Трио

Сугуру медленно возвращался к реальности, будто выныривал из глубокой воды. Сперва возвращались ощущения: он понимал, что лежит на кровати, рядом мерно пищат приборы, а стоило только пошевелить правой — правой! — рукой, как дискомфорт в районе локтя подсказал о капельнице; под пальцами находилась ткань одеяла, под головой лежит подушка, а рядом находятся партнеры. Их присутствие, теплое и осязаемое, было якорем, удерживающим его на этом свете. Да это и был настоящий мир, а не такое реальное додзе, которое отныне пряталось в глубине его сущности. — Хватит изображать из себя Спящую Красавицу, — раздался знакомый голос Сатору, но с легкой дрожью, выдающей его тревогу. — Ты уже проснулся, я же знаю. — Тш-ш-ш, дай ему прийти в себя, — заговорил Тодзи; его интонации звучали мягко, как будто он боялся спугнуть. — После такого-то. — Если я буду Спящей Красавицей, кто из вас прекрасный принц, а кто Малефисента? — Сугуру открыл глаза и несколько секунд смотрел в незнакомый потолок. Нет, не кажется, тут точно устроили ремонт: исчезла трещина, которую он лицезрел в прошлый раз. — Сугуру!!! — раздался вопль Сатору, наверняка переполошив всех поблизости. Он стащил очки с глаз, и теперь было заметно, как радужка стала ярче: способности явно реагировали на эмоции. — Ты… как? — Я… — тут Сугуру задумался, прислушиваясь к своему состоянию. Да, слабость никуда не делась, но по крайней мере, рука на месте и внеплановая смерть отменилась. — Еще не очень, но в целом — жив. — Ты потерял много крови из-за ран, — произнес Тодзи, осторожно касаясь ладони партнера. — Плюс сломанная ключица и трещины в ребрах. Секо пришлось очень долго провозиться с тобой. Сатору, встав с другой стороны кровати, помог Сугуру приподняться; его движения были аккуратными, но нервными. Тодзи подложил подушку, чтобы Сугуру мог полусидеть. Посмотрев на партнеров, Сугуру вздохнул: — Простите. Мне снова пришлось вас напугать. — Эй, перестань! — возмутился Сатору. — От этого никто из нас троих не был застрахован, даже я со всей своей Бесконечностью. — Твоей вины тут нет совершенно, — поддержал его Тодзи. — Но в какой-то момент мы оба действительно испугались, что вот-вот потеряем тебя. — Еще пострадавшие есть? — спросил Сугуру. — Удалось остановить того… кукловода? — Никто, кроме тебя, не был так серьезно ранен, — ответил ему бывший наемник. — Обошлось неглубокими ранами и царапинами у ребят с третьего курса. — Наойя помог Тодзи закрыть ларец Урашимы, — добавил Сатору, садясь на край кровати. — Поэтому с проклятьями в Синдзюку удалось быстро разобраться, они и сами словно зависли, когда артефакт обезвредили. В Киото было похуже, но и там справились. Представляешь, клан Тацуми пришел к нам на помощь! — Ого! — вот это была интересная новость. Неужели госпожа Тацуми изменила политику своего отношения? — Это надо Нанами спрашивать, он общался с дочкой госпожи Тацуми, — произнес Сатору. — Но стоит признать, без их теней пришлось бы гораздо сложнее. — Вдохновителя всей этой затеи найти не удалось. Зато обнаружилось тело моего родственничка, — Тодзи поморщился. — Оги не просто так тогда сбежал из клана, он прихватил с собой ларец Урашимы. Я уже рассказал Маки и Маи про то, что случилось с их отцом, они должны знать, хоть девочки вот уже сколько лет не имеют отношения к клану Зенин. — Правильно, — согласился Сугуру. — Оги был там. Собрался атаковать меня, но… спровоцировал Юту. Он вздохнул: сейчас начинался самый сложный момент. — Я почувствовал проклятую энергию Юты, — кивнул Сатору. — Но что вообще случилось? Там… было так много проклятой энергии, мне было трудно что-либо увидеть. — Юта сорвался, — Сугуру не собирался скрывать правду, хотя слова давались тяжело. — Неконтролируемый выброс проклятой энергии. Просто чудо, что он сам остался жив после такого. — Вот же! — Тодзи выругался, обменявшись взглядами с помрачневшим Сатору, чей взгляд сейчас потемнел. Юта теперь является проблемой, причем достаточно большой: старейшины запросто могут обвинить парня в пособничестве противнику и навесить ответственность за случившееся в Токио. А итогом будет только казнь. К тому же нестабильность контроля над проклятой энергией опасна не только подобными срывами, когда могут пострадать окружающие, но и тем, что Юта случайно может себе же нанести травмы. — Яга сообщил старейшинам о пропаже Юты, но его пока не нашли, — сказал Сатору. — Однако теперь мы усилим поиски. Опечаленный новостями Сугуру кивнул. Несмотря на случившееся, Юту он не винил, ведь тот действительно не желал причинить вред, а только лишь помочь. Теперь же очень многое зависело от того, кто первым обнаружит Оккоцу — посланники старейшин или токийский колледж. — Юта не собирался меня убивать, — Сугуру невольно посмотрел на руку, которую оторвало тогда, а Сэйру смог восстановить. — Ему нужно помочь, а не выставлять преступником. — Мы разберемся и с этим, — сказал Сатору, его голос был твердым, несмотря на тень тревоги в глазах. Он протянул вторую руку к Тодзи, соединяя их троих. — Втроем. Тодзи тут же кивнул, его пальцы переплелись с пальцами Сатору. — Да, — эхом отозвался бывший наемник, его взгляд смягчился, глядя на Сугуру. — Вместе. Сугуру улыбнулся. Пусть он и чувствовал