Крылья

Я стоял возле своего дома с гитарой наперевес и думал, как поступить дальше. Достав из кармана мобильный, я увидел три пропущенных звонка от мамы, и десять от Ила. Гадство! Федя специально выключил звук! Время уже как раз подходило к шести вечера и я, набравшись духу, позвонил Илу. Он ответил сразу: — Вань? Что случилось? Кто был с тобой? Ты в порядке? — Взволнованно спросили на том конце провода. — Мы же сегодня встретимся? — Ил, приехал человек из прошлого и мне очень плохо. — проговорил я, сдерживая слезы. — Ты где сейчас? Встретимся возле кофейни? — Ладно. — Вань, что бы ни произошло, ты можешь доверять мне. — Спасибо. Звонок оборвался. Я тяжело вздохнул и написал маме СМС, что со мной все хорошо, а потом медленно побрел в сторону кофейни. Да, на сегодня были большие планы, но я настолько внутренне опустошен и обессилен, что мне ничего не хочется. Когда я дошел до кофейни, Ил уже был там. Я вздрогнул, увидев его улыбающееся лицо и взъерошенные волосы. Серая толстовка оверсайз с ярким принтом и узкие черные джинсы гармонично вписывались в его образ. Я никак не мог понять, почему этот светлый и чистый парень, смотри на меня, грязного и жалкого с такой преданностью и обожанием? Чем я заслужил такое чудо? Увидев меня, Ил тут же подбежал ко мне и заключил в объятия: — С днем рождения! Я не знал, что тебе подарить, поэтому вот! — он протянул мне подарочный пакет с надписью «все для тебя», и радостно продолжил: — Здесь перчатки и шарф, чтобы ты не мерз! Надеюсь, тебе понравится! — Спасибо, — улыбнулся я, принимая подарок. — Ты был очень взволнован сегодня, у тебя что-то произошло? — спросил Ил, в его взгляде читалось искреннее волнение. — Ил, послушай, — начала я, — если после услышанного ты не захочешь быть со мной я пойму. — Что? Что ты такое говоришь? — удивился он, а потом его взгляд опустился на мою шею, и я заметил, как его лицо потемнело. — Что случилось? У тебя теперь есть гитара? — Давай сядем, пожалуйста, — попросил я, пряча глаза. Мы дошли до парка, и сели на скамейку. Ил выжидающе смотрел на меня, а я не знал с чего начать. — Вань, что произошло? — мягко спросил Ил, беря меня за руку. — Ты весь дрожишь! Я поднял на него глаза полные слез. Я чувствовал, если сейчас начну говорить, то разрыдаюсь. Ил испуганно смотрел на меня, ожидая ответа. Я набрал воздуха в грудь и рассказал все, что со мной произошло сегодня. С каждым моим словом он становился все мрачнее и мрачнее. — Я знаю, я жалок, и я пойму, если после услышанного ты больше не захочешь меня видеть. Я сам виноват в произошедшем, не нужно было вестись на его провокации. Ил, мне очень стыдно, я виноват перед тобой. Эта гитара… мне не следовало ее брать, но я не смог отказаться. Я слабый и жалкий червяк, никчемный человек, который не достоин тебя. Прости меня, ты светлый и чистый, а я… просто не достоин тебя… — больше я не мог сдерживать своих эмоций. Закрыл лицо руками и разревелся. М-да, я жалок. Самому от себя противно! Ил не перебивал, внимательно слушая каждое мое слово. Когда я закончил говорить, он встал со скамейки, подошел ко мне и обнял. — Что? Ты не уйдешь от меня? — удивленно спросил я, поднимая на него заплаканное лицо. — Вань, ты не в чем не виноват! Слышишь? И никогда так больше не говори, понял?! И вообще, почему я должен от тебя уйти, когда у тебя случилась беда? Кто же знал, что этот говнюк Федя объявится?! — Ты… Ты правда не злишься на меня? — удивился я еще больше. — Да господи, почему я