Приставания

Дилюк ненавидит Альбедо — он в этом точно убедился после того самого эксперимента, когда у него появились чертовы крылья Но подробнее об этом они решают умалчивать. Между Дилюком и Кэйей зачастую складывались двусмысленные и противоречивые отношения. Правда была в том, что даже они сами оба не понимали, что между ними происходит. День без работы выдался на редкость длинным — наверное, Дилюк просто ничем не занимался, проведя этот день в своей комнате. В таверне давно опустело, на дверях висела табличка «закрыто», а внутри царила напряженная атмосфера. Сидящий прямо на барной стойке Дилюк неуверенно хмурился, стараясь не смотреть в пристальные глаза Кэйи. — Каков будет твой аргумент в пользу алхимика? — напряженно спросил он, нервно теребя белые перья на огромных крыльях. Сидящий вразвалку синеволосый весело фыркнул, довольный предоставленной возможностью высказаться. — Я книжки читал, — простодушно пожал плечами, — и о том, что случается с парнями, которые стали жертвами алхимии — тоже. Он небрежно стукнул бутылкой по столу и, чуть пошатываясь, встал и потянулся, довольно выдохнув вместе со стоном. Дилюк насупился. — Да ну брось, дай потрогать, — серьезно попросил Кэйа, смахнув мешающую синюю прядь в сторону. — Зачем? — не понял парень, заметавшись глазами по сторонам. Его крылья беспокойно сложились, пряча внутри себя их обладателя. Кэйа вздохнул, облокотился боком о стойку, сделал глоток из бутылки и начал: — Ну, просто так, — наигранно спокойным тоном начал он, выпрямляясь, — хочу кое-что проверить. На его лице появилась присущая ему ухмылка, чертовски контрастирующая с его харизмой, заставившая Дилюка не только испугаться, но и сглотнуть вставший в горле ком. — Если провернешь что-то такое, я разобью эту бутылку о твою голову. — Да-да-да, — поспешно затараторил Кэйа, а затем с довольством и предвкушением стянул перчатки, — чтобы я — хоть раз? Пф… Дилюк свел брови, сложив руки на груди. Он неохотно расслабил крылья, раскладывая их так, чтобы случайно не задеть что-то. — Прекрасно, — улыбнулся Кэйа, довольный открывшимся видом, — ты выглядишь как ангел, душка, только, к сожалению, характером не вышел. Подтрунивания рыцаря заставили Дилюка дернуться. — Я начинаю, — предупредил парень. — Не говори об этом таким странным тоном, — пробурчал под нос тот, подавляя желание все же разбить эту бутылку о его треклятую голову и свернуться в крылья. Признаться, первый вариант симпатизировал ему куда больше. В это же мгновение он даже через одежду ощутил прикосновение холодных рук. Дилюк невольно сжался, но крылья наоборот словно раскрылись навстречу касаниям. Парень смущенно прыснул. — Это не моя вина, ясно? Я не виноват, что эти долбанные крылья меня не слушают. — Да-да, конечно, — завороженно пробормотал Кэйа, саркастично хохотнув, — они еще мягче, чем я думал. Он ускорил движения руками. Поглаживания по крыльям прекратились, и они сильно выгнулись навстречу почесываниям. — Прекрати, все, достаточно, — потребовал Дилюк, не решающийся до этого сказать «стоп». И Кэйа действительно прекратил, разочаровав Дилюка. — Почему ты?.. — он запнулся на полу-слове, — Делай что хочешь. Парень снова натянул ухмылку, как будто только этого и ждал. — Есть еще кое-что. Касание пальцев к спине уже не было таким холодным, скорее до мурашек прохладным, но приятным. Кэйа погладил крылья, затем неожиданно направил ловкие пальцы на их основание у спины. Сказать, что Дилюк едва не всхлипнул от слетающей крыши — не сказать ничего. — Что ты вытворяешь? Я передумал, прекрати, я себя странно… — выпалил он заплетающимся языком, но к его стыду крылья предательски дрожали и шуршали перьями под прохладными пальцами Кэйи. Дилюк закрыл лицо руками. — Значит, здесь, — тихо хмыкнул Кэйа, а затем провел поглаживающим движением по самой его спине, где начинались крылья. — Кэйа, хватит, — взмолился Дилюк, питающий ничтожную надежду на то, что он действительно прекратит. Он никогда не думал, что такие прикосновения, пусть даже и к спине, могут быть сравнимы разве что с наступающей эйфорией. Или ему не показалось и он действительно кончит от рук Кэйи на спине?.. — Погоди, я проверяю, — отмахнулся парень и вместе с тем прекратил двигаться. — Что