Крылья

Pov Глеб

После моего звонка Феде, прошла неделя. Я раздумывал над тем, стоит ли ехать к нему. Ну, вот приеду я, и что дальше? Что мне ему сказать? Терзаясь этими мыслями, я ходил по квартире мрачнее тучи. Наверное, опасаясь меня, Ил старался не выходить из комнаты, но это и к лучшему. Он ничего не должен знать! Хочу увидеть Федю и избить его! Точно! Поеду к нему и выскажу всё, что я о нём думаю! Пусть знает, что я ничего не забываю, и что меня нужно бояться! Ха-ха! Гордый своими мыслями, я взял в середине недели отгулы на работе и принялся собирать сумку. Много вещей брать не стал, только самое основное. Да, я приеду, побью его и мне станет легче! Я думаю о нём каждый день только потому, что терпеть его не могу! Будь моя воля, убил бы его! За сборами меня застал Ил. Он удивлённо переводил взгляд с меня на сумку и обратно, а потом спросил: — Ты, наконец, решил добровольно сдаться в психдиспансер? — Че вякнул?! — раздражено проговорил я, отрываясь от своего занятия. — Просто поинтересовался, куда ты собираешься в середине недели, — ответил Ил, пожимая плечами. — По делам, командировка у меня, — буркнул я, продолжая складывать вещи. — Ой, хватить врать, какая командировка? У тебя с роду не было ничего подобного на работе! — Ил, по-видимому, не поверил мне. Какой проницательный ребёнок! Я раздражённо подошёл к нему и сказал: — Если я сказал — командировка, значит — командировка! Не суй нос в мои дела! — И когда ты уезжаешь? — Завтра, — коротко ответил я. — Не знаю на сколько, не думаю, что надолго. А теперь уйди, пожалуйста! — Ладно-ладно! — попятился он. — Ты, вообще, в последнее время, себя очень странно ведешь! Ворчишь, слова тебе сказать нельзя! — Вот и не говори! — огрызнулся я. — Я переживаю за тебя! — начал Ил. — Ты же мой брат! — Ларион, — в первые за долгое время, я назвал его полным именем, отчего глаза его расширились, и он уставился на меня с удивлением. Я продолжил: — Пожалуйста, прошу тебя, не суй нос в мои дела! Сам говорил, что моя жизнь, это только моя жизнь! Так будь другом — не лезь! — Ладно, — растерянно проговорил он, и поспешил ретироваться. Я вздохнул с облегчением. Хах, а ведь отцовский приём сработал! Называть человека полным именем, когда хочешь его отругать. Он так всегда делал, когда мы были маленькие, а для большей убедительности он к полному имени ещё и отчество добавлял. Пол ночи я провёл в раздумьях. Что сказать Феде при встрече? Начать с мата или оскорбления? И, наверное, надо что-то купить, в гости с пустыми руками не ходят! Уф, ладно! Куплю пиво, оно никогда не бывает лишним! На следующий день я поднялся рано, дабы успеть на междугородний автобус. Ил проводил меня скептическим взглядом, но ничего не сказал. Ехать мне предстояло часа четыре, надеюсь, в другом городе получится быстро решить проблему с жильём! Мое путешествие прошло гладко, никаких эксцессов не было. И вот около шести часов вечера, сразу с автобуса, я был уже возле нужного мне дома. Сука! Почему я так нервничаю?! И, собственно, какого хуя, так бешено стучит сердце в груди?! Я приехал просто накостылять этому придурку и все! Пока я собирался с мыслями, стоя возле подъездной двери, из неё вышла миловидная девушка с ярко красными волосами и приветливо мне улыбнулась: — Вы заходить будете? — обратилась она ко мне, чуть придерживая дверь. — Угу, — буркнул я, смерив её оценивающим взглядом. — Спасибо! Ключ не мог долго найти! — Понятно! — ответила она и словно бабочка слетела с крыльца. Я придержал дверь, чтобы она не закрылась, и смотрел в след удаляющейся фигуре девушки. Интересно, кто она? Но быстро отогнав всё дурацкие мысли, я решительно шагнул в подъезд. Поднявшись на нужный этаж, я замер в нерешительности. Да черт возьми! С каких пор я стал такой нерешительный?! Разозлившись сам на себя, я забарабанил в дверь. Наверное, где-то через минуту, мне открыли, с вопросом: «Кто?». На пороге стоял Федя в растянутых трениках и старой, видавшей виды, футболке. Волосы были взъерошены, а очки чуть съехали на нос, он лёгким жестом поправил