В свете летних фейерверков я влюбился в тебя

По правде сказать, понятия не имею, зачем вы решили ознакомиться с этой историей, но раз вы все же окунулись в этот омут, пожалуй, тогда и я должен ее рассказать. Весь мой ад, о котором я даже предполагать не мог тогда, начался с момента, как я переступил порог моего старого учебного заведения. Относительно старое здание с интересной архитектурой, но со свежим ремонтом. Когда я брал перерыв в учебе, помню еще потрескавшуюся краску на стене прямо рядом со входом. Мне нравилось в трещинах видеть некие силуэты, поэтому иногда мог зависнуть, рассматривая их. Но теперь весь фасад был покрашен краской цвета пестиков неспелой кукурузы, а кирпичи вокруг окон – шампанского. О, простите, но не стоит удивляться тому, что я довольно хорошо разбираюсь в оттенках, просто мне нравится рисовать, и мое увлечение было еще с юности, хоть я мало кому в этом признавался. Почему-то, многие считали, что рисование не подходит парням. Глупости, да и только. История знает столько великих художников-мужчин, а современные люди мне порой заявляли, что это не мужское дело. Пф. Но, я отвлекся немного. В то теплое осеннее утро у меня было хорошее настроение от предвкушения. Наконец, в моей жизни все стало налаживаться, чему я был безмерно счастлив. Однако, мое хорошее настроение улетучилось. Хоть скандал, связанный со мной, быстро замяли, но слухи расползлись со скоростью сметания с полок свежеиспеченных булочек в булочной. Думаю, вряд ли декан обрадовался моему восстановлению, впрочем, как и весь преподавательский состав. И их понять можно, я доставил немало хлопот университету, да и подпортил репутацию, но я все равно готов был идти до конца ради… Ради мамы. Она вложила в меня столько сил, помогла выбраться и встать на ноги. Я не мог ее подвести, поэтому, собрав всю волю в кулак, я направился в деканат, чтобы узнать свое расписание. Казалось, будто меня здесь не было вечность, хотя всего лишь год отсутствовал. Наверно, такой эффект создавал ремонт, из-за чего у меня было чувство новизны. Но зданию это шло только на пользу, оно буквально засияло новыми красками. Я даже начал считать ворон, разглядывая все, от чего не заметил своих старых одногруппников. И лучше бы они не заметили и меня. – Марк? – раздался позади меня мужской голос, а после до моего плеча коснулась чья-то рука. От неожиданности я аж подпрыгнул, чуть не уронив очки. Это была бы фантастика, ведь эти как раз и были сменные, свои повседневные я успешно разбил, а с линзами как-то не удалось подружиться. Обернувшись, я увидел старого знакомого и еще парочку позади него. Мы не были с ним близки, как и с его спутниками, мне вообще было трудно завести с кем-либо общение, поэтому я и удивился, что ко мне вообще подошли. – Ну точно Марк! – с усмешкой произнес он и глянул на своих друзей. – А я думал, что обознался. Ты че тут делаешь? – Как и ты, учиться пришел. А что? – Учиться? Серьезно? – он недоверчиво вскинул бровь, смотря на меня с ноткой презрения. – Есть какие-то проблемы? Или мне уже учиться нельзя? – огрызнулся я, отдергивая плечо и, по привычке, хватаясь за шлейку сумки. – Да нет, учись, просто не думал тебя еще здесь встретить, учитывая то, что про тебя говорили… – Говорить можно все, что угодно, -- я перешел на повышенные тона, прекрасно понимая, к чему тот ведет, а слушать мне это вовсе не хотелось, – не советую верить во все. Про тебя тоже говорили многое. Или, хочешь сказать, что все то было правдой?! – Че ты ща вякнул? Парень схватил меня за ворот футболки, видимо, уже намереваясь раскрасить мне лицо в первый учебный день, и у него бы это вышло, не останови его какой-то мужчина. Он схватил руку обидчика, сильно сжав ее и заставляя меня отпустить. Бывшие одногруппники решили не связываться с ним и не создавать себе проблем в первый же день, поэтому спокойно ушли, лишь бросив в мою сторону «нарик». – Спасибо, – тихонько поблагодарил я, опустив голову, ведь не очень было приятно слушать подобное перед незнакомыми мне людьми. – Это тебе было адресовано? – внезапно спросил мой спаситель. – Что именно? – я честно не понял, о