должен на тебя злиться? — непонимающе спросил Ил. — Ты вообще был когда-нибудь в адекватных отношениях? Или тебе всегда уроды попадались, которые из-за своей слабости обвиняли во всем тебя?! — Ха-ха… — рассмеялся я сквозь слезы, и рассказал Илу все, что происходило со мной, начиная с того момента, как я уехал в другой город. Сам не знаю почему, но после того, как я выговорился, мне стало легче. Слезы высохли сами собой. Ил был рядом, держал меня за руку, и, похоже, вообще не собирался отпускать. — Как ты смог все это пережить? — проговорил Ил, обнимая меня и утыкаясь в шею. — Прости… Мне не стоило выливать все это на тебя, да еще и в мой собственный день рождения. — Хватит постоянно извиняться, ладно? Ты просто поделился тем, что лежит у тебя на сердце. И я рад, что ты открылся мне. — немного помолчав, Ил спросил: — Тебе все еще нравится Федя? — Что? Нет! Откуда такие мысли? — удивленно спросил я, поднимая взгляд на Ила. — Я никогда и не любил его по-настоящему, просто, был период в моей жизни, когда он помог мне и все. — Понятно… Просто стало интересно, будешь ли ты горевать по нему, если вдруг с ним что-нибудь случится. — холодно ответил Ил. — Ил, не надо ничего делать, ладно? — испуганно проговорил я. — Я не вынесу если он что-нибудь сделает с тобой! — Не переживай, я ничего с ним делать не буду, — улыбнулся Ил, целуя меня в щеку. А потом, хитро прищурившись, спросил: — Разрешишь сегодня мне тебя проводить? — Ха-ха, можно, — согласился я. — Даже на чай зайти можно, моя мама хотела с тобой познакомиться. — О, ну тогда обязательно нужно будет заглянуть к тебе на чай! — Тогда что? Идём сейчас ко мне пить чай? — игриво улыбаясь спросил я, толкая Ила локтем в бок. — Идем, — согласился он улыбаясь. — Только сейчас маме позвоню, предупрежу. Ил молча кивнул. Я набрал номер мамы, послышались гудки. Честно признаться, я очень волновался, было страшно знакомить кого-то с мамой. Вдруг будет задавать неудобные вопросы? — Да, Вань? — ответила мама. — Мама, помнишь ты хотела познакомиться с Илом? Ну так… Мы можем прийти сейчас с ним вместе? Чай попьём. — Мой голос дрожал, было неловко. — Ой, конечно, приходи! А Федя где? Вы же вместе уходили… Я аж вздрогнул при упоминании его имени. — Федя… Он ушёл, у него появились дела. Мы немного поболтали и разошлись, — врал я матери. — А, ну ладно. Я тогда вас с Илом жду! — Хорошо, скоро будем! Я отключил вызов и выдохнул. — Ты говорил своей маме обо мне? — удивлённо спросил Ил. — Да, — я утвердительно мотнул головой. — Она сама спросила, с кем я провожу время, вот я и сказал. — А про… — Ил сделал паузу, и, с усилием сохраняя спокойствие, спросил, — Федю она знает? — Нет. Зачем ей переживать лишний раз? Ни про Федю, ни про Андрея я ей не говорил. — Понятно, — протянул Ил, смотря куда-то вдаль. Он достал сигареты и закурил. Я невольно залюбовался им. Было что-то притягивающее в его виде. Растрепанная рыжая шевелюра в лучах заходящего солнца, горела огнем, клубы дыма, выдыхаемые им, создавали невесомую дымку вокруг его образа, а чистый взгляд ясных синих глаз, давал ощущение надёжности и безопасности. Мне нравилось смотреть на него, наблюдать за ним. Он докурил сигарету, бросил бычок в урну и обратился ко мне: — Ну что, идём? — Идём, — я невольно расплылся в улыбке. Отчего стало очень легко и спокойно на сердце. Мама встретила нас очень радушно, я даже немного растерялся от её гостеприимства. — Мам, познакомься, это Ил. Ил — это моя мама, Людмила