Малышка

Ненавижу плакать. Глаза болят, горло дерет, лицо опухшее, как от укусов сотни пчел, волосы липнут к мокрым от слёз щекам, ужас. Поэтому я никогда не плачу. Стараюсь обходить это мероприятие стороной, потому что зачем? Эмоции можно выплеснуть иначе, обычно я иду в зал и много танцую. Ещё в первый год занятий поняла, что это помогает от грусти по любому поводу. Даже когда ссорились с мамой, я приходила танцевать, и становилось легче. Годы идут, я расту, проблемы становятся уже другими, но способ их решения всегда один. Мне отчаянно хочется разреветься от слов Макса, которые я так нагло подслушала, но держусь, правда. Стараюсь не быть типичной девчонкой и не закатывать пустых истерик. Главное — дышать поглубже, и всё пройдёт. Гордо задрав подбородок вхожу на кухню с таким видом, словно только проснулась и не стояла пятнадцать минут под дверью, подслушивая разговор. Меня удивляет присутствие на кухне Янки, потому что обычно она говорит больше всех, а тут как-то подозрительно молчит, и я даже подумать не могла, что сестра с ними. Улыбаюсь всем присутствующим, искренне надеясь, что выглядит это не слишком натянуто, и иду к кофемашине, колдуя над кнопками. Ждать кофе около минуты, а меня уже в первые секунды дико бесит повисшее молчание. — Вы так замолчали, словно до моего прихода планировали убийство и то, как незаметно спрятать мой труп, — усмехаюсь, стараясь разрядить обстановку, потому что прежде всего это нужно мне самой. Мне горько и больно от слов Макса, хотя умом понимаю, что он абсолютно прав: я ребёнок, черт возьми. — Не угадала, мелкая, — смеётся Тема, и наконец мой напиток заполняет высокий бумажный стаканчик. Почти кофейня на дому, честное слово. — Вообще-то мы... Хватаю свой кофе, не давая договорить брату, потому что находиться в одной комнате с ним мне сейчас хочется меньше всего. — Очень интересно, но я опаздываю, — улыбаюсь троим любимым людям и скрываюсь наверху, чтобы по-быстрому собраться. Написала подругам, договорились о встрече, наконец-то пойду с ними снимать видео для «ТикТок». В конце концов, у нас скоро будет пятьсот тысяч подписчиков, контент нужно делать. Да и развеяться мне сейчас необходимо. Бесят все. Узкие джинсы и свитер размером с Юпитер выпадают на меня из шкафа, и я считаю это лучшим луком на сегодняшний день, поэтому сборы проходят довольно быстро, ведь уже через двадцать минут я, полностью готовая, натягиваю на ноги угги под строгим взглядом все тех же троих великовозрастных придурков. — Что? — не выдерживаю и рычу, намеренно избегая взгляда Макса. Не хочу пока смотреть на него. Не могу. Понимаю, что не имею права злиться, но не могу иначе. — Ты куда собралась? — поднимает бровь Яна, глядя на меня как-то подозрительно. — А я что, погулять не могу пойти? Каникулы вообще-то, в чем дело, а? — меня бесит всё происходящее. В чём проблема, правда? Мне что, пять лет? — Ты только вчера была с температурой, — вмешивается Тёма, — на улице зима, тебе может стать хуже. И я взрываюсь, потому что всё достало. Я люблю своих двойняшек, правда, очень люблю. Но просто... — Слушай, Тём, — я хмурюсь, складывая руки на груди. Ненавижу себя за эти эмоциональные моменты, но я же Овен, не стоит об этом забывать, — пока я валялась с температурой под сорок и могла питаться только прохладным чаем из-за боли в горле, вы с Яной появились дома всего пару раз, а вчера вообще закатили вечеринку и даже не заметили, что ко мне в комнату вломился какой-то незнакомый парень. Слава богу, что он оказался не таким придурком, как тот, что приставал ко мне в новогоднюю ночь, и не хотел меня изнасиловать, потому что вчера на это у любого были все шансы. Вы хоть раз спросили, как я себя чувствую? А предложили помочь хоть чем-то? Нет, и, если бы не Макс, я бы вообще, может, умерла от этой температуры. Так что спасибо огромное за заботу, конечно, но сейчас она мне уже даром не нужна. Счастливо оставаться, домой вернусь завтра. И я вышла, хлопнув дверью, о чем пожалела уже через пару минут, когда эмоции подутихли. Идиотка. Нет, я, конечно, сказала всё правильно, но стоило ли обижать их? Мы же родные... Они стояли с таким шоком на лицах, что мне от стыда теперь вообще никогда домой возвращаться не хочется. Родители должны прилететь послезавтра, а я тут устроила истерику. Ну подумаешь, не ухаживали за мной, пока я