чем он. – Он только что сказал «нарик». Это относилось к тебе? – Эм… Наверно. В тот момент мне было так неловко, я готов был провалиться сквозь землю со стыда. Я чувствовал, как мое лицо пылает. Конечно я прекрасно понимал, что невозможно будет скрыть факт моего темного прошлого, и, вероятно, теперь об этом узнают абсолютно все, но я не думал, что это произойдет так быстро. Я хотел хотя бы пару месяцев спокойно поучиться, но, видимо, не судьба. – Так значит, ты тот самый, что восстановился? Я твой куратор. В тот миг я поднял голову и случайно встретился взглядом с этим мужчиной. В его серых, я бы даже сказал, стальных глазах я не видел осуждения, скорее, даже наоборот. Он смотрел на меня взглядом, полным понимания. Этот человек, со стороны похожий на творческого из-за его внешнего вида и длинных до плеч волнистых слегка сальных волос, оказался моим куратором. Я раньше не видел его лица, возможно новый преподаватель, но мне от этой мысли даже стало легче. – Оу, – я неловко почесал затылок и вновь ухватился за шлейку, – спасибо Вам. – За что? – невозмутимым тоном спросил он. – Эм… За то, что разобрались с ситуацией со старыми одногруппниками. – Так это были те, с кем ты раньше учился? М-да, тебе будет нелегко с таким успехом. – Ничего, мне главное, чтобы я сдавал экзамены на отличные оценки, на остальное мне все равно. – Ты же знаешь, что оценки в жизни не главное? – мужчина засунул руки в карман и направился в сторону деканата. – Это довольно странно слышать от своего куратора! – с легкой усмешкой ответил я и направился вслед за ним, все равно в одном направлении. – Ну вот так тебе повезло с куратором, – он пожал плечами, мол вполне нормальное заявление. – Я с Вами согласен, но вот для стипендии оценки очень важны, а без нее я не смогу учиться. – А, так ты еще и стипендиат? – куратор, чуть запрокинув назад голову, бросил на меня ленивый взгляд. – Ты в курсе, что тебе придется сдать экзамен? В том году на первый семестр добавили предмет, которого у тебя не было. Не сдашь разницу, лишишься стипендии. – Что? Как так? – я аж остановился, пытаясь переварить информацию. – М? Разве тебе не говорили, когда ты восстанавливался? – Видимо, это забыли упомянуть. От этого факта я не был удивлен. Когда я вернулся с документами, на меня так злобно смотрели, будто готовы были прожечь во мне дырку. Только вот если я не сдам экзамен, я лишусь возможности учиться. Неужели мне специально об этом не сказали, чтобы я поскорее отчислился? От данной мысли я совсем загнался, от чего даже забыл, куда и зачем шел. Наверно, со стороны я выглядел как побледневшая статуя с безжизненным выражением лица. В чувства меня привели слова куратора. – Слушай, у тебя есть время нагнать материал. Спросишь у своей группы, вдруг кто поможет… – Не стоит, – резко перебил я, сильно сжимая шлейку, вообще странно, что я так часто делал, даже не замечая этого, – я сам смогу нагнать весь материал, мне только нужен список литературы и вопросы. У меня получится подготовиться. – Как знаешь, – он пожал плечами, – только вот у тебя сейчас сбор в лекционной, там декан вам что-то будет говорить. Весь поток собирается. – Оу, я не знал, – я смущенно отвел взгляд, ощущая себя ничего незнающим бездарем. – Расслабься. Я так и понял, поэтому и сказал. Аудитория 402. И не опаздывай. – Спасибо Вам еще раз, – я вежливо поклонился и направился в нужном направлении. Да, уже с самого первого дня моя учеба не задалась. Я не знал, кто в группе староста и как вообще хоть с кем-то связаться, поэтому не имел понятие о сборе в лекционной. Во время восстановления мне не сообщили об экзамене, что нужно сдать, поэтому я успешно мог отчислиться из-за потери стипендии. Мне думалось, что весь мир буквально был против меня, слава богам, что хоть куратор мне попался очень хороший, что со всем помог, даже зная о моей старой проблеме. В аудитории я решил сесть возле стенки, не хотелось светиться перед всеми, хоть меня тут еще никто и не знал. Только вот я уже тогда ошибался. Вероятно, я еще не успел восстановиться, как по универу пустили слух обо мне, ведь я прекрасно слышал соседние