Блеф

— Нет, я так больше не могу! — страдальчески провыл Аллен, картинно заламывая руки. — Это не жизнь, а наказание! — Утихни, Недомерок, — устало пробурчал Канда, потирая виски. Ему уже битый час приходилось выслушивать бредовые душеизлияния Уолкера на тему того, как ему приходится нелегко с ним, с Юу. «И ведь не грохнешь его — Тики Алму убить может», — подумал парень, сжимая зубы с досады. А Аллен, меж тем, все не замолкал. — Как так можно жить вообще, скажите мне? — едва ли не всхлипывая, вопрошал мальчишка у потолка, в который смотрел с детской наивной надеждой, что вот сейчас ему кто-нибудь обязательно ответит. — Я тут батрачу, как проклятый, денно и нощно, а он плевать хотел на все с бачка от унитаза! И хоть бы капля благодарности! — Плевком обойдешься, — вставил свои пять копеек Канда, раздраженно отворачиваясь к окну. — Заткнись и не сбивай с мысли, — будничным голосом попросил Аллен и снова возвел очи к потолку. — Вот посмотрите на него — он даже совесть не имеет! — Я поимел в своей жизни все, что хотел, — снова оборвал его одухотворенную тираду Юу, даже не повернувшись. — Совесть, я посмотрю, тоже входила в список «поименных» — до сих пор соваться к тебе боится. — Пошел к черту, пока я тебя не прибил! — Нет, ну вы это видели? — вновь обратился подросток неизвестно к кому. — Какое отношение! Ни грамма сострадания! Где мой принц на белом «Мерседесе», который вызволит меня из плена этого сатрапа? — А на сером осле не хочешь? — ядовито поинтересовался Канда, бросив в надоевшего до психа Уолкера подушку. — Главное, чтобы не на мерине, а остальное — детали, — совершенно спокойно откликнулся мальчишка, садясь на диван рядом с Юу и обнимая поднятый с пола снаряд. — И все-таки, Канда… — Вот только не начинай опять… — Пришла очередь парня страдальчески взвыть, не имея права придушить раздражитель. — Ну почему?.. — Нет, я сказал! — Твою мать, Канда Юу! — горячо выпалил Аллен, вскакивая на ноги. — Неужели тебе так трудно хоть раз за два месяца нашей совместной и почти — не побоюсь этого слова — семейной жизни самому постирать свои носки?! — Какого черта ты каждые выходные устраиваешь из-за этого целый спектакль, идиот?! — не выдержал наконец Канда, резко поднимаясь с дивана и опасно нависая над оппонентом. — Как же ты без меня-то справлялся, бедненький? — приторно спросил подросток, упирая кулаки в бока. — Не уходи от вопроса! — А ты не ори на меня, говнюк, я тебе не домработница! — припечатал Уолкер, для пущей убедительности заехав Юу подушкой по плечу. Но спор внезапно прервал звонок в дверь. Парень замер с занесенной для удара рукой, а Аллен удивленно покосился в сторону явно неожиданного звука. — Ты кого-то приглашал? — спросил мальчишка, с нескрываемым интересом посмотрев на Канду. — Я похож на идиота? — недовольно отозвался тот, медленно опуская кулак. — В принципе, да, но неважно, — отмахнулся подросток, направляясь в коридор. — Ты кого идиотом назвал, ушлепок мелкий? — прорычал Юу и, схватив с дивана вторую подушку, с силой швырнул ее в Уолкера, который только что открыл дверь и на автомате пригнулся. За долгое время близкого общения с Кандой он успел уже привыкнуть к подобным его выходкам. Только вот их внезапный гость к такой встрече был точно не готов, потому что метко брошенный снаряд попал ему в лицо. Выпрямившись и подняв заодно подушку, Уолкер растерянно моргнул, а потом едва сдержался, чтобы не рассмеяться. — Привет, Линали, — вместо этого выдавил он, попытавшись улыбнуться как можно более виновато. — Канда, ты придурок! — добавил