Тебе нужно уснуть!

Темнота давила всё сильнее с каждым прошедшим часом. Их маленький отряд пробирался по Лихолесью уже десятый день, но пейзаж вокруг нисколько не менялся. Настроение у путников портилось, а мешки с провизией неумолимо пустели. Напряжение увеличивалось, и сложнее всего было Торину, как предводителю отряда. Его постоянно мучили мысли, правильно ли он поступил, заведя отряд в этот тёмный и опасный лес. По ночам он всё чаще не спал, оставаясь вместе с часовыми охранять сон своих спутников. Последние три дня король совсем не смыкал глаз, что не укрылось от остальных гномов и хоббита. Последний очень переживал за гнома, не понимая причины отказа от отдыха, что только увеличивало его беспокойство. Бильбо заметил, что Торина уже начало слегка покачивать при ходьбе. В конце концов он решил: с него хватит! Во время следующей остановки на ночлег он дождался, когда все заснут (благо в этот раз быть часовым выпало самому Бильбо) и решительно подошёл к королю, который снова и не думал об отдыхе. - Вы снова собираетесь бодрствовать всю ночь, сударь мой Торин? – резковато поинтересовался взломщик. Торин поднял на решительного хоббита удивлённый взгляд. - Бильбо? О чём ты? - Торин, не прикидывайся, что не понимаешь! Я заметил – и не только я, – что ты совсем не спишь! – всё так же резко ответил Бильбо. И уже мягче продолжил. – Ты так себя совсем вымотаешь. Тебе нужно поспать хоть чуть-чуть. - Я не могу… - отчаянно произнёс Торин. – В голову постоянно лезут мысли, правильно ли я поступил, начав этот поход и втянув в него своих друзей, - бормотал гном, закрыв лицо руками. – Эти мысли не дают мне покоя ни днём, ни ночью. Уснуть не давало также напряжение, охватившее всех, с того момента, как они вступили на лесную тропу. Но говорить об этом хоббиту, значило признаться в собственной слабости, а он и так уже слишком много открыл маленькому взломщику. - Но ты устал! Тебе необходим отдых, - настаивал Бильбо. – Давай, ложись. Хоббит положил руки на плечи гнома и, немного добавив силы, заставил того принять горизонтальное положение. Торин не сильно сопротивлялся нежным движениям малыша. Может, не хотел, а, может, просто был шокирован его напором. В любом случае Бильбо удалось уложить короля, лечь рядом с ним и положить свою руку ему на грудь, тем самым пресекая попытки встать. Под тёплой ладошкой хоббита Торин сразу расслабился. Пропали и остатки протеста. Король сам был удивлён своей реакции. Но желание сопротивляться больше не появлялось, чему взломщик был очень рад. Однако сон всё равно не шёл. Это заметил и Бильбо. - Почему ты всё ещё не спишь? – немного озабочено спросил хоббит. - Не выходит. Сон не идёт… - с деланной угрюмостью ответил гном. - Мне уйти? Может, я мешаю? – забеспокоился Бильбо. - Нет! – неожиданно громко воскликнул Торин, но сразу перешёл на шёпот, боясь разбудить друзей. – Не надо. Останься. Мысль о том, что он лишится тепла от ладошки этого малыша, приносила неожиданную боль. Да и чувствовать его присутствие рядом с собой было приятно. Он дарил долгожданный покой, заставляя забыть обо всех переживаниях. Однако давящая тишина Лихолесья никуда не пропала. - Расскажи мне что-нибудь, - попросил Торин. – В этом чёртовом лесу слишком тихо. - Что именно ты хочешь услышать? – поинтересовался взломщик. В его голосе явственно слышалось облегчение. - Всё равно, - пробормотал уставший король, уже начиная засыпать под голос Бильбо. И хоббит начал рассказывать. Он говорил о первом впечатлении, которое произвели на него гномы, так внезапно ворвавшиеся в его дом. О том, как он теперь рад, что не остался в Шире и как он привязался к своим спутникам, а особенно к нему… Торину. Однако король гномов его уже не слышал. Он уснул, убаюканный тихим голосом своего взломщика. А хоббит всё рассказывал, бездумно поглаживая грудь спящего гнома. Он был счастлив, что помог Торину и пообещал себе и впредь заботиться о Короле-под-горой, коль он сам не хочет. Ведь Торин и правда был очень дорог ему, хоть он ещё и не до конца понимал природу своих чувств. Но хоббит не волновался на этот счёт, веря, что всё само собой образуется…