болела... Чёрт. Не знаю, как правильно, но мне немного паршиво. И где я вообще ночевать собралась? Гордость вернуться домой сегодня не позволяет, потому что слишком уж я уверенно говорила, что приду только завтра. Нет, ну точно идиотка. Дура вспыльчивая. Буквально через двадцать минут мы встречаемся с подругами, и мне становится чуть лучше. Танцы отвлекают от всего, и даже холодная погода не портит впечатлений. Мы снимаем на площади, прямо на фоне главной ёлки города, и видео должно получиться очень крутым. — Блин, опять моя задница на весь экран, — рычит Катя, а мы с Олей только закатываем глаза. Она вечно худеет, хотя весит не больше пятидесяти при своем росте в метр семьдесят. Катя никогда не бывает довольна своей внешностью, и мы уже привыкли к этому. — А по-моему, вышло неплохо, — Оля улыбается. Она вообще всегда улыбается, если честно. Полная противоположность Кати: милая и нежная, тогда как вторая стерва, каких поискать. За это и люблю её. — Да недурно, Кать, и задница у тебя что надо, честно, — Ермакова закатывает глаза, но все же улыбается, видимо, поверив нам на слово. Мы сидим в кафешке неподалёку от площади, потому что замёрзли, пока снимали танец. К взглядам прохожих мы уже давно привыкли, поэтому даже не обращаем внимания на всяких танцующих позади нас мужиков и недовольных бабушек. Подруги про мою влюбленность в Макса знают, а Оля вообще уверена, что это взаимно. Катя говорит, что надо прекратить мечтать о прекрасном и наконец найти себе парня, а я только скулю вечно, что люблю его и ничего не могу с этим поделать. — Нет, ну а что ты хотела, подруга? — Кате, к слову, семнадцать, она учится на класс старше нас с Олей, но мы с самого детства вместе ходим на танцы. — Ему двадцать один, его можно понять. Ты в таком возрасте тоже всех пятнадцатилетних будешь считать детьми. — Мне почти шестнадцать, — чуть не хнычу, понимая, что подруга абсолютно права. — Да я понимаю всё, правда. И знаю, что не имею права злиться. Просто... Блин, не знаю. Просто всё стало как-то не так. Мы же вообще не общались почти около трёх месяцев, а тут снова стали, и каждое его касание для меня как удар током, понимаете? А мы ещё и спали в одной кровати два раза, я вообще как на иголках. — Хочешь его? — хитро прищурилась Катя, в упор глядя на меня, и я застыла от такого прямого вопроса. Боже. Никогда не думала об этом в таком ключе. Да, мне хочется с ним целоваться, быть рядом, но... Блин, ну мне пятнадцать, я правда даже не думала о чем-то большем. Но теперь, кажется, задумалась... — Я... — замялась, вдруг став пристально рассматривать свои ногти. — Хочешь, — кивнула Катя своим мыслям, а я почувствовала, что неистово краснею. — Кать, ну не смущай ее. Арина и так себе места не находит из-за того, что они друзья, она влюбилась, а тут ты ещё. Поймет, когда время придет. В конце концов, это не самое важное. — Ага, мужикам это скажи, — она хихикнула и как-то стервозно подняла бровь. — Каждый из них мечтает поскорее забраться в трусики какой-нибудь красотке. Конечно, они не лишены чувств и нежности, но, блин, все в двадцать лет хотят и любят трахаться. — Не думаю, что для Макса это стоит на первом месте, — я нахмурилась. — Ты серьезно? Крошка, спустись с небес на землю. Он красавчик, каких во всем Воронеже не найдешь. Правда думаешь, что он не тащит к себе в постель готовых на всё одногруппниц? Даже я не прочь с ним повеселиться, и, уверена, он не отказал бы. Только вот тебя я люблю очень сильно, поэтому даже думать об этом не хочу. И не буду. Я поникла. Понимаю, что Катя абсолютно права. Он красивый, мать его, охренительно красивый молодой парень. Наверняка у него куча девушек, и он явно не ставит им уколы от температуры и не просто прижимает к своей груди ночью. Даже то, как он спокойно реагировал на Лику в новогоднюю ночь, пока она вылизывала его шею, говорит о том, что он привык к такому поведению девушек. Возможно, эта Лина его и правда бесила, что он решил не оставаться с ней один на один, но явно не потому, что хотел побыть со мной. Мои воздушные замки рушатся с каждым днём, но влюбленность от этого никуда не девается. Я не хочу представлять себе картинки с участием Макса и всяких красоток, но они сами лезут в голову, нагоняя грусть. Чёрт... Зачем ему пятнадцатилетняя дурочка, когда есть взрослые, опытные и красивые девчонки?

