Крылья

День близился к вечеру, а я так и не поднимался с постели. В животе заурчало и я решил, что пора вставать. Вразвалочку я дошёл до ванной комнаты, все тело болело, но я продолжал твердить себе, что сам виноват, не стоило провоцировать человека. В ванной висело большое зеркало, и я смог наконец лицезреть себя. Увиденное повергло в шок. Из зеркала на меня глядел худой, невысокий парень, с красными от слез глазами, волосы, больше напоминали воронье гнездо, слипшиеся в один светлый взъерошенный комок, они стояли торчком. Нос походил на кровавое месиво, запекшаяся кровь и большое фиолетовое пятно красовалось на моем лице. И как только Андрей мог назвать меня красивым? Наверное, он и правда любит меня… Я покрутил головой и понял, что на шее очень много засосов, придётся ходить в свитере с высоким горлом, чтобы не светить этим безобразием. Всё тело было в синяках, я повернулся спиной к зеркалу, дабы разглядеть насколько сильно пострадал мой зад. На бёдрах были большие синяки, измазанные запекшейся кровью. Нужно было смывать это безобразие и приводить себя в более человеческий вид. Вода приятно холодила кожу, чуть тёплые струи постепенно смывали следы насилия. После душа я окончательно взбодрился и пришёл в себя. На кухне я нашёл вчерашний сваренный суп, на удивление кастрюля была полной. Неужели Андрей не ел? Странно. Пообедав, или, наверное, правильнее сказать, поужинав, я взял в руки свой телефон. Федя оставил мне два сообщения. Он спрашивал добрался ли я домой и все ли у меня хорошо. Я ответил, что все хорошо и отложил телефон в сторону. Я понимал, что если продолжу общение с Федей, то это может привести к очень нехорошим последствиям. Рука невольно потянулась к опухшему носу. Я поежился. Не зная, чем себя занять, я сел перечитывать «Марсианские хроники» Рэя Брэдбери. В эти выходные я не вышел на подработку в книжный магазин, сослался на то, что заболел. И всю следующую неделю тоже оставался дома, мне не хотелось ходить по универу с огромным синяком на пол лица и ловить на себе сочувствующие взгляды сокурсников. Андрей будто не замечал меня, каждый день задерживался на работе, на разговор не шёл, дома почти не ел. Это меня обижало, но я старался не показывать виду. Успокаивал себя тем, что Андрей просто очень сильно занят. Федя тоже не выходил на связь, но это было даже к лучшему. Я старался не забивать голову ненужными мыслями, но это получилось плохо. Когда синяк стал менее заметным я, замазывая его тональным кремом, снова вернулся в универ. Как таковых друзей в группе у меня не было, поэтому мое отсутствие никто не заметил и лишних вопросов мне не задавали. С теми ребятами, что познакомили меня с Андреем, я больше не общался. Федя написал мне спустя неделю, он отправил мне стихотворения: «Я не могу забыть твой дивный взгляд, Твои порой взъерошенные пряди, И легкую улыбку на губах, Ты словно ангел, оживший вдруг из статуй. Ты лучше всех на этом белом свете, И пусть считаю так лишь я один, Но вот тебя интересует только ветер, Ты рвешься в высь, не замечая пыль. Тебя интересует только ветер, Безумные порывы и полет, Готов ты прыгнуть вниз, слететь с обрыва, Уверен ты, что ветер лишь тебя поймёт. Но я прошу, спустись с небес на землю, Пока ты тут, на небо не летай, Однажды ты попробуешь вернуться, Но небо не захочет отпускать. Ты смотришь на меня печальным взглядом В твоей душе сейчас шумит пожар, И вновь взлетаешь ты под своды рая, Надеешься, что сможешь убежать. Но нет, исчез ты в звездном небе, И крылья растворились в облаках, Ты не вернешься, тоска пронзает сердце, Ты светлый ангел, заплутавший в небесах. Осталось о тебе одно воспоминанье, И белое перо из правого крыла, Ты говорил: «Ещё мы полетаем» Ведь так легко летать под облака! Стою я на балконе и смотрю на небо, Оно прекрасно, впрочем, как всегда, И лишь тебя мне не хватает рядом, Ты где-то далеко, но помнишь ли меня?» «Очень красивое стихотворение, Федя. Оно кому-то посвящено?» «Спасибо. Да, одному человеку, но он пока ничего не знает». «Ой, так здорово! Я уверен, ты сможешь добиться расположение этого человека, и тебе ответят взаимностью!» «Я тоже на это надеюсь», через минуту пришло ещё одно