ты еще проверяешь? — обреченно просипел Дилюк, осознавая, что хоть движения и прекратились, но Кэйа руки не убрал. Авантюра, в которую вляпался Дилюк, обязательно настигнет его в будущем в виде кармы — он действительно верил в это. Парень не успел отреагировать, как из горла вырвался неожиданный не то стон, не то хрип, когда к основанию крыльев прикоснулось что-то скользкое, мокрое. Они оба замерли, Дилюк — с красным лицом глядя в одну точку, Кэйа — с высунутым языком. — Ты только что… — Замолчи! Закрой рот! — Но ты действительно только что… — Тебе послышалось, ясно? Идиот, ненавижу тебя. Кэйа неожиданно прыснул от смеха. — Я сейчас… серьезно возьму бутылку и ударю тебя. И тут Дилюк осознал, что выпирающий бугорок на его штанах — далеко не меч, а приятное тепло и тянущие спазмы в паху — точно не стягивающий ремень. — Я что… — Я не преувеличил, когда сказал, что читал о том, что случается с парнями, у которых появляются крылья, — усмехнулся на ухо Кэйа, а Дилюк вздрогнул от того, как он близко. — И что ты собираешься делать? — А как ты думаешь? — Кэйа навис над его плечом, почти касаясь щекой его уха, и Дилюк абсолютно точно ощущал его легкое, чуть морозящее шею дыхание. — Я не знаю, — тихо прошептал Дилюк, не сводя взгляда с одной точки. — Да? Тогда почему ты так разнервничался? М? — приятный шепот прокуренного голоса Кэйи терзал барабанные перепонки. — Я… не знаю, — повторил громче Дилюк, сжимая плечи. — Тогда и волноваться тебе не о чем, — Кэйа немного отстранился, и парень буквально ощутил его улыбку. Он тут же вернулся в обратное положение, опаляя дыханием его ухо, и на секунду замер, как будто спрашивая разрешение. Дилюк повел плечом, покрываясь мурашками. Кэйа подавил слабый смешок и лизнул его ухо, прикусив мочку. Дилюк ненавидел Кэйю за то, что он заставлял его чувствовать себя странно и говорить то, что думал. И в конце концов синеволосый перешел с уха на шею. Дилюк неосознанно расстегнул верхние пуговицы рубашки заплетающимися пальцами и подставил открытую шею. — Мне нравится, когда ты покладистый. Дикий. Неприрученный. И отдающийся. — Заткнись, ты все портишь, — бросил на реплику Кэйи Дилюк, немного хмурясь. — Окажи услугу, — Кэйа помог ему слезть со стойки и внезапно заставил лечь на нее животом. Дилюк вздрогнул, не почувствовав под ногами пола, а когда Кэйа прижался к нему пахом, парень подскочил, — не дергайся, я постараюсь нежнее. Мурчащий голос над самым ухом стих, и Дилюк беспокойно заелозил из-за неприятных ощущений от надавливающей стойки. Он уперся в локти, рвано задышал и зажмурился так, что в глазах заплясали круги. — Я обещаю сделать все аккуратно, — Кэйа утешающе провел руками по бокам, остановившись на бедрах, — если не сорвусь. Ты невероятен, Дилюк. Ты неповторим, ты удивителен. Ты знаешь? Дилюк от чего-то всхлипнул. — Ты потрясающий, — Кэйа сорвал с него рубашку, заставив парня подскочить. Затем ласково посмотрел на его светлую кожу, нагнулся, поцеловал основание крыльев, — волшебный, восхитительный. Растрепанные синие пряди соскользнули с плеч, когда Кэйа наклонился ближе, коснувшись щекой его без единого изъяна спины. Даже многочисленные шрамы не портили ее. — И только для меня. Дилюк не знал, как усмирить бешено колотящееся сердце. Он ухватился за край стойки, неосознанно выгнувшись, когда рыцарь спустил руки на его ремень. — Только для меня ты такой сейчас, — в его голосе чувствовалась улыбка, — я готов отдать тебе всего себя, не требуя ничего взамен. И без того донельзя смущенный Дилюк переполошился, перевернувшись на спину, и с удивлением уставился на Кэйю. — Ты ведь знаешь, что мне не нужна твоя любовь. Парень помолчал, горько усмехнулся и мотнул головой, убирая пряди волос. — Знаю, ну и что? Мне нельзя просто говорить об этом? Ты можешь вечно отрицать это, но я все равно не прекращу. — Заткнись уже, — буркнул винодел, пряча смущение за маской раздражения, — ты меня достал. Кэйа хмыкнул, весело ухмыльнувшись. — Ладно, на чем я остановился? Ах, да, на том, какой ты невероятный. Он взял его за бедра и притянул к себе, уткнувшись лицом в изгиб шеи. Касания языка к горячей коже отзывались приятной возбуждающей щекоткой. И хотя барная стойка была не самым мягким местом для