перешептывания и мельком замечал косые взгляды. Чудно, просто великолепно. Чтобы не погружаться в уныние от всего, я решил просто игнорировать окружающих, ведь пришел учиться, а не заводить знакомых, поэтому, достав из сумки наушники, решил послушать лекцию на тему пропорций человека, все равно декан нес какой-то бред. Я постарался незаметно надеть наушник на правое ухо и полностью погрузился в лекцию, делая для себя конспект в тетради. Время шло, я даже отвлекся от всего окружающего негатива, пока не заметил, как на меня пялится он. Сущий дьявол, иначе я не могу его назвать. Нет, он не страшный, наоборот, очень привлекательный парень, можно сказать модельной внешности, даже не думал, что встречу когда-нибудь подобных людей в жизни, но вот его характер в будущем… Не хочу об этом сейчас говорить, вы сами все поймете. Он так пристально меня разглядывал, что я буквально вжимался в стул и чуть было не сполз под стол, лишь бы он только перестал смотреть. А когда еще пошли перешептывания и хихиканье с дружком, мое напряжение вернулось. Я был готов встать прямо сейчас и пойти в деканат, чтобы забрать документы и уйти, ведь вряд ли бы смог выдержать такое давление, но меня остановила смс от мамы с текстом «Привет! Как твой первый учебный день?» И вот что я мог ей ответить? Разве я мог признаться, что все знают о том, что ее сын конченный наркоман, из-за которого вокруг универа полтора года назад раздулся скандал, и теперь меня здесь ненавидят и насмехаются? Конечно же нет, ведь она верила в меня, верила в то, что я смогу вернуться в общество, смогу найти друзей, устроить личную жизнь. Я не мог подвести ее ожидания, просто не мог. «Все хорошо, мам. Не трать деньги, не пиши, я тебе на перерыве обязательно позвоню и все расскажу», – ответил я и наполнился решимости продолжить учиться. И только я вновь погрузился в лекцию, как опять получил смс «держу за тебя кулачки!» «Вот опять она не слушает и тратит деньги на всякие глупости», – подумал я тогда с легкой улыбкой. Возможно, вы могли задаться вопросом, почему, отправляя мне сообщения, мама тратила деньги, но ответ очень прост. У нее был старенький телефон, которые выпускали может лет 15-20 назад, и, естественно, на нем не было интернета, как и любого месенджера. Почему бы ей не купить новый телефон? Да дело в том, что на мое лечение требовалось очень много денег, и мама продала все ценные вещи, какие только могла, включая и свой телефон, но не мой. В итоге наш дом стал похож просто на коробку со стенами и окнами. И именно по этой причине я готов был терпеть все, лишь бы не разочаровывать ее. Наконец нудная речь декана закончилась, и весь поток разошелся со своими кураторами по другим аудиториям. Я быстренько прошмыгнул в самый дальний угол, где мог спрятаться, как раз там была одна парта без соседей. Я выбрал тактику «тише воды, ниже травы». Нужно было просто сидеть и не высовываться, не давать повода никому меня обсуждать, да и вообще просто быть незаметным, не то, что он, тот самый, что пялился на меня. Мало того, что сел впереди, так еще и вел себя вызывающе, пререкаясь с куратором. Нет, я тоже не был рад теми же обязательными мероприятиями или тем, что куратор сказал называть его сэнсэем, но я же молчал. Да еще так гордо встал и назвался, со стороны как расфуфыренный индюк выглядел. Противное зрелище. Мне этот тип сразу не понравился, не люблю подобных ему, а мне еще предстояло с ним учиться 4 года. Мой кошмар обещал быть долгим, но самое страшное было еще впереди. «Нет, вы только посмотрите, как сияет. Ну точно индюк», – подумал я, когда его имя исправили в журнале, а всех остальных проигнорировали. Гомон студентов из-за возмущения исправления имени резко прекратился, когда куратор вызвал восстановившегося студента, а если точнее, то меня. Я не хотел ни с кем знакомиться, хотел остаться незамеченным, но весь план провалился из-за этого мужчины. Ну зачем он вызвал меня? Разве так надо знакомиться всех с новеньким? А если новенький не хочет, почему его никто не спрашивает об этом? Но мне ничего не оставалось, как выйти вперед и всем представиться. – Марк. Просто