***

С девчонками мы гуляли до самого вечера, а, когда они разошлись, я осталась одна на площади. Переночевать ни у одной из них не вышло, и я никого не виню, вот только... Куда мне пойти? К бабушке ехать больше двух часов, и я не готова к таким приключениям, если честно. Да и бродить по городу до утра не особо хочется. Надо было мне сказать, что я не приду домой ночевать? Ближе к восьми часам стал названивать Тёма, но трубку брать я не стала: он сто процентов услышит в моем голосе отчаяние и заберёт домой, а этого мне сейчас не хочется. Я решила скоротать время на открытом катке, арендовала коньки и наслаждалась моментом, пока окончательно не замёрзла. Повезло, что умею кататься, ещё час прошёл незаметно. От Темы было ещё два пропущенных, и я поняла, что если сейчас же не найду, где ночевать, мне придется ехать домой и признавать своё поражение. Полезла в список контактов и наткнулась на номер Макса... Чёрт. Я действительно могу у него остаться до завтра. А могу ли? Всегда думала, что да. А сейчас? Изменилось ли что-то? Я так кричала, когда уходила... А если он подумает, что я и на него обиделась? Но я же... Блин! А если он дома не один? Если с какой-нибудь длинноногой блондинкой? Ну, в крайнем случае, он не возьмёт трубку. Ладно. Это же Макс. Мой самый лучший и прекрасный Макс, когда это простой звонок ему стал приносить такой страх? Набираю побольше воздуха в лёгкие и нажимаю на нужный номер, на пару секунд залюбовавшись нашей совместной фоткой, что вылезла на экране. — Да, малышка? — по голосу слышу, что он улыбается. Ладно, возможно, я не отвлекла его ни от чего... особенного. — Привет, — слова даются мне с трудом, если уж совсем честно. Но выхода нет. — Ты не с Тёмой? — Нет. Я у себя. Что-то случилось? — Не то чтобы случилось... Просто, чёрт. Если ты занят, ты скажи, я не буду тебе мешать, я... — Эй, малышка, — он говорит так тихо, что я зажмуриваюсь от этой невыносимой нежности. Я теряюсь в своих чувствах к нему. Мне больно и обидно, но я его так сильно... Блин. — Ночевать негде? — спрашивает он в лоб. Он всегда понимал меня с полуслова. — Угу. — Где тебя забрать? — Я на катке, на площади. — Скоро буду, не уходи никуда. Да куда я уйду?..

***

В ожидании Макса время тянется неистово медленно, хотя на деле он приезжает уже через пятнадцать минут. Даже представить боюсь, с какой скоростью он ехал, потому что живёт довольно далеко. Я немного чувствую неловкость, пока мы едем в машине, а он молчит, как назло, даже не стараясь разрядить обстановку. Хотя, если честно, нам всегда было комфортно молчать вместе. — Макс, слушай, — я решаю, что пора бы уже становиться взрослой и отвечать за свои поступки, поэтому начинаю говорить, когда мы выходим из машины около его дома. — Прости меня, ладно? — За что? Что ты натворила? Да ничего особенного, правда. Просто влюбилась в тебя по самые уши, а теперь страдаю от этого и рушу нашу дружбу. А так всё здорово, знаешь? Просто замечательно... — За то, что свалилась как снег на голову. То болею, то парень этот, что ты приезжаешь среди ночи, то сейчас вот... Напрягаю тебя постоянно, а ты мне отказать не можешь, потому что очень хороший, а мне стыдно. Прости, правда. Макс открыл дверь и пропустил меня внутрь, усмехнувшись. — Хорошим меня назвать сложно, малышка. Но если для тебя я такой, то мне приятно. Не парься, ты же знаешь, что я всегда тебе помогу. — Вот именно! — я села на диване в гостиной, подогнув под себя одну ногу и уставилась в пол, отчего-то стесняясь поднять глаза на Макса. — Ты меня выручаешь, заботишься обо мне, приезжаешь посреди ночи, вечером, когда угодно, если мне нужно. А что даю тебе я? Я же даже ничего тебе предложить не могу. Я ничего хорошего для тебя не делаю, это ужасно! Я словно пользуюсь нашей дружбой, а так не должно быть, Максим... Я сама не поняла, какого черта завела такую речь, но пути назад не было. В принципе, я говорила то, что у меня на душе, пусть это и было неожиданно для нас обоих. — Малышка, что случилось? — он хмурится. Кажется, я его задела. — Не знаю, я просто понимаю, что не должна пользоваться твоим хорошим отношением. — Ладно, — Макс прищурился и кивнул своим мыслям. — Тогда, услуга за услугу. — Что угодно! — я выпалила быстро. Я правда готова на что угодно ради него. — За то, что сегодня ты ночуешь у меня, а я прикрою твою задницу перед Темычем... Ты пойдешь со мной на свадьбу. — В качестве кого? — я немного удивилась. Почему именно эта просьба? — Невесты, — он хохотнул, а я уже готова была согласиться. — У моих друзей свадьба послезавтра, а мне идти не с кем. Поэтому ты идёшь со мной. Пока только в качестве спутницы.