он, обернувшись к хозяину квартиры и позволив себе короткий беззвучный смешок. — А у вас тут весело, я смотрю, — сказала девушка, поправив сбившуюся в сторону челку. — Скорее, опасно, — поправил ее Аллен, делая шаг в сторону. — Заходи, не стой на пороге. — Спасибо, я ненадолго, — быстро произнесла Линали, проходя в квартиру и снимая сапожки на высокой шпильке. «Всегда удивлялся, как можно ходить в таких зимой», — подумал Уолкер, закрывая дверь за гостьей и жестом приглашая ее пройти на кухню. — Чай, кофе? — спросил он, доставая из посудного шкафа небольшую чашку. — Чай, если можно, — улыбнулась девушка. — А то из-за брата я уже возненавидела кофе. — Вы поссорились? — неожиданно поинтересовался Канда, вставая за спиной Линали и опираясь плечом о стену. — Что? — немного растеряно переспросила Ли, но тут же натянула улыбку на лицо. — Нет, конечно, мы не… — Что на этот раз? — оборвал ее на полуслове Юу, скрещивая руки на груди. — Он вранье за километр чует, поверь мне, — усмехнулся Аллен, ставя перед гостьей полную чашку горячего чая. — Так что лучше просто пошли его к черту, если не хочешь говорить. — Заглохни, Мелочь, — недовольно прищурился парень, бросив предупреждающий взгляд на Уолкера. — Отстань, — отмахнулся от него мальчишка, присев на корточки возле Линали и заглянув ей в лицо. — Эй, ну что случилось-то? — спросил он почти ласково, осторожно улыбнувшись. — Не просто же так ты пришла в выходной, верно? — Я… — начала девушка, но осеклась, не зная, что сказать. Повисла неловкая пауза. Канда терпеть не мог подобные сцены, но развернуться и уйти не позволяла пресловутая гордость — ведь это было бы слишком похоже на бегство. Зато Аллен, казалось, чувствовал себя, как рыба в воде, и его уверенность каким-то образом по капле передавалась и остальным. Наконец Линали снова заговорила. — Он просто слишком меня оберегает. Знаете, когда я была маленькой девочкой, мне казалось это нормальным, но сейчас… — Тебе это просто надоело, — закончил за нее подросток, мягко коснувшись ее ладоней, сложенных на коленях. — Но это же не повод уходить из дома накануне Рождества, я прав? Девушка лишь кивнула. — Я ушла из-за Тики, — сказала она тихо, опустив голову, так, что даже Аллен не смог рассмотреть ее лицо. — В смысле? — ошарашено моргнул Уолкер, садясь по-турецки на пол. — При чем здесь этот ублюдок? — приподнял бровь Канда, пытаясь скрыть проскользнувший на секунду во взгляде интерес. — Он не ублюдок! — строго прикрикнула на парня Линали, подняв на него большие, грустные глаза. — Он хороший! — Ой, ой… — удрученно покачал головой Аллен, отворачиваясь. — В каком месте он хороший? — без особой злобы начал Юу, впрочем, не горя желанием начинать спор. — Ты хоть знаешь, что большая часть тех, кто на него работают, делают это из-за того, что он их шантажирует? — Неправда! — тут же отозвалась девушка, сжав ладони в кулачки. — Канда, перестань, — тихо попросил Уолкер, посмотрев на своего сожителя. — Ты, что, совсем тупой? — Иди к черту, Недомерок, она же ничерта не знает об этой твари! — взвился Канда, отойдя от стены и нависнув над мальчишкой. — Ты все-таки тупой, — скорее, самому себе, чем парню, сказал Аллен и полностью переключился на Линали. — Давно ты его любишь? Та только испуганно посмотрела на мальчишку, но так ничего и не сказала. Уолкер не настаивал. Ему, по большому счету, было плевать, но то, что пришло внезапно ему в голову, подростка совершенно не порадовало. Юу, в свою очередь, ошарашено замолк, медленно переведя взгляд с Аллена на