себе слабым, но живым. И даже если Кенджаку все еще где-то там, на свободе, планирует новый ход, они справятся. Вместе. Но про Сэйру он ничего так и не рассказал. … В гостиной жилого крыла токийского колледжа царила тяжелая тишина, от которой звенело в ушах. Мимико и Нанако сидели на диване, прижавшись друг к другу; они злились на Секо, которая никого не пускала к Сугуру, но больше боялись за приемного отца. Нанако сжимала телефон так, будто он мог в любую секунду принести новости о его состоянии, пальцы девушки дрожали, экран то и дело загорался, но сообщений не было. Мимико, сидя рядом, мягко коснулась ее руки, пытаясь успокоить, но сама выглядела не лучше: глаза покраснели, волосы растрепались от нервного теребления. Мегуми, устроившись в кресле с раскрытой книгой, не читал ни строчки, но на самом деле он обсуждал с Сузаку исцеление Сугуру, если это вдруг понадобится. «Ваша целительница, госпожа Секо, знает свое дело, — голос Сузаку был мягким, но твердым, она чувствовала тревогу и страхи своего сосуда и старалась успокоить, обнадежить. — Прошло три дня, Мегуми. Твой родственник находится в стабильном состоянии, но если понадобится, я могу вмешаться. Мои силы справятся. Ты только скажи». «Спасибо, Сузаку», — подумал Мегуми, закрыв на минуту глаза. Он доверял ей, и за минувший неполный год они сумели стать отличными напарниками — древнее божество-феникс и молодой маг. С Сугуру все будет в порядке, иначе бы Секо уже подняла тревогу, ну а что Тодзи и Сатору мрачные такие — их беспокойство понятно. Он бросил взгляд на близнецов: Нанако снова проверила телефон, Мимико сидела, обняв сестру за плечи, словно пытаясь передать ей свою силу. — Может, скоро напишут, — тихо сказала Мимико; ее голос был едва слышен, но в нем отчетливо звучала надежда. Нанако кивнула, не отрывая глаз от телефона. — Кто-нибудь будет обедать? — Маи заглянула в комнату, прислонившись к дверному косяку. Она спросила небрежно, но пальцы, теребящие ремень джинсов, выдавали беспокойство. — Я иду на кухню. — Спасибо, не хочется, — тихо отозвалась Мимико, глядя в пол. — Разве что чай завари, если не сложно. — Сейчас все на взводе, — добавила Маки, появляясь следом за сестрой. Она скрестила руки, ее взгляд был резким, но в нем мелькала та же тревога, что у всех. — На еду тут не отвлечешься, Маи. Мегуми бросил на девушек укоризненный взгляд. Он понимал младших близнецов, их страх за Сугуру, который и ему не был чужим человеком. — Все равно поешьте, — буркнул он, не поднимая глаз от книги. — Секо сказала, что Сугуру держится. Сидеть голодными не поможет. — А Юты так и нет, — Маки вздохнула, опускаясь на подлокотник дивана. Ее голос стал тише, почти хриплым. — Как думаете, он еще жив? — Да, — Мегуми все же отложил книгу, его тон был твердым, но глаза выдавали сомнение. — Иначе бы уже сообщили. Синдзюку и соседние районы прочесывают вдоль и поперек. — Он может быть в больнице, — предположила Нанако, поднимая взгляд от телефона. Ее голос дрожал, но она старалась держаться. — Если сбежал раненым за огороженную зону. — Тогда бы уже связались, — Мимико покачала головой, мягко сжав руку сестры. — Полицейские, врачи, его мать — кто-нибудь бы дал знать. Нет, тут что-то другое. — А что, если он сбежал к своей Рике? — внезапно выпалила Маи, зло прищурив глаза. Она шагнула в комнату, уперев руки в бедра. — Помните, как Юта завелся, когда увидел ту листовку? Проклятая энергия на ней была… странной. Слишком сильной. Маки нахмурилась, невольно сжав пальцы в кулак. Она вспомнила, как Юта тогда напрягся, как его взгляд стал почти диким, когда речь зашла о той листовке. — Думаешь? — Она посмотрела на сестру, потом на остальных. — Хотя сейчас директору и старейшинам точно не до того, чтобы проверять, связана ли эта Рика с магами. А отпечаток на листовке… он был не простым. Мимико и Нанако переглянулись, их лица стали еще мрачнее. Мегуми молчал, но его мысли метались: Юта не просто пропал, а словно растворился после того, как ларец Урашимы захлопнулся и все закончилось. И эта Рика… что-то во всей этой истории вызывало у Мегуми смутное беспокойство, хотя он не мог понять, почему. Младшие близнецы снова сидели, прижавшись друг к другу и уставившись в телефон, который Нанако сжимала, словно талисман. Внезапно экран в ее руках ожил, вспыхнув входящим сообщением: — Это от Тодзи! — воскликнула Нанако, а ее голос дрогнул от волнения. Она торопливо открыла текст, пальцы чуть дрожали, пока глаза пробегали по строкам. Мимико наклонилась ближе, затаив дыхание. Нанако подняла голову, и медленно улыбнулась. — Сугуру проснулся, все хорошо. Мимико выдохнула, ее плечи расслабились, и она крепко сжала руку сестры, будто боялась, что хорошие новости растворятся. — Секо-сан молодец, — тихо сказала девушка. — Настоящая волшебница. Нанако кивнула, снова глядя в экран, будто перечитывая сообщение, чтобы убедиться, что оно настоящее. Мегуми выдохнул, тоже улыбнувшись, Маки и Маи дали друг другу пять; кажется, уж они-то не сомневались, что Сугуру сможет выкарабкаться. — Идемте к нему, все вместе, — предложила Маи, Мимико и Нанако тут же вскочили с дивана, собираясь первыми добраться до лазарета. Теперь точно все хорошо. И ничто не будет по-прежнему.