Марк, – почему-то ответил я на манер того парня. – Хм, я смотрю, у нас тут появился однофамилец Максу, – произнес куратор и с легкой усмешкой посмотрел на меня. – Может тогда братишку тебе дать в пару, чтобы он помог наверстать пропущенное, а то у тебя долги, как погляжу. – Кхм, сэнсэй, – встрял этот выскочка, – а меня спросить не хотите? – У тебя есть веские причины этого не делать? – Д-да нет, я вполне могу помочь. – Вот и славно, – произнес он и взял листы со стола, собираясь уже убрать их в свой портфель. Я не был в восторге от идеи, что этот индюк будет мне помогать. Мне его видеть было противно, не то, что просить о чем-то. Ну невзлюбил я его с самого начала, что-то отталкивало в нем, не мог понять, что. Может меня просто раздражали выскочки. Может еще что, кто знает, но нужно было что-то решать, а не то буду вынужден сидеть с ним в библиотеке и учиться. От одной мысли меня в дрожь бросало. – Эм… Сэнсэй, – возразил я, – но мне не нужна помощь. Я смогу сам все нагнать, не нужно кого-то просить со мной нянчиться. – Я понимаю, что ты стипендиат, но за время твоего отсутствия на первом курсе добавили новый предмет. Тебе нужно будет сдать экзамены в ближайшую неделю по нему. Я думаю, будет проще, если тебе с этим кто-то поможет. – Нет-нет, что Вы, – нужно было как-то убедить куратора в том, что мне правда не нужна помощь, но как же плохо это выходило, – уверяю Вас, я справлюсь самостоятельно. Я ведь могу просто сходить в деканат и попросить курс литературы по этому предмету… – Нет нужды, – и вот опять он раскрыл свою варежку. Ну кто его вообще просил встревать? – У меня есть все конспекты, и я с радостью ими поделюсь! – Вот и замечательно. Ты же вроде как отличник, уверен, сможешь помочь сдать экзамены. – Можете на меня положиться, сэнсэй! – Чудно. Тогда, все свободны. Все. В этот момент я осознал, что это конец. Тот, кто пялился на меня и насмехался надо мной, сам вызвался мне помогать. Из благих побуждений? Ага, как же. Я в интернете кучу раз видел, где к изгою подходит кто-нибудь популярный, мол типа от всей души помочь пытаются, а после узнается, что это снималось на видео шутки ради. Я на такое точно не куплюсь, поэтому решил быстренько свалить в деканат и взять нужный список литературы и вопросы, как и планировал ранее, но этот тип увязался за мной. – Эм, Марк, у нас занятия в другом крыле. «Ну спасибо, кэп, а я и не знал». – Я знаю, – грубо ответил я и ускорил шаг. – Как я и сказал, мне не нужна помощь, я и сам справлюсь с подготовкой к экзамену. Только вот мой аргумент не остановил Макса, даже наоборот, он обогнал меня и схватил за руку со словами: «Да подожди ты». Почему он не мог просто отстать от меня? Да что я такого сделал людям, что они так ко мне относятся? Я ведь ничего ни у кого не требовал и не просил, я просто хотел учиться, все. Да, я оступился в прошлом, но я изменился, так почему? Почему я стал предметом издевок? От этих мыслей и обиды у меня даже покраснели глаза, словно я готов был расплакаться. -- Пусти, – я грубо выдернул руку из хватки и направляясь дальше по коридору. – Хэй, Марк, да чего ты? Я же правда предложил тебе помочь. У меня есть все нужные книги и конспекты, – он увязался за мной, видимо очень уж хотелось поиздеваться. – От тебя мне ничего не нужно, – огрызнулся я, не смотря в его сторону. – Я что-то не так сделал? Почему ты отказываешься от помощи? Или, если бы на моем месте был кто-то другой, то ты бы не отказался? – Да что тебе надо? – не выдержал я и, остановившись, резко прокричал прямо ему в лицо. – Не налюбовался мной во время речи декана? Или план по издевке с твоим дружком решил привести в ход? – Чего? Какой план? «Какой план? Еще и дурачком прикидывается? Ненавижу». – Я видел, как ты пялился на меня, а после переговаривался со своим соседом и смеялся. Что, поиздеваться решил? Мне от этой мысли стало так противно. Насколько же низкими могут быть люди, лишь бы поднять свой социальный статус в глазах других. Но разве я это заслужил? За что меня жизнь так наказывает? Может, если я сейчас дам отпор, от меня наконец все отстанут? – Скажи честно, ты дурак? – внезапно спросил