Петровна. — представил я их друг другу. Было видно, что Ил взволнован, но все равно виду не подавал. — Рада с тобой познакомиться, Ил! — улыбнулась мама. — Мойте руки и на кухню! Ой, Вань, а откуда у тебя гитара? — удивилась она, завидев музыкальный инструмент за моей спиной. — Мне… Мне Федя подарил, — выпалил я и потащил окончательно растерявшегося Ила в ванную. — Мы руки мыть! Закрывшись в ванной, я выдохнул. В небольшой комнате было совсем мало места, и двоим было довольно проблематично поместиться там. Я включил воду, подставляя под струю воды руки. Только сейчас я понял, что меня бьет мелкая дрожь. Ил наблюдал за мной через настенное зеркало, а потом развернул меня к себе и поцеловал. Мягко, нежно и безумно приятно. — Ты что? — вспыхнул я, лицо залилось румянцем. — А что, нельзя? Ты выглядишь напряженным, — спокойно ответил Ил, мягко отталкивая меня от раковины. — Я же вижу, что ты переживаешь из-за этого урода. Вань, ты не обязан прикидываться, что все хорошо, понял? Ил закончил мыть руки и серьезно посмотрел на меня. Я не мог сдержать улыбку. Рука сама потянулась к его непослушным рыжим кудрям и потрепала их. — Пойдем, чай стынет, — проговорил я, выходя в коридор первым. — Ил! Ваня! Ну, где вы там? Остынет все! — позвала мама с кухни. — Идем-идем, — проговорил я, войдя в кухню, Ил вошел следом. — Давайте садитесь! Я сегодня булочки с корицей делала, Ваня их очень любит! — проговорила мама, улыбаясь гостю. Я смущенно глянул на Ила, он перехватил мой взгляд и улыбнулся. Мама заметила наши гляделки и улыбаясь проговорила: — Что вы как не родные-то? Я же не кусаюсь! — а потом обратилась к Илу: — Ну, расскажите, как вы познакомились? От такого вопроса я чуть чаем не подавился. Мама бросила на меня удивленный взгляд и снова посмотрела на Ила. Минуточку! Она думает, что это он со мной познакомился?! — Не думаю, что это очень интересная история, — начал я, переводя все внимание на себя. — Ну почему же! Очень интересно послушать! — наигранно возмутилась мама. — Ха-ха, — рассмеялся Ил, отпивая чай и кушая булочку. — Ваня подошел ко мне в кофейне, где я работаю бариста, заказал кофе. Так, слово за слово мы и познакомились. — А чем занимаются твои родители? — не унималась мама. — Они погибли два года назад, сейчас я живу с братом, — ответил Ил. Я видел, как он напрягся, вспоминая родителей. — Ой, бедный ребенок! — взмахнула руками мама, и обратилась ко мне: — Не дай бог узнаю, что ты обидел этого мальчика! Ремнем отхожу! — Ну мама! — возмутился я. Ила забавляла вся эта ситуация, и он тихонечко посмеивался. — Не мамкай! — и уже мягко вновь заговорила с Илом: — Лет тебе сколько? — Через месяц будет восемнадцать, — уверенно ответил он. — А где ты учишься? — Я учусь в архитектурном колледже, по специальности дизайн архитектурной среды. — Ой, ты рисовать любишь? — удивилась мама. — Ну, мне нравится чертить линии, — улыбнулся Ил. — Само по себе рисование я не считаю чем-то серьезным, так, простое увлечение. — Ох, все понятно. А вот Ваня у нас музыкой увлекается, на гитаре научился играть, книжки читать любит, — вздохнула мама, — и в кого только он такой пошел? — Сам в себя я пошел, — ответил я, не в силах больше выслушивать рассказы о себе. — Ой! А я сейчас фотоальбом принесу! Там Ванюша такой милый! — радостно пропела мама, подскакивая со стула. — Может не надо, а? — обреченно спросил я, понимая, что отвертеться не получится. — Как это не надо? Ты впервые меня с кем-то познакомил, имей