***

Высокая светловолосая женщина стояла у окна, наблюдая за сумерками, мягко опускающимися на Токио. Ее силуэт четко вырисовывался на фоне вечернего города, светлые волосы, небрежно собранные в высокий хвост, слегка растрепались, и несколько прядей падали на плечи, отражая тусклый свет комнаты. Кожа женщины была бледной, почти светящейся в полумраке, а длинные пальцы, небрежно лежавшие на подоконнике, казались готовыми в любой момент сжаться в кулак. Лицо, чуть повернутое к городу, оставалось в тени, но острый профиль и легкая полуулыбка выдавали привычную уверенность. Что ж, магам из токийского колледжа удалось отыграться, добраться до ларца Урашимы и захлопнуть его, тем самым получив возможность одолеть уже выпущенные на свободу проклятья. Смертные люди не пострадали из-за предупреждения, и ничего не просочилось через Завесу. Молодцы — тут стоит признать, они все-таки смогли удивить. Но кто сообщил им о готовящемся нападении? Откуда произошла утечка информации? Предателя нужно отыскать, причем быстро. Возможно, это кто-то из новеньких, проклятья в расчет не берутся. Мигелю точно не интересно подобное, уж совсем невероятно ожидать такого от Кацуро. Индзю слишком отстранился от всех и вся, да и вряд ли бы снизошел до такого. Рика точно не стала бы ничего говорить, даже ради своего ненаглядного Юты. Оккоцу Юта… мощный козырь в умелых руках, потенциальный ключ к гробнице запечатанного духа Митидзанэ Сугавары. Возможность, которую колледж благополучно упустил, а клан Годжо даже понятия не имел об Оккоцу. Огромное количество проклятой энергии — и совершенно нет никакой техники. Редкость, но бывает, однако все это можно уже исправить. — К вам пришли, — раздался голос слуги. — Оримото Рика. — Отлично, — женщина, которую когда-то звали Цукумо Юки, отвернулась от окна, и на ее лбу мелькнул огромный горизонтальный шов. — Я жду ее. Зайдя в комнату, Рика послушно склонила голову: — Мой господин. — Ты выполнила задание, молодец, — произнес Кенджаку чужими устами. — И как полагаю, воссоединение с любимым прошло успешно? — Да, — Рика довольно улыбнулась. — Юта теперь целиком и полностью на нашей стороне. — Вот и отлично. — Кенджаку и в самом деле был рад заполучить такой подарок, ведь мальчишку можно использовать, сделать одной из главных марионеток в грядущем. Все равно ему нужен кто-то с кровью клана Годжо, так что — либо Кацуро, либо Оккоцу Юта. — Я рада, мой господин, — ответила Рика. — Когда вы хотите встретиться с Ютой? — Полагаю, лучше всего будет завтра, — Кенджаку достал из кармана джинсов студенческий билет. — Мне нужно ему кое-что вернуть. — Хорошо, — Рика снова послушно склонила голову. — Я могу предупредить Юту о вас? — Скажи, — после недолгого размышления кивнул Кенджаку. — Можешь иди, Рика. Девушка поклонилась в третий раз и покинула комнату. Кенджаку снова повернулся к окну. Ночь уже полностью завладела городом, но фонари, неоновые вывески, огоньки в окнах квартир и домов делали темноту светлей дня. Ну ничего, пока есть время, пусть все они наслаждаются спокойной и беззаботной жизнью. План уже запущен в действие, сделки многовековой давности и договоры вот-вот вступят в силу и тогда мир изменится. … Но было кое-что, о чем Кенджаку даже не догадывался. Уже вернулись те, кто жил столетия назад, начали пробуждаться воспоминания о прошлом. А пока судьба готовилась совершить еще один поворот спирали, чтобы повторить старую историю на новый лад.