он, чем поставил меня в ступор. – Во-первых, я не пялился, а смотрел, так как не узнавал твоего лица, поэтому и думал, новенький ты или кто из старичков так изменился. Во-вторых, мы обсуждали то, что мой сосед хочет по клубам сегодня походить, отметить начало учебного года, а не смеялись над тобой. В-третьих, когда тебе искренне хотят помочь, не стоит отказываться и, уж тем более, не стоит обвинять людей не бог весь в чем. Так ты никогда не сможешь влиться в коллектив и найти друзей. Услышав объяснения, мне стало неловко, и я не смог найти ничего лучше, как ответить: – А если я не хочу искать друзей? – Никто не хочет быть один, и я в это никогда не поверю. В тот миг в моей голове проскочила мысль, а что если он говорит правду? Может я себе просто все это надумал, тогда получается, что я обвинил человека зазря. Но что если это просто красивые речи? Или… Я никак не мог решить, во что мне верить, от чего мне становилось стыдно. Хотелось поскорее спрятаться где-нибудь и просто побыть одному, чтобы никто не нашел, но, как назло, я был в коридоре с ним наедине. Даже если побегу, все равно догонит же. Такие не отстают, если уж за что-то взялись. – Извини, – внезапно проговорил я, тщательно все обдумав. – Просто на меня все с утра только и смотрят, да шушукаются за спиной. Это, знаешь ли, не очень приятно. Я ведь только восстановился, а уже белой вороной стал. А еще ты так внезапно решил в помощники записаться. Тут и параноиком не нужно быть, чтобы что-то заподозрить. «И почему я оправдываюсь перед ним? А он еще и смеется? Так значит, все же, он просто издевается?» – Чего смешного? – я решил уточнить, чтобы уж наверняка быть уверенным в том, что скоро видос со мной окажется в интернете с какой-нибудь подписью аля «наивный дурачок поверил…», но он лишь еще больше начал смеяться. – Хэй. – Прости, прости! Просто ты выглядишь очень забавным! Две минуты назад рычал на меня, а сейчас так мило извиняешься… Ну правда, таких, как ты, называют милашками! Милашка? Это он назвал меня милашкой, словно я какая-то маленькая зверушка? Или того хуже, меня с девушкой могли сравнить. Ладно бы если бы меня так девушка назвала, я был бы рад, но из его уст это звучало как оскорбление. – Всего хорошего, – бесцеремонно ответил я и развернулся, чтобы уйти, однако, Макс резко схватил меня за руку. – Ладно, прости! Больше не буду издеваться над тобой. Честное слово! Глядя в его ехидные глаза, я сразу подумал: «Ага, как же, не будешь издеваться». Но, почему-то, я поверил ему. Если честно, он не казался таким уж плохим. В его словах я слышал искренность. Наверно, он правда хотел мне помочь. Может он, как и куратор, просто хороший человек. Или я лишь хотел в это верить? – В общем, у нас сейчас занятия, а после них можем заскочить ко мне, я соберу все нужные конспекты и учебники. Если понадобится, могу позаниматься с тобой. Макс выглядел таким великодушным, казалось, он светиться от своего же предложения. Ну точно чудак какой-то. Но это вызывало у меня лишь легкую улыбку, которую я тщательно скрывал. Милашка, это определение больше подходило ему, а не мне. Не удивлюсь, что у него куча друзей, да и девушки хвостиком за ним бегают. Такие, как он, умеют располагать к себе людей. Хотел бы и я, чтобы он стал моим другом, но в реальности такое просто невозможно. Почему-то, мне казалось, что мы совсем разные. Внезапно, я вспомнил о том, что после универа у меня были дела. Хоть предложение с его стороны было хорошим, но мне нужно было где-то жить, а для этого нужно было найти жилье. А жаль, конспекты и книги мне бы не помешали. – Спасибо за предложение, но вынужден отказаться. – Марк, я думал, мы уже решили вопрос с тем, что я не издеваюсь. – Нет, это не поэтому. – Тогда почему? – Просто… Эм… – мне было жуть неловко признавать свои проблемы, поэтому мялся, как девица какая-то. – После учебы я поеду искать жилье. – Ты не местный? – Нет, я из пригорода. Мне довольно долго добираться до универа, поэтому хотел найти где поближе. – Так, погоди, а комната в общаге? – Ну… Эм… По некоторым причинам мне не досталась комната в общаге. А район здесь довольно