Линали. — Это правда? — безэмоционально и довольно грубо спросил парень, недобро прищурившись. Девушка только кивнула, даже не посмотрев на него. И лишь коротко вздрогнула, когда за Юу захлопнулась входная дверь. — Прости его, он просто волнуется, — осторожно произнес Уолкер, заглянув в глаза девушки. — Как ты? — Теперь из-за меня еще и Канда… — начала она, но, так и не подобрав нужного слова, прикусила губу. — Ой, да плюнь ты на него! — махнул рукой мальчишка, ободряюще погладив Линали по руке. — Этот псих ненормальный сейчас проветрится и вернется, вот увидишь. — Я вам так завидую… — Чего? — Ну… у вас с Кандой все так хорошо складывается… — Линали, — Аллен нервно усмехнулся, — у нас ничего не «складывается». Нечему складываться, понимаешь? Между нами ничего нет, да и, к тому же, он меня терпеть не может. — Неправда, он тебе доверяет. — Девушка осторожно улыбнулась. — И волнуется за тебя. Ты, наверное, не знаешь, но, пока ты спал, к вам заходил Комуи, чтобы передать Канде, что его вызывают на работу. — И что? Я все равно спал — он мог бы и сходить. — Мог бы. Но вместо этого он просто выставил брата за дверь и едва не спустил с лестницы. И сейчас… — Что «сейчас»? — насторожился мальчишка, почувствовав, как от слов девушки внутри что-то неприятно кольнуло. — Он оставил тебя в своей квартире. — Да ладно, не в первый раз же, — пожал плечами Аллен, не видя в этом ничего особенного. — Тем более, — улыбнулась Линали. — А ведь раньше даже на порог никого чужого не пускал. — Это просто я слишком наглый, — отшутился Уолкер, решив перевести тему, пока разговор не зашел слишком далеко. — Так все-таки из-за чего ты поссорилась с Комуи? — Он хотел уехать на Рождество… — Ну так у всех же отпуск — это неудивительно. — Нет, ты не понял, — покачала головой девушка. — Он хотел уехать насовсем. «Думал, что получится так просто сбежать от Тики?» — усмехнулся про себя мальчишка. — А ты не хочешь, верно? — Конечно, нет! — Ты пыталась отговорить Комуи от поездки. — Да, но он не стал слушать. — Все ясно, — вздохнул Аллен, положив подбородок на колени Линали и мягко ей улыбнувшись. — Тебе есть, куда пойти? — Нет, — честно ответила та, отведя взгляд в сторону. — Я вообще не знала, что мне делать, просто шла по улице и случайно набрела на дом Канды. — И правильно сделала. Останешься у нас. — Но Канда… — Плевать — я сам с ним поговорю. Уверен, он не будет против, — ободряюще улыбнулся Уолкер. — Спасибо… — тихо отозвалась Линали, неуверенно улыбнувшись в ответ. — Не расстраивайся только, — сказал напоследок мальчишка, поднимаясь на ноги и потрепав девушку по волосам, как маленького ребенка. — Вот увидишь, все наладится. — Закончил? — послышался недовольный голос из коридора. — Твою ж налево, придурок! — возмущенно выдал Аллен, неосознанно вздрогнув от неожиданности. — Тебя стучаться не учили?! — Может, мне еще нужно разрешения спросить, чтобы в собственный дом войти?! — в тон ему отозвался Канда, заходя на кухню и неся с собой декабрьский холод. — Блин, — выдохнул Уолкер, только сейчас поняв, что Юу выходил на улицу в домашней одежде и летних кедах. — Ты точно придурок! — Да иди ты, — отмахнулся от него, как от назойливой мухи, парень, разворачиваясь и собираясь уйти в свою комнату. — Нет, стой! — Аллен догнал Канду уже в гостиной и, налетев на него со спины, повалил на диван, тут же юрко спрыгнув на пол. — Лежи так! — строго предупредил мальчишка, скрывшись в спальне. — И что это было? — недовольно спросил Юу, садясь, однако ответ буквально упал ему на голову в виде