Убей или будь убитым

«Что бы я изменила?» — девушка

закинула ногу на ногу, обдумывая ответ, —

«Всё, что угодно?» — согласный кивок, —

«Тогда бы я изменила отношение людей ко мне».

***

      Когда Миён вошла в школу, то вместо встречи подруги и подколов Хосока, она получала лишь неодобрительные взгляды и перешёптывания в свою сторону, что не могло не напрягать. Вся эта напряжённость среди школьников так и витала в воздухе, что мешало даже подумать о том, что же случилось, и, что же девушка сделала не так. «Что стряслось вообще? Где я уже прокололась?» — негодовала Миён, поднимаясь на просторную школьную крышу, где она могла обдумать всё.       Крыша школы была достаточно большой, в каких-то отдельных частях располагались небольшие пуфы, которые каким-то образом сюда протащили ученики, на что учителям было всё равно. Многие часто приходили сюда пообщаться, отдохнуть от школьного шума и возни, а другие просто перекурить, зная, что это место не посещают преподаватели. Миён же пыталась вспомнить, в чём дело. Девушку побаивались в школе, а одноклассники старались обходить её стороной. Её часто поливали грязью в лицо или за спиной, на что Мия делает вид, будто ей нет никакого дела до этого. Хотя, она искренне желала, чтобы её воспринимали так же, как и других, чтобы она могла смеяться и улыбаться в большой компании друзей, чтобы её ценили, чтобы она была кому-то нужна. К сожалению, судьба, выбранная ею, не позволяла ей сделать этого, ведь, открывшись, Миён бы погубила себя. Это игра не на жизнь, а на смерть — выживет сильнейший.       Миён закрыла глаза и, тяжело вдохнув, облокотилась на перила. От лёгкого дуновения ветерка по телу Кан прошлись мурашки, отчего она непроизвольно сжалась, пытаясь согреться. Девушка потянулась в небольшой незаметный кармашек, откуда она достала начатую пачку сигарет и зажигалку с незамысловатым рисунком, похожим на орнамент «турецкий огурец», в который она особо не вглядывалась.       — А обещала завязать, — раздался знакомый голос, на звук которого, Миён сразу же обернулась. Рыжий парень встал рядом с Миён, также облокотившись на перила, — угости хоть.       — Хосок… — вздохнула девушка, но всё-таки протянула бывшему другу сигарету, которую тот охотно принял. Эти двое были, наверное, самыми курящими в школе. Убиваясь сигаретами сами и убивая этим свой организм, они забывали обо всех проблемах, окружающих их. Но, видимо, проблем было так много, что друзья даже не заметили, как стали зависимыми от никотина, содержащегося в сигаретах. Они понимали, что это убивает их, но, с одной стороны, были безумно счастливы этому.       — М? — не поворачиваясь в сторону одноклассницы, спросил Хосок, — что-то тревожит?       Миён закусила губу и уставилась вниз, нервно теребя в руках тонкую сигарету. Она действительно нервничала по поводу этих слухов, ведь могло проскочить, как и её прошлое, так и настоящее. Да и этот разговор с Хосоком, спустя долгое время, давал о себе знать. Последний такой разговор по душам закончился ссорой, который поставил огромную, жирную точку на дружбе этих двоих.       — Что за слушки вокруг меня поползли? — Миён включила свой стандартный режим холодной принцессы, притворившись, будто ей всё равно, вызвав тем самым смешок у Хосока, пристально наблюдающего за девушкой. Бесполезно было скрывать свои эмоции, когда рядом стоит человек, который знает тебя всю свою сознательную жизнь. Хосок действительно знал все повадки Миён, что делало её открытой книгой для него, и что, безусловно, напрягало и, в какой-то степени, раздражало Мию. Она никогда не хотела казаться в глазах окружающих её людей легкомысленной и слабой. И именно поэтому девушка выбрала просто скрывать свои чувства от посторонних.       Подул ветер. Черные, как смола волосы девушки развевались на ветру. Сигаретный дым пленил обоих, заставляя блаженно прикрыть глаза, наслаждаясь им, вдыхая новую порцию никотина.       — Ах, это, — Хосок поднял голову вверх и засмеялся. Скорее, это было похоже на истерический смех, нежели на обычный, — говорят, ты человека до самоубийства довела, — парень ухмыльнулся и загадочно посмотрел на Миён.       «Говорят, ты человека до самоубийства довела», — эти слова эхом прошлись в голове девушки, оставляя довольно неприятный осадок. Прошлые события мигом пронеслись в её мыслях. Миён затушила сигарету и повернулась к однокласснику.       — Решили ворошить прошлое, значит… — ухмыльнулась она, — что ж, будем играть по их правилам. Удачи, — с этими словами Миён похлопала Хосока по плечу и удалилась, заставляя Хо заволноваться. Парень понял, что сухим из воды он не выйдет и побежал за ушедшей Миён.       ***       — Эй, убийца, — окликнула Мию Квон Раён, подходя ближе. Всем своим видом она хотела показать превосходство над Кан. Девушка с ухмылкой смотрела на Миён, выжидая её ответной реакции.       — Эй, одноклассница убийцы, — Миён обернулась на голос раздражающей её одноклассницы. Раён хоть и была милашкой, но характер у неё был ужасным, свои ужасные стороны она умело скрывала под маской белой и пушистой девочки. «Жалкая лицемерка, строящая из себя королеву», — так каждый раз отзывалась об однокласснице Миён после очередной перепалки.       — Не забывай, что это ты её довела. Нечего приплетать сюда меня, дорогая, — Раён победно ухмыльнулась и подошла ближе к однокласснице.       — А ты не забывай, что именно ты соревновалась со мной в унижении этой девчонки. А когда меня не было в школе, то ты била мои собственные рекорды, Раён-а, — выделяя имя одноклассницы, ответила Миён, настала очередь Миён ухмыляться. Победная улыбка Раён быстро сошла на «нет», а сменилась на озлобленное и раздражённое лицо.       Раён толкнула Миён, отчего та пошатнулась и ударилась об уголок парты. Девушка скривилась и зашипела от боли. «Решила руки распускать?!» — Миён была готова всё рвать и метать. Она была спокойна до поры, до времени, но вывести из себя её можно было очень легко, что и сделала КвонРаён.       — Нарваться решила? — выпрямилась Миён, крикнув на Раён, которая уже удалялась от Кан, — что ж, хочешь поиграть? Поиграем, КвонРаён, — Миён рассмеялась. Она была похожа на сумасшедшую: девушка стояла, шипя от боли, но истерически смеялась, что-то теребя в кармане; зрачки девушки уменьшились, делая её вид более устрашающим — Миён была взбешена.       — А что? Что ты мне сделаешь? Ты — глупая сирота, возомнившая из себя королеву, хотя достойна лишь смерти. Но Господь смиловался над тобой, и ты теперь просто бомжуешь, — эти слова Раён были последней каплей.       Кан медленно подошла к однокласснице, стоявшей около окна, и пристально посмотрела ей в глаза, от чего у той пошли мурашки по коже. Никто не знал, что может выкинуть Миён, так как, никто не видел её в гневе. Настоящем гневе, который не ограничивался лишь парой колких фраз и действий, а который перерастал в нечто большее. Миён резко вытянула из кармана градиентовыйбалисонг (нож-бабочка) и подставила к шее Квон Раён. Миён улыбалась и медленно подставляла нож всё ближе и ближе к шее одноклассницы. Никто. Никто не сказал и слова в сторону этих двоих. Все боялись даже шевельнуться, лишь смотря на Миён. Она потеряла рассудок. Она не знала, что сейчас делает. Она была зла. Безумно зла.       — Миён! — в класс забежал Тэхён, увидев сию перепалку. Он быстро подбежал к Мие, медленно подставляющей нож всё ближе к горлу одноклассницы. Увидев Миён, парень впал в ступор. На лице девушки не было ни одного признака её гнева: она мило улыбалась дрожащей Раён, будто наслаждалась происходящим, будто ей было всё равно на испуганную до смерти одноклассницу, девушка тихо хихикала и смотрела прямо в глаза Квон.       — Тэхён-а, не порти мне шоу, — шикнула Миён, даже не повернувшись в сторону новенького. Девушка закусила губу, рассматривая личико напуганной КвонРаён, изучая каждую деталь, будто пытаясь найти что-то новое. Ситуация накалялась. Тэхён, недолго думая, выхватил балисонг у одноклассницы, схватившись за лезвие. Алая кровь вмиг заструилась с ладони Кима, заливая белую форменную рубашку, купленную совсем недавно. Тэхён пристально смотрел лишь на ухмыляющуюся Миён, будто бы не замечая раны.       — Идиот, — улыбнулась ему Миён и, схватив за руку, повела «раненого» в медпункт.