𝐓𝐎𝐌 𝐈. Часть 4
***
Джеффри пока не находит для нее достойного места, поэтому им же было принято решением, что как только расскроется ее дар, так он с радостью сделает ее официальным советником, потому иметь талантливого человека около себя, в своих руках, хочется всем. Сидя за столом, парень снова и снова перечитывал одни и те же строки, заставая себя на том, что Элеанора засела в голове. Эти губы, эти глаза, но.. Его аура. Убитая горем, страданиями, чернотой будней. Это убивало его, ведь он в тот кровавый день увидел девушку впервые. Не было этого эпизода в его жизни, когда он настолько ей вверяется, что отдает часть себя. И тут перед его глазами всплывает картинка.***
«Что значит вы..» — и вот срубленная последняя голова палает на пол, прямо перед его ногами. Голова главы рода — Седрика Элеанор, защищавшего в своих руках самое драгоценное, что было его отголоском совести в памяти — Шарлотта Элеанор.
Девушка даже не дрогнула от осознания, что прыснувший тогда поток крови был кровь ее уже умершего отца. Девушка возмутилась лишь тому, что теперь будет сложно отстирать кровь от светлой рубашки.
«Какая же тёмная кровь.. И как вы прикажете мне от нее избавиться, Ваше Высочество? Предлагаю-»
Не успеет ничего сказать, и этот же меч направляется к тонкой бледной шее. Не издавая лишнего писка, ее глаза слегка округлились, но после обратились в каком-то смысле этого слова в глаза зверя, не чуждому пальцем взять остатки еще не стекшей крови и попробовать алую жидкость на вкус.
Глаза парня тут же выдали его волнение и страх перед этой девицей. Да кто она такая? Почему ее совершенно ничего не страшит, а лишь приводит в смех?
«Я знала, что вы придете по души моей семьи, но не сможете убить меня. Ну что, боитесь теперь эту проклятую кровь? Не забывайте, чтобы не умереть здесь и сейчас, вам нужно завладеть именем моего рода»
Голубые глаза изучили от пят до макушки стан девушки, которая неловко расположилась на полу, снимая с себя отмирающие руки отца, оторвала лоскуток платья, в которое вцепила ее мать, когда хотела спасти ее от того, чтобы принести еще молодую девочку в жертву.
Хрупкое тело, едва дрогнувшее от проходящего по коже холодка, словно просвечивало сквозь мраморную плитку, местами покрытую золотыми обрамлениями.
Джеффри взял ее на руки, чувствуя, что девушка не могла встать на ноги. Страх пересилил ее ментальный рассудок, остававшийся взвешенным и спокойным, с нотками грани сумасшествия. Позже для него раскрылось, что она подвергалась всеразличным зверским пыткам с целью научить девушку быть стойкой к жизненным обстоятельствам.
«Ну что же ты.. Шарлотта Элеанор. Красивая, а такая ядовитая» — мысленно фыркнул парень, продолжая смотреть на лужи крови, закатившиеся глаза всех трупов, и осознавая то, как она спокойно относится к этому ужасу, все равно не мог сдерживать свою человечную натуру, закрыл ей очи, уходя оттуда.
Шагал медленно, изучая знакомые коридоры. Эта семья могла быть союзником для правящей семьи, но в итоге жадность отца семейства убила не только его, но и всех тех, кто причастен к едва свершившемуся политическому перевороту.
***
— Этот день был буквально пару месяцев назад, что за.. – парень не смог найти слов, чтобы описать те мысли, проходящие в его голове после увиденного, — Так еще и так свежо, словно буквально сейчас это и случилось. Но.. Шарлотта вела себя иначе в настоящем. Единственное, что отличало ту Шарлотту от этой - это то, какая непокорность следовала в ней тогда. Она не позволила себя взять на руки, пока ноги не начали избавлять ее от тяжести последствий воздействия на нервную систему. И то, после она заявила, что не стоит ограждать ее глаза завесой тайны, ведь это уже было встречено ее глазами когда-то. По ее уставшему взгляду, нисколько не сверкающему от бликов солнца, отображавшихся с последними лучами солнца, было заметно это не в новинку: видеть непотребный ужас, распотрошенные тела, лоскутами растянутые кишки, органы, размазанные механическими выстрелами. Она нисколько не дернулась, даже когда тот поднес меч к месту, где должен находиться кадык, словно уже зная, что все будет по правилам этой девицы. «Я могу связать это некоторого рода теорией, но это тяжело принять. Предпочту найти этому более разумное объяснение» — он не хочет понимать, что можно жить не один раз, помня каждую свою жизнь. Не хочет признавать власть времени над душами. Потому что считал, что власть принадлежит только людям, и жизнь не имеет права распоряжаться над человеком так, как будет угодно кому-либо на небесах. И все же, как тогда объяснить влияние Шарлотты на время? Она может видеть будущее, которое может увидеть не только своими глазами, но и чужими. Эти мысли вдруг одним комом достигли его ушей, в которых звучали очень странные фразы. Они не были способны помыкать его обрушенным рассудком, потому парень продолжил работу, которой занимался до этого. Все остальное подождет.***
