Похоть - первый грех Уокер

Пока отец разбирается с новыми грешниками, которые недавно к нам поступили, я же направляюсь к своей собственной грешнице, что наверняка уже ждёт меня. Подхожу к кабинету Сатаны и понимаю, что Уокер нет ни в нём, ни рядом с ним. Хотел было развернуться и пойти к ней в комнату, но вдруг почувствовал, как моё тело со спины обвили чьи-то девичьи руки. Не сложно было догадаться, чьи именно. — Думала, ты не придёшь, — раздался сладкий голос над моим ухом. Руки стали нагло расхаживать по моему торсу, то опускаясь к самому низу, то поднимаясь к шее. — Хотела уже пойти к твоему папуле... — чувствую неожиданный приступ агрессии. — Зачем? — нервно спрашиваю, поворачивая голову в полоборота. — Как думаешь, я бы понравилась ему? — шепчет, прижимаясь к моей спине. Стерва. Злоба внутри начинает закипать, чувствую — ещё немного, и сорвусь. А Уокер, кажется, не собирается останавливаться. — Понравилось бы, если бы я подошла к нему и сделала так..? — её рука опустилась мне между ног и сжала член. Это стало последней каплей. Схватив её за запястья, развернул и прижал к стене. Сжав горло Уокер, гневно посмотрел на неё. Она лишь хищно улыбалась, поддаваясь всем моим действиям. — А ты у нас, Уокер, экстрим любишь, да? Любишь, когда затрахивают до смерти! В прямом смысле. Непризнанная непонимающе захлопала глазами. — Ох, а ты разве не знала? Не знала, что живыми из его спальни не выходят? Что он трахает их, пока они не сдохнут. От чего угодно — от боли, от обезвоживания. — М-м-м, звучит крайне возбуждающе... — всего ждал, но не такого ответа. — Ты точно чокнутая! С этими словами я открываю дверь в кабинет и заталкиваю эту ненормальную внутрь. Закрыв дверь, оборачиваюсь и вижу, как Непризнанная развязывает свой плащ и, скинув его, остаётся в одних чулках и туфлях. Всё. Больше на ней ничего не было. Садится на край отцовского стола и раздвигает свои стройные длинные ножки. В два шага оказываюсь возле неё, впиваясь в пухлые губы. Она кусает меня, за что сразу получает звонкий шлепок по заднице. Стóнет мне в губы и трётся оголённой грудью об меня. Снова шлепок, уже сильнее. — Мой Господин меня накажет? — томно смотрит на меня, расстёгивая ремень. — Ещё как, Уокер! Стаскиваю её со стола и, развернув, надавливаю на спину, заставляя лечь на него. Она послушно ложится. Выдёргиваю ремень из шлёвок и, сложив его вдвое, ударяю по ладони. Девчонка слегка дёргается от громкого звука, а я довольно ухмыляюсь. Хотела пожестче? Получай. Первый удар ремнём приходится на левую ягодицу. Непризнанная взвизгивает, хватаясь за стол. Второй удар. Сильнее. Стóнет, прикусывая губу. Третий удар. Задница уже вся красная, а меня это только больше заводит. В нетерпении начинает крутить бёдрами, прося продолжения. Ещё один — четвёртый удар. Кончиками пальцев провожу от шеи, по позвоночнику, до ягодиц. Вижу в отражении зеркала, которое стоит напротив стола, как Вики закатывает глаза. Тело отзывается на мои прикосновения мурашками. Хочет подняться, но новый удар её останавливает. — Нравится? — наклонившись, целую её шею и плечи, поглаживая рукой горящие ягодицы. Тяжело дышит, выгибаясь от поцелуев, которые спускаются всё ниже. Снова звонкий шлепок ладонью. — Если я спрашиваю, ты должна отвечать! — Да! Не останавливайся... — произносит сквозь стон, когда моя рука ложится ей между ног. — Там... В кармане плаща... — указывает на шмотку на полу. Отстраняюсь. Поднимаю вещь и, засунув руку в карман, нащупываю там что-то интересное. Вытаскиваю. Усмехаюсь и смотрю на Уокер, которая по-прежнему лежит на столе и, довольная, словно сытая кошка, на меня смотрит. В руке у меня небольшой красный вибратор. — Я смотрю, ты, малышка, подготовилась, — возвращаюсь к Непризнанной и провожу рукой по её промежности. — Что, так сильно хочется? По бёдрам уже стекает естественная смазка, что возбуждает ещё сильнее. — Да, Люцифер! Я хочу тебя и твой дьявольский член. Твою ж мать, вот умеет одной фразой напрочь сорвать крышу. Похотливая сучка. Раздвигаю шире её ноги и, облизав два пальца, вхожу ими. Уокер застонала, снова выгибаясь. Включив игрушку, которую она притащила, приставил её к девичьему клитору. Не убирая вибратор, начал быстро двигать пальцами внутри неё. Схватившись за руку, в которой была игрушка, Непризнанная прижала её сильнее. Ловко переключил мощность. Девчонка запрокинула