Change me

Чимин обмяк, выпуская весь свой запас ярости и страсти прямо туда – на кожу Юнги. У блондина сердце колотилось так, словно он только что дал десять концертов подряд. Вставать он не решался. Страшно… Страшно, потому что этот их крохотный мостик к перемирию может вот-вот обрушиться. Страшно, потому что, встав, Юнги увидит оголённое тело под собой. Страшно, потому что уже через несколько часов Чимин может, как и обещал, снова исчезнуть. И, в конце концов, страшно, потому что его собственная ширинка на джинсах еле держалась, чтобы не лопнуть под натиском доказательства, что сердце и тело старшего уже давно принадлежит страшно красивому, пьющему, смертельно грубому и непростительно далёкому Пак Чимину. Юнги продолжал смотреть пустым взглядом на брюнета, хватающего воздух своими припухшими губами. Наконец, до Чимина дошло, что произошло. Он упёрся ладонями в грудь старшего, медленно отодвигая его от себя и стараясь не встречаться с ним взглядом. Юнги прикрыл глаза и резко отпрянул, отворачиваясь в сторону. Чимин быстро завязал на себе халат и оттащил себя к ближайшей стене, откидывая на неё голову. - Мне нужна одежда, - как ни в чём ни бывало произнёс брюнет. Юнги молча вышел с кухни на несколько минут, возвращаясь уже с вещами. Гранж-стиль рэпера Чимину явно не был по душе, но выбирать не приходилось. Вещи Юнги по цене и брендам ничуть не уступали изящным нарядам младшего, но если судить по внешнему виду, то простой обыватель никогда бы не смог сказать, что вот эта вот «бунтовская» футболка и кашемировый свитер Чимина обойдутся модникам в один и тот же ценник – 3000$.... Под футболкой и джинсами аккуратно и незаметно были свёрнуты белые боксеры. Пак выматерился про себя, но виду не подал. С этой стопкой вещей он ушёл в ванную. Через пару минут из-за дверей показалась тёмная макушка. Недовольство брюнета своим видом долетело бы до Японии, будь это другой день и другая ситуация. Непривычно узкие джинсы и свободная футболка делали из Чимы самого обычного парня из числа тех фанбоев, что толпятся возле сцены на концертах Агуста Ди. Акайо явно не поймёт, встречая с утра своего господина, под каким таким пушечным прицелом Чимин согласился влезть в эти вещи…. Всё ещё не пришедший в себя Юнги сидел у дверного проёма в коридоре. Едва посмотрев на младшего, он снова прикрыл глаза. Видеть Чимина в своей одежде было не лучше, чем совсем без одежды… В таком виде, в квартире Юнги, ночью… Мин сотни раз представлял себе нечто подобное, когда смотрел на глянцевые изображения брюнета в журналах. Чимин-модель – это холодные глаза, идеальные линии скул, роскошная одежда, которую никто, кроме Пака не смог бы носить просто так, каждый день. Чимин-мечта – это то, что сейчас стоит прямо перед Юнги. Такое близкое, приземлённое…как в те моменты, когда Мину удавалось разговорить младшего и получить от него истории из прошлого, неподдельные эмоции, внутреннюю музыку… Сердце блондина саднило. Но Чимин уже снова наносил по нему новые удары. - Тебе бы тоже…- Чимин посмотрел на уже засыхающие пятна на ноге Юнги, старший проследил за его взглядом и тут же болезненно уставился на брюнета, - прими душ… Ни в каком трёхэтажном мате рэпе не выскажешь то, что творилось с Юнги. Неплохо было бы сейчас «включить» Агуста…Если бы только знать, как это сделать. Этот мистер-мощь и человек-стальные нервы вырывался из мягкой души блондина только на сцене… Сейчас он ничем помочь не мог. Юнги залез под душ прямо в джинсах, сняв с себя только свитер. Белые пятна растворялись под горячей водой, джинсовая ткань прилипала к ногам.

За каждым успешным рэп-айдолом стоит слабак. И это немного опасно...