Я не Чумной Доктор

Жизнь порой пролетает как один день, а бывает, что время тянется как резина. Оно даже и не думает двигаться. В такие моменты, все что остается делать людям — страдать. Именно это и случилось с Сергеем. После взрыва в больнице был произведен крупный пересмотр безопасности. Администрация Санкт-Петербурга счела нужным направить целую команду экспертов. Но, как и ожидалось, они ничего не нашли. Так как большая часть столовой сильно пострадала, найти отпечатки либо другие вещественные доказательства оказалось невозможно. Во время проверки, пациентов в целях анонимности попросили не выходить из палат. Что, в общем, было лишним — никто итак не хотел выходить. Все были потрясены чередой убийств, в частности последним. Из свидетелей тоже не нашлось никого. Однако, это было не совсем так. Доктор Симмонс кое-что видел. Но, решил ничего не говорить по личным причинам. У него уже долгое время строилась догадка, но в её существование которой упорно не хотел верить. После того, как серьезные люди уехали, док попросил Разумовского срочно прийти для разговора. Как и ожидалось, он пришел на полчаса раньше. Пунктуальный как никогда раньше. Оно и понятно. — Извините, что не предупредил заранее о встрече, но тут столько всего произошло. Сами понимаете. — Ближе к делу. — Да, конечно. В свете последних событий, смею предположить, что вы — еще тот источник неприятностей. — А ты наблюдательный, как я посмотрю. — Спасибо. Не буду долго мусолить — вы убийца. Человеческих душ и их психики. В комнате воцарилась пугающая тишина. Даже крохотный звук мог испугать в этот момент. Поэтому когда Сергей все же ответил, доктор даже испугался. — Да. Но я предпочитаю называть это благом. Таким образом мир очищается от скверны. — Вы в это правда верите? Это ведь не ваши слова. Не обманывайте себя. — Не важно уже во что я верю. Ты ведь знаешь о Птице? Я верю ей, и большего мне не надо. "А ты,если не прекратишь болтать, окажешься на гильятине или что похуже. Хотя... Твоя судьба предрешена, старый грешник. Вы все умрете в ужасных муках! " По спине доктора поползли липкие мурашки от последней фразы Она была произнесена не человеческим голосом. Будто древнее зло говорит через Сергея. Этот парень смог вселить в него почти животный страх. И что самое ужасное : тот не знал, какой будет его следующий шаг. Его безумие достигло своего апогея. — Боишься? Правильно делаешь. — парень безумно улыбнулся, смотря прямо на доктора. И ушел. **** Олег только-только ложился спать, не смотря на то, что до вечера еще было далеко. Ночка выдалась горячей, а вот днем он чувствовал себя разбитым. Сергей ушел еще до того, как он проснулся. Сердце болело как никогда раньше. Он знал, что его глупыш совершит что-то ужасное и глупое. И он не мог никак остановить. Это делало его несчастным и не давало уснуть. Настойчивый стук в дверь и знакомый голос выдернул его из кровати. Еще не успев открыть, он знал кто за ней. Сергей бросился со слезами ему на грудь. Он рыдал и рыдал, причитая, что совершил что-то чудовищно ужасное. Олег не мог ничего понять, потому пришлось подождать некоторое время, пока парень перестанет плакать. И это помогло — стоя в объятиях друга, рыжеволосый быстро успокоился. Не хватало только одной детали. — Ну как ты, глупыш? — поинтересовался Олег, после того как поцеловал друга. — Уже лучше. — Вот и хорошо. А теперь расскажи мне все по порядку. Что произошло? — Я убил человека. И не одного. И об этом узнал док. Я ему пригрозил, что если не заткнется, покончит как остальные. Олег, я ужасен! — нотки истерики явно были слышны. — Ты не ужасный. Но, зачем ты все это сделал? — Они просто заслуживали смерти. — Но почему именно ты? Ты ведь не такой жестокий! — Такой, Олег, такой! Ты меня совсем не знаешь. Я не такой как ты думаешь. — Я знаю, что внутри у тебя есть настоящее человеческое сердце. И не говори мне сейчас, что его нет. Этим ты разобьешь сразу два сердца — мое и свое. Ты умеешь любить. — Я не умею любить, Олег! Я — ничтожество, которое кайфует от вида мертвого тела. А то, что между нами, не могло быть настоящей любовью. Прости, мне очень жаль... Разумовский отходит на приличное расстояние, по его лицу катятся слезы. Но он ничего не делает для того, чтоб их убрать. Все это уже не важно. — Что ты делаешь? — голос Олега срывается. — Прости меня. Мне правда жаль за все. Я не хочу этого делать. — Что бы это не было, и не надо! О боже, Сережа! — голос сорвался на крик. — Прощай... Прозвучал выстрел. Сергей упал. Вокруг его тела мгновенно растеклась кровь. Он уже не дышал. Олег не мог поверить во все происходящее. Его друга больше нет. Он не смог выдавить ни слезинки, лишь выражение мировой скорби и ничего больше. На следующей день состоялись похороны. Пришло только двое — Олег да доктор Симмонс.