назад голову, прикрывая от удовольствия глаза и повторяя моё имя, как мантру. Чувствую, как мышцы начинают сокращаться, сжимаясь внутри, и сигнализируя о приближающемся оргазме. Вытаскиваю пальцы и убираю вибратор. Та недовольно хнычет, прося продолжения. Неспеша начинаю расстёгивать рубашку. Непризнанная встаёт и, повернувшись ко мне, начинает помогать, расстёгивая штаны. Я не возражаю. Нетерпеливая дьяволица. Покончив с пуговицами, снимаю рубашку и тут же ловлю на себе голодный взгляд. Вики с неким восторгом смотрит на меня, а затем, притянув к себе, целует. Руки беспорядочно начинают ходить по моему телу. По шее, плечам, груди, прессу. Проникнув язычком ко мне в рот, углубляет поцелуй и тихо стонет в предвкушении. Запускает пальчики мне в волосы и нежно массирует голову. Чёрт, она уже даже успела выучить мои эрогенные зоны. От удовольствия хотелось замурлыкать. Разрываю поцелуй и припадаю к её шее. Провожу языком от ключиц до ушка и целую за ним. Она шумно выдыхает. Кажется, не только Уокер их выучила... Сажаю её на стол, опускаю руку и начинаю массировать клитор круговыми движениями, не переставая целовать. Опускаюсь ниже, целую грудь. Припадаю к одной и кусаю её за сосок, за что моментально получаю пощёчину. Тянусь ко второй и проделываю то же самое. Она снова замахивается, но я перехватываю её запястье и заламываю обе руки за спину. Начинает недовольно дёргаться, но быстро перестаёт, когда я опускаюсь вниз и напористо провожу языком от влагалища до клитора. Громкий стон. Усмехаюсь и повторяю то же действие ещё раз. Делаю это снова и снова, мучительно медленно. Она стонет, извивается, всхлипывает, но больше сделать ничего не может. Решив пожалеть принцессу, ускоряюсь. Снова подключаю пальцы и начинаю ими быстро работать, не останавливая действий языком. — М-м-м... Отпусти... А-ах!.. Руки... — да, мысли формулировать в такой момент непросто, понимаю. — Я не буду н-ничего делать... Отпусти. Решаю поверить и отпускаю. Одна рука хватается за край стола, а другая притягивает меня за голову ближе. Ещё больше ускоряюсь. Уокер больно сжимает волосы, за что получает удар по бедру. Мстит за укус. Снова чувствую, что Непризнанная хочет кончить, и опять останавливаюсь. — Сукин сын, ты издеваешься?! — злобно рявкает она. Поднимаюсь и, схватив её за бёдра, притягиваю ближе к краю стола, насаживая на свой член. Вскрикивает, хватаясь за мои плечи и впиваясь в них ногтями. Сразу начинаю быстро двигаться, периодически шлёпая её по заднице. Обвивает ногами талию, прижимая меня ближе. Жёстче вбиваюсь в податливое тело, сжимая талию и бёдра. Там уже наверняка синяки, но мне так глубоко плевать. Зато, видя их, сразу будет вспоминать меня. От такого напора крепче сжимает плечи, оставляя на них царапины от своих «когтей». Спускается на спину, где оставляет такие же. Припадает к моей шее, целуя и кусая. Чувствую, что кусает сильно, и, скорее всего, останутся засосы. Выхожу из неё, чтобы поменять позу, а она снова начинает скулить и хныкать. Разворачиваю спиной к себе и заставляю упереться руками в стол. Поднимаю одну ногу, а она даже не дёргается. Поднимаю выше — то же самое. Чёрт, какая же гибкая. Оставшись в таком положении, снова вхожу в неё. Новый угол проникновения даёт новые, не менее приятные ощущения. И, видимо, не только мне. Уокер начинает стонать, как ненормальная, окончательно срывая голос. Намотав чёрные волосы на кулак, оттягиваю их, заставляя запрокинуть голову. Несколько жёстких толчков — и меня прошибает оргазм. На секунду замерев, я кончаю в Уокер и, сделав финальное движение, чувствую, как следом заканчивает и она. Хватаясь за стол, Непризнанная вытягивается словно струна и, громко простонав, практически падает на него. Подтягиваю её ближе к себе и целую. Она обвивает руки вокруг моей шеи, прижимаясь ближе. Одевшись и убрав за собой все следы, мы покинули кабинет, плотно закрыв дверь. Перед тем как разойтись по комнатам, Вики вплотную подошла к моей и, притянув поближе к себе, прошептала: — Всё-таки не думаю, что кто-то сможет удовлетворить меня и все мои извращения лучше тебя... Даже если это твой отец. — Подавшись вперёд, она поцеловала меня в щёку. — Моя девочка, — усмехнувшись, я обвил её талию и прижал к себе, снова целуя. Попрощавшись, я смотрел, как она гордой походкой удалялась в коридоре. «Моя девочка»... Я действительно это сказал??