«Снова этот сон..» — глаза снова закрылись, брови замкнулись в домик, выказывая тем самым общее недовольство от увиденных в полудреме картин. Ей в страшных снах снилось то, как она в демонической обложке поедает Джеффри, не противостоящего ей. «А ведь и правда, почему..» — ей и в голову не приходило, что он мог сам желать себе таковой участи. Хотя, это звучит парадоксально тому, что парень планировал на ближайшие года. Или она что-то упускает? Стерев проступившие на лбу капли, девушка лежала на кровати, прокручивая в голове всё то, что она помнит, видела, знает и что начинает приходить к ней снова. Те же видения, те же события выходящие.. А что если предсказаниями можно вертеть как хочешь, изменяя их угодно своим истинным желаниям? Она подскочила от этой мысли, пытаясь сопоставить распри между правителями и войны, их стремления и характеры. Она ведь ни разу не видела своих предсказаний только своими глазами. Девушка буквально жила чужими помыслами, не замечая мира вокруг. Не хотела верить в то, что ее сила равносильна воле. И не хочет даже спустя большое количество времени. «Возможно ли что.. Я попала сюда из-за сильного сожаления и желания изменить свою жизнь с самого начала? Однако, почему именно сейчас?» Мысли перемешались в один растрепанный ком, беспокойство не давало покоя. Она не имеет здесь достойного места, не имеет значения даже в этот раз. Все эти боль, сожаления, обида.. Не ее. Болит душа того ребенка, что был отвергнут человеком, укрывшим ее сверкающие янтарные глаза от кровавых трупов, но позволившего смотреть на то, как он самолично отрубает их остальным. Не позволил увидеть трупы своих родителей, но позволил оканчивать жизни совершенно чужих людей. Разумные мысли нескромно вышли из её головы после того, как не смогла сама затянуть свой корсет. Вспоминая, что по личной просьбе Луистера, его личный советник оставался в небольшой комнате и находясь в процессе увлеченного прочтения книги, оставшейся на столе. Распахнув дверь, девушка замечает, что сама ненароком оставила данное произведение на столе. А после усмехнулась, вспоминая, что их вкусы всегда сходились в одной точке, вне зависимости от того, в каких параллелях находятся их жизни. — Дааан, — протянула Элеанор, рукой поддерживая корсет, — Затяни мне, пожалуйста, — смотря ему в глаза, указывает на причинно-следственную связь. Парень поднял глаза со страниц, вдруг смутившись открывшейся его взоре худощавой, едва стоящей на двух своих ножках. Руки, напоминающие ему сучки молодого клена, вдруг подзывают к себе, с нежностью в голосе упрашивая помочь с делом, с которым не удосужился услужить, по сути, ее любовник. Стало так горько от понимания, что она слишком рано узнает о всех горестях, печалях; янтарные глаза только расскрывали мудрость этого очаровательного лица, слегка осунувшегося от излишней худобы. Молча подойдя к ней, парень самостоятельно поворачивает Элеанору к себе спиной, на мгновение приподнимая и опуская соответственно слабое тело. И затянув понимает, что как ни затягивай, даже корсет оставался свободным, позволяя дышать. Хоть что-то дает ей ощущение свободы, от отсутствия которого после девушка начнет буквально задыхаться. Возможно, это могло означать для Элеаноры то, что она сама сковала себя в клетке, где ощущает воздух. Парень все еще не понимал, пока обрывки воспоминаний не стали приходить в его голову. — Спасибо, — слегка улыбнулась девушка, чувствуя моральную усталость. Словно каждый раз всё идет по одному сценарию, одними и теми же шагами. — Элеанор, да? Разрешите пригласить вас на утреннюю посиделку, выпить чая. Прям сейчас, — серьёзно проговорил парень, жестами напоминая слугам, чтобы они подсуетились, и как можно быстрее. Целуя ее руку, девушка нисколько не дернулась, вспоминая, как Джеффри проявлял подобный жест в некий знак уважения к ее таланту. Большего за эти не скрывалось. Но нежные касания, легкий поцелуй на открытой коже как будто обжег костлявую рученьку. — К сожалению, я не могу воспротивиться вашему желанию, советник Монтэ — она сладко ответила Дану, нехотя отстраняя руку от его ладони. Тепло этого человека поразило в самое сердце, несмотря на то, что это не те чувства, от которых не находишь себе места. — Другого ответа от драгоценностиимператора я и не ожидал, — игриво бросил в ответ Дан, изучая особо сдержанную манеру речи, интересный взгляд и подход к действительности. И ей всего лишь семнадцать. По крайней мере, на вид. И сам он не особо молод душой, чтобы давать какие-то комментарии в сторону этой леди. Чем дальше он шел, тем более непонятны были мотивы этих двоих: один хотел власти для любви, другая - владеть любовью для власти. Два разных пути, две разные мотивации. И ведь каким-то образом такие параллели соприкоснулись. Улыбаясь этой мысли, в душе запела горечь. Он вспомнил достаточно, чтобы осознать одну важную вещь: как ни живи, а всему суждено умереть. По этой причине стоит жить не какими-то рамками, а идя на поводу своих желаний. Так любой из нас был бы счастливее всего.