их, и уставился на меня неверящим взглядом. — Здрасьте! — проговорил я, ухмыляясь. — Привет, — протянул Федя, разглядывая меня с ног до головы. А потом вскинул одну бровь и спокойным тоном проговорил: — Что-то хотел? Его спокойствие выбило меня из колеи. Значит, он тут и в ус не дул, а у меня из-за него проблемы с девушками возникли?! — Впустить меня не хочешь? — начинал злиться я. — С какой стати? — удивился Федя, пожимая плечами. — Сам же сказал, чтобы я не показывался тебе. Да и вообще, я не обязан тебя пускать. Его спокойствие и холодность обескураживали меня. Неужели, ему всё равно на то, что он со мной сделал?! Он уже хотел закрыть дверь, когда переполнявшее меня возмущение вырвалось наружу: — А вот с какой! — я решительно сделал два шага вперед, схватил его за ворот футболки, хотел замахнуться для удара, но он обвил меня своими руками за талию, притянул к себе и поцеловал. От такого поворота я остолбенел, не в силах пошевелиться. Рука, уже застывшая для удара, обмякла и повисла, потеряв прежний боевой настрой. Я во все глаза смотрел на Федю, он продолжал целовать меня, постепенно углубляя поцелуй. Сам не знаю почему, но отстраняться мне не хотелось. Это было так странно и необычно, но в тоже время безумно приятно. Я почувствовал, как Федя улыбается уголками губ, и с силой оттолкнул его от себя, тем самым прерывая поцелуй. — Что ты творишь?! — заорал я, вытирая губы. — А что, так противно? — усмехнулся Федя. Мне показалось, что он как-то погрустнел и его тон приобрёл горестные нотки. Мне же показалось, да?! И вновь поправляя свои очки, он тяжело вздохнул, и спросил: — Зачем ты приехал? — Если хочешь, чтобы я ушёл, так и скажи! Бесишь меня! — я развернулся и хотел было уже спускаться вниз по лестнице, как вдруг меня остановили. — Стой! — он вышел из квартиры и схватил меня за рукав. — Ты где остановился? — Какая разница? — проворчал я, поворачиваясь к нему лицом. — На вокзале буду ночевать если нужно! — Не надо на вокзале, — теряя прежний тон равнодушия с заботой проговорил Федя. — Заходи, если хочешь, я один. — Хочу! — буркнул я, вырывая свою руку. Федя отошел от двери пропуская меня внутрь. — Ого какие хоромы! — воскликнул я, когда вошёл в квартиру. — Ага, родители подарили. — спокойной ответил он. — Раздевайся, есть будешь? — Буду! — ответил я, стягивая с себя куртку. — Кстати! В гости с пустыми руками не ходят, поэтому вот! Я протянул удивленному Феде пакет с пивом и вяленой рыбной. — Пиво? — переспросил он. — Да! — радостно ответил я. — Понятно, — усмехаясь проговорил Федя, отставляя пакет в сторону. — Проходи на кухню, сейчас что-нибудь сделаю. — А у тебя ничего так, уютно! — проговорил я, обводя взглядом кухню. Федя достал из холодильника кастрюлю и половником положил мне порцию в тарелку. Он поставил тарелку с едой в микроволновку, и она загудела. Он оперся о подоконник, скрестил руки на груди и стал ждать, когда еда согреется. Я наблюдал за ним, было что-то необычное в простых, казалось бы, движениях. Мне хотелось запомнить каждую его черту, начиная от сложенных на груди руках, заканчивая опущенным взглядом из-под полуприкрытых ресниц. Наверное, я смотрел слишком пристально, потому что Федя повернулся ко мне и спросил: — Что-то не так? — Нет, всё нормально, — ответил я, опуская голову. — Есть хочу! Стоило мне это сказать, как микроволновка исполнила писклявую трель, повествуя о том, что еда согрелась. Федя поставил передо мной тарелку с аппетитно пахнущим рагу, вручил ложку и сказал, садясь на против: — Ешь. — Спасибо! — я с большим аппетитом накинулся на еду. Такую вкусную домашнюю пищу я давно уже не ел. — Это очень вкусно! Сам делал?! — проговорил я, с набитым ртом. — Да, — ответил Федя с улыбкой, наблюдая за тем, как я ем. — Ты в курсе, что сегодня среда? — Угу, — пробурчал я, не отрываясь от еды. — Брат знает, что ты здесь? — продолжил расспрос Федя. — Нет. — А ты приехал… Зачем? — Соскучился! — выпалил я, и сам же чуть не подавился от того, что произнёс. А потом добавил: — Хотелось увидеть твою наглую физиономию