таких занятий, но их это мало волновало. Кэйа упивался Дилюком, его запахом чистого возбуждения, его горячей кожей и телом, которое ответно дрожало на прикосновения к чувствительным зонам. Кэйа щелкнул ремнем на его брюках и вдруг замер. — Я хочу, чтобы ты раздел меня, — заявил прямо, отчего Дилюк чуть не подавился воздухом. Он знал, прекрасно знал, что Дилюк довольно скован в этом плане, и что ему было невероятно не то что признаться в этом себе, но и проявить себя. Но к удивлению Кэйи руки парня слабо вздрогнули и медленно, нерешительно потянулись к его рубашке. Кэйа с замиранием сердца следил за его действиями, стиснув челюсть, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не наброситься на него. Все в действиях Дилюка было практически невинным, трогательным и неуверенным, но это только больше выводило Кэйю. Последние нити сознания с треском порвались. Он схватил руки Дилюка за запястья и приковал к стойке. — Совсем из ума выжил? — переполошился парень и дико затряс головой, чтобы скинуть в сторону волосы с глаз. — Все для тебя, — ухмыльнулся Кэйа и быстро поцеловал его в губы, ловко проник языком в рот, легко укусил за нижнюю губу, отчего по ней пробежались приятные покалывающие ощущения. А затем резко отстранился, прежде чем Дилюк успел как-либо отреагировать на это. — Да что ты… Кэйа стянул с него брюки вместе с нижним бельем, неожиданно оставив его полностью голым. Дилюк ахнул от переполнивших его стыда и возбуждения. Больше всего он смущался, что член стоял колом, а Кэйа хищно смотрел на него, не давая крыльям закрыть весь вид. — Я уже говорил тебе, какой ты невероятный? — Ты заткнешься или нет?! — закричал Дилюк, злобно скалясь. — Расслабься, — спокойно бросил в ответ Кэйа и звонко шлепнул его по голой ягодице. Дилюк дернулся, но стерпел, утробно прорычав какое-то ругательство. Кэйа не убрал руку, снова перевернул его и провел ладонью по взмокшей спине, заставляя прогнуться. — Расслабься, — указал тихо. — Чего?.. Ах! Дилюк выгнулся в спине, когда сзади в него вошло сразу два пальца. — Ты чего!.. — Расслабься, иначе будет больно, — серьезнее предупредил Кэйа, свободной рукой похлопывая его по бедру. Дилюк поверил ему и попытался расслабиться, едва держась на локтях. Кэйа правда пытался быть нежнее. Очень сильно пытался. Но сорвался. Он вынул пальцы, отчего Дилюк с недоумением повернул голову в его сторону, но тут же послышалось, как быстро щелкнула бляшка ремня. Кэйа шикнул, сматерившись, и Дилюк ощутил, как между ягодиц скользнуло что-то огромное. Сердце громыхнуло, возбуждение внизу живота скрутилось в тугой узел. Он заворочался, пытаясь выскользнуть из-под парня, но Кэйа прижал его бедра к себе, наклонился, касаясь грудью с быстро бьющимся сердцем его спины. — Прости, я не сдержался, — сипло пробормотал он, но явно без капли сочувствия, и с трудом вошел в Дилюка. Парень замер, парализованный вспышкой боли, пронзившей все тело, и болезненно всхлипнул, прикусив до крови губу и сильно ударившись несколько раз головой о стойку. Крылья сложились и задрожали. Он не мог даже сказать, какая боль его настигла, и все, что ему осталось — проклинать Кэйю и все, на чем свет стоит. Сам рыцарь не двигался, хрипло выдыхая ему в шею и иногда покусывая плечи. — Мне больно, — заскулил парень, вцепившись ногтями в края стола. Кэйа со стоном выдохнул, медленно выпрямляясь, и чуть толкнулся в него, заставив парня снова удариться головой и замолчать. Из глаз брызнули слезы, во рту пересохло, а дорожка крови на прокушенных губах удлинилась. — Мне больно, — громче взвыл Дилюк, неприятно ерзая щекой по столу. — Милый мой, этой боли ты будешь рад, — хриплым голосом отозвался Кэйа, двинувшись бедрами назад. Дилюк почувствовал, как член выходит из него и снова проникает, заставляя скулить от боли и до заноз цепляться пальцами за края. Крылья складывались и раскладывались, иногда задевая Кэйю. — Почему ты так жесток? — простонал Дилюк, упав щекой на стол, — ты обещал… — Любимый, дорогой, — ласковым тоном ответил Кэйа, но вера покинула парня, — я не могу больше, я начинаю. Он тут же вошел в него до самого основания с пошлым шлепком, сопровождаемым длинным стоном Дилюка. — В точку? Я угадал? Размазывая щекой слезы, парень