дорогой, и найти дешевое жилье трудно, по крайне мере уже третий день ищу, но все никак. – У тебя мало денег? Просто вот кто задает такие вопросы открыто в лоб? Даже если это и так, зачем на больное давить? Никакой тактичности с его стороны, а я еще, дурак, думал с ним подружиться. Да и вообще, жилье всегда одному дорого снимать, сколько бы денег не было, поэтому часто соседей ищут, но не в моем случае. – Я, пожалуй, не буду отвечать на этот вопрос, – надуто произнес я, глядя из-под челки. – Можешь не отвечать, я уже знаю ответ! И у меня назрела одна мысль! – Не думаю, что мне это понравится … Непроизвольно я начал отходить назад, а Макс не разрывал дистанцию между нами. Это выглядело подозрительно, словно он что-то задумал зловещее, еще и этот коварный взгляд. Именно поэтому с тех пор я называл его дьяволом, что буквально припер меня к стене, и я оказался в ловушке. Путей отступления больше не было. – Я живу один в двухкомнатной квартире здесь неподалеку, – начал он, подходя все ближе и ближе. – Однако, я редко бываю дома, поэтому не могу следить за чистотой, да и готовить некогда. – Ты к чему ведешь? – с опаской спросил я, буквально вжавшись в стену. – К элементарному, Ватсон! – он уже был так близко к моему лицу, как бывают влюбленные парочки, что вызвало дикое смущение, от чего мое лицо просто пылало алым пламенем. – Предлагаю побыть моей домработницей! – Ч-чего?! – воскликнул я, выпадая в осадок. Моему удивлению не было предела. У меня, наверно, глаза были размером с мои очки. Мало того, что он так близко ко мне, так еще и такое предлагает. Как он вообще доходил до таких действий? Что за бесцеремонный человек? Домработницей? Что это значит? Я должен был жить с ним, готовить ему и убирать? Или что он подразумевал под этими словами? В любом случае, я просто не знал, что делать дальше и как реагировать. – Что слышал! – ответил Макс и поставил руку у моей головы, словно какой-нибудь момент из романтического сериала про подростков. – Жить будешь бесплатно, я даже буду платить тебе за уборку и готовку. У тебя будет перечень обязанностей… – Постой, постой, – внезапно перебил я, наконец начиная все осознавать. – Платить? Ты из богатеньких что ли? – Ну да, – со спокойным видом ответил он. В тот момент я понял, почему он мне сразу не понравился. Наверно, у меня чуйка на богатых, которых я терпеть не могу. Эти беззаботно живущие подростки даже не знают, как на самом деле трудно приходится жить. Сидят на шее у богатых родителей, а сами добились чего-нибудь? Только и знают, как разбрасывать деньги направо и налево. Думают, деньгами все можно решить. Презираю таких. – Если из богатеньких, то почему здесь учишься? – В каком смысле? – Разве высшее общество не предпочитает какие-нибудь крутые учебные учреждения для богатеев? – Пожалуй, сейчас мы не будем это обсуждать! Просто скажу, что я здесь, у меня есть квартира со свободной комнатой, есть деньги, и я готов все это тебе предоставить. Взамен ты лишь должен заниматься уборкой, стиркой и готовкой. Так же, если будешь выполнять все мои прихоти, я буду тебе доплачивать! Продукты естественно с ме… – Прихоти? – вот тут я напрягся от услышанного. Это уже была сверхнаглость такое предлагать в открытую. – Нет уж, спасибо. Я лучше с таким успехом на улице поживу. Мне было так обидно из-за того, что меня держали за такого простачка. А быть может, он прознал правду? Но это было невозможно. Никто ничего не знал, я даже полиции не рассказывал. Но если это не так, странно, что он предложил мне подобное. В любом случае, я больше был не намерен выслушивать все, поэтому собрался поскорее уйти, и плевать, что идут занятия, не могу я больше находится здесь, и вряд ли смогу вообще. В сердце было так больно, что аж дыхание спирало. Руки колотились от волнения, из-за чего я крепко сжимал шлейку, лишь бы не выдавать себя. – То есть тебе не нужны деньги и жилье? – Не настолько, чтобы меня отдали в рабство. Все же… у меня еще осталось достоинство, - я произнес это так тихо, надеясь, что он не услышит. – Слушай, я не знаю, что ты там себе уже надумал, но про прихоти я говорил о «С добрым