и сказать, как сильно ты меня бесишь! Из-за того, что ты со мной сделал, я не могу нормально общаться с девушками! И в этом виноват ты! — О, понятно, — протянул Федя, пряча улыбку. Заметив, что моя тарелка опустела он спросил: — Наелся? — Да! Это очень вкусно! Эх, вот бы каждый день так питаться! — мечтательно произнёс я. Федя хмыкнул, встал, достал бутылку виски и два бокала, поставил всё это на стол и спросил: — Будешь? Надоело уже пить в одиночестве! — Буду! — решительно отозвался я. Тут вдруг раздался звонок моего телефона. Федя вопросительно посмотрел на меня. И я ответил на звонок, звонил Ил. — Глеб, привет! Ты доехал? Всё нормально? — раздался взволнованный голос Ила. — Привет, всё хорошо, я доехал, — ответил я пристально смотря на Федю. — Что-то хотел? — Ты на сколько дней уехал? — Ну-у, — протянул я, — не знаю, а что? Если я уехал, это не значит, что можно творить всё, что вздумается, ясно?! Я позже напишу. — Ага, ну ладно, пока. Ил отключился, а я уставился на телефон. И что это было? Что он собирается творить пока меня нет? — Младший брат переживает? — участливо спросил Федя, разливая виски по стаканам. — Ага, — ответил я, принимая напиток. — Ну, давай, за что пьем? — За бракованный дуэт, — усмехнулся Федя. Я не понял значение этого выражения, пожал плечами и осушил стакан. Виски приятно обжег горло, и я зажмурился. Федя наблюдал за мной, а потом последовал моему примеру. — Останешься? — Останусь, — ответил я. После пятого стакана он спросил: — Ты приехал ко мне без предупреждения… Я нравлюсь тебе? Мы не виделись полтора месяца, и вот сейчас ты сидишь на моей кухне! Удивительно… — Я думал, если увижу тебя мне станет легче, — ответил я, расплываясь в улыбке. Федя удивленно приподнял бровь и спросил: — Стало? — Стало! — уверенно ответил я. Неверно, алкоголь начал действовать, потому что я произнёс следующее: — Знаешь, а ты хороший парень! Мы могли бы дружить, да? — Нет, — ответил Федя, смотря прямо на меня. — Я не хочу с тобой дружить. — Что? Почему?! — удивился я, пристально глядя на собеседника. Я предлагаю ему дружбу, а он меня отсылает?! Он совсем больной?! — Потому что, — проговорил Федя, вставая из-за стола. Стул, на котором он сидел, с шумом упал. Некогда спокойные черты лица исказились в горькой усмешке, стало не по себе от такого зрелища. Он подошёл ко мне, взял меня за руку, и повел за собой. Я молча послушался и пошёл за ним. В коридоре он остановился, одним движением прижал меня к стене, и проговорил: — Я не хочу дружить с тобой, потому что хочу быть с тобой! Хочу касаться тебя! Ты привлекаешь меня! Федя уткнулся лбом в моё плечо и прошептал: Рай. Обещают рай твои объятья, Дай мне надежду. О, мое проклятье…* Я молча охреневал от происходящего. Он поднял на меня свои тёмные глаза, в уголках которых уже собирались слезы. Не знаю, что на меня нашло, но я будто с тормозов слетел. Что-то во мне щёлкнуло и перевернулось. Я во всём глаза уставился на Федю, после чего резко поменялся с ним местами и, впечатывая его в стену, поцеловал. Руки меня больше не слушались, как давно я мечтал вновь прикоснуться к этому телу! Пальцы под футболкой гладили нежную кожу Феди, он тяжело дышал, прижимая меня к себе. Не знаю, сколько прошло времени, когда я отстранился, и, соприкасаясь с ним головами, проговорил: — Теперь я тоже не хочу дружить с тобой! Больше я ничего не успел сказать. Я видел, как глаза Феди загорелись, он снова набросился на меня жадным поцелуем и повел в спальню. По дороге мы стягивали друг с друга одежду, мне безумно хотелось ощущать его прикосновения каждой клеточкой тела. Что со мной происходит?! С каких пор меня стали привлекать мужчины?! Но глубже уйти в собственные мысли мне не дали. Голос разума остался где-то очень и очень далеко, а сам я был опрокинут на кровать и дальше всё происходящее казалось фантастическим сном. Федя стянул с меня джинсы вместе с бельём, даря свободу моему давно уже стоявшему колом члену. — Ты так легко возбуждаешься, — прошептал Федя, проводя языком по набухшей головке. — Мне нравится. Не