Над бурей поднятый маяк

— То есть мы тут не спасаем Землю, не ловим злобных пришельцев и не ждем, пока нам надерут задницы? — Точно. — Мы и правда приехали сюда выпить кофе? — Ага. — Да ты просто чертовски разговорчив сегодня, — пробурчал Райан и указал на стеклянную дверь кофейни. — Сюда? Доктор рассмеялся: — Сюда. Несколькими минутами позже они, взяв по стаканчику с собой, шагали по улицам лондонского Сити, и мимо них пробегали мужчины в строгих, с иголочки, костюмах, молодые женщины, не по-человечески быстро вышагивающие по асфальту в туфлях на высоченных шпильках, и курьеры в форменных футболках и рубашках. Накрапывал мелкий дождь, но Райана это не смущало: здесь, в родном городе, он чувствовал себя как рыба в воде. Обжигающе горячий кофе грел ладони, озябшие на весеннем ветру. Доктор прочистил горло: — Я просто подумал, — начал он, отвечая на незаданный вопрос, — что неплохо бы провести день… Не знаю, как люди? Ты по этому не скучаешь? Мимо пронесся красный двухэтажный автобус, обдав обоих грязной водой. — Твою мать! — выругался Райан, останавливаясь на месте и сплевывая на тротуар: вода из лужи попала в рот, и на зубах заскрипели песчинки. — Вот по этому? Нет, не особо скучаю. Доктор по-собачьи встряхнулся — капли воды, повисшие на волосах, полетели во все стороны — но он снова смеялся. — Ты же понял, о чем я, — сквозь смех выдавил он, вытирая рукавом блейзера крышку бумажного стаканчика. — По обычной жизни? — переспросил Райан, оттаскивая кивнувшего Доктора подальше от проезжей части. — Как сказать. Это сложно, — они двинулись дальше сквозь поток прохожих. — Я каждый день просыпаюсь, и мне кажется, что это все сон. Будто я проснулся, но не проснулся, понимаешь? Что сейчас зазвонит будильник, я открою глаза и окажусь в собственной кровати. И не будет ни тебя, ни монстров, ни ТАРДИС. Но этого все не происходит. Может быть, я на самом деле где-то в лечебнице, в комнате с мягкими стенами, а ты — плод моего воображения? — Кто знает, — усмехнулся Доктор. — Может быть, это ты — плод моего воображения. — Может быть, — согласился Райан и посерьезнел, не уверенный, стоит ли продолжать, и все-таки продолжил. — А вообще… Ну, мне немного не хватает того, что я знаю точно, как пройдет мой день. Проснулся, пошел на работу, вернулся, лег спать. И заново. Все перемены в жизни зависели только от меня. С тобой же каждый раз все выходит из-под контроля. А у меня уже достаточно было отсутствия контроля, так что однажды я сказал себе, что, возможно, это скучно, но я хотя бы знал, что вечером буду жив. Скорее всего. Он поймал на себе пристальный взгляд Доктора и прикусил язык, но было поздно. — Что с тобой случилось такого, что в двадцать четыре года ты решил, что это то, что тебе нужно? — негромко, осторожно спросил Доктор. Райан потерял счет времени. Он не мог бы наверняка сказать, сколько дней и ночей провел в ТАРДИС, и его это вполне устраивало. Он перестал удивляться, когда обнаруживал себя рядом с Доктором раз за разом, и начинал по-настоящему привыкать к этому странному парню, который смеялся, все время смеялся, даже когда все со скоростью поезда неслось под откос, и остановить крушение удавалось только в последний момент. Рано или поздно Доктор должен был задать этот вопрос. Наверное, ему стоило знать, почему Райан без оглядки нырнул в ТАРДИС тогда, на заднем дворе. — Вполне возможно, что мне уже двадцать пять, — невпопад отозвался Райан. — Так в каком мы году? Наверное, Доктору стоило знать. Но не сейчас, еще нет. Во взгляде Доктора мелькнуло что-то, отличное от печали и болезненного сочувствия. — В 2011-м, — ответил он коротко. Некоторое время они шли молча. Райан на Доктора не смотрел, но и тот к нему не поворачивался. Словно они делали одно и то же — избегали взгляда. Недосказанность вдруг стала почти невыносимой. Люди проходили мимо, мелькая на секунду и растворяясь на периферии зрения во влажном мартовском воздухе, — серая масса ничем не примечательных лиц, предметов одежды, начищенной обуви, пока наконец, будто вспышка, — смутно знакомое хмурое выражение в зеленых глазах, короткая стрижка, длинная тонкая шея. Райан замер, как к земле прирос, и обернулся. Девушка стояла в паре метров от него, тоже повернувшись, и глядела изумленно. — Райан?..