стену. Я, кажется, на разговор попросила, чтобы ты пришёл, а не просто так в телефоне позалипать. — Он выдохнул и убрал телефон. — Так-то лучше, спасибо. Что ты имел в виду, когда говорил, что я тебе отказала? Пожалуйста, Леонардо. Я с ума сойду.        — Лучше сойди с ума, чем узнай правду. — Я в замешательстве. Может мне стоит послушать его и не лезть дальше? Так не получится, я ненавижу интриги и когда мне что-то не договаривают.        — Нет, ты скажешь мне все как есть и прямо сейчас. — Подхожу к нему вплотную и хватаю за воротник рубашки. — Иначе за последствия я не отвечаю, окей? — Черт звучу, как Дамиано. Что ж, мне даже нравилось…        — Окей. Отпусти! — Смягчаюсь и отпускаю воротник. Лео громко отдышался и с опаской посмотрел мне в глаза. Я начинала беситься. — Мы с парнями поспорили… на тебя. Помнишь Матео? — В голову тут же, как в фильме начали прилетать флэшбеки. Я поджала губы, чтобы не разреветься от накатившего страха и ужаса за пережитый вечер, когда меня пытались похитить и… о боже. — Он был первым. Потом жалкими попытками пытался тебя добиться я. Но видимо не в твоём вкусе, правда? Ты не оценила. Потом случилась травма с Дамиано. — Нет. Нет, Леонардо. Только не говори этого… я хочу верить в святость того, с кем вчера трахалась. Хотя, какая у Дамиано может быть святость? Это просто смешно! — Вы о чем-то разговаривали в кабинете Марты, после его забрали в больницу. Он позвонил мне и рассказал все. Я понял, что теряю шансы и начал придумывать новый способ. Поверь, я пошёл на это только ради… ради нас. Ты очень классная, красивая, с тобой легко. Ты правда мне нравишься, Виктория. Но вчера тебя не было в колледже, а поздно ночью Дамиано прислал фотку, где вы оба голые… ты сидела на нем и улыбалась в камеру. — Я заметила как Леонардо вспотел и напрягся. — Он сказал, что выиграл спор. Теперь половина колледжа, то есть, все парни, за исключением некоторых задротов и тех, у кого есть девушки, должны ему денег.        — Короче?        — Мы поспорили на тебя. Кто первый затащит в постель. Победитель получает двести евро. Получается, Дамиано победил и получит эти деньги уже совсем скоро. После учебы я соберу их и поеду к нему.        Он вырвал мое сердце. Растерзал меня, бросил с высоты в чёрную, страшную пропасть. Я приземлилась позвоночником и больше не была в силах встать. Сломавшееся ребро пробило легкое, я задыхалась и кашляла кровью, громко смеясь и рыдая одновременно. Лео смотрел на меня с дикой тоской и жалостью. Отхожу от него и на еле гнущихся ногах иду в туалет. Осознание придёт в ближайшие пару минут, и меня накроет истерика…