утром» на своей утренней яичнице, ну и готовке того, что я хочу. В рабство сдавать я тебя не собираюсь, я предлагаю тебе выгодную работу. «С добрым утром на яичнице? Он меня за дурака держит, или я и вправду его неправильно понял?» – Если это просто работа, то чего же ты тогда не наймешь домработницу, раз деньги позволяют? – поинтересовался я, обернувшись и пристально смотря ему в глаза. – Ну, как сказать. Я, вообще-то, собирался, но тут ты появился на горизонте. Чего бы в таком случае не помочь одногруппнику. А так в итоге убиваю двух зайцев. Ну так что?! С одной стороны, его слова звучали убедительно, но с другой стороны я все еще не понимал его мотивов. С одной стороны, он предлагает бесплатное жилье, с другой – я начну зависеть от него. Что если он в любой момент заявит, чтобы я проваливал? Даже если соглашусь, все равно нужно будет искать запасные варианты на всякий случай, ну а пока это вполне хорошее предложение, по крайней мере не нужно будет опять всю ночь гулять по городу. Но он ведь еще что-то говорил об оплате. – Сколько? – Что сколько? – Сколько ты мне будешь платить за уборку и готовку? – Ну, думаю, для начала я должен оценить твое умение в домашних делах, а после озвучивать твой гонорар. Но, твое любопытство вполне оправдано, поэтому, – он напечатал сумму на своем телефоне и показал мне. – За первый месяц я заплачу тебе столько, но с условием, что ты будешь делать и выполнять все, что я пожелаю. Эм… Марк? Марк? Земля, прием. Хьюстон, у нас проблемы. «Это шутка такая?» Я тогда таких сумм в руках даже не держал, не то, что думал, что мне кто-то будет платить за готовку и уборку, неудивительно, что я выпал из реальности на долгое время, пытаясь все переварить. Говоря метафорами, я буквально испустил дух от такого поворота событий. – А мне надо будет раздеваться? – тихо пробубнил я. – Что? Я не расслышал. Повтори, пожалуйста. – За такие деньги мне точно не надо будет раздеваться? – мне пришлось повторить громче, но все равно еще довольно тихо, ведь такие вопросы сильно смущали. – Да как тебе такое в голову приходит-то? Во-первых, ты не в моем вкусе, чтобы тебе такое предлагать. Во-вторых, ты парень. Если я уж захочу расслабиться, то просто схожу в клуб, предложу пару коктейльчиков какой-нибудь девушке, и все, а не буду платить своей домработнице. Ну ты даешь конечно. Мне казалось, что я задавал вполне логичные вопросы, ведь он предлагал большую сумму, а за такие деньги обычно с кем-то спать приходится, ну или раздеваться. Ну не могут люди просто так незнакомцам столько предлагать. От своих же мыслей я залился краской. И правда, как я вообще мог подумать, что парень будет давать мне деньги за раздевания. Боже, каким же я был дураком, провалиться бы мне сквозь землю со стыда. Однако, мое самобичевание быстро прошло, когда в голову прокралась другая мысль. Если соглашусь, я ведь смогу его на деньги разводить. Ну, точнее, я думал, что смогу хотя бы начать питаться правильно, в дорогих ресторанах, например. А если еще сострою печальную мордашку, вдруг это его так растрогает, что он в итоге мне еще будет покупать все, что не попрошу. В моей голове зрели просто дьявольские планы по выкачиванию денег из него, главной проблемой лишь было то, чтобы он этого не понял. – Хорошо, я согласен. Только где гарантии, что ты не киданешь меня? Я буду пахать весь месяц, а в итоге не заплатишь? – Ну, как минимум, ты бесплатно будешь жить и питаться. Всяко лучше, чем платить и есть не пойми что. Разве нет? – И то верно. Но это все равно выглядит подозрительно. Зачем тебе помогать тому, кого ты видишь первый раз? Что тебе с этого будет? – Ничего, кроме расходов и чистой квартиры! – он был так невозмутим, что даже настораживал. – Ну так что, мы договорились?! – Договорились! – уверенно ответил я, и мы пожали руки. Вот оно, теперь я заживу нормально! По крайней мере я тогда так думал. Как же я ошибался, вам не передать. Знай я, что все обернется именно так, отказался бы в тот же миг. Все скелеты из шкафа этого человека мне еще предстояло узнать, но одно мне было известно наверняка, с того момента моя жизнь изменится в корне.