одеяла. — Вот я то же самое хотел спросить, — в тон собеседнику ответил подросток, укутывая ошалевшего от подобной наглости Канду. — Какого черта тебе понадобилось на улице, псих ты недоделанный? — Аллен, — окликнула Уолкера Линали, неслышно подойдя к парням. Мальчишка обернулся, и на его лице тут же расцвела благодарная улыбка. — Спасибо, Лин, — сказал он, забирая из рук девушки чашку горячего чая и отдавая ее Канде. — А ты сиди и грейся, — безапелляционно заявил подросток, уже привычно усаживаясь на пол в позу лотоса и опираясь локтями о колени. Канда никогда не отличался особым терпением. Этот раз не стал исключением. Только вот бессмысленный скандал затевать не хотелось — да и надоели они уже до чертиков. Поэтому, пожалуй, впервые, Юу сорвался молча. Дождавшись, когда Аллен отвлечется на Линали, Канда с явным удовольствием вылил обжигающую жидкость на седую макушку, бросив пустую чашку на пол, а сам, скинув одеяло все на ту же многострадальную Уолкеровскую голову, с гордым видом удалился в свою комнату, с силой хлопнув дверью. Не ожидавший такой подлости, мальчишка резко дернулся в сторону, зашипев от боли и наскоро стряхнув с волос горячие капли, которые проворно стекали по спине и груди. Когда же его сверху накрыло еще и одеяло, Аллен не выдержал. Вскочив на ноги, он в два шага добрался до закрывшейся прямо перед его носом двери и хотел было сорвать ее с петель, но тут у него на плече что-то повисло. Вернее, кто-то. — Не надо, Аллен! — тихо попросила Линали, глядя на мальчишку снизу вверх. Медленно выдохнув, Уолкер приказал себе успокоиться — показывать свой дерьмовый характер на людях он не привык. Тем более, перед девушками. — Как скажешь, Линали, — натянуто улыбнулся подросток, повернувшись к гостье и неловко взъерошив влажные волосы. — Прости за это… Неудобно получилось, — произнес Аллен, немного нервно усмехнувшись. «Да, обычно мы просто тихо-мирно бьем друг другу морды и расходимся по разным углам квартиры», — мысленно закончил он. — Да ничего, я не первый день Канду знаю, — понимающе улыбнулась девушка, покачав головой. — Давай я помогу тебе убраться? — Нет, не надо, я сам, — торопливо ответил Уолкер, высвобождая свою руку и отходя от Ли. — Не привыкать, в конце концов. — Тогда я чашку помою — не могу просто так стоять в стороне и смотреть, — заявила та, поднимая кружку с пола и направляясь на кухню. — Спасибо, — улыбнулся мальчишка вслед девушке и направился в ванную за тряпкой, заодно запустив стиральную машинку. «И что с ним сегодня такое?» — думал он, вытирая с пола остатки уже остывшего чая. В раковине на кухне журчала вода, и Линали напевала какую-то песню. Что-то из нового. То, что запоминается легко и быстро, а потом заедает на языке и крутится в голове часами, а то и сутками напролет, чтобы после столь же легко забыться. Мотив был знакомый, но Аллен не стал прислушиваться — не хотелось потом самому напевать надоевшую «попсу», которую, подросток, к слову, просто терпеть не мог. У современных исполнителей не было порой ни голоса, ни слуха. Была бы лишь на студии хорошая аппаратура, да люди, умеющие ею пользоваться. Несколько бессонных ночей несчастных работников — и новая звезда готова к запуску на орбиту эстрады. Тихо усмехнувшись, Уолкер покачал головой. О чем он только думает. И вдруг, совершенно неожиданно, мальчишка понял, за что получил легкий ожог чаем несколько минут назад. Чертыхнувшись про себя, Аллен закрылся в ванной, включив воду для вида, и опустился на пол у раковины. Он позволил себе слишком много лишнего. Ведь