Тебе нужно уснуть!

Бильбо бежал по тоннелю так быстро, как только мог. Он испытывал стойкое чувство дежавю. Однажды в детстве юный Беггинс, без предупреждения, сбежал в лес на поиски приключений. Это был один из самых лучших дней в его жизни. Хоббитёнок вдоволь налазился по деревьям, нашёл несколько птичьих гнёзд и даже издалека видел эльфов! Ну, или ему показалось, что видел. В общем, впечатлений у Бильбо было настолько много, что он совсем забыл о времени. В какой-то момент он оглянулся вокруг себя и понял, что уже сгущаются сумерки. Вспомнив, что родители не знают, куда он пошёл, Бильбо сильно испугался и помчался домой так быстро, как только мог. Бильбо навсегда запомнил выражение лица матери, когда он по-хобичьи бесшумно вбежал в дом. Её лицо было будто неживым. Так бывает, когда горе слишком велико, чтобы его выразить. Бильбо тогда даже испугался, увидев мать, безучастно смотрящую в окно. Он подбежал к ней и крепко обнял, безостановочно повторяя: «Прости… я больше никогда… никуда не убегу». Беладонна крепко прижала сына к себе, и только тогда слёзы потекли у неё из глаз, выплёскивая чувства наружу. И вот снова: Бильбо забыл о времени, и неизвестно, что чувствует Торин из-за его пропажи. Хоббит боялся снова увидеть то выражение глубочайшей скорби, страха, бессилия. Он бежал, казалось, по нескончаемому тоннелю. «Да когда же он кончится-то!» - в отчаянии подумал Бильбо. Мгновение спустя он буквально влетел в пещеру и замер в недоумении: факелы были потушены, пещера будто пустовала. - Эй, ребята, где вы? – немного неуверенно произнёс взломщик в пустоту. Послышался громкий вздох облегчения, зажглись факелы, и хоббит увидел у дальней стены гномов. Те быстро подошли к Бильбо и начали обнимать его с радостными улыбками на лице. - Мы уже не чаяли увидеть тебя живым! – начал объяснять Балин. – Вскоре, после того как ты ушёл, мы услышали странные звуки и подумали, что ты попался. Тебя так долго не было… Мы потеряли надежду на твоё возвращение и решили затаиться. - Со мной всё в порядке, - поспешил успокоить друзей мистер Беггинс. – Но… где Торин? И действительно – Торина нигде не было видно. «Неужели ему всё равно?» В груди неприятно защемило от этой мысли, на глаза невольно навернулись слёзы. - Он тут, не переживай, - Кили выступил вперёд и немного смущённо продолжил: - Когда мы услышали шум, дядя будто обезумел. Он рвался за тобой – еле удержали! Гендальф, наверное, предвидел это – всё-то он знает – и дал нам с Фили какой-то порошок. - И сказал, что он успокоит дядю в случае чего, - добавил Фили. – В общем, он вдохнул его, и… уснул. Да так крепко, что мы не смогли его разбудить. У Бильбо отлегло от сердца. Как он мог сомневаться в Торине?! Хоббиту указали место, где лежал будущий король, и он с замиранием сердца подошел к нему. Двенадцать гномов тем временем отошли в противоположную сторону, решив не мешать и не смущать взломщика. Торин лежал на спине, его лоб был нахмурен, а дыхание учащённым и прерывистым. Бильбо испытал прилив нежности, заполнивший его сердце. Хоббит опустился на колени рядом с королём и нежно провёл рукой по его щеке, улыбнувшись, когда лоб любимого разгладился, а дыхание выровнялось. Он наклонился ближе к лицу спящего гнома и коснулся его губ своими. Ещё не поцелуй, просто прикосновение. Как ни странно этого оказалось достаточно: веки гнома дрогнули, и он резко раскрыл глаза. Одно мгновение он смотрел на хоббита с неверием и растерянностью в глазах, но уже через секунду крепко обнял любимого. Бильбо расслабился в его руках, только сейчас начиная ощущать усталость от недавней «пробежки». - Ты жив, - повторял Торин, будто уверяя в этом самого себя. – Я не смогу без тебя. Только сейчас это понимаю: если что-то случится, я не выживу без своего хоббита. - Молчи! Ничего не случится. Я тебе это обещаю, обещаю, что всегда буду с тобой. Верь мне. - Я верю тебе, мой хороший, верю, - Торин выпустил, наконец, хоббита из объятий и внимательно присмотрелся к нему: видимых повреждений нет, только мелкие царапины, но выглядел Бильбо очень уставшим, что несколько встревожило гнома. - Я понимаю, что ты устал, но расскажи мне о том, что произошло с тобой и о том шуме, который мы слышали, - Торин взял Бильбо за руку и медленно поглаживал. Он чувствовал потребность прикасаться к хоббиту, чтобы убедиться, что тот не исчез. - Я позже всё тебе расскажу в подробностях. Но сейчас могу лишь сказать, что дракон улетел и не вернётся, и не спрашивай, как мне это удалось,- добавил хоббит, предвосхищая вопрос, уже готовый сорваться с губ гнома. – Я всё тебе расскажу, но позже. А сейчас давай соберём остальных, и вы, наконец, сможете вернуться домой. - А вдруг Смауг внезапно вернётся и застигнет нас врасплох? - Этого не случится. Ты ведь сказал, что веришь мне, - напомнил Бильбо. – Я обещаю, что Смауг улетел. - Хорошо… Знаешь, я всё ещё не могу поверить, что ты жив, - Торин чуть сжал руку хоббита, который сразу потянулся к лицу короля, желая доказать свою реальность. Их поцелуй был немного отчаянным, ведь один из них всё ещё боялся, что всё это иллюзия, а второй надеялся больше никогда не видеть отчаянья и безысходности в таких родных глазах. - Люблю тебя, - одновременно прошептали Торин и Бильбо, закончив поцелуй. - Ну что пойдём? – спросил хоббит. - Да, пора уже, - Торин Дубощит, снова становясь серьёзным, собранным предводителем, встал сам и помог подняться хоббиту на ноги и громко скомандовал, обращаясь к отряду: - Собирайтесь, через пару минут выдвигаемся. Мы возвращаемся домой! Если кто-то и удивился словам Торина, то не показал этого – гномы привыкли доверять тому, кого назвали королём. Не задавая лишних вопросов, двенадцать гномов пошли за сыном Траина по тоннелю, освещая путь факелами.