громко дышал, срывая голос. — Сейчас будет приятнее, обещаю. Он ускорился, сжимая челюсти, стараясь снова не сорваться, и до крови царапал бедра Дилюка. — Уже нормально, — уведомил парень, переводя дыхание, — ты можешь… — Если ты уверен. Кэйа резко толкнулся, отчего крылья парня мелко задрожали. Завораживающее зрелище привлекало рыцаря. — Тебе нравится, да? А, Дилюк? Кэйа ускорился, глядя на то, как извивающийся под ним парень скулил просил медленнее. Он взмахнул синими волосами, одной рукой стерев пот со лба, и взял его за основание крыльев. Дилюк выгнулся, задрожал и попытался вырваться, но Кэйа поглаживающим движением успокоил его. — Тебе хорошо? — Мне все равно, пока тебе хорошо, мне, — парень выдохнул, — тоже… Крылья Дилюка мелко задрожали, вызывая вибрацию по спине. — Надо же, на какие откровения горазд, оказывается. Кэйа усмехнулся и задвигался резче, втрахивая любовника в стол. Каждое его движение награждалось болезненными срывающимися стонами и пошлыми шлепками. Кэйа остановился, резко перевернул его на спину и снова вошел в Дилюка, приятно рыча на ухо. Крылья раскрылись, занимая собой почти все свободное пространство, и смели со стойки пару бутылок, которые, со звоном скатившись на пол, разбились. Дилюк быстро стер с лица слезы, невольно переведя взгляд на широкую грудь и рельефный торс Кэйи. На каждом сантиметре тела, покрытом равномерным загаром, виднелись белые шрамы. Увидев, каким изучающим взглядом на него смотрит Дилюк, Кэйа мурлыкнул и подмигнул с ухмылкой, из-за чего винодел покраснел и скрыл тыльной стороной ладони пылающие жаром щеки. То, с каким выражением лица Кэйа имел его, заставляло Дилюка едва ли не вопить о том, как это было красиво. Разумеется, голову потерял разве что только обладатель синих, как лед, глаз. И таких же холодных. Кэйа доставал до самой чувствительной точки, наслаждаясь стонами Дилюка, который пытался закрыть рот руками, и трепетанием прекрасных крыльев. — Я… сейчас, — сипло заскулил Дилюк, слизывая выступивший над губой пот. — Все в порядке, давай. Кэйа наклонился, поцеловал его в ухо, опаляя горячим дыханием, и неожиданно прикоснулся к его члену, ласково поглаживая головку. Дилюк выгнулся, прижимая его торс ближе изящными ногами, и, в последний раз достигнув точки, громко застонал, кончив себе на живот. Пробившиеся сквозь сонную пелену солнечные лучи осветили комнату. Дилюк открыл глаза, сначала яркий свет открытого окна ослепил на мгновение, но потом парень понял, что находился в своей кровати. Он расслабленно выдохнул и перевернулся на другой бок, игнорируя покалывание между ягодиц. Дилюк открыл глаза и тут же вскочил, как только увидел знакомую смуглую спину, покрытую шрамами и свежими царапинами. Парень, с недоумением глядя на спящего Кэйю, осмотрелся, резко поднял одеяло и понял, что абсолютно голый. — Кэйа, — громко позвал Дилюк, на что сонный парень промурчал что-то невразумительное, — ты какого черта забыл в моей кровати? Взъерошенная синеволосая макушка скрылась под одеялом, что окончательно вывело Дилюка из себя и он со всех сил ущипнул Кэйю. Рыцарь подскочил, айкнул и с недовольством, которое тут же сменилось радостью, уставился на парня. Он зевнул и потянулся. — Не спится, золотце? — Я спрашиваю какого черта ты в моей кровати? — прошипел Дилюк, хрустнув пальцами. Кэйа неловко хохотнул и поднял ладони. — Не серчай, а то колючкой станешь, — попытался отшутиться парень, а сам с удивлением глянул за спину Дилюка. — Если ты сейчас же не уберешься от сюда, я свяжу тебя и продам на каторгу, — предупредил винодел, пнув его так, что Кэйа выпал из кровати, — чертов идиот, я убью тебя! — Уже выметаюсь! Каждый раз одно и то же, надо наловчиться вставать раньше тебя, иначе и вправду на каторгу продашь, — Кэйа встал, быстро нашел свои вещи, пока Дилюк с яростью наблюдал, как он с голой задницей носится по его комнате. Кэйа на прощание послал ему воздушный поцелуй и успел выбежать прежде, чем об дверь вдребезги разбился стакан с водой. Дилюк завыл и схватился за волосы, падая на подушку. В памяти отпечатался вид, как Кэйа, застигнутый врасплох, сияя голым задом, скрывается за дверью, и Дилюк неистово засмеялся в подушку. Зато крылья пропали — к счастью. наверное.