Канда никогда никому не показывал свои слабости, а тут вдруг нарисовался Уолкер собственной персоной. И даже не возникло вопроса, почему расплата последовала именно сейчас. Мальчишка с силой приложился головой о стену. Линали была права — Юу доверял ему. Только Аллен знал его слабости. Пусть не все, но большинство точно. Та сторона его личности, которую парень так тщательно скрывал ото всех, все это время была повернута к нему, к Аллену. А он жил с этим почти два месяца, и даже не потрудился заметить. И совсем недавно еще и посмел продемонстрировать их, так называемые, «отношения» при совершенно постороннем человеке. Уолкер уже собрался было еще раз хорошенько приложиться головой о стену, но мысли резко переключились на их с Кандой нежданную гостью. Ведь он разрешил ей остаться, а Юу об этом даже не знает. Глубоко вздохнув, мальчишка поднялся на ноги, бросив грязную тряпку в ванную. Решительно кивнув самому себе, он направился в комнату Канды. Судя по убийственной ауре, которая, кажется, просачивалась сквозь дверные щели, разговор предстоял не из легких. Стучаться или спрашивать разрешения войти было бы просто глупостью — в таком настроении, в котором пребывал сейчас Юу, он точно никого не захочет видеть. Поэтому, мысленно простившись с жизнью, Аллен открыл дверь на балкон, предварительно убедившись, что Линали все еще находится на кухне. Пробравшись уже привычным способом через завалы коробок, Уолкер присел на корточки у окна в комнату Канды, осторожно посмотрев, открыта ли форточка. Как ни странно, мальчишке повезло. Хотя, везением это можно было бы назвать с большой натяжкой, учитывая возможные последствия очередного самоубийственного поступка Аллена. Но менять однажды принятые решения подросток не привык, поэтому, глубоко вздохнув и мысленно пожелав самому себе удачи, он в два прыжка оказался в комнате Юу, повиснув на гардине и неслышно спрыгнув на пол. — Жить надоело? — ледяным тоном спросил Канда, казалось, даже не удивившийся подобной наглости. — Слушай, Канда… — начал было Уолкер, но так и не смог придумать ничего лучше, кроме тихого неловкого выдоха. — Чего тебе еще от меня надо? — Знаю, что ты меня, наверняка, сейчас за это убьешь, но… Прости, ладно? Ответом Аллену стал выстрел. Медленно выдохнув, мальчишка открыл глаза, даже не шевельнувшись. Пуля пролетела в считанных миллиметрах от его виска, отрезав небольшую прядь седых волос, которая теперь лежала у подростка на плече. Подняв взгляд на Канду, Уолкер тихо спросил: — Полегчало? — Ты все еще жив, — недовольно выдал Юу, все еще не опуская пистолет, нацеленный на мальчишку. — Ну так убей, — будничным тоном предложил тот, незаметно сжимая в кулаки дрожащие пальцы. — Чего тебе стоит? — Твое никчемное существование может стоить мне жизни самого важного для меня человека, Недомерок, — нахмурился Канда, скрипнув зубами от бессильной ярости и опустив пистолет. — Ты только поэтому меня еще не убил? — спросил подросток и сам себя не услышал. Голос неожиданно стал казаться чужим — слишком хрипло и неуверенно он звучал. «Никчемный ты слабак, Уолкер». — Только поэтому, — отрезал Юу, бросая пистолет на кровать и отворачиваясь от Аллена. «Мне на него плевать, — твердил он себе уже в который раз, но все безрезультатно. Что-то внутри противилось этому решению, не позволяя согласиться с доводами разума. — Мне должно быть на него плевать, черт меня дери!» Уолкер прикусил губу, опустив глаза в пол. Он и не ожидал ничего другого, собственно. Только вот подобной реакции никак предугадать не