совесть! — наигранно обиделась мама. — Я не против посмотреть ваши семейные фотографии, — подлил масло в огонь Ил. Я посмотрел на него и встретился с маленькими чертенятами в его глазах. Усмехнувшись, я смирился, вечер обещает быть забавным. Мама принесла старый большой семейный фотоальбом. И стала показывать Илу фотографии меня голого на горшке. — Такой хороший мальчик был! Всегда слушался, веселый, разговаривать с ним могли долго… а сейчас, слово клещами из него не вытянешь! — Думаю, он просто не хочет вас загружать своими проблемами, — проговорил Ил, глядя на маленького меня. Отчего-то жар подступил к груди, я смотрел на Ила и не мог понять, за что мне такое счастье? — Ой не знаю даже, всегда всем делился, секретов не было… Ой, смотри! — мама указала пальцем на еще одну фотографию. — Это в детском саду утренник был, он в костюме снеговика на коленях у Деда Мороза сидит! — Ха-ха, очень мило, — проговорил Ил, рассматривая фотографии. Внезапно этот милый разговор прервал сигнал входящего вызова, звонили Илу. Я вздрогнул, Ил встал из-за стола, извинился, и вышел в коридор. Я не слышал с кем и о чем он говорит, но через пару минут он вернулся в комнату и проговорил: — Мне нужно идти, меня брат ждет. Спасибо большое за вечер! Было очень интересно смотреть фотографии, а булочки с корицей просто объедение! — Ой, засмущал! — заулыбалась мама. — Сейчас, подожди! Я тебе с собой их положу, с братом чай попьете! Брата как зовут? — Глеб, — отозвался Ил. Мама замельтешила по кухне туда-сюда, собирая гостинцы. Вскоре небольшой пакетик был собран и вручен Илу, после чего мама проговорила: — Вот! С Глебом чай попьете! — Спасибо большое Людмила Петровна! — заулыбался Ил, принимая пакет. — Я провожу тебя! — отозвался я, вставая из-за стола. Мы уже собрались выходить из квартиры, как послышался голос мамы: — Ил, обязательно приходи к нам еще! — Хорошо, обязательно приду! — заулыбался он, пока я старательно выталкивал его за дверь. — До свидания! Дверь квартиры закрылась, и мы оказались в тускло освещенном подъезде. Мы стояли на лестничной клетке, и я решил начать диалог: — Прости, закидали тебя вопросами разными… — начал оправдываться я. — Да ничего, — мягко улыбнулся Ил. — У тебя очень хорошая мама! — Правда? Ты так думаешь? — неуверенно произнес я. — Да, — выдохнул Ил, делая шаг мне на встречу. Жар, что пылал в моей груди, усилился, больше я не мог контролировать свои действия. Руки сами заключили Ила в объятия, я жадно впился в столь желанные губы. Сейчас от Ила исходил аромат корицы и вишни, от этого сочетания ароматов я сходил с ума. Ил охотно откликался на все мои прикосновения, еще сильнее распаляя мое желание. Не знаю, сколько мы стояли так, пока у Ила снова не зазвонил мобильный. Он отстранился от меня тяжело дыша и ответил на вызов: — Да? — Ты, блять, где? Сколько я могу тебя ждать?! — заорали на том конце провода так, что и без громкой связи все было прекрасно слышно. — Уже спускаюсь, — мрачно ответил Ил, сбрасывая вызов. — Брат ждет? — кусая губы просил я. — Да, — ответил он, в последний раз жадно припадая к моим губам. — Я пойду, спишемся завтра, да? — Да, — выдохнул я, выпуская его из объятий. Ил легкой походкой сбежал вниз по лестнице, унося с собой пряный запах корицы и вишни. Я улыбался, слыша, как по подъезду эхом разносятся его шаги, как открывается тяжелая подъездная дверь… А потом наступила тишина, такая, что слышно было, как бешено стучит в груди мое израненное влюбленное сердце.