— неверяще сказала она. У Райана пересохло во рту. Вот только что, несколько минут назад, он размышлял вслух о том, как порой не хватает размеренности старой жизни, а сейчас перед ним стоял эпизод из былых времен, из плоти и крови, смотрел на него ошарашенно, будто он восстал из мертвых или что-то вроде того, и у Райана не было слов. Понадобилась пара секунд, чтобы ощутить, как внутри, поднимаясь из глубин живота, закипает радость. — Эмили! — воскликнул он и, первым сделав шаг, заключил девушку в объятия. — Господи, Райан, — прошептала она ему в ключицу, вцепившись крепко, словно он мог исчезнуть, растаять, как мираж, в ее руках. Эмили пахла, как раньше, — все те же привычные духи, сладкие и терпкие, и аромат всколыхнул в памяти картинки из прошлого: душное пространство ее спальни, наполовину снятая одежда, горячее дыхание, суховатые губы, стопки учебников на потертом, местами прожжённом сигаретами ковре. Райан отстранился и взглянул ей в лицо. Эмили выглядела старше, взрослее, больше совсем не девчонка с темными кругами вокруг глаз — отпечатками бессонных ночей. Все черты лица заострились, стали жестче. Она красила волосы и губы — то, чего не делала раньше. Она была красивее, чем он ее помнил. — Привет, — с улыбкой сказал Райан. Пальцы Эмили опустились ниже, держали его за предплечья так крепко, что было почти больно. — Привет, — повторила она, и на ее губах застыла такая же глуповатая улыбка. За спиной у Райана кашлянули, и глаза Эмили метнулись, остановились где-то над его плечом. — Ой, — Райан обернулся. Доктор стоял неподалеку, засунув большие пальцы в карманы джинсов, приподняв брови, и выглядел озадаченным. — Доктор, это Эмили, моя… — запнулся он, — старая подруга. Эмили, это Доктор. Мы вместе путешествуем. Эмили протянула руку: — Очень приятно познакомиться! Я не виделась с Раем — сколько? — она, сосредоточенно щурясь, повернулась к Райану. — Шесть лет? Семь? Я совсем не знаю его новых друзей, я даже не знала, что он уехал из города! — Очень приятно, — вежливо отозвался Доктор. — Да, он не очень-то много о себе рассказывает. Эмили рассмеялась: — Он всегда таким был! Ничего не поменялось, а, Рай? — он пихнула его локтем. Неловкость первых мгновений встречи куда-то исчезла, испарилась, и Райан позволил себе расслабиться. — Нет, ничего не поменялось, — с улыбкой подтвердил он. — По крайней мере, теперь я знаю, что дело не во мне, — Эмили снова перевела взгляд на Доктора. — Я тоже врач, а вы доктор чего? Райан закусил губу: он и забыл, что для большинства «доктор» — все еще профессия, а не имя. У Доктора вообще есть имя? Нужно будет спросить. — Пожалуй, всего. — Терапевт, — понимающе кивнула девушка. — А я хирург. Рай, ты столько всего пропустил! Я закончила интернатуру уже, можешь себе представить? — Легко, — Райан обнял ее за плечи, и Эмили прижалась к нему, прислонив голову к плечу — автоматический, знакомый, простой жест, от которого потеплело в груди. Доктор смотрел на них очень, очень внимательно, и от Райана это не ускользнуло. Внутри кольнуло — он был готов поспорить с самим собой, что это чувство вины, будто он делал что-то, на что не имел права, и за что должно было быть стыдно. — Мы в колледже познакомились, — пояснил он Доктору. — В каком колледже? В школе, — поправила его Эмили, и он удивленно нахмурился. — Я совсем потеряла тебя из виду, ты вернулся в колледж? — и вдруг прижала ладонь к губам, как если бы заранее извинялась за слова, которые еще не успела произнести. — Я совсем забыла — как мама? У Райана снова перехватило дыхание. Он открыл было рот, чтобы сказать что-то нейтральное, вроде «я расскажу тебе позже» или «давай не об этом», но язык прилип к нёбу, в горле застрял противный комок, и он не смог выговорить ни слова. Эмили знала его достаточно хорошо, чтобы все понять, но, мгновенно перестроившись, словно шестое чувство подсказало ей молчать, вслух спросила только: — Ребята, вы как, хотите выпить? У меня ничего срочного, давайте зайдем куда-нибудь? Райан был ей благодарен, хотя Эмили этого и не знала. — Что скажешь? — обратился он к Доктору, но тот качнул головой. — Почему бы вам не посидеть где-нибудь вдвоем? Вам нужно наверстать, не хочу быть третьим колесом, — он улыбался, но Райан успел уловить вспыхнувший на мгновение непонятный жесткий блеск в его глазах. — У меня есть кое-какие дела в городе, а потом встретимся у будки, рядом с кофейней, — он указал на стакан в своих руках. — Идет? — Точно? — с сомнением переспросил Райан. — Точно. — Тогда давай в восемь? В девять? — В девять. Можно и позже, если хочешь. — В девять нормально, — вмешалась Эмили. — Договорились, — Доктор снова повернулся к девушке и повторил: — Было очень приятно познакомиться. Райан, можно тебя на секунду? — они отошли на пару метров, и Доктор тихо, быстро проговорил: — Не забывай, что эта не та Эмили, которую ты знал. Это другая реальность, помнишь? Тут все могло быть иначе, так что будь осторожен. Хорошо? — Хорошо. — Тогда до вечера. Переключись. И зашагал прочь. Райан смотрел ему вслед. Доктор удалялся быстро и скоро растаял в толпе, сомкнувшейся за его спиной, очень прямой и отчего-то напряженной.