мог. Мальчишка наивно полагал, что будет легче — ведь он давно знал, что Канда ничего не испытывает к нему. Знал, что ему плевать на какого-то мелкого шулера, который только и делает, что вечно доставляет одни неприятности. Только вот слышать эти слова все равно было больно. Как будто острым ножом кто-то аккуратно надрезал сердце. Вроде и кровоточит, заставляя все внутри болезненно сжиматься, но и умереть не дает — слишком маленькая рана. Это было похоже на пытку. Каждый их разговор с Юу в последние два дня начал становиться для подростка настоящим испытанием, которое он все же выдерживал, стискивая зубы. Точно так же, как и сейчас. Глубоко вздохнув, Аллен не позволил себе пошевелиться, заставляя успокоиться. Он подумает обо всем этом потом. Когда будет не так больно. Желательно, когда все уже закончится, и он уже будет далеко от Канды. — Слушай, насчет Линали, — резко перевел тему Уолкер, отмечая про себя, что теперь голос звучит ровнее. Все же мысли о скорой разлуке успокаивали. — Этой проститутки? — как бы невзначай уточнил Юу, ядовито усмехнувшись. — Не говори о ней так, она просто… — Спит со всем «Ковчегом», — закончил за Аллена парень, оборачиваясь к собеседнику. — Только не говори, что не знал. — Нет, не знал, — честно признался мальчишка, растеряно моргнув. — Это правда? — С чего мне тебе врать? — вопросом на вопрос ответил Канда, ухмыльнувшись. — Откуда я знаю? — неопределенно пожал плечами подросток, отводя взгляд в сторону. — Может, у тебя есть какие-то свои причины. — Может, и есть, но тебя они точно не касаются, Мелкий. Так что ты хотел сказать по поводу этой? — вернулся к основной теме разговора Юу, кивнув в сторону двери. — Она останется у нас сегодня, ладно? — немного неуверенно произнес Уолкер. — Что, тоже решил воспользоваться ее услугами? — ухмыльнулся Юу и тут же резко отвернулся от мальчишки. — Только не в моем доме. — Слушай, она просто переночует здесь. Всего лишь одну ночь, Канда. Ей идти некуда. — Это ей-то идти некуда? Да ей одного взгляда достаточно, чтобы любой идиот оставил ее у себя. — Но, Канда… — И ты, я вижу, стал одним из этих идиотов. Я был о тебе лучшего мнения, Шпендель. — Черт, хватит уже, а? Она поссорилась с братом и пришла к тебе, как к другу. Ты не можешь выставить ее на улицу. — Ты уверен? Мне пойти прямо сейчас опровергнуть твои слова? — Перестань, Канда, — устало вздохнул мальчишка, медленно подходя к Юу и осторожно касаясь его руки. Как ни странно, ладонь парень не отдернул. — Всего одна ночь, пожалуйста, — он поднял взгляд на собеседника и осторожно улыбнулся. — И я не собираюсь с ней спать, если что. — Да ну? — недоверчиво прищурился Канда, иронично изогнув бровь. — Обещаю, — усмехнулся подросток, и его улыбка стала чуть более уверенной и искренней. — Одна ночь, Недомерок, — великодушно разрешил Юу, но тут же строго прищурился. — И чтоб завтра ноги ее в моем доме не было, я ясно выразился? — Конечно, — кивнул Аллен и, отпустив чужую ладонь, направился к выходу из комнаты, но Канда, видимо, был другого мнения, потому что перехватил руку мальчишки и рывком развернул его к себе, так, что тот по инерции уткнулся носом в грудь парня. — И если ночью я услышу хоть один лишний звук… — предупреждающе начал Юу, подняв лицо подростка за подбородок и заглянув ему в глаза. — Да понял я, понял, — немного натянуто рассмеялся Уолкер, выворачиваясь из хватки Канды и выскальзывая за дверь. И долго еще потом, уже разговаривая с Линали, он пытался отделаться от мысли, что Юу до последнего не отпускал его ладонь.