сообщение: «можно я буду отправлять тебе стихотворения для оценки?» «Конечно!» Федя присылал мне стихотворения примерно раз в неделю, я говорил, что они просто прелестные и его избраннику или избраннице очень повезло. Мне никто никогда не посвящал стихотворений, это, наверное, чертовски приятно знать, что для кого ты служишь вдохновением. Сначала Федя отправил мне такое стихотворение: «Я видел твой лик в отраженье бокалов, В блике звёзд на воде и в дорожке луны, В легком шуме и брызгах Шампани-фонтанов, Я видел твой лик, но он скрылся в тиши. Я пытался искать, не ведая страха, Презирая соблазны и свет мишуры, Но я пал, и в пороке зла и разврата Я твой лик разглядел, как глоточек мечты. Ты манил за собой, в холодные залы, Сквозь давящую серость и пустоту, Ты ступал, несмотря на кровавые раны, Ты взлетал, набирал неспеша высоту. И отринув все предрассудки сознания, Лёгкой походкой скользнул на балкон, И оттуда вниз — Икар — ближе к солнцу, Ты над грешной землёй промелькнул. Ты смотрел на меня немигающим взглядом Звал, манил, но я был слишком слаб. И тогда ты рассыпался в звуке фанфаров, Оставляя меня одного умирать.» Позже он прислал ещё одно стихотворение. Моё сердце сжалось, где-то глубоко в душе я хотел, чтобы эти стихотворения были адресованы мне. «Твои небесные глаза и очень нежная улыбка, Я говорил себе: «Нельзя! Все это глупая ошибка!», Но это было так наивно, хотелось чувствовать тебя И каждым нервом, каждым вздохом, Я ощущал, что смерть близка. Ты не смотрел, ты очарован — другим, под грохоты небес, Он звал тебя, прекрасный бес — Манящий взор, густые пряди, не ровня мне, но все же я — Покорный раб твой божий ангел, молю — помилуй же меня!» После этого стихотворения он снова пропал. Я не стремился навязываться человеку, поэтому и не писал. Но буквально через несколько дней Федя вновь дал о себе знать. «Вань, привет! У меня через три дня, в эту субботу, день рождения, хотел тебя пригласить, если ты, конечно, не занят» «Ого! А где будет? Если Андрей не будет против, то я обязательно приду не на долго!» «Я пока не решил, наверное в кафе. Было бы просто замечательно если бы ты пришёл!» «А будет человек, которому ты посвящаешь стихотворения? Очень хотелось бы его увидеть!» «Да, его я тоже позвал» «Не терпится с ним познакомиться! А, если не секрет, кто он? Парень, девушка?» «Пусть это будет тайной» «Ну хорошо!» «Могу прислать тебе ещё одно стихотворение? Мне нужно знать, что ты о нем думаешь» «Присылай, конечно!» И он прислал. Сердце ёкнуло, неприятно сжалось в груди и как будто бы оборвалась. «Я хочу подарить тебе белые крылья Неведомой, чудной красы И каждое перышко нежной любовью Пришить к твоей светлой душе. И видеть глаза, что наполнены счастьем И светлым пылают огнём, В надежде, однажды, проснуться с рассветом, Укрытый твоим крылом. Но время идет и счастье все реже твои озаряет глаза, Ты должен быть сильным, ты должен быть смелым, И помни — я рядом всегда.» «Это очень красивое стихотворение. Видно, что человек много значит для тебя. Ему повезло, надеюсь, он ответит взаимностью, и вы будете счастливы!» «Я тоже на это надеюсь» Я через экран почувствовал, как он улыбается и заулыбался сам. Оставалось только как-нибудь уговорить Андрея, чтобы отпустил меня на день рождения к другу. Впереди было ещё три дня, и я почему-то был уверен, что со всем смогу разобраться. Поэтому принялся обдумывать подарок. Хм… Что бы подарить? Пролистав несколько ссылок в интернете по запросу «Что подарить на день рождения другу», так и не нашёл ничего интересного. Но мне очень понравился совет на одном из сайтов: «При выборе подарка ориентируйтесь на увлечения именинника и помните, главное не подарок, а внимание!» В итоге я решил подарить ему сборник рассказов Рэя Брэдбери «Марсианские хроники», как символ начала нашей дружбы. Красиво все упаковав, я стал ждать назначенной даты. В четверг вечером, когда Андрей пришёл с работы, я спросил у него, могу ли сходить на день рождения к другу. В ответ же лишь услышал какое-то невнятное: «Делай что хочешь, только отстань от меня». Это немного обидело, но я промолчал. Я был рад, что Андрей не против того, чтобы я сходил на день рождения!