дожидаясь моего ответа, он полностью вобрал в себя мой член и стал сосать. Я закрыл лицо руками, полностью перестав ощущать связь с реальностью. Не знаю, сколько продолжалась эта сладкая пытка, пока с моих губ не сорвался еле сдерживаемый стон. В низу живота приятно затянуло, я выгнулся в спине, сжал простыни и кончил. Федя проглотил всё, приблизился ко мне и поцеловал. Солоноватый вкус поцелуя чуть привёл меня в чувство, я резко поменял наши позиции. Федя улыбался, смотря мне в глаза он протянул руку и погладил меня по щеке. — Если бы я знал, что ты приедешь, я бы подготовился… — проговорил он, а потом притянул меня ближе к себе и прошептал на ухо: — Смазка в тумбочке, презервативы тоже. — А ты предусмотрительный, — усмехнулся я, притягивая его поцелуем. А дальше все было словно во сне. Я почти не отдавал себе отчёта в том, что делаю. Федя извивался подо мной, стонал и плакал. Я же наваливался на него всём телом и сильными толчками входил всё глубже и глубже. Мною овладели звериные инстинкты, я неистово впивался зубами в нежную кожу Феди, оставляя на ней красные отметины. Он лишь прижимался ближе ко мне, поддаваясь навстречу моим движениям. За эту ночь я получил просто фейерверк чувств и эмоций, давно мне не было так хорошо, как сейчас. Мягкие и нежные прикосновения Феди, его сладкие стоны будоражили мою кровь. Почему он позволяет мне делать с ним такие вещи? Сейчас он лежал рядом со мной, мерно дышал, обнимая моё обнажённое тело. Веки были полуприкрыты, но он не спал, а будто раздумывал над чём-то. Я аккуратно гладил его по волосам, что-то в нём определенно изменилось за то время, что мы не виделись. — Ты… Сменил парфюм? — спросил я, наконец понимая, что меня в нём смутило. — От тебя приятно пахнет манго. — Угу, — промурлыкал он, — ты же сказал, что тебе нравятся фруктовые ароматы, вот я и решил попробовать что-то новое. — Понятно, — растерянно ответил я. Он сделал что-то специально для меня?! Но зачем… — Мне нравится твой новый аромат. — Я рад это слышать, — улыбнулся он. А потом, чуть помолчав он спросил, полушёпотом: — Что потом будет? — А что ты хочешь? — ответил я вопросом на вопрос, не совсем понимая куда он клонит. — А по мне не видно? — с лёгкой усмешкой спросил он. Я посмотрел на него и ничего не ответил. — Я хочу быть с тобой. — Ты же понимаешь, что это невозможно? — вздохнул я. — Почему? — удивился он. — Я хочу быть частью твоей жизни. Да и ты… Бросил всё, приехал ко мне по середине недели. И хочешь сказать, что мы не можем быть вместе? — Странно всё это, не правильно. Федя немного помолчал, а потом заговорил стихами (что за дурацкая привычка?): На исходе двадцатого века, Когда жизнь непосильна уму, Как же нужно любить человека, Чтобы взять и приехать к нему…** И тут… Меня прошиб холодный пот осознания. Любить, приехать… Неужели?!.. От внезапного озарения я сел. Ошарашенно посмотрел на улыбающееся лицо Феди, чтобы убедиться в правдивости своей догадки. Да бред какой-то! Как мне могут нравиться мужчины?! Это же ненормально! Но… А то, чем я только что занимался? Это же не считается, да? Я схватился за голову, закрывая лицо руками и рухнул на подушку. — Что? — спросил Федя, приподнимаясь на локте и смотря на меня. — хочешь сказать я не прав? Зачем же ты тогда приехал в другой город, да ещё и без предупреждения? Признай, тебе понравилось, да? — Ты просто змей! — проговорил красная я. — Змей искуситель! — Хах… — проговорил Федя, отворачиваясь от меня. — Вот значит, как… В таком случае я тебя не держу, завтра чтоб тебя не было в этом доме. Ключ оставь в почтовом ящике. А сейчас мне надо спать. В отличие от тебя, мне завтра надо на работу. Я лежал, пытаясь переварить полученную информацию. По тону Феди я понял, что он чём-то раздражённо и расстроен. Неужели из-за меня? — Понял, — проговорил я, вставая с кровати. Мне не хотелось напрягать его своими присутствием, поэтому я направился к выходу из спальни. Уже в дверях я проговорил: — Буду спать в зале, спокойной ночи. — Угу, — коротко ответили мне, не глядя в мою сторону.